Философия для будущего, которое уже наступило
Филиппов Г.Г.
Современная философия исчерпала возможности новизны своих идей, поскольку действует в традиционных классических парадигмах о непреложности движения общества к лучшему будущему. Однако изменившаяся природная и социальная реальность характеризуется энтропийными тенденциями, т.е. инволюцией. Человеческая цивилизация перешла на ветвь нисходящего развития. Соответственно в понимании окружающего мира действуют уже другие парадигмы: о соизмеримости ценности человека; о свободе как принужденной необходимости; о неизбежности расчета (калькуляции) мыслей и действий в образе жизни в скудеющей среде обитания.
Ключевые слова: инволюция общества, рыночная ценность человека, рыночная ценность жизни, свобода как принужденная необходимость, калькуляция как образ жизни.
PHILOSOPHY FOR THE FUTURE THAT HAS ALREADY COME
Filippov G.G.
Modern philosophy has exhausted the possibilities of novelty of its ideas, because it operates in the traditional classical paradigms of the immutability of the movement of society to a better future. However, the changed natural and social reality is characterized by entropic tendencies, i. e. involution. Human civilization has moved to the branch of downward development. Accordingly, in the understanding of the world there are already other paradigms: about the commensurability of human values; about freedom as a forced necessity; about inevitability of calculation (forecasting) of thoughts and actions in a way of life in the scanty environment.
Keywords: involution of society; market value of person; freedom as a forced necessity; calculation as a way of life.
Современная философия за последние сто с лишним лет не принесла новых основополагающих теорий и концепций, сравнимых с классическими системами прошлого по грандиозности или по глубине постановки мировоззренческих и методологических идей понимания нынешних научных достижений (новых идей нет, но есть новые академики). И не потому, что перевелись умные люди; ни по изощренности мышления, ни по запасам IQ и закромам информации наш век не уступает прошлым. На угасание мотивации к философскому познанию тоже затруднительно сослаться, поскольку и в популярной публицистике, и в расхожей беллетристике беспрестанно поднимаются сугубо философские вопросы и проблемы: куда идем, куда стремимся, зачем живем? Видимо, дело не в нашем искривившемся сознании и обленившемся субъективном духе, а в существенно изменившемся объективном мире, который зримо или подспудно диктует нам иные мысли и парадигмы.
В современной отечественной и европейской философии явственно прослеживаются несколько течений: саморефлексия, т. е. вторичный и третичный анализ философских идей и концепций прошлых философских систем; беллетристика (вежливо называемая литературной философией [11, с. 111-116]), представляющая собой анализ метатеории литературных образов и анализ мотивации литературных персонажей, а также реальных исторических лиц с точки зрения их описанного и предполагаемого поведения; мнимая философия, официально называемая постмодернистской, а со скрытым презрением -- синтетической [12, с. 128]; плюралистическая философия, соединяющая разнородные идеи и концепции; эпистемология -- якобы философия, а фактически -- логический, лингвистический и семантический анализ формы и содержания высказываний во имя их точности и однозначности.
Такая ситуация была констатирована в профессиональных философских публикациях в начале нынешнего века. В одних случаях откровенно жестко и критично [3], в других -- осторожно и примиренчески, с надеждой на светлеющее будущее в глазах функционеров философской когорты [3]. философия будущее цивилизация
Характер сложившейся ситуации подтверждается раскладом тематики докторских диссертаций по философии в наступившем XXI в. По директивному определению Министерства образования и науки и Высшей Аттестационной Комиссии при нем, каждая докторская диссертация должна открывать новое направление в соответствующей науке, решать актуальные проблемы теории и практики, строиться на важнейших достижениях науки.
Но как в начале века, так и сейчас картина докторской тематики одинакова. Абсолютное большинство диссертаций посвящено социальной философии, хотя в этой области не видно прорывных (как теперь модно выражаться) достижений и эпохальных открытий, инициированных успехами в соответствующих конкретных социальных и социально-гуманитарных науках. Если посмотреть сайт Института философии АН РФ, то обнаруживается все та же картина: докторских диссертаций многие десятки за год (2017, 2018), и все по социальной тематике. Каждый год защищается одна-две докторских диссертации по философским вопросам науки и техники (неужто в естественных и технических науках не происходит теперь открытий, достойных внимания докторантов от философии?). Зато наблюдается плодовитое Возрождение натурфилософии, ее реставрация: философская антропология, философия хозяйства, философия управления, философия семейных отношений, философия психических отклонений, философия смерти и т. д. Не случайно появились предположения о скором появлении книги о конце философии, наподобие «Конца истории», «Конца науки» и т. п.
Современное философское знание основывается на традиционных парадигмах классического этапа человеческого познания: у человека и природы сложились сбалансированные отношения при ведущей роли человека; общество идет по пути прогресса, хотя с трудностями и бедами, но к светлеющему будущему; познание и наука стали главным средством и основной гарантией преуспеяния человечества; человек стал важнейшей, ни с чем не сравнимой ценностью мира. И философия превратилась в мировоззренческую опору человеческого бытия.
Однако парадигмы не существуют вечно и неизменно, как платоновские идеи, и не пребывают, подобно эпикуровским божествам, в интермундиях, не снисходя до прозы земного бытия. Парадигмы изменяются, появляются и уходят с переменами в объективной реальности, материальной и духовной. Или с обнаружением в нашем бытии и в нашем познании новых видов и сфер объективной реальности.
Похожие ситуации уже не раз случались в науках. Так произошло в физике в начале ХХ в., когда открыли качественно новый вид материальной реальности -- микромир, в котором парадигмы и законы классической физики утратили объяснительную способность. Так случилось в химии, когда открытие периодического закона химических элементов качественно изменило парадигмы исследования и понимания атомного и молекулярного строения вещества. Так произошло в ходе научно-технической революции в середине ХХ в., когда открытие и вещественное воплощение искусственных химических материалов привело к созданию новых отраслей промышленности и, соответственно, новых технологий, рецептов и конструкторских решений, к созданию ранее неведомых отраслей техники.
Сходная ситуация наступила и для философии. Качественно изменилась природная реальность в сторону ускоренной деградации. Принципиально изменилось направление развития общества -- оно пошло по пути инволюции. Поскольку эти изменения имеют не временный и не локальный характер, а относятся ко всей природной среде и ко всему человеческому обществу, то они являются предметом философского рассмотрения.
Последствия переломного характера этих двух событий в жизни земной природы и нашей цивилизации затеняются идеологизированным и политизированным потоком бодрых сообщений о локальных улучшениях экологической обстановки и точечных решениях острых социальных проблем в отдельных регионах в отдельных случаях отдельными властными органами (прямо-таки, как острили в горбачевские времена иные юмористы: «Лишь в отдельных магазинах нет отдельной колбасы»). Но отдельные факты ничего не доказывают. Доказательной силой обладает только система фактов и комплекс закономерных тенденций.
Доказательным аргументом в оценке состояния природной среды является экологический кризис эпохи индустриальной и постиндустриальной цивилизации. Он представляет собой противоречие между обществом и природой, причем противоречие антагонистическое. А в классической философии ясно было сказано, что антагонистическое противоречие разрешается через уничтожение одной из противоборствующих сторон (такое понимание антагонизма замалчивается или вовсе отвергается нынешними идеологическими посылами, страстно противостоящими признанию роли насилия в развитии).
Именно в этом духе еще в 70-е гг. прошлого века был сформулирован главный вывод комплексного исследования сообщества ученых «Римского клуба»: если все страны мира не перейдут к нулевому росту экономики (прежде всего промышленности и сельского хозяйства), то природа (среда жизни человека) погибнет уже в недалекой исторической перспективе. Последующие доклады «Римского клуба» вплоть до сегодняшнего дня продолжают обосновывать ту же тенденцию эволюцию природной среды, детализируя те или иные аспекты процесса изменения.
К ним относятся: исчерпание невозобновляемых ресурсов (минералы, углеводороды, руды и пр.) и даже возобновляемых (леса, воды, растительность и пр.); загрязнение всех сфер жизни человечества; неблагоприятные изменения в геноме человека. Количественные характеристики этих явлений и сроки их наступления пока что не вычисляются достаточно строго, но тенденции вырисовываются вполне определенно. Социальные следствия этой природной инволюции наблюдаются достаточно зримо. Сокращение природных благ видно на бытовом уровне: неуклонно повышаются цены на продукты из невозобновляемых и возобновляемых ресурсов. Качество этих продуктов все более отклоняется от прошлых, естественных качеств, память о которых еще сохраняется у старших поколений. Это касается не только пищевых продуктов, но и воды, питьевой и для купания, воздуха, не только в городах, но на удалении от городской среды, всякой растительности, которая все более насыщается неестественными синтетическими веществами.
Научные объяснения объективной детерминированности процессов исчерпания природных ресурсов только иллюстрируют неотвратимость деградации природы. Мечтательные надежды на предстоящие научные открытия, которые позволят преодолеть все трудности и беды путем создания новых источников энергии, не учитывают последствий изобилия энергии на планете. Ведь всякая энергия (электрическая, механическая, атомная и пр.) закономерно переходит в тепловую. А тепловая не уходит в космос, остается на Земле и разогревает воздух, почву, воды и прочие сферы. Но превышение земной температуры свыше 42 градусов сделает невозможным существование человеческого мозга.
Не менее финальной выглядит вторая черта экологического кризиса -- растущее загрязнение всех привычных уже сфер человеческого существования (почвы, воздуха, вод, электрического и электромагнитного фона). К ним прибавилась новая сфера загрязнения повседневного человеческого существования -- бытие в мусоре, бытие от производственных и транспортных отходов до безмерных объемов информационного мусора от интернета и всех средств массовых коммуникаций.
Наконец, экологический кризис порождает неблагоприятные деформации в геноме человека. Хотя мировая и национальные статистики регулярно сообщают об успехах в борьбе с болезнями и о растущей продолжительности жизни населения, но прямо не говорят о состоянии здоровья населения и динамике изменения этого состояния. Вычислять эту динамику -- дело специального исследования с разбором полемических проблем и противоречивых позиций. Но имеется однозначный и аргументированный конечный вывод Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ), определяющий сущность здоровья: это такое психическое и физическое состояние человека, при котором он чувствует себя комфортно. Показатель здоровья, как видно, опирается на субъективную оценку самого пациента или врача.
А в прошлом веке, лет пятьдесят тому назад, уровень здоровья определялся по объективным, материальным показателям: по постоянной величине веса во взрослом состоянии, по жизненной емкости легких, по проценту гемоглобина в крови, по отсутствию изъянов в организме и т. д. (при отборе в первый отряд космонавтов в СССР, в который были приняты Ю. Гагарин и Г. Титов, непреодолимой преградой были такие физические дефекты, как наличие пломбы хотя бы в одном зубе, наличие переломов костей даже в далеком детском возрасте). Такого рода показатели также соответствовали нормативам ВОЗ. Окончательный вывод об отрицательной динамике уровня здоровья подтверждает практика -- практика медицинского отбора на воинскую службу тогда и сейчас [2].
Оценивая в целом состояние среды обитания человека приходится признать реальность устойчивой закономерной тенденции ее ухудшения, деградации. Соответственно, в изменившейся среде меняются правила и алгоритмы жизни и выживания.
Современная социальная среда обнаруживает не меньше новых реальностей, чем природная, прежде всего в экономической и политической сферах. Но нагляднее всего эти инновационные реальности проявляются в области искусства. К тем новообразованиям, которые выявил О. Шпенглер сто лет тому назад, приросли дополнительные эрзацпродукты культуры и цивилизации. Ушли в разряд антиквариата поэзия, беллетристика, оперное искусство, живопись, классическая музыка, драматический театр. Однако многие из них остались в мутантной форме. Беллетристика соединилась с детективом и фэнтези, театр -- с «авторской редакцией» с порнографическим уклоном. Классическая музыка состыковалась с атональной музыкой, рэпом и роком. Эстрадная музыка превратилась в смесь шума, крика и акробатических экзерсисов полуголых парней и девиц. Все это закономерно, ибо без этого коктейля не будет продано экономически оправданное количество билетов.
Но основные изменения объективной социальной реальности связаны с экономикой и ее концентрированным выражением -- политикой. Современная рыночная экономика стала только финансово ориентированной, т. е. ориентированной не на производство многообразных товаров и услуг, а на производство денег в максимально возможном объеме. Деньги и прочие производные от них варианты (дериваты) стали товаром, который в своем обороте приносит максимально возможную прибыль при минимальных затратах на их печатание, перемещение, охрану и хранение. Поскольку они являются всеобщим эквивалентом любых товаров и услуг и имеют, таким образом, универсальный характер, постольку предельно упрощают все экономические и все человеческие отношения. Тем самым реальная структура общественных отношений определяется точками размещения крупных денежных средств и связей между ними.