Материал: Долговая А.И. - Криминология

5. Половые эксцессы осужденных, выражающиеся в: а) сек­ суальных преступлениях (изнасилование, понуждение к дейст­ виям сексуального характера и др.); б) насильственных действи­ ях сексуального характера (сексуальные контакты между муж­ чинами, женщинами, иные действия сексуального характера, под которыми понимают удовлетворение половой потребности другими способами); в) проституции легальной, гомосексуаль­ ной.

6.Обращение с наркотическими или другими запрещенными веществами или предметами.

7.Особого внимания заслуживает так называемое массовое преступное поведение, особенно массовые побеги, массовые бес­ порядки. Криминологически значимы массовые эксцессы осуж­ денных: массовый отказ от приема пищи, массовый невыход на работу. Они могут свидетельствовать о нарушении закона в отно­ шении осужденных либо криминальной организационной дея­ тельности. Если не принимать соответствующих профилактиче­ ских мер, такие эксцессы способны перерастать в особо опасные групповые преступления.

Преступность сотрудников органов и учреждений, исполняющих уголовное наказание, включает преимущественно должностные пре­ ступления, а также связанные с незаконным оборотом наркотиков.

Структура такой преступности в начале XXI в. была следующей: злоупотребление должностными полномочиями (21,9%); превы­ шение должностных полномочий (10,9%); взяточничество (7,8%); присвоение и растрата, халатность (по 3,1%); «наркотические» преступления (21,8%); кражи (3,1%); против жизни и здоровья (3,1%); «транспортные» преступления (1,6%); и др.

Динамика пенитенциарной преступности в 1992—2003 гг. ха­ рактеризуется резким снижением абсолютного числа зарегистри­ рованных преступлений1 (табл. 115).

1 Во всех ИУ России совершалось в 1980—1990-х гг. от 1,5 до 5 тыс.

в среднем от 1,5 до 20 преступлений в зависимости от вида исправи­ тельного учреждения. В структуре преступности по всем ИУ в начале 1990-х гг. на первом месте находилось уклонение от отбывания наказа­ ния, куда были включены побеги из колоний-поселений, затем — побе­ ги из ИУ, на третьем — различные виды обращения с наркотическими веществами, на четвертом — причинение тяжкого вреда здоровью, на пятом — сопротивление представителям администрации, декриминализированное в новом УК РФ.

ния (11%); 4) против личности (9,4%); 5) против общественной безопасности и общественного порядка (3,13%).

Если в 1992 г. удельный вес побегов составлял 38,4%, то в 1997 г. он увеличился до 40%. В дальнейшем происходило его стабильное снижение до 22% в 2003 г.1

Изменения удельного веса и числа преступлений, предусмот­ ренных ст. 314 «Уклонение от отбывания лишения свободы» УК РФ, носили неоднозначный характер2. В 1997 г. их удельный вес составил 5,3%. В 2000 г. произошло сокращение рассматри­ ваемых преступлений до 94, но удельный вес составил значитель­ ную цифру — 9,4%. В 2003 г. наблюдалось резкое снижение чис-

1 Состояние преступности в ИУ, в том числе и побегов, зависит и от изменения законодательства. Изменение редакции ст. 188 УК РСФСР Законом РФ от 19 февраля 1993 г. № 4510-1 и признание оставления ко­ лонии-поселения уклонением от отбывания наказания резко изменило количественные показатели побегов в общей структуре преступности. Вступление в силу УК РФ повлекло изменение числа побегов в сторону увеличения в первую очередь из колоний-поселений.

2 Негативное воздействие на общее состояние преступности оказали имевшие место в 1995 г. 227 случаев невозвращения осужденных из пре­ доставленного им отпуска (удельный вес составил 6,3% от числа всех преступлений, совершенных в ИУ). В 1996 г. выявлено 235 случаев не­ возвращения из отпуска, что составляет 8,3% от общей массы зарегист­ рированной пенитенциарной преступности.

В течение последних 10 лет доля убийств (с покушениями) и причинения тяжкого вреда здоровью (в том числе повлекшего смерть потерпевшего) снизилась с 16,8% в общем количестве за­ регистрированных пенитенциарных преступлений осужденных в 1992 г. до 9,4% в 2002 г. и до 7% в 2003 г.

Удельный вес деяний, связанных с дезорганизацией деятель­ ности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, по сравнению с 1992 г. (1,2%) возрос до 3,3% —- в 1997 г. и до 4% — в 1998 г.1

Отмечается стабильный рост удельного веса наиболее опасных насильственных преступлений (убийство и причинение тяжкого вреда здоровью) с 8,3 до 10,4%. Снижение этого качественного по­ казателя до уровня 1995 г. произошло лишь в 2001 г., когда доля данных преступлений в структуре пенитенциарной преступности составила 8%. В 2003 г. на фоне некоторого снижения доли (до 21%) наиболее опасных насильственных преступлений, указанных выше, в структуре преступности мест лишения свободы наблюдал­ ся самый большой с 1997 г. рост доли дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, — до 13%.

Среди причин нынешнего положения дел с насильственной преступностью в местах лишения свободы необходимо назвать явно недостаточное использование в качестве меры предупреж­ дения тяжкой насильственной преступности норм УК РФ с так называемой двойной превенцией, среди которых особенно зна­ чимы ст. 119, ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116, ч. 2 ст. 321.

Несмотря на неоднократные указания ГУИН Минюста Рос­ сии по совершенствованию борьбы с тяжкими и особо тяжкими преступлениями против личности, руководители ИУ не предпри­ нимают необходимых мер для возбуждения уголовных дел по преступлениям небольшой и средней тяжести в целях предупре­ ждения более тяжких, не желая увеличивать общее количество зарегистрированных преступлений2.

1 Из них удельный вес таких деяний с насилием, не опасным для жизни или здоровья и опасным для жизни и здоровья, в 1997 г. составил 1,6%, а в 2001 г. этот показатель снизился до 0,8%. Однако в 2002 г. в структуре пенитенциарной преступности доля числа зарегистрирован­ ных преступленй осужденных, предусмотренных ст. 321 «Дезорганиза­ ция деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества» УК РФ, резко возросла — до 11%, а в 2003 г. она составила 13,6%.

2 Так, в 2002 г. количество возбужденных уголовных дел в ИК УИС по ч. 1 и ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство) снизилось по сравнению с 2001 г. на 38,7% (с 31 до 19), дезорганизации деятельности учреждений, квалифицируемых по ч. 1 и ч. 2 ст. 321 УК РФ, — на 20,2% (с 84 до 67). В ряде учреждений территориальных органов УИС установленные в ходе