Искусственный интеллект как философская проблема и искусственные интеллектуальные системы
Швырков А.И.
Аннотация
Прояснена терминология, связанная с проблемой искусственного интеллекта, различных способов ее трактовки, места и отношения друг к другу ключевых понятий соответствующей сферы. Констатируется, что фокус исследований за последние 30 лет существенно сместился: если раньше суть проблемы искусственного интеллекта большинством исследователей виделась в том, можно ли создать некий искусственный аналог человеческого интеллекта, то теперь она фактически превратилась в конгломерат самых разнообразных проблем и задач, связанных, например, с моделированием психики, мышления, распознаванием образов, роботикой, автоматическим доказательством теорем и т.д. Тем не менее, такая трансформация не означает, что идея искусственного интеллекта как целостного феномена не имеет реального содержания и что мы должны оставить попытки решить проблему возможности именно такого искусственного интеллекта. Однако для того чтобы наши попытки стали более плодотворными, нам следует коренным образом пересмотреть статус данной проблемы. До сих пор она классифицировалась как «комплексная», «междисциплинарная» и т.п. Однако, по нашему мнению, гораздо плодотворнее будет рассматривать ее как имеющую принципиально философский характер, то есть как чисто философскую проблему. Также сделана попытка обосновать идею о том, что искусственные интеллектуальные системы могут рассматриваться как феномен, достаточно независимый от идеи искусственного интеллекта. Соответственно, их анализ может осуществляться без постоянного соотнесения с идей искусственного интеллекта.
Ключевые слова: искусственный интеллект, проблема искусственного интеллекта, искусственные интеллектуальные системы
Abstract
Artificial Intelligence as a Philosophical Problem and Artificial Intellectual Systems
Alexander I. Shvyrkov
The paper analyzes terminology associated with the problem of artificial intelligence, various ways of its interpretation, place and relation to each other of the key concepts of the field. It is stated that the focus of research over the last 30 years has shifted significantly: if earlier most researchers saw the essence of the problem in whether an artificial analogue of the human intellect can be created then now it has actually become a conglomerate of a wide range of problems connected, for example, with psyche and thinking modeling, pattern recognition, robotics, automatic proof of theorems, etc. Nevertheless, such a transformation does not mean that the idea of artificial intelligence as a holistic phenomenon has no real sense and that we should abandon attempts to solve the problem of the possibility of such an artificial intelligence. However, in order to make our efforts more fruitful, we should radically reconsider the status of the problem. Until now, it has been classified as “complex”, “interdisciplinary”, etc. However, according to the author of the paper, it will be much more fruitful to consider it as having a fundamentally philosophical character, that is, as a purely philosophical problem. Also an attempt to justify the idea that artificial intellectual systems can - and even should - be regarded as a phenomenon rather independent of the idea of artificial intelligence has been made. Accordingly, they can be analyzed without permanent referring to the idea of artificial intelligence.
Key words: artificial intelligence, artificial intelligence problem, artificial intelligence systems
Введение
Наверно, трудно найти сегодня проблему более неоднозначную, чем проблема искусственного интеллекта (ИИ). С момента появления в 1956 года термина «искусственный интеллект» представления об ИИ и том, можно ли его создать, постоянно менялись и продолжают меняться. Причем разные трактовки ИИ и проблемы ИИ - не редко слабо совместимые друг с другом - сосуществовали и сосуществуют в одном предметном поле, внося изрядную путаницу в теоретические построения. В следствие этого в одной из своих статей попытался несколько прояснить эти вопросы [Швырков, 2009].
Приведем некоторые основания для принятия следующих двух тезисов.
Первый состоит в том, что для успешного анализа проблемы ИИ эту проблему следует рассматривать как такую, которая имеет принципиально философский характер.
Второй гласит, что искусственные интеллектуальные системы необходимо рассматривать в качестве феномена, достаточно независимого от идеи искусственного интеллекта.
Однако сначала следует прояснить несколько терминологических моментов (кратко повторяя основные идеи упомянутой статьи). В различных работах по проблеме термин «искусственный интеллект» употребляется как минимум в трёх основных значениях.
Во-первых, как название для некоторого научного направления, объединяющего большое количество достаточно разнородных исследований [Байдык, 2001, Искусственный интеллект, 1990; Russell, Norvig, 2009].
Во-вторых, как некий целостный феномен, артефакт по своим возможностям так или иначе соотносящийся или даже превосходящий человеческий интеллект (но не обязательно аналогичный последнему) [Haugeland, 1985; Bostrom, 2014]. Под эту категорию, очевидно, подпадают и «сильный», и «слабый» ИИ [Searle, 1997]. В данной статье термин «искусственный интеллект» будет употребляться именно в этом третьем смысле.
В-третьих, как совокупность уже существующих или только разрабатываемых так называемых интеллектуальных систем, используемых для решения различных задач (системы распознавания, слежения, автоматического перевода, автоматизации различных производственных процессов и т.п. [Войскунский, 2001; Глазунов, 2002; Искусственный интеллект, 1991; Уинстон, 1980; Bruce, 2005]). Последние 10-15 лет можно наблюдать то, как это третье значение термина «ИИ» вытесняет все остальные. В большинстве случаев сегодня, когда говорят об ИИ (в том числе в СМИ), имеют в виду именно это значение.
Теперь о том, какой смысл может вкладываться в словосочетание «проблема ИИ». Здесь я вижу две основные возможности.
Первая: проблема ИИ - это название для некоторой совокупности проблем, феноменов, артефактов. Какого-то особого содержания с соответствующим словосочетанием в этом случае не связывается.
Вторая: проблему ИИ в наиболее общем виде можно сформулировать так: возможен ли ИИ и если возможен, то каким образом. В дальнейшем, говоря о проблеме ИИ, я буду иметь в виду именно эту её формулировку.
Все исследования и разработки, так или иначе связываемые с ИИ, можно условно разделить на следующие два класса.
Исследования, проводящиеся тогда, когда понятие ИИ так или иначе определено (во всяком случае, у исследователей есть некоторое представление об этом ИИ), и направленные на поиск путей создания такого ИИ. Этому классу, очевидно, соответствует третье значение термина ИИ.
Исследования и разработки, возникшие из неких практических потребностей и, как кажется, первоначально с ИИ особенно не связывавшиеся. Во всяком случае, создание ИИ (как некоего целостного феномена, артефакта) отнюдь не являлось целью этих исследований. По крайней мере, ближайшей практической целью.
Важно подчеркнуть, что большинство проводившихся в последние несколько десятков лет исследований и разработок относилось именно к этому, второму, классу. В первую очередь речь идет об исследованиях и разработках, связанных с созданием экспертных систем, роботикой, автоматическим доказательством теорем, распознаванием образов и т.д. [Миклошко, 1991; Russell, Norvig, 2009].
Объединение всех этих разнородных исследований под лозунгом создания ИИ достаточно условно и, вероятно, именно поэтому сам термин «искусственный интеллект» в связи с ними исследователями употреблялся сравнительно редко. Показательно, что в книге Б. Гейтса «Бизнес со скоростью мысли», посвященной использованию информационных технологий в различных областях экономики, образования, производства и т.д., термин ИИ встречается только один раз [Гейтс, 2002]. Однако, как уже было сказано, в последние годы данные разработки (и совокупность артефактов, созданных в ходе них) все чаще называют именно ИИ.
Искусственный интеллект как философская проблема
Как писали В.Т. Пушкин и А.Д. Урсул в 1989 г., вместо «единой теории ИИ существует ряд теоретических дисциплин, которые должны изучаться теми, кто выбрал ИИ своей специальностью» [Пушкин, 1989, с. 130]. Отмечу, что за прошедшие 30 лет ситуация мало изменилась.
Каковы же причины того, что такая теория до сих пор не создана (или, по крайней мере, не создаётся)?
Прежде чем говорить о том, способны ли мы в настоящее время создать общую теорию ИИ, необходимо определиться с тем, что следует понимать под такой теорией.
Все теории вообще можно разделить на два вида. К первому относятся такие, которые призваны объяснить некоторую совокупность фактов. Учёных и философов, создающих их, не особенно интересует их практическое приложение. По крайней мере, оно имеет второстепенное значение. Такие теории, как правило, имеют свой вполне определённый, реально существующий предмет, вполне доступный восприятию (возможно, с помощью приборов) или, хотя бы воображению. В качестве примера подобных теорий прежде всего нужно указать математические, физические, биологические, вообще естественнонаучные теории. Можно утверждать, что учёных и философов, создающих теории первого вида, интересует истина сама по себе.
Ко второму виду относятся теории, которые условно могут быть названы практически ориентированными или целеориентированными. Как следует из названия, они создаются под конкретную цель, результат. Те или иные принципы, составляющие их, как правило, носят подчинённый, вспомогательный характер: если бы данную цель можно было достичь каким-либо иным путём, такие теории, скорее всего, просто не возникли бы. Часто подобные теории могут быть модификациями уже существующих теорий или объединением их.
Для целеориентированных теорий чрезвычайно важен образ цели, результата, поскольку именно этот образ определяет отбор компонентов будущей теории. Чем он яснее, детальнее, тем меньше в соответствующей теории будет лишних элементов, тем адекватнее будут методы достижения цели. Следует отметить, что в качестве цели может выступать и некий материальный продукт, и некое желаемое состояние.
Таким образом, основные компоненты целеориентированных теорий следующие: образ цели, теоретические положения, объясняющие некоторый набор фактов и каким -то образом связываемые с целью, практические методы, основанные на этих положениях и призванные обеспечить достижение цели. Прекрасный пример целеориентированных теорий дают различные психологические теории. В первую очередь здесь следует упомянуть психоанализ З. Фрейда и аналитическую психологию К.Г. Юнга.
К какому из двух вышеописанных видов теорий мы должны отнести теорию ИИ? Очевидно ко второму, поскольку главная цель подобной теории - не познание какой-то абстрактной истины, а создание конкретного «продукта». Однако, что же это за продукт?
Ответ на этот вопрос зависит, очевидно, от того, какой смысл мы вкладываем в понятие об ИИ. Действительно, как уже говорилось, в качестве ИИ мы можем рассматривать и некие системы, в той или иной мере берущие на себя работу интеллекта, и некий целостный феномен. В первом случае теория ИИ будет чем-то вроде теории машин и механизмов. Создание такой теории вполне возможно. Более того, можно, вероятно, считать, что она уже существует или, по крайней мере, появится в ближайшем будущем.
В случае, когда под ИИ понимается некий целостный феномен, дело, очевидно, обстоит сложнее. Какой конкретно смысл следует вкладывать в понятие «целостный феномен» совершенно не понятно. То есть не понятно, какова конкретная цель изысканий. Другими словами, отсутствует сколько-нибудь чёткий образ цели. А раз так, то нет критерия, позволяющего оценить те или иные методы и подходы, нет руководящего правила для их генерации.
Очевидно, что создание общей теории ИИ и выработка общего подхода к решению проблеме ИИ это не одно и то же. Действительно, говорить о некой единой теории ИИ можно только в том случае, если ИИ признаётся в принципе возможным. В случае же, когда мы говорим о проблеме ИИ, подразумевается, что этот последний может и не существовать, во всяком случае его возможность должна быть доказана.
Итак, предположим, что мы все-таки захотели выработать тот или иной вариант общего подхода к решению проблемы искусственного интеллекта. С какими трудностями мы бы столкнулись?
Во-первых, мы бы столкнулся с обилием «белых пятен», «лакун» в наших знаниях об интеллекте, психике, мозге, принципах их функционирования и организации. Причем, как правило, эти «лакуны» настолько велики, что каким-либо образом их обойти или просто игнорировать не представляется возможным [Симонов, 1992].
Во-вторых, серьезные проблемы возникли бы вследствие необходимости того или иного однозначного ответа на те основополагающие вопросы нашего мировоззрения, на которые самым непосредственным образом выводит проблема ИИ. Условно эти трудности могут быть названы философскими.
Следует отметить, что если, к примеру, в физике философские проблемы нужно выискивать, то в случае проблемы ИИ мы сталкиваемся с ними практически сразу же, как только начинаем ею заниматься. Материя и сознание, дискретное и непрерывное и т.д., и т.п. - все эти проблемы сразу же предстают перед нами со всей своей непосредственностью, конкретностью и философской напряженностью. Причем для того, чтобы их увидеть, вовсе не обязательно быть философом.