Постоянным контролирующим фактором дискурса является локализация материалов для чтения в хронологическом порядке. На обложку каждого выпуска журнала выносятся дата и год его публикации. Хронологический принцип организации дискурса детского журнала имеет давние культурные традиции, проявляющиеся, к примеру, в представлении материалов для чтения о народных праздниках, приметах и используемых в русской культуре поговорок для описания природных явлений и погоды в рубрике Месяцеслов. «Месяцеслов» представляет собой православный календарь с именами русских святых, расположенных по дням месяца, а также с перечислением церковных праздников. В дискурсе детско-юношеского журнала «Юный натуралист» в рубрике Месяцеслов предоставляются сведения о природе, погоде, исторических датах, контексты народного фольклора и приводятся в соответствии с днями месяца в течение всего года. К примеру, Июнь конец пролетья, начало лета; Июнь-скопидом копит урожай на весь год; В летнюю засуху земля запас пьет; Лето работает на зиму, а зима на лето; Июнь с косой по лугам прошел, а июль с серпом по хлебам пробежал; Красное лето никому не докучило; Каково лето, таково и сено; Тем день силен, что вытягивает лен (Юный натуралист. 1991. № 6. С. 6). Зосима - пчелы меда запасают; Мефодий - паутинный день, погодоуказатель; На Мефодия дождь - будет идти сорок дней; Репу сей на Аграфену - хороша репа будет. На Иванов день цвет, на Ильин-то день (2 августа) - хлеб. На Иванову ночь звездно - много будет грибов. На Самсона- сеногноя дождь - семь недель то ж. На Самсона дождь - до бабьего лета мокро. На Петров день дождь - урожай не дурной, два дождя - хороший, три - богатый. Петр и Павел день убавил. Соловей поет до Петрова дня (Юный натуралист. 1991. № 7. С. 6).
Через комплекс текстов, помещенных в дискурсивное пространство журнала «Юный натуралист», происходит вхождение детской личности в мир словесного искусства, в зоны общественных идеалов определенной исторической эпохи, в систему взаимоотношений человека с окружающей действительностью. Всеобъемлющим пространственным символом в дискурсе детско-юношеского журнала «Юный натуралист» является природный мир. В.А. Ясвин говорит о том, что вопросы личностного отношения к природному миру, которое затрагивает познавательную и эмоционально-аффективную стороны детской личности, требуют критического осмысления. Анализируя аспекты человеческой деятельности, исследователь выделяет четыре параметра ее интенсивности: аффективный, когнитивный, практический и поступочный. Идентификация понятия «природный мир» не исключает возможности его сравнения с понятием «мир природы». По мнению В. А. Ясвина, природный мир имеет материальную основу и представляет собой совокупность конкретных эмоционально окрашенных и субъективно значимых природных объектов или природных комплексов. «Мир природы», напротив, конструируется самой личностью ребенка в процессе его творческой деятельности, к ходе которой происходят трансформации от неизвестного к новому знанию [6. С. 1-20].
В дискурсе журнала «Юный натуралист» пространственно-временные координаты моделируют процесс коммуникации и служат целям формирования детской национально-культурной картины мира.
Моделирование детской картины мира, имеющей процессуальную природу, разворачивается одновременно в социальном пространстве и историческом временном отрезке и основывается на участии в коммуникации и взрослых, и детей, обладающих существенно различающимися жизненными мирами и имеющих свои особенные социокультурные роли. Пространство и время используются в качестве констант содержания формы как отдельно взятых текстов, так и комплексов текстов, локализующихся в одном номере детско-юношеского журнала или же в дискурсивном пространстве журнала в целом. Пространственно-временная категория представлена двумя константами - фактор прошлого и фактор будущего, характерными для дискурса детско- юношеского журнала «Юный натуралист».
Объем предоставляемого материала в одном номере журнала зависит от наполнения его различными по тематике текстами. Журнал придерживается четкой структуры оформления материалов, рубрики по определенной тематике содержат объемные тексты, разбитые на смысловые части. Ключевым параметром реализации процесса локализации знания является разграничение текстов, представляющих индивидуальное знание и опыт, и коллективное знание. Специфика представления знания состоит в том, что детский авторский текст (небольшой по объему) является личностно ориентированным и раскрывает индивидуальное сознание автора-ребенка. Текст, созданный взрослым, напротив, связан с описанием природного мира и пропагандой культурных ценностей и установок социума. Описание природного мира предопределяет ситуацию помещения массового адресата в контекст образовательных, социальных и культурных ситуаций, которые тесно связаны с субъективной интерпретацией данных ситуаций взрослыми адресантами дискурса. Описание общих универсальных культурных категорий сочетается со специфическим пониманием ситуации взрослыми участниками дискурса и передачей данных знаний детской аудитории.
Фактор выбора подходящей аудитории журнала «Юный натуралист» является определяющим. С начала основания журнала Б.В. Всесвятским в 1928 г., «Юный натуралист» вовлекал в свое дискурсивное пространство широкий круг читателей. К категории массового адресанта журнала принадлежали дети, подростки, педагоги, воспитатели, родители и все те, кто был неравнодушен к просветительским и общегражданским проблемам современного общества [7].
Дискурс детско-юношеского журнала «Юный натуралист» представляет собой одновременно закрытую и открытую систему для привлечения в коммуникативное поле дискурса самого адресата. Тексты-рассуждения детей демонстрируют, каким образом у ребенка формируются фундаментальные понятия: объект, пространство, время, причинность. Дискурс журнала «Юный натуралист» позволяет разнообразить базовые представления ребенка о явлениях природы, выявить особенности детской логики и расшифровать механизмы создания познавательного пространства для ребенка. Создатели единого познавательного и коммуникативного пространства для обмена информацией при помощи детско-юношеского журнала ставят перед собой задачу организации феноменологического пространства, «где опыт наполняется значением и смыслом, приобретает структуру, связность и цельность» [8. С. 40]. Соединение двух принципиальных антропологических категорий - мира детской игры и мира учебно-познавательной деятельности является существенным фактором организации дискурсивного пространства для детей и юношества. Данные категории одновременно проявляют себя на социологическом и психологическом уровнях, способствуя конструированию и пониманию образов «себя» и «других».
Решение второй гносеологической задачи осуществляется посредством организации активной познавательной деятельности детей и направлено на приобретение и развитие знаний об окружающем человека природном мире. Предоставляя информацию о человеке и его взаимодействии с природным миром, дискурсивное пространство детско- юношеского журнала «Юный натуралист» выступает субститутом реальности, естественной среды бытия. При этом сама информация материализуется и становится ценностным приобретением индивидуального детского сознания, так как индивиды способны «когнитивно запечатлеть и испытать» реальный и ирреальный мир (курсив мой. - Н.М.), «освоить действительность и затем реорганизовать полученный фрагмент информации в опыт» [Там же. С. 39]. При таком подходе дискурсивное пространство детско-юношеского журнала «Юный натуралист» позволяет организовать коммуникативную платформу для взаимодействия взрослых и детей, а сама форма оформления журнала служит своего рода «“ратификации” репрезентаций в качестве информации, обеспечивающий ее трансляцию между индивидами» [Там же].
Создание формы журнала «Юный натуралист» и трансляция информации в нем обеспечиваются за счет учета продуктивных параметров организации дискурса: «участников», «темы» и «способа» (М. Хэллидей). Под темой дискурса понимается сфера социального взаимодействия, в которой участники коммуникации оперируют языком как основным инструментом сотрудничества. Участникам дискурса приписываются статусные, социальные и ролевые функции. Способ дискурса представляет собой функцию, выполняемую коммуникантами через употребление языка для достижения той или иной цели. Данный параметр включает формально-содержательную организацию текста, канал его репрезентации (устный или письменный), его коммуникативную цель (побуждение, убеждение, описание, рассуждение, объяснение и т.п.) [9]. По параметру «тема», дискурс детско-юношеского журнала «Юный натуралист» представляет собой научно-популярный дискурс, а сам журнал является специализированным образовательным изданием. Детско-юношеский журнал «Юный натуралист» предлагает своему читателю познавательную игру через текст.
Наибольшую значимость в дискурсивном пространстве журнала «Юный натуралист» получил научно-популярный текст, который по своей природе здесь интенционален и направлен на передачу определенного фрагмента знания детско-юношеской аудитории. Фрагмент знания представляется в дискурсе комплексно и локально при помощи использования топикально спаянных текстовых сегментов, оформленных в единый «обобщающий тематический текст» в пространстве одного номера журнала «Юный натуралист». В научно-популярных текстах подача материала происходит системно, тексты диалогически связаны и обладают смысловой однородностью. К примеру, в изданиях за 1991-1992 гг. находим следующие комплексы текстов: «Где пряталась весна», в котором рассказывается о цветах (форзиции, магнолии крупноцветковой, магнолии Суланже, рододендроне понтийском); «Когтиская богорта», где сконцентрирована информация о семействе кошачьих (каракуле, рыси, сервале, мануле, ягуарунди, ирбисе, леопарде); «Скромное обаяние колючек», в котором рассказывается о кактусах, информация о Плато Путорана, а также о животных и птицах, которые там обитают (бурый медведь, снежные бараны, летяга, ястреб-тетеревятник, орлан-белохвост, серебристая чайка, овсянка-крошка). Такие комплексы текстов репрезентируют «поле концептуальной согласованности, позитивности дискурса как инстанции производства знания» [10. С. 55]. Научно-популярный текст, как правило, максимально приближен к тексту, который квалифицируется как научный, т.е. ориентирован на читателя, профессионально занимающегося естествознанием.
В детско-юношеском журнале «Юный натуралист» стилевые параметры текстов научной тематики свидетельствуют об их близости к публицистическому стилю. Научно-публицистический текст является вторым по значимости и популярности в дискурсе журнала «Юный натуралист». Информация может быть представлена в жанре коротких реферативных сообщений о наиболее интересных для массового детского читателя научных открытиях. Эти сообщения представляют тексты вторичного жанра: авторство текста, как правило, не указывается, дается только ссылка на источник сообщения. М. Фуко указывал на бессубъектный статус познавательного пространства [11. С. 27], однако такое пространство способно создавать дискурсы, историю и единую философию коммуникантов. Например, научно-публицистические тексты из рубрики «Оказывается» журнала «Юный натуралист» не демонстрируют взаимосвязанных смысловых отношений, хотя фрагментарно восстанавливают «пазл» целостного образа природного мира. Основная функциональная нагрузка подобных текстов состоит в представлении необычных фактов о естественном мире, мотивируя детскую читательскую аудиторию к познавательной деятельности: Вспомните Айболита. Он понимал язык зверей и птиц и лечил всех, кто к нему обращался. Это в сказке. Ну а в жизни диким животным приходится лечить себя самим. Вот, например, как поступают шимпанзе, когда чувствуют себя плохо: они используют для лечения листья растения “Aspilia”, являющегося родственником обыкновенного подсолнечника. Химики, исследовав это растение, обнаружили, что оно содержит сильнодействующий антибиотик. Но вот что интересно, вместо того, чтобы жевать листья, шимпанзе скатывают их в шарик и заглатывают целиком - делают из ни своеобразные пилюли (Юный натуралист. 1991. № 1. С. 42).
В каждом номере журнала «Юный натуралист» в рубрике «Клуб Почемучек» представлены тексты «гибридного жанра», которые сочетают элементы рассказа или научной статьи, репортажа и интервью с авторитетным исследователем природного мира. К примеру, С Новым годом, дорогие ребята мои обожаемые читатели! Это, я ваш Главный Почемучка, спешу сообщить вам, что наш Клуб продолжает свою работу и по-прежнему откликается на ваши мудреные вопросы...
А вот что пишет ученица 3-го класса Даша Никитина: «Я сижу за одной партой с Петей Курочкиным, и представляете себе, он говорит, что под Москвою встретил живого бобра. Можно ли верить такому?..»
Рассказывает студент Московского лесотехнического института Михаил Храповский.
Черная дыра
Однажды зимой я шел на лыжах берегом замерзшего ручья и вдруг увидел в снегу черную дыру. Осторожно наклонясь над ней, я лихорадочно соображал, кто мог ее проделать? Дыра была довольно широкая, уходила отвесно вниз. И я услышал, что в глубине как будто плескалась вода.
Вдруг изнутри раздался «взрыв», и мне в лицо полетели брызги. От неожиданности я отшатнулся, а когда снова нагнулся, все было тихо. Я и не знал, что было думать.
Загадка разрешилась на обратном пути.
Возвращаясь по собственной лыжне, я увидел на снегу возле дыры черное пятно. Я остановился и в бинокль во всех подробностях рассмотрел большого темного бобра, который тащил в свою нору обрубок ольхи. Зверь скрылся. Мне захотелось подойти к норе, посмотреть, что бобр будет делать, когда вылезет.
Одним броском преодолев сотню метров, я снял лыжи, подошел к самой дыре и замер.
Бобр не заставил себя долго ждать. Показалась плоская голова с маленькими ушами. Наши глаза встретились. Зверь настороженно смотрел на меня. Я не шевелился. Учуять меня он не мог, так как ветер дул с его стороны и уносил запахи. Через минуту он скрылся, вероятно, решив все обдумать, а я терпеливо ждал. Тут бобр показался опять, вылез, принюхался и принялся за работу. Мало кто видел такое.
Большой дикий зверь с черной лоснящейся шкурой в метре от меня спокойно занимался своим делом. Пропахав в снегу борозду, он добрался до ольховых кустов, за считанные секунды срезал зубами сук толщиной в руку и начал аккуратно очищать его от веточек, придерживая передними лапами. Незабываемая картина!
Зверь скрылся, а я надел лыжи и побежал в поселок.
Через несколько дней у бобровой норы я увидел капкан. Не хотелось верить своим глазам. Ведь бобры в Подмосковье очень редки, находятся под охраной, и у кого поднялась рука убить единственного на всю округу зверя, чтобы из его шкуры сшить себе шапку.