На основе результатов прокурорской деятельности, представленных на сайте генпрокуратуры РФ, можно не только проследить динамику выявленных правонарушений в различных сферах жизнедеятельности, но и оценить характер жалоб различных экономических субъектов на нарушения законности, в том числе в сфере законодательства о противодействии коррупции. Таким образом, есть возможность сравнить количество выявленных в результате проверок прокуратуры нарушений законодательства с количеством жалоб от предпринимателей, в отношении которых проводились те или иные действия со стороны органов власти.
На рисунке 1 представлена статистика правонарушений, выявленных в результате прокурорской проверки за период 2014-2018 гг. и представленных на официальном сайте Генеральной прокуратуры Российской Федерации. Очевидно, что динамика выявленных прокуратурой правонарушений имеет тенденцию к сокращению.
мониторинг теневой сектор
Рисунок 1 - Динамика выявленных нарушений закона в сфере экономики в результате прокурорских проверок за период 2011-2018 гг. [14]
Однако этот показатель не является исчерпывающим для оценки угрозы экономической безопасности, хотя отражает один из аспектов безопасности институциональной среды. Качественным дополнением ему может служить сопоставление количества правонарушений со стороны должностных лиц, осуществляющих различного рода проверки, с жалобами лиц, в отношении которых они проводятся, на неправомерные действия.
На рисунке 2 (а, б) на основе официальных данных, представленных на сайте Генпрокуратуры Российской Федерации, авторами рассчитана доля жалоб на нарушения в сфере: а) законодательства о государственной и муниципальной службе, о противодействии коррупции; б) законодательства в сфере защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.
Рисунок 2 - Выявленные органами прокуратуры нарушения закона и доля жалоб на нарушения в сфере: а) законодательства о государственной и муниципальной службе, о противодействии коррупции; б) законодательства в сфере защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей [14]
Как видно из рисунка 2 (а, б), доля жалоб на реальные нарушения ничтожно мала. Это может свидетельствовать о том, что до сих пор не сформирована практика транспарентности при проведении различных контрольных мероприятий и сохраняется тенденция включения в эти процессы теневых трансакций по инициативе проверяющей и/или проверяемой стороны. И, что крайне важно, это является индикатором низкого уровня культуры экономической безопасности, составляющей этикоидеологическую сторону глобальной задачи государства по ее обеспечению. Это приводит к взаимному отчуждению власти от бизнеса - проблеме, отсутствие решения которой приведет к потере эффективности всех властных решений [15, 16, 17].
По предлагаемой Головко М.В. методике была проведена оценка уровня доверия предпринимателей органам власти на основе исследования данных о применении административных методов госре- гулирования, т.е. различных видов государственного контроля и надзора, а также жалоб предпринимателей на неправомерность действий представителей власти.
Исходные данные для расчета безальтернативных показателей представлены в таблице 1, где:
m - число предпринимателей, которым была оказана j-я услуга и которые затем по этому поводу посчитали нужным обратиться с жалобой в одну из вышестоящих инстанций (включая суд) в базовом (k=0) или отчетном (к=1) году;
gy - количество случаев, по которым предприниматели либо обращаются в органы власти за определенной безальтернативной услугой (j) (регистрация, лицензирование, сертификация), либо им оказана услуга по контролю (например, количество плановых или внеплановых проверок) в базовом или отчетном году [18].
Таблица 1 - Исходные данные для расчетов индекса доверия безальтернативным услугам в 2017 г. (базовом) и 2018 г. (отчетном) (по официальным данным Прокуратуры Республики Мордовия) [14]
|
Виды услуг (выборка органов контроля, проводящих проверки) |
Показатели для безальтернативных услуг в базовом и отчетном году |
||||||
|
moj |
тц |
g0j |
|||||
|
j |
1 |
МЧС РФ |
0 |
1 |
2238 |
1470 |
|
|
2 |
Роспотребнадзор |
0 |
1 |
2203 |
1744 |
||
|
3 |
Россельхознадзор |
0 |
0 |
0 |
0 |
||
|
4 |
Ростехнадзор |
0 |
0 |
0 |
0 |
||
|
5 |
Органы субъекта РФ |
2 |
4 |
4409 |
3408 |
||
|
6 |
Органы муниципального контроля |
0 |
1 |
9 |
13 |
||
|
Всего |
2 |
7 |
8859 |
6635 |
Далее в таблице 2 представим результаты расчетов:
- относительной доли предпринимателей (/ло), обратившихся с жалобой в определенный момент времени (в базисном или отчетном году), среди всех, кому предоставлялась эта услуга (j = 1, 2, 3... n);
- относительной степени доверия р^к выполнению определенной услуги (в диапазоне 0< р^. < 1);
- индивидуальных индексов степени доверия (i) к выполнению j-й безальтернативной услуги с учетом динамики [18].
Таблица 2 - Расчет показателей по безальтернативным услугам (общие показатели) (методика рассмотрена в [18])
|
Виды услуг (проводимых проверок) |
Показатели для безальтернативных услуг в базисном и отчетном году |
|||||
|
foj |
fr, |
P0j |
Pr |
(Pi |
||
|
Всего (на основе обращений с жалобами) |
0,0002 |
0,001 |
0,9998 |
0,9989 |
0,9 |
|
|
Всего (с учетом нарушений законодательства, по которым обращений с жалобами не было по различным причинам) |
0,3 |
0,5 |
0,7 |
0,5 |
0,7 |
Таблица 3 - Расчет индексов по безальтернативным услугам (методика рассмотрена в [18])
|
Расчет индексов |
На основе обращений с жалобами |
С учетом нарушений законодательства, выявленных в результате прокурорского надзора |
|
|
Индекс Ласпейреса IP безальтерн = X g0j Х Plj! X g0j Х P0j |
0,999 |
0,7 |
|
|
Индекс Пааше IP безальтерн = X g1j Х P1j! X g1j Х P0j |
0,993 |
0,7 |
|
|
Индекс Фишера IF = \lL Х \lF P безальтерн \ P безальтерн \ P безальтерн |
0,998 |
0,64 |
Если рассчитанное значение сводного индекса (1рРбезалЬтерн), отражающего оказание безальтернативных услуг, получилось меньше единицы, это может свидетельствовать о снижении в отчетном периоде общего уровня доверия предпринимателей услугам, оказываемым им в рамках деятельности органов власти.
В то же время видно, что уровень доверия, оцениваемый по различным данным, может существенно различаться. И, как ни парадоксально, его формальные оценки также зависят от уровня доверия предпринимателей органам власти, проявляющегося в возможности предъявлять свои законные права и отстаивать законные интересы. Так, доля официальных жалоб (fkj) по региональным оценкам оказалась только 0,0002 и 0,0008 в базовом и отчетном году соответственно. В то же время по результатам прокурорской проверки в этот же период признано незаконными (аннулированы решения по ним) уже 0,3 и 0,5 соответственно. Отказано в согласовании проверок по различным причинам в 64% и 75% случаев подачи заявлений на согласование в базовом и отчетном году соответственно. По сути, это явилось определенным предупреждением возникновения коррупционной составляющей, т.к. причинами отказа стали: отсутствие оснований для проведения проверки, осуществление проведения проверки, противоречащей законодательству, несоответствие предмета проверки полномочиям органа, дублирующая проверка и т.п.
Обсуждение
Считаем необходимым отметить, что невысокая доля жалоб, поданных в результате совершенных представителями власти правонарушений при исполнении ими своих должностных обязанностей, вполне может свидетельствовать о нежелании предпринимателей конфликтовать с представителями власти, несмотря на принятие последними необоснованных и неправомерных решений. Наиболее предпочтительной формой решения возникающих проблем бизнеса, равно как и разногласий с контролирующими структурами, выступает «коррупционный сговор». В итоге развивается противоречивая и, как представляется, достаточно «удобная» позиция граждан в отношении коррупционных схем. Она базируется на двойных стандартах, когда применение подобных инструментов в целях достижения индивидуальной эффективности рассматривается как норма при полном неприятии реализации коррупционных отношений другими субъектами общества. Формирование и институциализация подобных представлений делает неэффективной борьбу с теневой экономикой в целом и с коррупцией в частности [19].
Заключение
Таким образом, предложенные методики могут быть использованы для получения дополнительной оценки уровня взаимного доверия власти и бизнеса, влияющего на развитие теневых экономических отношений, что позволяет косвенно оценить их масштабы. При этом одним из эффективных механизмов преодоления низкого уровня доверия может стать постепенная, поэтапная трансформация системы экономических ценностей, основанных на высоком уровне экономической культуры и этики предпринимательских и управленческих практик. Надо осознавать, что этот процесс длительный и ждать быстрых результатов не придется. Однако он необходим для формирования основы экономического роста на принципах безопасности национальной экономики.
Библиографический список
1. Клямкин И.М., Тимофеев Л.М. Теневой образ жизни. Социологический портрет постсоветского общества // Полис. - 2000. - № 5. - С. 126.
2. Латов Ю.В. Теневая экономика в контексте экономической безопасности // Экономический вестник РГУ - 2007. - Т. 5. - № 1. - С. 16-28.
3. Исправников О., Куликов В. Теневая экономика в России: иной путь и третья сила // Российский экономический журнал. - 1997. - С. 16-20.
4. Радаев В. Неформальная экономика и внеконтрактные отношения в российском бизнесе. Подходы к исследованию неформальной экономики // Неформальная экономика. Россия и мир / под ред. Т. Шанина. - М.: Логос, 1999. - 560 с.
5. Сото Э. де. Иной путь. Невидимая революция в третьем мире. - М.: Catallaxy, 1995. - С. 12.
6. Бокун Н., Кулибаба И. Проблемы статистической оценки теневой экономики // Вопросы статистики. - 1997. - № 7. - С. 11-19.
7. Буров В. Определение масштабов
теневой экономики [Электронный ресурс] // Вестник-Экономист ЗабГУ. - 2012. - № 4. - Режим доступа:
http://vseup.ru/journal/year/2012/number/4/ (дата обращения: 11.06.2015). - загл. с экрана.
8. Сенчагов В.К. Стратегические цели и механизм обеспечения экономической безопасности // Проблемы теории и практики управления. - 2009. - № 3. - С. 18-23.
9. Абалкин Л. Экономическая безопасность России: угрозы и их отражение // Вопросы экономики. - 1994. - № 12. - С. 5-12.
10. Татаркин А., Романова О., Куклин А., Яковлев В. Экономическая безопасности как объект регионального исследования // Вопросы экономики. - 1996. - № 6. - С. 78-89.
11. Указ Президент Российской Федерации от 29.04.1996 № 608 «О государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации (основных положениях)» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kremlin.ru/ acts/ bank/9261 (дата обращения: 15.05.2019). - Загл. с экрана.
12. Указ Президент Российской Федерации от13.05.2017 № 208 «О стратегии экономической безопасности Российской Федерации» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/
new_site/besopasn/ukaz-208.pdf (дата обращения: 15.05.2019). - Загл. с экрана.
13. Головко М.В. Развитие культуры экономической безопасности как инструмент борьбы с рентоориентированной теневой экономикой // Современность: хозяйственные алгоритмы и практики / под ред. Ю.М. Осипова, В.Ю. Стромова,
Е.С. Зотовой. - М. - Тамбов: Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2016. - С. 407-412.
14. Основные статистические данные о деятельности органов прокуратуры за период 2011-2018 гг. [Электронный ресурс]. - Режим доступа:
https://genproc.gov.ru/stat/data/ (дата обращения: 15.05.2019). - Загл. с экрана.
15. Головко М.В., Некрасов В.Н. Теневые отношения как форма реализации основополагающего противоречия управления // Менеджмент в России и за рубежом. - 2011. - № 5. - С. 125-132.
16. Руденко В.А., Головко М.В. Га- битулизация теневых практик как угроза экономической безопасности государства // Теория и практика общественного развития. - 2014. - № 17. - С. 38-40.
17. Кульков В.М. Российское системное перестроение и колеи экономического развития // Философия хозяйства. -
2016. - № 1. - С. 136-142.
18. Головко М.В. Методика мониторинга и оценки уровня доверия предпринимателей органам власти как фактор безопасности институциональной среды // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. - 2012. - № 23 (164). - С. 42-49.
19. Головко М.В., Плотников В.А. Неэкономические факторы экономической безопасности // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. - 2019. - Т 15. - № 1 (370). - С. 35-52.