Статья по теме:
Дмитрий Бантыш-Каменский (1788-1850): портрет историка в контексте эпохи
М.Г. Палиенко, И.В. Срибняк, Киевский национальный университет им. Т. Шевченко Украина, г. Киев, Киевский университет им. Б. Гринченко Украина, г. Киев
Авторское резюме
бантыш каменской научный труд
Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменский внес весомый вклад в развитие исторической науки, архивоведения и источниковедения. Значительная часть его жизни была связана с Московским архивом Коллегии иностранных дел, работая в котором, он подготовил и опубликовал целый ряд ценных научных трудов, составивших его историческое наследие. Среди них наиболее известными были «История Малой России», «Словарь достопамятных людей русской земли», а также «Путешествие в Молдавию, Валахию и Сербию». Д. Бантыш-Каменский не только посвятил себя научным изысканиям, но и длительное время находился на государственной службе, занимая различные ответственные должности, в том числе тобольского губернатора.
Ключевые слова: Дмитрий Бантыш-Каменский, биография, Российская империя, история, историография, архив, губернатор.
DMITRI BANTYSH-KAMENSKY (1788-1850): A PORTRAIT OF THE HISTORIAN WITHIN HIS ERA
M.G. Paliienko, I.V. Sribnyak, xTaras Shevchenko National University of Kyiv, Kyiv, Ukraine 2Borys Grinchenko Kyiv University, Kyiv, Ukraine
Abstract
Dmitri Bantysh-Kamensky made a significant contribution to the development of historical, archival, and documentary studies. During his work in the Moscow Archives of the Collegium of Foreign Affairs, he prepared and published a great number of research comprising his historical heritage. The most famous among them are “The History of Little Russia”, “Dictionary of Memorable People of the Russian Land”, and “Travel to Moldavia, Wallachia and Serbia”. Besides research, D. Bantysh-Kamensky was in the civil service and held some important government positions, in particular that of the Tobolsk governor.
Keywords: Dmitri Bantysh-Kamensky, biography, Russian empire, history, historiography, archives, governor.
К исследованию жизни и деятельности Дмитрия Николаевича Бантыш-Каменского, внесшего весомый вклад в развитие исторической науки, архивоведения и источниковедения, в украинской историографии обращался целый ряд историков, однако считать данную исследовательскую проблему комплексно разработанной пока преждевременно. Дело в том, что в опубликованной в 1990 г. статье В. Кравченко все еще прослеживается классовый подход в изучении данной темы, хотя ее автору и удалось синтезировать значительный объем фактической информации (Кравченко 1990а; Кравченко1990^. Справедливости ради необходимо отметить, что в дальнейшем ему удалось отойти от постсоветских клише (Кравченко 1992; Кравченко 1996).
Наибольший вклад в научную разработку данной темы в 1990-х гг. внесла А. Атаманенко, изучавшая ее в рамках ее диссертации, а затем и в нескольких своих статьях (Атаманенко 1998; Атаманенко 2008: 159-174). Один из ведущих современных украинских историографов А. Ясь также неоднократно обращался к исследованию творческого наследия Д. Бантыш-Каменского, подтвердив непреходящий вклад ученого в развитие исторической науки (Ясь 2006: 545-561; Ясь 2009: 160-194; Ясь 2015: 186-191). Творческое наследие Д. Бантыш- Каменского стало предметом анализа еще нескольких украинских историков в контексте написания ними синтетических работ историографического характера (Гуржий 1995: 5-16).
Тем не менее в российской историографии практически отсутствуют статьи, где было бы представлено хотя бы короткое изложение жизненного пути и научной деятельности Дмитрия Николаевича Бантыш-Каменского, род которого происходил с молдавской земли. Известно, что Бантыши выехали из Молдавии в Россию по приглашению князя Дмитрия Константиновича Кантемира после неудачного для российской армии Прутского похода 1711 г. (Брокгауз, Эфрон 1891: 10). Отец Николая Николаевича присоединил к своей фамилии фамилию жены - Николай Константинович был женат на дочери молдавского дворянина Степана Константиновича Каменского, который с 1691 г. состоял при гетмане Иване Мазепе переводчиком с молдавского, греческого и турецкого языков (Бантыш-Каменский 1856: 400-401).
По окончании обучения в Киеве Н.Н. Бантыш-Каменский переехал в Москву по приглашению дяди (впоследствии архиепископа Московского) Амвросия Зертиса-Каменского. Приехав в столицу, он продолжил учебу в Московской духовной академии, где изучал риторику, философию, богословие, а затем совершенствовался в физике, математике, истории и французском языке в Московском университете. Любовь к истории и знание нескольких языков определили его дальнейшую судьбу. 51 декабря 1762 г. он был назначен на службу в Московский архив Коллегии иностранных дел, а еще через три года стал помощником управляющего - историографа Российской империи Герхарда Фридриха Миллера.
За последующие более чем 40 лет работы в этом архиве Н.Н. Бантыш-Каменский подготовил и опубликовал огромное количество научных работ, составивших его историческое наследие (Бантыш-Каменский 1847: 59-86). В 1800 г. Н. Бантыш-Каменскому были пожалованы чин действительного статского советника и пост управляющего Московским архивом Коллегии иностранных дел. Его самоотверженный труд по организации архивного дела и систематизации важнейших исторических источников получил высокую оценку современников.
В 1775 г. Н.Н. Бантыш-Каменский женился на дочери владимирского помещика Марии Ивановне Купреяновой. Их сын Дмитрий Николаевич стал достойным продолжателем дела отца. Он родился 5 (16) ноября 1788 г. в Москве. В 1795 г. в возрасте 8 лет был внесен в списки лейб-гвардии Семеновского полка, но по вступлении на престол императора Павла I был исключен из них вместе с другими малолетними детьми дворян.
В раннем возрасте потеряв мать, Дмитрий воспитывался в доме друга своего отца сенатора А.Г. Теплова; в числе преподавателей имел известного поэта и профессора словесности А.Ф. Мерзлякова. Далее он продолжил свое образование в доме отца, который пригласил к нему лучших преподавателей и дал возможность основательно освоить французский, немецкий, английский и латинский языки. Николай Николаевич лично преподавал сыну азы дипломатии, знакомил с посольской перепиской (в частности, с реляциями князя Кантемира из Лондона и Парижа, перепиской Остермана с бароном Флери) и документами из «портфелей» историографа Миллера (РБС 1900: 460).
В 1800 г. Дмитрий Николаевич был зачислен юнкером в Московский архив Коллегии иностранных дел, с 1801 г. работал в должности переводчика упомянутого архива. Еще через три года он был произведен в коллежские асессоры. Первый литературный опыт Д.Н. Бантыш-Каменского относится к 1805 г., когда он перевел с французского языка один из популярных романов того времени Коттэнь «Матильда, или История крестовых походов». В то же время он пишет свое первое самостоятельное сочинение по историко-религиозной тематике (Бантыш-Каменский 1806).
По просьбе сербского митрополита Леонтия Дмитрий Николаевич в 1808 г. был командирован в Сербию с ответственным поручением доставить туда из России святое миро. Это путешествие дало ему возможность ознакомиться с географией и историей южнославянских земель. Их достопримечательности были описаны Д. Бантыш-Каменским в путевых записках, изложенных в популярной в то время форме «писем к другу» и опубликованных в 1810 г. в Москве (Бантыш-Каменский 1810).
Путешествие Д. Бантыш-Каменского длилось около двух с половиной месяцев (с конца апреля до середины июля 1808 г.). Первое его «письмо» датировано 29 апреля 1808 г., когда автор выехал из Подольска и, держа свой путь через Тулу, Мценск, Орел, Белгород, Харьков, Полтаву и Кременчуг, 16 мая прибыл в Дубоссары. Путевые заметки содержат яркие картины природы, описание особенностей архитектуры, быта тех населенных пунктов, которые посещал путешественник. Они свидетельствуют о литературном даровании юного автора (которому тогда исполнилось всего двадцать лет), а также о его таланте художника - отдельные его зарисовки были включены в издание в качестве иллюстраций.
В Дубоссарах он имел аудиенцию у митрополита Гавриила (Бодони), который в то время был назначен экзархом в Молдавию, Валахию и Бессарабию и готовился к отъезду в Яссы (Бантыш-Каменский 1810: 63-64). Описывая город, автор отмечал незначительное количество каменных строений, одновременно подчеркивая, что «картина сего города прекрасна по бесчисленным фруктовым садам, в нем находящимся, и по Молдавским горам, по ту сторону Днестра возвышающимся» (Бантыш-Каменский 1810: 67).
23 мая Д. Бантыш-Каменский прибыл в Яссы - бывшую столицу Молдавского княжества, центр Западной Молдавии. Автор отводит значительное место в своем повествовании описанию города, анализу общей политической ситуации в регионе в связи с Русско-турецкой войной, а также характеристике отдельных исторических деятелей, в частности командующего русской армией в Молдавии генерала- фельдмаршала князя А.А. Прозоровского и М.И. Кутузова (Бантыш-Каменский 1810: 69-84). Он описывал Яссы как «довольно хороший город» с огромным каменным дворцом (возведенным в 1806 г. архитектором Й. Фрейвальдом) при господаре Александре Мурузи.
Описывая внешний вид местной знати, автор отмечал, что «одежда у бояр турецкая, а у их жен европейская, однако ж некоторые из последних, особливо пожилых лет, ходят в своих нарядах; говорят все почти по-французски, а малая часть из них знает по-русски» (Бантыш-Каменский 1810: 78). Д. Бантыш-Каменский обратил внимание на то, что большинство представителей молдавской знати охотно выезжали на прогулки в колясках и верхом, особенно в вечернее время. Однако коляски долго разъезжались по причине узких улиц. Как правило, каждую сопровождало двое слуг, один из которых держал трубку своего господина с длинным чубуком. В среде народных масс Д. Бантыш-Каменский отмечал особую любовь к музыке и танцам и указывал на предпочтения, отдаваемые скрипке и гитаре среди музыкальных инструментов. Вместе с тем он подчеркивал низкий уровень народного просвещения.
Автор отмечал, что почва в Молдавии очень плодоносная, территория изобилует соляными рудниками, смолою и воском. Он подчеркивал наличие значительного количества дубовых и буковых лесов, успехи населения в разведении лошадей и свиней, выращивании дынь и арбузов (Бантыш-Каменский 1810: 81).
Д. Бантыш-Каменский приводил некоторые свои размышления о политическом устройстве и правлении на молдавских территориях, взаимоотношениях молдавских господарей с Османской империей. Однако следует отметить недостаточность, на наш взгляд, аргументации и конкретных исторических примеров, почерпнутых из текстов документальных источников. В то же время он приводил примеры широко используемых молдавских слов, подчеркивая, что в основе многих из них лежат латинские корни (Бантыш-Каменский 1810: 83-84).
Следующим после Ясс пунктом пребывания Д. Бантыш-Каменско- го стал Бухарест, в который он прибыл 26 мая. Город произвел на странника в то время меньшее впечатление, чем Яссы, хотя в нем насчитывалось 60 тыс. жителей и более 300 церквей. Автор писал об узких улицах, мощенных неровными бревнами (Бантыш-Каменский 1810: 86).
Климат в Валахии, по мнению Бантыш-Каменского, более умеренный и приятный, чем в Молдавии. Он отмечал, что страна изобилует лесами, в особенности дубовыми, жители успешно занимаются пчеловодством и скотоводством. Почва очень плодородна и могла бы прокормить вчетверо больше людей, если бы они не были так притесняемы своими господарями и не спасались бы бегством в Турцию. В целом жизнь народа автор рисовал в достаточно темных красках, подчеркивая, что население Валахии пребывает в худшем положении, чем в Молдавии. Д. Бантыш-Каменский приводил высказывание российского государственного деятеля С.С. Кушникова, который председательствовал в тот период в диванах Молдавии и Валахии, о валахах: «Этот народ весьма добр, но очень страждет от исправников своих, старающихся как можно больше его грабить, и что многие волохи для избежания сих притеснений переселились к туркам» (Бантыш-Каменский 1810: 87).
Уделяя в данной статье большее внимание характеристике сюжетов, посвященных пребыванию Д. Бантыш-Каменского в Молдавии и Валахии, отметим, что его путевые заметки содержат не менее ценный материал для описания отдельных аспектов истории, природы и быта Сербии, а также украинских территорий, которые входили в то время в состав Российской империи. Так, значительное внимание в разделах, посвященных пребыванию Бантыш-Каменского в Сербии, отведено характеристике Карагеоргия («Черного Георга»), бесстрашно воевавшего за освобождение сербов от османского ига.
В целом записки предоставляют ценный материал для изучения процесса формирования авторского стиля Д. Бантыш-Каменского, его взглядов, отношения к окружающему миру и людям, восприятия иных культур, а также отличаются оригинальной авторской интерпретацией путевых впечатлений, пережитых событий, увиденных и зафиксированных в памяти картин природы, быта местных жителей.
По возвращении в Россию Дмитрий Николаевич был произведен в чин надворного советника. В 1812 г. Д. Бантыш-Каменский вместе с отцом участвовал в эвакуации важнейших документов Московского архива в Нижний Новгород. Их спасением в условиях пожара Москвы после входа туда французской армии историки в значительной мере обязаны самоотверженному труду отца и сына Бантыш-Каменских.
По приезде в Москву Дмитрий Николаевич приступил к слушанию лекций в Московском университете. В 1813 г. издал биографию своего друга графа А.А. Мусина-Пушкина, погибшего в том же году под Люнебургом (Германия), и своего деда, архиепископа Московского Амвросия Зертис-Каменского (обе эти биографии впоследствии вошли в «Словарь достопамятных людей») (Бантыш-Каменский 1813а; Бантыш-Каменский 1813b). В том же году он завершил еще один свой историко-биографический проект (Бантыш-Каменский 1812-1813).
Годом позже Д. Бантыш-Каменский составил и издал «Собрание списков...» кавалеров четырех высших российских императорских орденов, в котором изложил историю учреждения этих орденов до установления в 1797 г. орденского капитула. Книга была снабжена справочным аппаратом (статуты, алфавитный указатель кавалеров орденов). При ее составлении автор использовал материалы орденских и церемониальных дел, жалованных грамот, министерских реляций, статьи московских и петербургских ведомостей (Бантыш- Каменский 1814).
После смерти отца, которая стала для Дмитрия Николаевича «потерей, и потерей невосполнимой» (Письмо А.М. Мусина-Пушкина 1889: 193), он перешел на службу в Коллегию иностранных дел. Прекрасное знание иностранных языков открывало перед ним широкое поле для дипломатической деятельности. Д. Бантыш-Каменский был командирован в Париж с ответственной миссией, откуда через несколько дней выехал в Вену в распоряжение статс-секретаря графа К.В. Нессельроде на время работы Венского конгресса. Принимая участие в пышных празднествах «танцующего конгресса», Бантыш-Каменский в то же время проводил значительную работу по подготовке документов для переговоров. За деятельное участие в подписании мирного договора Дмитрий Николаевич был награжден Мальтийским крестом, орденом Св. Владимира IV степени и прусским орденом Красного Орла, получил звание камер-юнкера и чин коллежского советника (РБС 1900: 462).