Материал: Коллектив авторов - История всемирной литературы Т.4 - 1987

значительный удельный вес в литературном процессе в целом, несмотря на тенденцию к становлению новой литературной системы.

XVII век — важная веха на пути формирования наций и укрепления национального самосознания, что находит свое выражение и в литературе. В Европе литература в большей или меньшей степени становится средством осмысления актуальных общественных и этических проблем общенационального значения. Не все роды литературы и не во всех странах одновременно обретают это качество. Так, например, во Франции поэзия становится выразителем национальной жизни еще во второй половине XVI в., во времена Плеяды, драматургия же начинает выполнять такого рода задачи именно в XVII в., в период расцвета классицизма.

Усиливающееся деление литературы на различные по своим социальным корням направления также связано со все более глубоким и широким охватом литературой в целом многообразных сфер существования общества.

Живительным источником поэтического вдохновения в литературах ряда народов как Европы, так и Азии служила их борьба за свою независимость.

В XVII в. все больше увеличивается удельный вес национального начала и в литературах Востока. Особенно заметно это на Ближнем Востоке, где происходит распад общемусульманской литературной традиции и на ее базе формируются новые литературы, например афганская, курдская.

Важнейшую роль в становлении национальных литератур играет выработка норм общенационального литературного языка. Литература XVII в. внесла в развитие этого процесса значительный вклад, и прежде всего в Западной Европе.

В то же самое время в литературах стран Востока продолжают играть значительную роль и общерегиональные литературные традиции и языки (арабский и персидский на Ближнем и Среднем Востоке, на Кавказе, в Средней Азии, в исламизированных районах Индии и Индонезии; вэньянь на Дальнем Востоке; пали и санскрит в ряде стран Южной и Юго-Восточной Азии), хотя их начинают все более и более оттеснять живые языки отдельных народов. Вместе с тем некоторые из них, например малайский, в свою очередь, обнаруживают тенденцию к превращению в новый региональный язык.

11

Примеры многоязычия в творчестве отдельных писателей можно обнаружить в разных странах мира. Симеон Полоцкий, например, писал стихи на латыни и по-польски, а также создавал произведения на белорусском и русском (церковнославянском) литературных языках; известный поэт Саиб Табризи творил на фарси и азербайджанском языке; знаменитый китайский новеллист Пу Сун-лин писал свои рассказы «об удивительном» на сложнейшем литературном языке вэньянь, а в простонародных жанрах использовал живой язык провинции Шаньдун.

Часто выбор языка для конкретного произведения определялся обращением писателя к тому или иному жанру словесного искусства. Роль литературы на живых языках в ряде стран в XVII в. уже столь ощутима, что появляется большое количество переводов с общерегиональных литературных языков на местные живые языки (с пали на сиамский или на лаосский и т. п.).

В Европе, где развитие национальных языков ушло вперед по сравнению с Востоком, латынь как международный язык продолжает сохранять свое значение преимущественно в науке, философии и публицистике. В художественном творчестве XVII в. в отличие от XVI в. сфера ее применения резко ограничивается, и все же известное место в истории литературы XVII в. латынь сохраняет (например, романы «Аргенида» и «Эуформио» Барклая, выходца из Шотландии, много лет проведшего во Франции; латинские стихи таких крупных немецких поэтов, как Опиц, Флеминг, Грифиус, творчество Яна Амоса Коменского, целой плеяды польских поэтов и публицистов; роль латыни в литературной

деятельности иезуитов, в преподавании ими риторики и в развивающейся под их воздействием школьной драме).

Традиционной формой литературных и культурных отношений в XVII в. остаются связи, обусловленные распространением той или иной из мировых религий. По-прежнему широко воздействие арабо-персидской литературы, проникавшей во многие страны Востока, вплоть до Индонезии, вместе с исламом; древнеиндийского словесного искусства, активно воспринимавшегося народами, исповедовавшими буддизм.

Первое знакомство с европейской литературой на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии в XVI—XVII вв. начинается с осуществляемых христианскими миссионерами переводов церковных книг. При этом в ряде стран наблюдаются случаи своеобразного синтеза религиозных догм христианства и восточных религиозно-этических учений. Таковы, например, попытки соединения христианства с конфуцианством в странах Дальнего Востока, нашедшие свое отражение в некоторых произведениях китайской философской прозы, или усвоение местных фольклорных сюжетов театральными действами, сочиненными миссионерами на Филиппинах.

Сфера распространения литературы на европейских языках в XVII в. заметно расширяется. Это связано с волной переселения европейцев на другие континенты, с открытием новых морских путей и колониальной экспансией. В землях, которые в XVII в. только начинают осваиваться колонистами, например в Северной Америке и в Южной Африке, литературное творчество ограничивается по преимуществу документальными жанрами: мемуарами, хрониками, дневниками; здесь запечатлеваются драматический ход борьбы с местным населением, его нравы, обычаи, верования. В английских поселениях Северной Америки развивается и поэзия, но она не содержит в себе нового качества по сравнению с творчеством современных английских поэтов барокко и классицизма, отчетливую печать влияния которых она на себе несет. Иначе обстоит дело в Южной и Центральной Америке, в Бразилии, Перу и Мексике. Здесь можно говорить уже о формировании самобытной литературы, возникающей на почве художественных традиций барокко, перенесенных из метрополии, и о стремлении осмыслить местную действительность, использовать фольклорное наследие индейских племен, отразить в художественном творчестве своеобразные черты складывающегося нового латиноамериканского этнопсихологического типа. Подобный синтез имел принципиальное значение для последующего развития литературы данного региона. Характерно, что в XVII в. в литературе тех стран Европы, которые именно в то время интенсивно развернули колониальную экспансию, прежде всего в литературе Англии, появляются произведения, изображающие экзотические страны (Мексику, Индию, Золотой Берег Африки), ярко описывающие столкновения европейцев с туземными народами («Героические драмы» Драйдена). Иногда при этом в произведениях, вводящих колониальную тематику, звучит осуждение расового неравенства и искреннее сочувствие порабощенному европейцами населению (роман Афры Бен «Оруноко»).

Вторжение европейских колонизаторов и торговцев в отдаленные страны Азии и военные столкновения их с аборигенами иногда оказывали заметное влияние на ход литературного процесса. Так, в результате проникновения голландцев на острова Индонезии пришла в упадок бурно развивавшаяся там городская культура прибрежных районов и вновь возобладали

12

более архаические тенденции, связанные с племенной культурой. Вооруженная борьба с португальскими завоевателями отразилась в сингальской поэзии на Цейлоне.

Заметно и влияние культуры Востока на западноевропейские литературы. Во второй половине XVII в. углубляются научные представления европейцев о восточной культуре. Это играет определенную роль в выработке идей и представлений европейского Просвещения.

Знаменитый французский врач, мыслитель и путешественник Ф. Бернье, проживший девять лет при дворе могольских правителей, вернувшись на родину, издал в 1680 г. книгу, познакомившую его соотечественников с Индией, ее политической историей и нравами ее обитателей. Большое познавательное значение имели путешествия Шардена и Тавернье по Персии, заметную роль в развитии интереса к культуре Ближнего Востока сыграл французский литератор Галлан. Несколько позднее, уже в начале XVII в., он опубликовал свой перевод «Тысячи и одной ночи», оказавший влияние на тогдашнюю западноевропейскую литературу.

Еще в начале века у европейских мыслителей возникает интерес к Китаю. О Китае упоминает в своих трудах Бэкон, особенности умственного склада и политического устройства китайцев идеализирует английский эссеист Роберт Бертон, автор «Анатомии Меланхолии» (1621). Известный французский философ-вольнодумец Ламот Левайе ставит Конфуция в один ряд с крупнейшими мыслителями античности — Сократом и Платоном.

Во второй половине века и во Франции, и в Англии, и в Германии появились многочисленные описания Китая и первые переводы конфуцианского канона. Обращаясь к этим книгам, западноевропейские мыслители искали на Востоке материал для обоснования своих общественно-политических теорий идеального государственного устройства. Одним из философов, проявивших особенно живой интерес к Китаю, был Лейбниц.

Как и другие его современники, он идеализировал китайские правопорядки и ратовал за обмен знаниями между учеными Запада и Востока. Одним из практических мероприятий, которое, по мнению Лейбница, могло бы способствовать осуществлению этой задачи, был его проект создания китайско-европейской академии. Он мечтал о широком культурном обмене между Востоком и Западом при посредстве России. Это обращение к России как к посреднику в установлении культурных связей между Европой и Азией не было случайным. Именно в XVII в. в самой России растет интерес к Востоку, русские землепроходцы достигают берегов Ледовитого и Тихого океанов, царские послы направляются с посольствами в Пекин и оставляют любопытные описания своих путешествий (Николай Спафарий). Интерес к Востоку отражается и в мемуарной литературе, а также в целой серии повестей о турках.

Неравномерность развития литератур мира в XVII в. сказывается и в различном характере состава художественного творчества, системы его родов и жанров по отдельным регионам и странам. Западной Европе присуще уже резкое отделение сферы словесности от религиозной литературы, отчетливо обозначившееся еще в эпоху Ренессанса. Вместе с тем понятие «литература» на Западе в XVII в. включает в себя наряду с чисто художественными произведениями также моралистику, мемуары, публицистику, переписку, предназначаемую для публичного чтения в салонах. Характерно в этой связи и то разделение, которое теория классицизма — одного из ведущих литературных направлений эпохи — устанавливает между жанрами «высокими»

и«низкими» в зависимости от тематики и изображаемой сферы жизни.

Уюжных славян (за исключением культуры Дубровника) преобладающее место все еще продолжают занимать унаследованные от Средневековья жанры церковной литературы, но внутри этих жанров уже заметен определенный сдвиг, проявляющийся в привнесении элементов индивидуального начала в религиозную лирику. В восточнославянских литературах наблюдается сложное сосуществование старой, восходящей к Средневековью системы литературы и новых жанров с их ярко выраженной светской направленностью.

Сосуществование традиционных функциональных жанров бессюжетной прозы (жизнеописаний, докладов трону, эпитафий, предисловий и т. п.) и классической поэзии с жанрами литературы нового типа (повести и романа, драмы, простонародных жанров), в которых на первый план выступает изображение внутреннего мира героя, описание быта,

характерно для литератур Дальнего Востока. В Китае, например, в целом ряде теоретических высказываний этого времени делается попытка доказать эстетическое равноправие городской повести и драмы канонической конфуцианской литературе и классической поэзии.

В литературах Ближнего Востока, Индии, Юго-Восточной и Центральной Азии в XVII в. во многом господствует еще литературная система средневекового типа.

Усиленное развитие повествовательных жанров и повествовательного начала (даже в бессюжетной прозе) характерно в XVII в. для литератур разных регионов. На Западе все большую

13

популярность завоевывают различные жанровые разновидности романа с его широким охватом действительности и динамичным развитием сюжета. В России широкое распространение получают переводы и народные обработки западноевропейских рыцарских романов, создаются исторические и бытовые повести, повествовательное начало вторгается и в традиционные житийные произведения. В XVII в. на Ближнем и Среднем Востоке, а также в Индии, на Малайском полуострове, Суматре, Яве широкое признание завоевывают «народные романы», тексты которых закрепляются в письменных обработках именно в то время. К тому же XVII век — эпоха расцвета городских повестей

вТурции, Китае, Японии.

ВXVII в. возрастает и общественная действенность литературы. Это особенно ощутимо в Европе и на Дальнем Востоке. Все чаще в художественных произведениях находят свое выражение попытки писателей отображать современную им действительность не косвенно, используя исторические сюжеты и мотивы, заимствованные из мифологии и литературного наследия прошлого, а непосредственно. В западноевропейской литературе эта тенденция получает наиболее широкое распространение в комедии и социально-бытовом романе, но проникает изредка в такой «высокий» с точки зрения тогдашней эстетической теории жанр, как трагедия.

Принципиально новаторское значение имеет поэма представителя дубровницкой литературы Гундулича «Осман», в которой монументальная эпическая тема решается на материале современных поэту военных событий.

Бытовые приметы времени ярко проступают и в русской литературе XVII в., особенно в повествовательной прозе. Аввакум создает автобиографическое «Житие» — выдающееся по своему художественному значению произведение, в котором отражаются общественные и духовные конфликты эпохи.

На Дальнем Востоке современная тема в XVII в. находит наиболее яркое воплощение в драматургии: пьесы Ли Юя и Кун Шан-жэня о последних днях минской династии в Китае; произведения знаменитого японского драматурга Тикамацу на бытовые темы, созданные по горячим следам событий. Приближение литературы к действительности обогащает ее возможности в раскрытии социальных пороков, разъедающих современное писателю общество.

Знаменателен в XVII в. и расцвет публицистики, особенно заметный в годы таких глубоких общественных потрясений, как Английская революция или Фронда во Франции, как борьба против католицизма и церковной унии на Украине и в Белоруссии, как движение раскола в России. Следует подчеркнуть и то обстоятельство, что именно в XVII в. возникает периодическая печать в ряде западноевропейских стран, в Японии и Китае, где столичная газета существовала до этого лишь в рукописном виде.

В развитии литературы XVII в. важную роль играет народное начало. Многие крупные произведения этой литературы отмечены попытками их авторов создать проникнутые сочувствием положительные образы представителей угнетенных, низших слоев общества. Особенно показательны в этом отношении герои Мольера, Лафонтена и Лабрюйера во Франции, Мильтона, творца «Самсона-борца», и Бэньяна, автора «Пути паломника», в

Англии, немецкого прозаика Гриммельсгаузена, Кальдерона в Испании. Мощным средством, вдохновляющим народ на борьбу с иноземными угнетателями, были эпические поэмы, овеянные патриотическим духом, такие, как «Сигетское бедствие» Зрини, «Осман» Гундулича, «Хотинская война» Потоцкого. Монументальный образ народного героя создан в сложившемся в конце XVI — начале XVII в. на Кавказе и в Средней Азии эпосе «Кёр-оглы». В литературах Дальнего Востока появляются многочисленные жизнеописания, герои которых — актеры, народные рассказчики и умельцы (в китайской «высокой» прозе), горожане — борцы против маньчжурского войска (в китайской драматургии), народные повстанцы — благородные разбойники (в китайской и корейской повествовательной прозе).

XVII век — важная веха для многих народов и в развитии устного народного творчества. Расцветает славянская народная поэзия. Создаются болгарские гайдуцкие песни и эпические циклы, воспевающие подвиги сербских юнаков и гайдуков. Героические деяния народа в освободительной борьбе, возглавляемой Богданом Хмельницким, запечатлевают украинские думы. Народных героев, народных вождей, и в первую очередь предводителя крестьянского движения Степана Разина, воспевают русские исторические песни. Развивается ашугская поэзия в Закавказье.

В Китае заметен расцвет лирической песни и городского фольклора. Именно в XVII в. устное народное творчество начинает здесь вызывать интерес литераторов, ранее склонных пренебрежительно относиться к фольклору. Записываются, издаются народные песни, анекдоты, предания, сказы, делаются попытки имитировать формы народной словесности. Раздаются голоса в защиту фольклорных произведений, утверждается их равноправие с «высокой» поэзией.

XVII век — время фиксации народных романов на Ближнем Востоке, с этой поры они становятся

14

фактом письменной литературы. Усиливается внимание к фольклору и в России (запись песен для Ричарда Джемса, первые записи былин, фольклорная поэтика в лирике П. А. Квашнина-Самарина и т. п.). В Германии в начале XVII в. продолжается собирание и издание шванков, в которых заметно усиливается элемент бытописательства. Процесс этот оказал ощутимое влияние на развитие жанров рассказа и романа, и в частности на творчество Гриммельсгаузена. В XVII в. появляются и первые в Европе сборники народных сказок: «Пентамерон» итальянского писателя Базиле, «Сказки» известного французского литератора и критика Перро. Ни книга Базиле, ни сборник Перро не были простой записью фольклорных произведений. Базиле перелагал и обрабатывал сказки в духе художественных традиций итальянского барокко, а Перро в соответствии с прециозными эстетическими вкусами. Процесс сближения так называемой высокой литературы с живительными фольклорными источниками наблюдается и в поэмах Зрини и Гундулича. Широкое использование мотивов, почерпнутых из народной поэзии, сочетается здесь с творческим развитием художественных тенденций барокко.

Интересно отметить, что процессы взаимодействия литературы и фольклора в XVII в. на Западе и на Востоке во многом сходны. Подобно Перро и Базиле, Пу Сун-лин в Китае фактически поднимает сказку до уровня «высокой» изящной словесности. И в Германии, и в Китае наряду с изданием сборников народных анекдотов отдельные авторы в своем творчестве сами стремятся использовать традиции и формы народной сатиры и юмора.

Народная стихия воздействует не только на повествовательные жанры литературы, но и на драматургию. Так, Мольер, например, создавая комедию общенационального звучания, использует и развивает традиции народного фарса. Его младший японский современник Тикамацу Мондзаэмон пишет литературные драмы глубокого философского содержания в традициях народного кукольного театра. XVII век, эпоха бурных общественных коллизий и переломов, не случайно является временем расцвета