К вопросу об ответственности за нарушение режима адвокатской тайны
Зубарева Ольга Григорьевна
кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского
и предпринимательского права ФГБОУ ВПО
Южно-Российский институт управления - филиал РАНХиГС при Президенте РФ
МаевскаяМаринаВладимировна
магистрант ФГБОУ ВПО Южно-Российский институт
управления - филиал РАНХиГС при Президенте РФ
Аннотация
Статья посвящена анализу института адвокатской тайны в аспекте ответственности, наступающей за нарушение режима адвокатской тайны и, как следствие, воспрепятствование адвокатской деятельности. Авторы подчеркивают особую важность законодательного закрепления соразмерных мер ответственности за нарушение правовых гарантий, обеспечивающих защиту профессиональных прав адвокатов и неприкосновенность адвокатской тайны. адвокатская тайна ответственность гарантия
Ключевые слова: адвокат, адвокатская деятельность, адвокатская тайна, допрос, ответственность, правовые гарантии, нарушение профессиональных прав адвокатов, воспрепятствование адвокатской деятельности, вмешательство в адвокатскую деятельность.
Zubareva Olga Grigoryevna, associate Professor of civil and business law of the South Russian Institute of management-branch of the Russian presidential Academy of national Economy and public administration, candidate of law.
Mayevskaya Marina V., master's degree student at the South Russian Institute of management - branch of the Russian presidential Academy of national economy and public Administration
To the question of liability arising from violation of the regime of attorney-client privilege
Abstract
The article is devoted to the analysis of the institution of attorney-client privilege in the aspect of liability arising from violation of the regime of attorney privilege and, as a result, obstruction of advocacy. The importance of legislative consolidation of proportionate measures of responsibility for violation of legal guarantees ensuring the protection of the professional rights of advocates and the inviolability of attorney-client privilege is particularly emphasized. Keywords: advocate, advocacy, attorney-client privilege, interrogation, responsibility, legal guarantee, violation of the rights of advocates, obstruction of advocacy, intervention in advocacy.
Сегодня межотраслевой институт «адвокатская тайна» вызывает большой научный и практический интерес, что во многом объясняется его безусловной актуальностью, многоаспектностью и значимостью. Исследованию и раскрытию понятийного аппарата адвокатской тайны, характерных особенностей и признаков, а также функциональной роли данного института в обеспечении конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи посвящено большое количество работ. Однако не менее важному вопросу ответственности, наступающей при наличии посягательств на адвокатскую тайну, равнозначного внимания не отводится.
Легальное определения понятия «адвокатская тайна» закреплено в п. 1 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», из содержания которого следует, что «адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю» Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31.05.2002 N63-ФЗ (последняя редакция) // Собрание законодательства РФ от 10 июня 2002 г. N23. Ст.2102. - Режим доступа: http: //www.consultant.ru/..
Более подробная регламентация и конкретизация сведений, составляющих предмет адвокатской тайны, представлена в п. 5 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката (далее - КПЭА) Кодекс профессиональной этики адвоката (принят I Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003) (ред. от 20.04.2017) // Российская газета от 5 октября 2005 г. N222. - Режим доступа: http: / / www.consultant.ru/..
В подп. 5 п. 4 ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», установлен запрет на разглашение сведений, сообщенных адвокату доверителем в связи с оказанием ему юридической помощи, без согласия доверителя. За нарушение данного запрета адвокат может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Согласно п.6 ст.18 КПЭА мерами дисциплинарной ответственности являются: замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката.
Проанализировав разъяснения Комиссии по этике и стандартам о применении мер дисциплинарной ответственности, которые утверждены Советом Федеральной палаты адвокатов РФ (далее - Совет ФПА РФ), можно прийти к выводу о том, что, по общему правилу, к адвокату применяются меры дисциплинарной ответственности в виде замечания и предупреждения. В свою очередь такая мера ответственности, как прекращение статуса адвоката, может быть применена в случае грубого или неоднократного нарушения адвокатом законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, в том числе КПЭА Разъяснение Комиссии Федеральной палаты адвокатов по этике и стандартам N03/18 «По вопросу применения мер дисциплинарной ответственности» (утв. решением Совета Федеральной палаты ад-вокатов от 15.05.2018 (протокол N3)) // Вестник Федеральной палаты адвокатов РФ от 15 мая 2018 г. N2. - Режим доступа: http: //www.consultant.ru/..
Кроме того, из указанных разъяснений следует, что о тяжести совершенного адвокатом проступка может свидетельствовать допущение адвокатом грубого и явного проявления поведения, которое умаляет авторитет адвокатуры, порочит честь и достоинство адвоката.
Анализ обобщенной дисциплинарной практики Адвокатской палаты Ростовской области (далее - АП РО), показал, что в минувшем году 134 адвоката привлечены к дисциплинарной ответственности, что на 24 % меньше в сравнении с 2018 г., в том числе 35 адвокатам объявлено замечание, 83 - предупреждение, в отношении 15 адвокатов Советом АП РО принято решение о прекращении статуса адвоката, 1 дисциплинарное дело направлено в Квалификационную комиссию в целях нового разбирательства Режим доступа:https://apro.fparf.ru/..
Полагаем, что применительно к адвокату обозначенные меры ответственности вполне достаточны и полностью согласуются с основными целями и задачами дисциплинарного производства. Однако, как показал анализ судебной практики и официальных статистических показателей, не исключены, а, напротив, распространены случаи различных посягательств на адвокатскую тайну и профессиональные права адвоката со стороны должностных лиц, в том числе, представителей следственных органов.
В частности, из содержания последнего размещенного отчета о деятельности комитета АП РО по защите профессиональных прав адвокатов РО следует, что в указанный структурный орган поступило 32 обращения, содержащих сведения о незаконном и систематическом вмешательстве в адвокатскую деятельность и нарушении профессиональных прав адвокатов, по каждому из которых, представителями комитета в адрес заявителей были направлены соответствующие рекомендации и разъяснен алгоритм действий. Значительная часть обращений напрямую связана с вызовами адвокатов для допроса в качестве свидетелей об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с обращением за юридической помощью или в связи с ее ока- занием Режим доступа:https://apro.fparf.ru/..
В своем Определении № 863-О 11 апреля 2019 г. Конституционный суд Российской Федерации (далее - КС РФ), разъяснил, что допрос адвоката в качестве свидетеля может проводиться исключительно с санкции судаРоссийской Федерации, а также части 2 статьи 7 Федерального закона «О Следственном комитете Рос-сийской Федерации» // Вестник Конституционного Суда РФ от 14 мая 2019 г. N4. - Режим доступа: http: //www.consultant.ru/.. Несмотря на значимость данного судебного акта, его принятие обусловило появление целого ряда неразрешенных вопросов. Таковым, в частности, является неоднозначный для судебной практики вопрос о допустимости участия в судебном заседании при рассмотрении ходатайства о допросе адвоката следующих лиц: самого адвоката, а также представителя адвокатской палаты субъекта, наделенного правом выразить компетентную позицию о наличии либо отсутствии обстоятельств, составляющих предмет адвокатской тайны. Полагается, что в сравнении с иными следственными действиями, требующими сохранения тайны следствия, к числу которых прежде всего относится обыск и контроль записи переговоров, вопрос о возможности проведения допроса адвоката, следует разрешать на основе принципа состязательности. Реализация данного принципа позволит в каждом конкретном случае всестороннее и объективное исследовать обстоятельства на предмет относимости к предмету доказывания и, как следствие, положительно повлияет на законность и обоснованность принятых судебных актов.
Кроме того, в рамках данного исследования важно акцентировать особое внимание на одной из важнейших гарантий, предусмотренной в ч.1 ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», из содержания которой следует, что вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности, запрещаются Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31.05.2002 N63-ФЗ (последняя редакция) // Собрание законодательства РФ от 10 июня 2002 г. N23. Ст.2102. - Режим доступа: http: //www.consultant.ru/.. Однако, как показал комплексный анализ отраслевого и специализированного законодательства, несмотря на наличие целого ряда правовых гарантий, направленных на обеспечение защиты адвокатской тайны, корреспондирующая норма, предусматривающая соразмерную меру ответственности при условии посягательства на беспрепятственное осуществление адвокатом своей профессиональной деятельности, отсутствует. Соответственно, правовые нормы, содержащие гарантии, имеют в большей степени декларативный характер. Несмотря на то обстоятельство, что адвокат является полноправной стороной уголовного, гражданского, административного судопроизводства, функционирующих на основе традиционных принципов, среди которых можно выделить принцип состязательности и равноправия сторон.
В этой связи целесообразно рассмотреть законодательную новеллу, основу которой составляет проект изменений, вносимых в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП) от 30.01.2020 г., подготовленный и опубликованный Министерством юстиции Российской Федерации Проект «Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (подготовлен Ми-нюстом России, IDпроекта 02/04/01-20/00099059). - Режим доступа: // https://regulation.gov.ru/.. В частности, предлагается внести в главу 6, изложенную в новой редакции, статью 6.10, поименовав ее, как «воспрепятствование адвокатской деятельности». Из содержания законопроекта следует, что составом данного правонарушения будет признаваться вмешательство в какой бы то ни было форме в адвокатскую деятельность в целях воспрепятствования осуществлению адвокатом его профессиональных полномочий, в том числе неправомерный отказ в предоставлении адвокату в связи с поступившим от него адвокатским запросом информации, предоставление которой предусмотрено федеральным законом, несвоевременное предоставление такой информации либо предоставление заведомо недостоверной информации, если указанные действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния. Санкция анализируемой статьи определяет размер штрафа: для граждан от двух тысяч до пяти тысяч рублей или предупреждение, для должностных лиц - от пяти тысяч до десяти тысяч рублей.
Предусматривается, что указанные нововведения вступят в законную силу 1 января 2021 года.
Следует заметить, что в начале 2018 г. представителями АП Республики Башкортостан было внесено на рассмотрение Совета законодателей РФ при Федеральном собрании РФ предложение, об изменении наименования ст. 294 УК РФ, изложив ее в следующей редакции: «Воспрепятствование осуществлению правосудия, производству предварительного расследования и обеспечению доступа адвоката к правосудию». Далее предлагалось дополнить наименование диспозиции, содержащейся в ч.2 ст. 294 УК РФ словами «а равно в деятельность защитника в целях воспрепятствования осуществления адвокатской деятельности в уголовном судопроизводстве», сохраняя содержание ее санкции Режим доступа:https://ap-rb.ru/news/5555/..
По результатам рассмотрения проанализированного законопроекта совместно с пояснительной запиской в адрес инициаторов было направлено заключение рекомендательного характера, в соответствии которым было предложено не вносить данный законопроект на рассмотрение профильного комитета Государственной Думы ФС РФ. Основой такого решения явился довод о значительном различии правового функционала адвоката в сравнении с правами прокурора, следователя и дознавателя в уголовном процессе, что, в частности, выражается в отсутствии полномочий властного характера.
В процессе дальнейшего обсуждения законопроекта представители адвокатского сообщества выразили несогласие относительно вышеуказанного довода, мотивировав тем, что уголовное судопроизводство основывается на принципах состязательности и равноправии сторон, а потому исключение адвоката из числа лиц, которым гарантирована защита от вмешательства, существенно ограничивает его права и не согласуется с общепризнанными принципами. Признавая несостоятельным указание на отсутствие полномочий властного характера, отмечалось, что в соответствии с п.1 ст. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатура действительно не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления, однако, возложенные задачи, которые имеют непосредственное государственное значение и, что не менее важно, отражают публичный интерес общества, объективно подтверждают особый правовой статус и независимость адвокатуры, как института гражданского общества, без которого представляется невозможным полноценное функционирование правосудия и обеспечение права граждан на получение квалифицированной юридической помощи.