Статья: Дифференциально-психологические факторы компетентности студентов в субъект-средовых взаимодействиях: к постановке проблемы

Дифференциально-психологические факторы компетентности студентов в субъект-средовых взаимодействиях: к постановке проблемы

Юлия Геннадьевна Панюкова

Елена Николаевна Панина

Аннотация

Предпринята попытка эмпирической валидизации конструкта «компетентность в субъект- средовых взаимодействиях», определяемого как способность субъекта преобразовывать потенциал пространственной среды повседневной жизни в психологический ресурс, необходимый для поддержания оптимального функционирования, «баланса» во взаимодействии субъекта и пространственной среды. Сформулировано предположение, что психологическая ресурсность пространственной среды может варьироваться в диапазоне от «утилитарности» к «грамотности» и далее к «компетентности» и быть взаимосвязана с дифференциально-психологическими факторами: полом, возрастом, экстраверсией, доброжелательностью, сознательностью, невротизмом и открытостью опыту. Были выделены и проанализированы вербальные единицы анализа (дескрипторы), связанные с когнитивным, эмоциональным, поведенческим и социально-психологическим аспектами взаимодействия субъекта и пространственной среды жизнедеятельности. Проведен количественный и качественный анализ дескрипторов, репрезентирующих разные аспекты взаимодействия субъекта и пространственной среды. В качестве выводов сформулированы положения, касающиеся, с одной стороны, «утилитарного», «прагматичного», а с другой - «осознанного», «осмысленного» взаимодействия субъекта с пространственной средой; намечены перспективные направления исследований.

Ключевые слова: пространственная среда, субъект-средовые взаимодействия, значимые места, дескрипторы, вербальные единицы анализа, «места-образы», «места реальности», дифференциально-психологические особенности, компетентность в субъект-средовых взаимодействиях, «утилитарный» уровень, «эмоциональный» уровень как грамотность, «осознанный» уровень как компетентность в субъект-средовых взаимодействиях

Differential-Psychological Factors of Student Competence

in Subject-Medium Interactions: Towards a Problem Statement

Yulia G. Panyukova1,2H, Elena N. Panina3,

Alexander I. Panyukov4, Lyudmila A. Makovets5

Abstract

An attempt is made to empirically validate the construct “competence in subject-medium interactions” defined as a subject's ability to transform the potential of the spatial environment of everyday life into a psychological resource, necessary to maintain optimal functioning, a “balance” in the interaction between the subject and the spatial environment. The assumption is made that the psychological resourcefulness of the spatial environment can range from “utility” to “literacy” and then to “competence” and be related to differential psychological factors: gender, age, extraversion, benevolence, conscientiousness, neuroticism and openness to experience.

Verbal units of analysis (descriptors) associated with cognitive, emotional, behavioral and socio-psychological aspects of the interaction of the subject and the spatial environment of life were identified and analyzed. A quantitative and qualitative analysis of descriptors representing different aspects of the interaction of the subject and the spatial environment is carried out. As conclusions, the provisions concerning, on the one hand, “utilitarian”, “pragmatic”, and on the other - “conscious”, “meaningful” interaction of the subject with the spatial environment are formulated; promising areas of research are outlined.

Keywords: spatial environment, subject-medium interactions, meaningful places, descriptors, verbal units of analysis, “places-images”, “places of reality”, differential-psychological features, competence in subject-medium interactions, “utilitarian” level, “emotional” level as literacy, “conscious” level as competence in subject-medium interactions

Вопросы взаимосвязи человека и пространственной среды нашей повседневной жизни анализируются в самых разных областях научного знания. Архитекторов, дизайнеров, психологов интересуют отдельные аспекты взаимосвязи человека и пространственной среды, в частности, влияние архитектурной среды на психологическое благополучие субъекта Бурдина Н.А. Аспекты психического воздействия геометрических форм пространства интерьера на жизнедеятельность человека : автореферат . дис. канд. архитектуры. Екатеринбург, 2004. 26 с. ; Титов А.Л. Организация архитектурной среды и поведение человека. автореферат дис. . канд. архитектуры. Ека-теринбург, 2004. 22 с. (Дубин, 2021; Кретова, Воловикова, 2022; Лютомский, 2018; Монтгомери, 2019; Ревзин, 2019; Усманова, 2021; Фигурный, 2019). На основе дифференцированного анализа многообразных аспектов взаимодействия человека и пространственной среды как отечественными, так и зарубежными психологами разработаны самостоятельные методологические подходы, концептуализирующие эти взаимодействия Handbook of Theories and Design Aligment between People and the Office Environment. Routledge, 2021. 312 р. (Ковалев, 1993; Нартова-Бочавер, 2019; Панов, 2014; Ilovan, Markuszewska, 2022). В рамках представленных подходов оформлены базовые теоретические положения, объясняющие специфику взаимодействия человека и пространственной среды его повседневного окружения. Актуальная тенденция современных экопсихологических исследований - интерпретация пространственной среды повседневной жизни субъекта как ресурса самопомощи личности, восстановительного потенциала. Причем в качестве важного аспекта рассматривается необходимость профилирования условий среды, которые могут быть и фактором стресса и ресурсом самопомощи в зависимости от особенностей индивидуальности (Нартова-Бочавер, 2019). Для нас особенно актуальным представляется фокус взгляда на проблему, оформленный в исследованиях В.И. Панова (Панов, 2014; 2013), где речь идет о «типах экопсихологических взаимодействий»: объект-объектном, субъект-объектном и субъект-субъектном. С учетом интерпретации особенностей типов экопсихологических взаимодействий мы ориентировались на целесообразность эмпирической валидизации содержательной специфики этих типов.

Несмотря на серьезные исследовательские традиции в анализе интересующей нас проблемы, ученые отмечают дефицит собственно эмпирических исследований, направленных на поиск, по О.А. Капцевич, «нисходящих» факторов, обусловливающих специфику субъектифика- ции пространственной среды повседневной жизни, наделения объективных, «восходящих» процессов, «...управляемых физическими параметрами стимула» (Капцевич, 2021: 585). Согласно

О.А. Капцевич, практически не изученными остаются на сегодняшний день те характеристики пространственной, в частности, визуальной городской среды, «.которые определяются знаниями, ожиданиями человека, его состоянием, прошлым опытом, установками, влиянием его личности вообще», «.семантическими особенностями воспринимаемой среды» (Капцевич, 2021: 585). Напомним, что в психосемантике пространственной среды повседневной жизни, если так можно назвать определенный локус межотраслевых исследований в области общей психологии, психологии восприятия, экспериментальной психосемантики, психологии личности и экопсихологии, акцент на индивидуально-психологические факторы восприятия человеком среды представлен, скорее, как периферия, нежели как центр исследовательского интереса. Многообразие эмпирических данных о характеристиках различных мест, связанных с жизнедеятельностью субъекта, с одной стороны, подтверждает необходимость учета этих характеристик в организации пространственной среды повседневной жизни человека. С другой стороны, остаются «открытыми» вопросы, касающиеся «психологической ресурсности» данных мест, а именно того, в чем значимость для субъекта тех или иных мест и их отдельных характеристик, какие потребности субъекта могут быть удовлетворены в субъектифицируемой пространственной среде.

Теоретические основания нашего исследования определили положения, сформулированные относительно «ресурсов» в общепсихологическом фокусе (Монтгомери, 2019) и в контексте «ресурсности» жизненной среды (Нартова-Бочавер, 2019). Мы также ориентировались на существующие в современном экопсихологическом дискурсе положения о компетентности как способности определять/идентифицировать и использовать ресурсы жизненной среды.

С целью получения интересующей информации мы предприняли эмпирическое исследование, направленное на идентификацию и систематизацию смысловых единиц анализа (дескрипторов), которые используют респонденты для описания значимых для них мест.

Респондентам была предложена инструкция: «Вспомните любое место, с которым связана ваша жизнь. Опишите это место. Обратите внимание и выделите в описаниях, о чем вы думаете, что чувствуете и что делаете, когда бываете в этом месте». Уточним, что представленные в ответах респондентов вербальные конструкты рассматривались нами как единицы анализа (дескрипторы), качественные особенности которых позволили квалифицировать специфику субъ- ект-средовых взаимодействий. Для получения данных о дифференциально-психологических особенностях был проведен короткий портретный опросник Большой пятерки (Б5-10) (Егорова, Паршикова, 2016), учитывалась также информация о поле респондентов. Обращение именно к этим дифференциально-психологическим факторам связано как минимум с двумя обстоятельствами. Учет пола в качестве фактора, определяющего специфику субъект-средовых взаимодействий, подчеркивается многими исследователями (Капцевич, 2021; Кретова, Воловикова, 2022; Натова-Бочавер, 2019), что позволяет обращаться к «эксплуатации» этого конструкта и с целью анализа компетентности юношей и девушек в субъект-средовых взаимодействиях. Дефицит эмпирических данных об индивидуально-психологической обусловленности специфики взаимодействия субъекта с пространственной средой повседневной жизни ориентировал нас на выбор в качестве модели черт личности и соответственно методического инструмента «Big Five» «...как одного из доминирующих подходов к исследованию индивидуальности. и как одного из наиболее подробных и подкрепленных эмпирическими данными» (Крупнов и др., 2016: 46). Полученные данные были проанализированы и интерпретированы. Для статистической обработки данных использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Выборка составила 79 студентов РГАУ - МСХА имени К.А. Тимирязева - 30 юношей и 49 девушек.

Представляем полученные результаты с учетом сформулированных в исследовании задач. В результате анализа отражения в описаниях мест различных дескрипторов нами были выделены типы: «места-образы» (места, в которых респонденты бывали раньше и воспоминания о которых являются для них психологически ресурсными) и «места-реальности» (места, в которых респонденты бывают сейчас, куда имеют возможность прийти или приехать). «Места-образы» - объекты «из прошлого», те, которые были для респондентов значимыми в школьной жизни, в жизни с семьей и родными. Одним из критериев, который определял отнесенность описания к типу «место-образ», был критерий времени. Все описания «мест-образов» выполнены в прошедшем времени. Для иллюстрации сказанного приведем несколько примеров:

«Место, которое мне наиболее приятно, - это обрыв перед въездом в мою деревню. Это обычная поляна с крутой отвесной стеной к речке. На ней лежат бревна, которые выполняют роль лавочек, а посередине валяются угли от многочисленных костров. Я пишу про это место, так как большую часть жизни я отдыхала там. Сначала с родителями ходила купаться, потом - с дедушкой на рыбалку, а последние три года. на костры с деревенской компанией. .Мы лежали на траве, вспоминая детство и отмечая быстротечный ход времени, вспоминали нас тогда и сравнивали с тем, кем мы являемся на данный момент. Смеялись над прошлыми мыслями, идеями и делами, радовались выполненным детским хотелкам».

«Моя детская комната. Когда я была маленькой, то у меня было много подушек, которые для меня шила моя бабушка, и из них я строила себе дом. Я обожала играть внутри него и любила, когда в нем со мной играли мои родители и друзья».

«Мне нравится закрытый двор в центре города, где я родилась и жила. Там я бывала почти каждый день с друзьями после школы и на выходных. Мы постоянно сидели в беседке, вокруг которой было много клумб с цветами, росло много деревьев и кустарников. Благодаря этой обстановке наше общение складывалось очень душевно. Этот двор еще мне нравится тем, что это было только “наше” место с близкими мне людьми. Мне запомнилась каждая деталь в нем, каждый уголок. Во дворе, в его центре, рос огромный куст сирени, этот запах мы постоянно ощущали с друзьями».

Тема «мест-образов» представляется достаточно перспективной для будущих исследований, поскольку для многих респондентов она является важным и, возможно, единственным на данный момент источником позитивных переживаний. Обращение к «местам-образам» свидетельствует о том, что студенты, приехавшие в Москву из разных городов, находятся в процессе адаптации по отношению к психологической ресурсности пространственной среды их повседневной жизни.

«Места-реальности» - места, которые имеют отношение к жизни студентов «здесь и сейчас», где молодые люди бывают более или менее часто, где проходит их повседневная жизнь. К числу таких мест относятся квартиры (как самих студентов, так и их друзей), места в городской среде (парки, скверы, магазины, поликлиники и др.), а также объекты студенческого кампуса (учебные аудитории, общежитие и др.).

По отношению к «местам-реальностям» были выделены и проанализированы вербальные единицы анализа (дескрипторы), связанные с когнитивным, эмоциональным, поведенческим и социально-психологическим аспектами взаимодействия субъекта и пространственной среды жизнедеятельности (табл. 1).

Таблица 1 - Вербальные единицы анализа (дескрипторы), используемые респондентами для описания мест повседневной жизни