Полученные в описаниях респондентами вербальные единицы анализа - дескрипторы были проанализированы качественно, то есть дифференцированы на несколько «единиц смыслов»: когнитивный, эмоциональный, коммуникативный и поведенческий. Мы ориентировались на то, что каждый дескриптор или группы дескрипторов могут рассматриваться как специфические психологические ресурсы, связанные с пространственной средой. Когнитивный компонент предполагал учет тех единиц анализа, которые фиксировали специфику ментальных процессов субъекта, связанных с определенным местом; эмоциональный компонент отражал переживания, состояния субъекта в том или ином месте; коммуникативный компонент - социально-психологические практики, которые респонденты выделяли применительно к месту; в формате поведенческого компонента акцент делался на разные виды активности субъекта в определенном месте. С учетом позиций качественного анализа дескрипторов был проведен их количественный анализ, позволивший определить соотношение выделенных компонентов как психологических ресурсов пространственной среды для студентов (рис. 1).
Рисунок 1 - Диаграмма «Представленность аспектов взаимодействия субъекта и места»
Наибольшая представленность характерна для эмоционального (148 дескрипторов) и поведенческого компонентов (124 дескриптора), что свидетельствует о психологической ресурсности пространственной организации мест для регуляции эмоционального состояния, например, «в этом месте я чувствую себя защищенно и умиротворенно», «это место приносит состояние покоя» и др., а также о психологической ресурсности организации мест, создающих возможность для субъекта включаться в определенную активность, например, «здесь можно отдохнуть», «обычно я занимаюсь здесь чтением книг», «это место дает возможность заниматься любимым делом» и др.
Нами были также определены количественные и качественные характеристики дескрипторов, используемых для описания различных видов пространственной среды (дом, природная среда, городская среда и др.) (рис. 2, 3, 4).
Рисунок 2 - Диаграмма «Представленность аспектов взаимодействия
с природной средой»
Рисунок 3 - Диаграмма «Представленность аспектов взаимодействия с жилой средой»
Рисунок 4 - Диаграмма «Представленность аспектов взаимодействия с городской средой»
В качестве основной тенденции в используемых респондентами дескрипторах для всех выделенных видов среды фиксируется доминирование эмоционального компонента, что позволяет сделать вывод о том, что различные характеристики пространственной среды, прежде всего, определяются респондентами как связанные с регуляцией эмоционального состояния, что особенно актуально для городской среды. Необходимо уточнить, что к числу наиболее часто встречающихся дескрипторов, которые респонденты использовали в формате эмоционального компонента, относятся «умиротворение», «отдых», «спокойствие» и др. Можно предположить, что повседневная жизненная среда студентов в значительной мере фрустрирует потребность в отдыхе, и для респондентов значимыми оказываются те характеристики пространственной среды, которые связаны с нивелированием напряжения.
На основе изучения описаний «мест-реальностей» с помощью экспертного анализа (с участием 3 психологов, в том числе доктора психологических наук и кандидата психологических наук) мы выделили типы описаний, которые были соотнесены с «уровнями» психологической ре- сурсности пространственной среды для субъекта, определенными как «утилитарный», «уровень грамотности» и «уровень компетентности». Специфика этих уровней для нас определялась особенностями дескрипторов, используемых респондентами для описания значимых мест. Установлено соотношение когнитивного, эмоционального, коммуникативного и поведенческого аспектов взаимодействия субъекта и пространственной среды для «утилитарного» уровня, уровня «грамотности» и уровня «компетентности» (рис. 5).
Рисунок 5 - График «Представленность аспектов
для разных уровней взаимодействия субъекта с местом»
«Утилитарный» уровень взаимодействия респондента с пространственной средой был связан в большей степени с описанием организации пространственной среды, обозначением элементов предметной среды, указанием на возможности использования этой предметной среды. Дескрипторы, касающиеся описания переживаний в этом месте, отсутствовали, как и обозначение возможности осознанно, целенаправленно обращаться к потенциалу этого места, который может быть психологически ресурсным. Приведем пример такого описания: «... Мое место - моя комната. В общих чертах: при входе по левую сторону стоит шкаф, а дальше - большая кровать. В другом углу - стол, над ним всякие фото и дела на неделю или на месяц. И также есть большое окно. На стене - картина, и все в коричневых и бежевых тонах...Я люблю это место, потому что оно принадлежит только мне». Уровень «грамотности» определялся значимо большим количеством дескрипторов, связанных с когнитивным, особенно эмоциональным аспектом описания; респонденты фиксируют значительное количество переживаний, состояний, характерных для них в этом месте, однако все они преимущественно носят «натуральный» характер, для их возникновения не предполагалось каких-либо целенаправленных действий. В качестве примера приведем описание: «... Комната с голубыми обоями, на которых изображены корабли, маяки, волны. Приходя туда, я расслабляюсь, чувствую себя там комфортно; это место помогает собраться, выпустить пар, побыть в тишине, помогает мне перезагрузиться; наверное, это единственное место, где я чувствую себя самой собой». Что касается уровня «компетентности», то качественная специфика дескрипторов, используемых респондентами в описании места, позволяет определять этот уровень как «осознанное» использование отдельных характеристик пространственной среды для получение определенного психологического эффекта. Например: «... Место между тем, что было и тем, что будет, где можно все осознать и осмыслить. Сажусь и просто отдыхаю, наступает спокойствие и умиротворение. Успеваю набраться сил для дальнейших действий. хочется подремать немного, забыв о своих переживаниях, проблемах и заботах». Мы предполагаем, что более глубокий анализ выделенных нами «уровней» взаимодействия субъекта и пространственной среды его повседневной жизни может быть реализован с опорой на типологию субъект-средовых взаимодействий, разработанную В.И. Пановым [13].
С целью определения дифференциально-психологических факторов компетентности студентов в субъект-средовых взаимодействиях были выделены взаимосвязи между особенностями «ландшафта» взаимодействия в системе «субъект - пространственная среда» и дифференциально-психологическими характеристиками - полом, экстраверсией, невротизмом, доброжелательностью, сознательностью и открытостью новому опыту. Мы проанализировали представленность когнитивного, аффективного, коммуникативного и поведенческого аспектов взаимодействия субъекта и пространственной среды у юношей и девушек (рис. 6).
Рисунок 6 - Диаграмма «Представленность аспектов взаимодействия
с местом в группах юношей и девушек»
Общая тенденция - использование девушками большего количества дескрипторов, относящихся ко всем выделенным аспектам взаимодействия человека и пространственной среды, особенно эмоционального. Схожая тенденция, связанная, прежде всего, с доминированием эмоционально значимых дескрипторов, сохраняется в описаниях студентами разных видов пространственной среды: природной, жилой и городской. Вместе с тем тема более «сдержанного» использования юношами дескрипторов, касающихся всех выделенных нами аспектов взаимодействия субъекта с местами, требует более внимательного анализа и нуждается в дополнительных исследованиях
Самостоятельная часть нашего исследования была связана с анализом корреляционных связей между дифференциально-психологическими характеристиками студентов, с одной стороны, и выделенными когнитивным, эмоциональным, коммуникативным и поведенческим аспектами взаимодействия субъекта и пространственной среды повседневной жизни (табл. 2).
Таблица 2 - Корреляционные связи между дифференциально-психологическими факторами и аспектами взаимодействия субъекта и пространственной среды
|
с о с |
Экстраверсия |
Сознательность |
Невротизм |
Открытость опыту |
||
|
Когнитивный аспект |
||||||
|
Эмоциональный аспект |
0,358 |
|||||
|
Коммуникативный аспект |
-0,355 |
|||||
|
Поведенческий аспект |
-0,426* |
|||||
|
«Уровень» взаимодействия со средой |
-0,446* |
0,413* |
0,305 |
* - статистически достоверна (р = 0,05)
В результате корреляционного анализа данных были получены значимые коэффициенты корреляции, свидетельствующие о наличии положительной связи между показателем пола и эмоциональным аспектом взаимодействия субъекта и пространственной среды повседневной жизни (0,358). Это свидетельствует о достоверности данных о том, что девушки в описании значимых мест повседневной жизни чаще используют дескрипторы, связанные с обозначением переживаний, состояний. Значимая положительная связь обнаружена между показателями «сознательность» (0,413), «экстраверсия» (-0,446) и «уровнем» взаимодействия субъекта со средой. Можно констатировать, что чем выше значения по показателю сознательности, то есть чем более склонен человек к порядку и комфорту, чем более высокий уровень самоконтроля для него характерен, тем в большей степени описания мест с учетом выбранных дескрипторов соответствуют уровню «компетентности» в субъект-средовых взаимодействиях. Отрицательный характер связи между «экстраверсией» и «уровнем» взаимодействия свидетельствует о взаимосвязи между высокими значениями по экстраверсии и низкими по «уровню». Можно предположить, что для респондентов с высокими значениями по осознанности и интроверсии взаимодействие с пространственной средой может быть психологически ресурсным. Данное предположение, безусловно, нуждается в дополнительной проверке. Вместе с тем отрицательный характер связи между осознанностью и поведенческим аспектом взаимодействия субъекта со средой (-0,426) свидетельствует о том, что высокие показатели по сознательности, нормативности поведения связаны с низкими показателями по количеству дескрипторов, фиксирующих разные виды активности субъекта в определенном месте. Заслуживает внимания наличие значимой отрицательной связи между показателем невротизма и коммуникативным аспектом взаимодействия субъекта и пространственной среды с точки зрения возможной интерпретации этой связи: является ли в данном случае психологическим ресурсом пространственная среда, или само общение в этой среде обладает психологически ресурсным для субъекта статусом. Подводя итоги анализа данных, подчеркнем, что феноменология взаимодействия субъекта и пространственной среды повседневной жизни взаимосвязана с дифференциально-психологическими факторами, а содержание этой взаимосвязи требует дополнительных исследований.
Пилотажный характер исследования и специфика выборки не позволяют формулировать однозначные, не требующие дополнительной проверки выводы. Вместе с тем речь идет об обозначении весьма перспективной в академическом плане исследовательской области, которая в самом общем виде обозначается нами как взаимодействие субъекта и пространственной среды повседневной жизни. Нами определено, что это взаимодействие может быть предметом эмпирической валидизации с помощью обращения к вербальным единицам анализа (дескрипторам), формальные и содержательные характеристики которых рассматриваются в качестве предикторов качественных особенностей «утилитарного», «эмоционального» и «осознанного» уровней взаимодействия субъекта с пространственной средой. Мы понимаем «эмоциональный» уровень как грамотность в субъект-средовых взаимодействиях, которая проявляется в «натуральной» интенции субъекта относиться как к отдельным характеристикам среды, так и к месту в целом с точки зрения их «миссии» относительно снижения эмоционального напряжения и обеспечения возможности отдыха. Компетентность в субъект-средовых взаимодействиях соотносится нами с уровнем «осознанности», когда субъект рефлексивно «выбирает» и «использует» характеристики места как психологический ресурс, направленный на решение широкого спектра задач, связанных с оптимальным функционированием и психологическим благополучием. Обнаружено, что в качестве дифференциально-психологических факторов компетентности студентов в субъект-средовых взаимодействиях могут рассматриваться пол, экстраверсия, осознанность и невротизм.
В целом, необходимо обозначить дальнейшие перспективы теоретического осмысления проблемы компетентности в субъект-средовых взаимодействиях, а также прикладное значение тематики, связанное с разработкой программы развития компетентности субъекта во взаимодействии с пространственной средой повседневной жизни. Особенно важным для нас представляется аспект прикладной значимости дальнейших исследований, сопряженный с актуализацией для субъекта возможности использовать пространственную среду повседневной жизни в качестве психологического ресурса, направленного на поддержание и оптимизацию психологического благополучия.
Список источников
Дубин Р.Ш. Городское пространство как объект экологического восприятия // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2021. № 5 (103). С. 104-112. https://doi.org/10.24412/1997-0803-2021 -5103-104-112.
Егорова М.С., Паршикова О.В. Психометрические характеристики короткого портретного опросника Большой пятерки (Б5-10) // Психологические исследования. 2016. Т. 9, № 45. С. 1-14. https://doi.org/10.54359/ps.v9i45.492.
Капцевич О.А. Психологические эффекты визуального восприятия городской среды // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2021. Т. 18, № 3. С. 575-597.
Ковалев Г.А. Психическое развитие ребенка и жизненная среда // Вопросы психологии. 1993. № 1. С. 13-23.
Кретова Л.А., Воловикова М.И. Ностальгическое переживание, суверенность и удовлетворенность жизнью у приверженцев городской и загородной жизни // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2022. Т. 19, № 1. С. 76-92. https://doi.org/10.17323/1813-8918-2022-1 -76-92.
Крупнов А.И., Новикова И.А., Воробьева А.А. Соотношение системно-функциональной и пятифакторной моделей черт личности: к постановке проблемы // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Педагогика и психология. 2016. № 2. С. 45-56.
Лютомский Н.В. Когнитивная архитектура образовательных учреждений на примере международной гимназии Сколково // Архитектура и современные информационные технологии. 2018. № 3 (44). С. 147-166.
Монтгомери Ч. Счастливый город. Как городское планирование меняет нашу жизнь. М., 2019. 368 с.
Нартова-Бочавер С.К. Жизненная среда как источник стресса и ресурс его преодоления: возвращаясь к психологии повседневности // Психологический журнал. 2019. Т. 40, № 5. С. 15-26.
Панов В.И. Экопсихологические взаимодействия: виды и типология // Социальная психология и общество. 2013. № 3. С. 13-27.
Панов В.И. Экопсихология: парадигмальный поиск. М. ; СПб., 2014. 304 с.
Ревзин Г. Как устроен город. М., 2019. 130 c.
Усманова З.Р. Концепции органичной городской среды // Архитектура и современные информационные технологии. 2021. № 3 (56). С. 14-26. https://doi.org/10.24412/1998-4839-2021-3-14-26.