Другие историки настаивают на том, что кадеты являлись закулисными руководителями, находясь в ближайшем окружении А.В. Колчака весь период его правления [9; 10; 15; 26]. Из пяти членов Совета при «Верховном правителе» трое были кадетами. Управляющий делами кадет профессор Н.Д. Тальберг составил свод основных законов - Конституцию 18 ноября. Восточный отдел ЦК партии играл важную совещательную роль при «Верховном правителе».
Его глава В.Н. Пепеляев возглавлял департамент милиции и государственной охраны, затем был министром внутренних дел. Формально он вышел из партии, как и другие, но продолжал участвовать в работе Восточного отдела ЦК.
Кроме того, кадеты принимали активное участие в выработке и практическом осуществлении политики правительства А.В. Колчака по аграрному, рабочему, национальному, внешнеполитическому вопросам. В их руках был также и агитационно-пропагандистский аппарат (Российское общество печатного дела).
Блоковые надпартийные объединения антибольшевистского лагеря занимались исключительно разработкой политической стратегии, а не практической политикой. Поэтому назвать их межпартийными организациями можно с большой долей условности: они отрывались от порождающего их общественного движения и не могли претендовать на роль новых политических партий, реализующих цели борьбы с большевиками. Это был своеобразный симбиоз идеалов политических партий России начала ХХ века. «Непредрешенческая» тактика в решении всех вопросов порождала также ситуации, когда, как иронично отмечал генерал В.И. Гурко, «рядом сидели и дружно между собой беседовали, мало в чём расходясь, Милюков и Пуришкевич» [8, с. 32]. В результате эти блоковые организации отстаивали «всеобъемлющую неопределённость своих лозунгов». Общественно-политическая поддержка Белого движения, в свою очередь, отчасти способствовала превращению его из партизанской борьбы нескольких тысяч добровольцев в организованную силу, направленную на ликвидацию большевизма и создание условий для последующего выбора народом России своего будущего пути. В то же время помещичье-буржуазные политические организации стремились оснастить Белое движение определённой политической программой, основанной на «патриотической» идее «государственного, национального возрождения». Эта идея, по замыслу идеологов антибольшевизма, должна была успешно конкурировать с интернационалистской идеологией правящей партии большевиков, которая объявлялась «антипатриотической».
На деле, однако, «белый патриотизм» часто оборачивался безудержным эгоизмом свергнутых классов, а на практике на самом деле означал реставрацию царской помещичье-буржуазной власти в России с некоторыми модификациями, которые диктовались историческим развитием и необратимыми революционными сдвигами. С другой стороны, попытки привлечь к делу управления занятыми территориями известных в прошлом политических и государственных деятелей страны, готовых на время борьбы отказаться от следования своим партийным и иным принципам, не связанным с делом воссоздания государства, не увенчались успехом.
Это были иллюзии, которые так и не смогли превратиться в реальность, что для исторической эволюции российской государственности представляется весьма характерным явлением. Белое движение, будучи основной противобольшевистской силой, как правило, находило возможности для реализации своих устремлений в деятельности различных правительств, контролировавших в разные периоды Гражданской войны большую часть Российского государства. По мнению современной исследовательницы В.Д. Зиминой, этот факт «даёт основание говорить о попытках реализации особого пути развития российской государственности, который был сориентирован на возрождение политических традиций бывшей Российской империи в их возможном соединении с идеями западноевропейского либерализма» [12, с. 10]. Однако белая государственность стала прямой наследницей самодержавной России с её чёткой политической установкой, согласно которой воля правителя является единственным законом для его подданных. Имперская формула сохранения «Единой и Великой России» была основана на военно-территориальной экспансии окраин огромной страны. Иной вариант казался совершенно неприемлемым.
Тем не менее специфической особенностью российской Гражданской войны стала её альтернативность, выбор различных вариантов будущего развития государственности. Другое дело, как эти идеи преподносились или реализовывались различными политическими противоборствующими силами.
В силу различных объективных и субъективных факторов, Белое движение потерпело поражение. Для большинства солдат и офицеров эмиграция стала тяжёлым испытанием. В 1920 - 1922 гг. белая государственность пыталась эволюционировать в сторону либерализма, однако опора на штыки интервентов не прибавляла ей авторитета в глазах населения. Чаще всего демократия подменялась политической целесообразностью, а отсюда и доминирование исполнительной власти, что было характерно для российской истории в целом. В условиях Гражданской войны эта тенденция политического развития страны стала преобладающей.
Противостояние белых и красных не могло продолжаться вечно. И хотя у обеих сторон были изначально равные шансы на успех, победа в конечном итоге досталась большевикам, взявшим на вооружение и реализовавшим на практике идеи патриотизма и единства страны.
Литература
1. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 446. Оп. 2. Д. 1.
2. Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. П-44. Оп. 1. Д. 365.
3. Подготовка и начало интервенции (октябрь 1917 - октябрь 1918 гг.): Документы и материалы. Владивосток, 1997.
4. Сибирский край (Иркутск). 1918. 19 февраля.
5. Съезды, конференции и совещания социально-классовых, политических, религиозных, национальных организаций в Томской губернии (март 1917 - ноябрь 1918 гг.): в 2 ч. Томск, 1991.
6. Школа и жизнь Сибири (Томск). 1918. № 3.
7. Бучко Н.И. Военная элита Белого движения в Сибири и на Дальнем Востоке: идеология, программы и политика (1917 - 1922). Хабаровск, 2009.
8. Гурко В.И. Из Петрограда через Москву, Париж и Лондон в Одессу // В кн.: Архив русской революции. Берлин, 1924. Т. 15.
9. Думова Н.Г. Кадетская контрреволюция и её разгром (октябрь 1917 - 1920 гг.). М., 1982.
10. Думова Н.Г. Либерал в России: трагедия несовместимости. Исторический портрет П.Н. Милюкова. М.,1993.
11. Думова Н.Г., Трухановский В. Г. Черчилль и Милюков против Советской России. М., 1989.
12. Зимина В.Д. Белое дело взбунтовавшейся России: Политические режимы Гражданской войны. 1917 - 1922 гг. М., 2006.
13. Кроль Л.А. За три года. Владивосток, 1921.
14. Перейра Н.Г. О. Сибирь: Политика и общество в гражданской войне. М., 1996.
15. Поляков Ю.А. Советская страна после окончания гражданской войны: территория и население. М., 1986.
16. Протасов Л.Г. Всероссийское Учредительное собрание: история рождения и гибели. М., 1997.
17. Рудник С.Н. Политические партии на Дальнем Востоке в 1917 г.: автореф. дис. …канд. ист. наук. СПб., 1992.
18. Спирин Л.М. Классы и партии в гражданской войне в России (1917 - 1920 гг.). М., 1967.
19. Спирин Л.М. Россия. 1917 год. Из истории борьбы политических партий. М., 1987.
20. Стрюченко И.Г. Идейно-политическая борьба большевиков Дальнего Востока против буржуазии и мелкобуржуазных партий за массы в 1917 году. Владивосток, 1985.
21. Тактический центр [Историческая справка С.М. Леонтьева] // Красная книга ВЧК. М., 1990. Т. 2. С. 202 - 214.
22. Харусь О.А. К вопросу о политической организованности сибирской буржуазии накануне социалистической революции // В сб.: Октябрь и гражданская война в Сибири. Томск, 1993.
23. Ципкин Ю.Н. Антибольшевистские режимы на Дальнем Востоке в период гражданской войны (1917 - 1922 гг.). Хабаровск, 2003.
24. Швец И.В. Гражданская война в Сибири и на Дальнем Востоке России: борьба республиканской и монархической тенденций (1917 - 1922 гг.): автореф. дис. … канд. ист. наук. Комсомольск-на-Амуре, 2007.
25. Шиканов Л.А. Контрреволюционные силы Сибири в период утверждения Советской власти // В сб.: Из истории революций в России (первая четверть XX века). Томск, 1996. Вып. 2.
26. Шкаренков Л.К. Агония белой эмиграции. М., 1986.