В 1815 г. Д. Бантыш-Каменский женился на дочери князя И.С. Барятинского, а годом позднее оставил дипломатическую службу и поступил вначале чиновником для особых поручений, а затем правителем канцелярии к князю Н.Г. Репнину, назначенному военным губернатором Украины (Малороссии). Пятилетнее пребывание на Украине позволило Бантыш-Каменскому подготовить первую целостную историю края (Бантыш-Каменский 1822). Кроме того, им была написана биография отца Н.Н. Бантыш-Каменского и составлено жизнеописание И. Мазепы.
Исторические интересы Дмитрия Николаевича не ограничивались изучением истории государства, а затрагивали важные сферы культуры и народного быта. В центре его исследований всегда стояла личность, ее общечеловеческие и национальные черты. В связи с этим необходимо отметить его внимание к самобытностям, выходцам из народа. Так, его пребывание в Полтаве было отмечено тем, что он обратил внимание на неординарные актерские способности М.С. Щепкина, стал его «первооткрывателем», приложив немало усилий к освобождению будущего величайшего актера русской сцены от крепостной зависимости.
В 1823 г. Д. Бантыш-Каменский покинул Украину и переехал в Петербург. Как считает историк В. Кравченко, это могло быть связано с окончанием работы над «Историей Малой России» (Кравченко 1990а: 91). В апреле по представлению князя Репнина он был пожалован за «Историю Малой России» чином статского советника и зачислен в список кандидатов, избираемых на должность глав губерний. С этого времени начинается наиболее ответственный для Бантыш- Каменского период государственной и общественной деятельности.
13 марта 1825 г. он был назначен гражданским губернатором Тобольска с произведением в действительные статские советники. С первых же дней Дмитрий Николаевич с большой ответственностью приступил к исполнению своих служебных обязанностей. Генерал- губернатор Западной Сибири П.М. Капцевич поручил ему произвести следствие о татарских землях в Тарском уезде и удостовериться, насколько они недостаточны для прокорма населения и уплаты податей. Уже в скором времени конфликт был урегулирован.
В Тобольске Д. Бантыш-Каменский приложил массу усилий для благоустройства города. Под его руководством были приведены в образцовый порядок больницы и тюремный замок, устроены отдельные палаты по типам болезней, улучшена работа пожарной службы, заведено освещение городских улиц фонарями и т.д. За полгода были сооружены дороги протяженностью 2 000 верст. Новый губернатор благоустроил солдат русских и татарских полков, состоявших в непосредственном его ведении; ввел во многих местностях выращивание картофеля и выделку холста из крапивы; завел сбор пошлин с судов, лодок и купеческих кладей в пользу Тобольска и посредством этого значительно увеличил городские доходы. Возглавив заготовку провианта для войск, энергичный губернатор добился повышения цен на хлеб на местных рынках, который прежде крестьяне за бесценок продавали скупщикам, улучшив, таким образом, имущественное положение тобольского крестьянства.
Духовные и нравственные качества губернатора снискали ему уважение местного населения. С вниманием и даже состраданием относился Д. Бантыш-Каменский к декабристам, которых через Тобольск переправляли к местам их ссылки (среди них был и его родственник М.А. Фонвизин). Декабрист Н.В. Басаргин в своих «Записках» указывал на гуманное и даже сочувственное отношение к нему со стороны тобольского губернатора (Басаргин 1985: 97).
В декабре 1826 г. Д. Бантыш-Каменский принял участие в разрешении конфликта между обдорскими остяками и самоедами, возникшего на почве обременительных податей и раздоров из-за кочевий в тундре. Губернатору удалось добиться отмены взимания с них чрезмерных налогов и сборов. Тогда же он содействовал отмене у вогулов обычая давать за невест калым, который отбирал у обедневших вогулов шанс создать семью.
Таким образом, за трехлетнее пребывание на посту тобольского губернатора Д. Бантыш-Каменский проявил себя энергичным администратором, которому были по плечу самые сложные задачи. Подтверждением его заслуг стало вручение ему ордена Св. Анны I степени. Однако довольно независимые взгляды и симпатии губернатора, его разносторонняя и плодотворная деятельность по улучшению общественного благосостояния не нашли должной поддержки у пронизанных бюрократизмом губернских чиновников. Дмитрий Николаевич стал жертвой клеветнической кампании и безосновательных доносов из-за его принципиальной позиции относительно вымогательства и взяточничества отдельных представителей местной бюрократии.
В Западную Сибирь по поручению М.М. Сперанского была назначена сенаторская ревизия, последний был общеизвестным недругом генерал-губернатора П.М. Капцевича. Поскольку Бантыш-Каменский и Капцевич находились в дружеских отношениях, ревизия была направлена, в частности, и против тобольского губернатора. Главным образом вследствие этого Д. Бантыш-Каменский в 1828 г. был отстранен от должности, после чего потянулись следствие и суд в Петербурге (по 1834 г.). Свои злоключения он подробно описал в особой записке, частично опубликованной впоследствии в «Русской старине» (Бантыш-Каменский 1873: 735-784).
Эпиграфом к этому автобиографическому произведению Бан- тыш-Каменский выбрал народную пословицу «До Бога высоко, до царя далеко» и отрывок из «Истории Государства Российского» Н.М. Карамзина: «не имея ни совести, ни чести... Шемяка в краткое время своего владычества <...> попирая ногами справедливость, древние устои, здравый смысл, оставил навеки память своих беззаконий в народной пословице о суде Шемякине, доныне употребительной» (Бантыш-Каменский 1873: 735).
Редакция журнала «Русская старина» сопроводила публикацию пространным комментарием, в котором отметила заслуги бывшего тобольского губернатора: «При всех стеснениях цензуры своего времени Бантыш-Каменский, первый из русских биографов, отважился выставить многих государственных деятелей (некоторых из них - даже современных) в настоящем свете, низводя этих чуть не гомерических героев с их высоких пьедесталов на степень обыкновенных смертных со всеми им свойственными слабостями; независимо от этого, в своих трудах он оставил богатый материал для новейшей истории России» (Бантыш-Каменский 1873: 736).
Эти записки составляют целый том с многочисленными сносками и примечаниями Д. Бантыш-Каменского. Записки были окончены 30 октября 1831 г., но затем последовало дополнение рукой самого автора, которое охватывает 1831-1834 гг. В них без особого пристрастия, подробно и аргументированно изображена вся непривлекательность прибывших в Сибирь ревизоров князя Б.А. Куракина и тайного советника В.К. Безродного. Д. Бантыш-Каменский рисует широкую картину доносительства, клеветничества, подхалимства, стяжательства среди чиновников правительственного и губернского аппарата. Он был убежден, что ревизоры всевозможными посулами домогались нужных им показаний, дискредитировали высшие государственные органы, лишали людей веры в действенность законов и справедливость суда (Бантыш-Каменский 1873: 736).
В мае 1828 г. Д. Бантыш-Каменский приехал в отпуск в Петербург, ища личной встречи со Сперанским. Это ему удалось, причем дважды, однако итог был неблагоприятным для Дмитрия Николаевича. Он не согласился участвовать в клеветнической кампании против генерал-губернатора П. Капцевича, оставаясь верным своим моральным устоям и принципам. Не изменило положение и прошение на имя императора, в котором Д. Бантыш-Каменский аргументированно оспаривал возведенные на него клеветнические доносы и указывал на неблаговидность ревизорских приемов Куракина и Безродного. В июне 1828 г. прошение было передано императором в Комитет министров на рассмотрение. В результате 30 июля 1828 г. последовал указ об увольнении Бантыш-Каменского с должности тобольского губернатора.
Дмитрий Николаевич долго искал правосудия. И только 6 марта 1833 г. последовала императорская резолюция: Бантыш-Каменского избавить от всякого взыскания; обратить на службу, причем зачесть ему все время невинного нахождения под судом в годы службы. Господам же сенаторам (т.е. ревизорам. - М.П., И.С.) поставить на вид неосновательность их донесения» (РБС 1990: 466).
Однако, несмотря на эту резолюцию, Д. Бантыш-Каменский вновь не добился справедливого решения - 16 апреля 1834 г. по Высочайшему повелению он был уволен со службы окончательно. Пользуясь невольным досугом, Дмитрий Николаевич вновь отдался своим литературным занятиям. С 1828 по 1830 г. он дополнил «Историю Малой России» и выпустил второе ее издание (Бантыш-Каменский 1830). После этого написал художественно-исторический роман «Княжна Мария Меншикова» (Бантыш-Каменский 1833). Но основным его занятием стал поиск материалов для задуманного им многотомного «Словаря достопамятных людей русской земли». В предисловии этого издания автор-составитель в концентрированной форме сформулировал свое кредо историка: «Сохранить для потомства подвиги, достойные подражания и, осмеивая слабости, описывая преступления, возвысить цену добродетели» (Бантыш-Каменский 1847).
Историк работал, невзирая на постигшее его горе - уход из жизни супруги (1834 г.), которая оставила на его попечение сына и трех дочерей. Этот капитальный труд Д. Бантыш-Каменского составил к 1836 г. пять томов и являлся в то время «незаменимым пособием для ознакомления преимущественно с новейшим периодом русской истории, по которой не существует вовсе сочинений, систематически обработанных» (Иконников 1891: 93).
Годом ранее Дмитрий Николаевич был восстановлен на государственной службе и определен в Министерство финансов в качестве «присутствующего» в Московском комитете по снабжению войск сукном. В мае 1836 г. последовало более ответственное назначение - губернатором в Вильно. На этом посту Д. Бантыш-Каменский обратил особое внимание на улучшение работы благотворительных заведений, больниц, приютов. Его усилиями была значительно снижена смертность в воспитательном доме «Младенец Иисуса». Но уже спустя два года Бантыш-Каменский подал в отставку (причина такого решения до сих пор остается неясной) (Кравченко 1990а: 93). В 1838 г. Д. Бантыш-Каменский был зачислен в штат Министерства внутренних дел с жалованием 6 000 руб. в год. В августе 1840 г. стал членом Департамента уделов. Государственная служба на этом поприще оставляла ему время и на занятия наукой - в 1840-1841 гг. он подготовил к изданию капитальное четырехтомное собрание биографий российских военачальников (Бантыш-Каменский 18401841).
В то время Д. Бантыш-Каменский достиг высот своей карьеры - 15 апреля 1841 г. он был произведен в тайные советники. Однако это достижение было омрачено смертью его второй жены Елизаветы Осиповны Пузыревской и его шестнадцатилетней дочери (от первого брака) Анастасии. Без матери остались две малолетние дочери. Душевные потрясения, перенесенные вследствие столь тяжелой утраты, серьезно подорвали здоровье Дмитрия Николаевича.
Лишь в сентябре 1844 г., по возвращении из кратковременной поездки за границу, Бантыш-Каменский вновь приступил к занятиям историей, подготовив три дополнительных тома к «Словарю достопамятных людей русской земли». Его самочувствие улучшилось настолько, что Дмитрий Николаевич в 1846 г. сочетался браком с Софьей Александровной Перрен. Подтверждением его заслуг перед Отечеством стало награждение Д. Бантыш-Каменского орденом Св. Владимира ІІ степени (1846 г.). Но медики настоятельно советовали ему отвлечься от дел и уделить больше внимания укреплению здоровья. Прислушавшись к их увещеваниям, Дмитрий Николаевич уже в следующем году выехал на лечение в Мариенбад.
Однако восстановить силы ему так и не удалось. По возвращении домой его состояние резко ухудшилось, и 25 января 1850 г. на 62-м году жизни он умер после продолжительной болезни в Петербурге. Согласно воле покойного, его тело было похоронено в Москве в семейном склепе на территории Донского монастыря, о чем сообщал журнал «Москвитянин» (Памяти Н.Д. Бантыш-Каменского 1850: 128).
Полувековая государственная служба и литературные труды принесли Д. Бантыш-Каменскому заслуженную известность и почет, но не обогатили его. Для погашения долговых квитанций его наследникам правительством было выплачено 10 тыс. руб.
Плодотворная творческая деятельность Д.Н. Бантыш-Каменского имела весомые результаты, которые обозначили определенный этап в развитии исторической науки.
Кроме исследовательской и литературной, Дмитрий Николаевич вел значительную общественно-научную деятельность. Он являлся членом нескольких научных обществ, в том числе Московского общества истории и древностей российских (с 1823 г.), Московского общества испытателей природы, Королевского копенгагенского общества северных антиквариев (с 1843 г.).
Он всегда чтил семейные традиции Бантыш-Каменских, которые из поколения в поколение пытались передать накопленные знания и опыт, привить любовь к Отечеству, к изучению и уважению его истории. Д. Бантыш-Каменский в своем послании к сыну призывал «во всем подражать достопочтенному деду твоему», который «никого не обидел в жизни своей, благодетельствуя каждому, по возможности, был враг роскоши, гнушался гордостию, хранил свято верность Богу и царям, спокойно сошел в могилу, произнеся: “готов”» (Записка Д.Н. Бантыш-Каменского 1889: 194).
Страницы биографии Дмитрия Бантыш-Каменского воссоздают перед нами образ просвещенного талантливого человека первой половины XIX в., которая была наполнена судьбоносными для Российской империи событиями.