Однако харбукцы занимались не только кустарным промыслом. Подавляющее большинство из них были теми же крестьянами-земледельцами, которые в свободное от сельскохозяйственной работы время занимались производством разного рода металлических изделий. Они были необходимы и в крестьянском хозяйстве, и для продажи.
Обследованная семья кустаря состояла из 6 чел. Раджаб Махи Оглы и его сын Шабан, оба кузнецы-слесаря, работали в собственной небольшой мастерской при сакле и изготавливали косы, серпы, топоры и т. д., т. е. всё то, что необходимо в хозяйстве крестьянина [13, с. 62]. С наступлением осени, после уборки крестьянами урожая, кустари, навьючив своих ослов, спускались на плоскость и ездили по базарам и аулам, торгуя своими изделиями и обменивая их на пшеницу, ячмень, рис и т. д. Оборудование кустарной мастерской горцев-кустарей отличалось незатейливостью, как и сельхозинвентарь горца-пахаря. В ней имелись несколько молотков, наковальня, небольшое горно с самодельными мехами, разные щипцы и т. п.
А земледельческое хозяйство той же семьи состояло из 1 десятины земли, 2 ослов, 1 быка, 2 коров, 2 телок, 5 овец и 6 кур. Способ обработки земли почти не отличался от остальной части горных округов Дагестана. Харбукцы также сеяли пшеницу, ячмень до 16 пудов на десятину, удобряя поле через каждые три года навозом [13]. Доход семьи в 1923 г. составил 357 руб. При этом от продуктов полеводства было получено 65 руб. 10 коп., скотоводства -- 93 руб. 20 коп., кустарного производства -- 200 руб. Таким образом, основной доход хозяйство харбукца получило от занятий кустарным промыслом [13, с. 63].
В период гражданской войны харбукцы сильно пострадали от нападения казаков-деникинцев. Кроме того, они были отрезаны от города, из-за чего оставались без сырья и сбыта своих изделий, т. е. были обречены на безработицу и голод.
Позднее, уже при советской власти, подняли вопрос о важности организации кустарной кузнечной артели в селении для улучшения материального положения кустарей-бедняков. Они находились в весьма плачевном состоянии от «окончательного изъятия производства оружия [1, ф. 1-п, оп. 1, д. 503, л. 7]. Объединение ремесленников в общие мастерские для производства более полезных изделий, усовершенствованных орудий сельхозпроизводства затруднялось отсутствием необходимого материала. Местные власти уделяли большое внимание созданию артели, и в результате 30 чел. внесли 1-3 руб. для вступления в её члены [18, ф. 1-п, оп. 1, д. 1210, л. 30]. Дахадаевский райком партии просил республиканские власти ускорить решение вопроса.
Крупная социалистическая промышленность не конкурировала с кустарной, а, наоборот, способствовала её развитию. Например, Кустарно-промысловой секцией в контакте с Наркоматом земледелия в 1923 г. была начата подготовка к сельскохозяйственной выставке в Москве, на которой Дагестану отводился особый павильон. На ней должны были представить все виды кустарных промыслов республики и участвовать дагестанские кустари: унцукульцы, кубачинцы и др. Предполагалось также продемонстрировать выделку дагестанского ковра [8].
На заседании Комиссии по организации кустарных артелей по округам Дагестана (24 января 1924 г.) сообщалось, что Последголом (Комиссия по борьбе с последствиями голода) пострадавшим от бедствий округам отпущено 5 тыс. руб. золотом. На эти средства предлагалось организовать артели через кооперативы на местах. Снабжение материалом, сбыт продукции и контроль за работой артелей осуществлял Совнархоз Дагестана (Дагестанский центральный совет народного хозяйства [18, ф. 1-п, оп. 1, д. 503, л. 7].
Кустарные промыслы и десятки тысяч кустарей стали предметом заботы государства. В 1924 г. началось кооперирование кустарей в Дагестане, которое закончилось организацией 39 промысловых кооперативов, преимущественно на селе [8]. В октябре этого же года был учреждён Дагкустпромсоюз (Дагестанский союз кустарно-промысловых кооперативов).
К этому времени в республиканской газете «Красный Дагестан» стали появляться сообщения об открытии женских артелей в сельской местности республики. Так, по инициативе Дагестанского женского отдела райкома партии в селении Леваши Левашинского района была открыта артель женщин по выработке сукна. Артель должна была работать по заказам Дагестанского совета народного хозяйства и других учреждений, пользуясь их сырьём [8]. К 8 марта в Андийском округе открылись 2 артели горянок, в Дербентском -- 1, в Кюринском -- 3, в Лакском -- 2 и в Даргинском -- 2. Кроме того, в 1929 г. Кустпромсоюз предполагал организовать 12 женских артелей с числом женщин 400450 чел. [8].
На 1 апреля 1929 г. в республике имелось 23 женских артели с общим количеством членов 2683 чел. В трёх селениях (Ахты, Микрах, Орта-Сталь) организовали ковроткацкие мастерские. Они были снабжены 40 усовершенствованными ковроткацкими станками. Ковровщицам предоставили 150 художественных рисунков ковров, что способствовало улучшению их качества, продуктивности труда и повышению заработка [18, ф. 1-п, оп. 1, д. 1254, д. 79].
Рост кооперирования кустарей особенно усилился в Дагестане в 1928-1929 гг., что должно было способствовать увеличению материальных выгод, которые давала кустарям кооперация. О том, как в реальности обстояли дела, позволяют судить протоколы сельских производственных артелей Акушинского района республики. Так, 7 января 1930 г. состоялось объединённое собрание уполномоченных Акушинской, Мугинской и Усишинской суконных артелей этого района, на котором приводились данные о распределении прибыли за 1928-1929 гг. В частности, в фонд кооперирования бедноты давалось 15 %, в кассу взаимопомощи -- 3 % от доходов артелей [17, ф. 115, оп. 5, д. 33, л. 25]. А в протоколе собрания от 8 июня того же года было зафиксировано, что за счёт фонда необходимо кооперировать в селениях Усиша, Муги, Акуша по 45 бедняков [17, ф. 115, оп. 5, д. 33, л. 25].
Анализ архивных материалов позволяет судить о состоянии кустарной промышленности в республике к концу первого десятилетия советской власти. Так, 25 мая 1929 г. в Махачкале состоялся IV съезд уполномоченных Дагестанского кустарно-промыслового союза. На нём отмечалось, что число первичных кооперативов на 1 октября 1928 г. составило 63 с 4813 членами и увеличилось на 1 апреля 1929 г. до 96 организаций с 7128 чел. [17, ф. 115, оп. 5, д. 33, л. 25]. Основной рост количества кооперативов наблюдался в шерстеобрабатывающем, бурочно-войлочном, ковровом и суконном производстве.
В своём докладе М. Ханмагомедов -- председатель Дагкустпромсоюза отмечал, что вместе с ежегодным ростом и развитием всех видов кооперации, в частности, в ауле идет обострение отношений между зажиточной частью населения и беднотой. Кулаки и спекулятивные элементы старались подрывать работу кооперативов, мешать объединению бедноты в кооперативы. Необходимо было выявить эти враждебные элементы и вывести их из среды кустарей. На съезде констатировалось: «Кустарь занимает и будет занимать видное место в дагестанском хозяйстве» [17, ф. 115, оп. 5, д. 33, л. 15].
Первоочередными задачами в кустарной промышленности объявлялись повышение культурного уровня кустарей, усиление работы по реконструкции промыслов. Также подчеркивалось, что необходимо перейти «от производства кинжалов к производству продукции, имеющей наибольший спрос населения и оправдывающей труд кустаря» [18, ф. 1-п, оп. 1, д. 1577, л. 15].
Те же документы показывают, какие трудности имели место в повседневной работе ремесленников, в обеспечении качественным сырьём, налаживании экспорта изделий, оплате труда и т. д. На вышеуказанном съезде развернулась дискуссия по улучшению отдельных отраслей кустарных промыслов. Так, представитель селения Кутиша Левашинского района республики Абакорилов говорил о недостатках в суконном производстве. Он считал, что приостановка принятия сукон на местах и требование центрального кооперативного объединения снизить цену на 10 % негативно отразились бы на состоянии артели и заработках кустарей.
При этом сукно высшего качества Союзом кустарно-промысловых кооперативов принималось от артели за 19 руб., на местном рынке частниками это же сукно покупалось по цене 23-24 руб. Предлагалось «уничтожить частника с рынка» [18, ф. 1-п, оп. 1, д. 1577, л. 15]. Кустари из селений Унчукатль Унцукульского района -- Абачараев, Цудахар Акушинского района -- Рабаданов, Ансалта Ботлихского района -- Кунаев и др. также отмечали плохое состояние суконного и коврового производства по ряду причин. В частности, кустари ссылались на недостаток помещений для артелей, плохую оснащённость мастерских новыми станками, низкое качество поставляемого сырья и т. д.
Итак, анализ источников показывает, что занятия домашними промыслами традиционно занимали важное место в хозяйственной деятельности дагестанцев. Домашним ремёслам была характерна зональная специализация природно-географического и социального порядка. С установлением советской власти осуществлялась реорганизация отрасли. Кустарей объединяли в артели, что призвано было способствовать улучшению их материального положения. Менялись условия их производственного труда и быта, заработок. Реализация продукции кустарей стала осуществляться в плановом порядке. Однако эти преобразования проходили с определёнными трудностями и издержками.
Список источников и литературы
1. Адалова З. Д. Кустарно-ремесленное производство в Дагестанской области в конце XIX -- начале XX вв. // Вопросы истории. 2013. № 8. С. 145-149.
2. Аствацатурян Э. Г. История оружейного и серебряного производства на Кавказе в XIX -- начале XX в. Дагестан и Закавказье. М.: Наука, 1977. 168 с.
3. Аствацатурян Э. Г. Дагестанское оружие. Махачкала: Эпоха, 2009. 216 с.
4. Булатов Б. Б. Дагестан на рубеже XIX-XX вв. Махачкала: Изд-во ДГУ, 1996. 285 с.
5. Гаджиева С. Ш., Османов М-З. О., Пашаева А. Г. Материальная культура даргинцев. Махачкала: Тип. Дагестанского филиала Академии наук, 1967. С. 42-48.
6. Далгат Э. М. Крестьянство Дагестана на рубеже XIX-XX вв. Махачкала: Изд-во ДНЦ РАН, 2000. 288 с.
7. Историческая энциклопедия Сибири. 2009. иКЬОгкфеЬт.ги. (дата обращения: 28.09.2020).
8. Красный Дагестан. 1923. № 65 (296); 1923. № 69 (300); 1928. № 50 (1768).
9. Магомедов А. Дж. «Город» златокузнецов. Из истории художественных и общественных традиций с. Кубачи. Махачкала: [б. и.], 1998. 135 с.
10. Магомедов А. Дж. Традиционное искусство Дагестана в контексте социальных преобразований XX века. Махачкала: [б. и], 2007. 146 с.
11. Маркграф О. В. Очерк кустарных промыслов Северного Кавказа с описанием техники производства. М.: С. В. Лепешкин, 1882. 288 с.
12. Рамазанова З. Б. Традиционные промыслы и ремёсла народов Дагестана. Махачкала: Алеф, 2016. 166 с.
13. Современный Дагестан. По материалам Народного комиссариата рабоче-крестьянской инспекции. Махачкала: [б. и.], 1925. 212 с.
14. Шиллинг Е. М. Дагестанские кустари. Этнологические очерки (применительно к обстановочным залам Этно- парка). М.: Орджоникидзевское краев. изд-во, 1926. 46 с.
15. Шиллинг Е. М. Ковроткачество Дагестана // СЭ. 1936. № 4-5. С. 163-177.
16. Шиллинг Е. М. Кубачи. Пятигорск: Издание Центрального музея народоведения, 1937. 130 с.
17. Центральный государственный архив Республики Дагестан (ЦГА РД). Ф. 115. Дагестанский кустарнопромысловый союз.
18. ЦГА РД. Ф. 1-п. Дагестанский областной комитет КП РСФСР.
Abstract
Handicraft production in Dagestan: the culture of everyday life (the first half of the XX century)
Amirkhanjva M. M., Candidate of History, Senior Researcher of the Department of Modern and Contemporary History, Institute of History, Archeology and Ethnography of the Dagestan Federal Research Center of the RAS Makhachkala
The article deals with some aspects of the daily life of Dagestani artisans of the first twenty years of the XX century. Issues of industrial labor and life of artisans are reflected in official documents of the Republican party bodies, and in the materials of the Dagestan handicraft Union. The purpose of the research is to identify traditions and innovations in the daily work and life of Dagestani artisans at the turn of two different historical epochs. When writing the article, we used documentary sources of the Central state archive of the Republic of Dagestan, materials of the periodical press, which allowed us to conduct a comparative analysis of three levels of everyday life of artisans: the traditional, revolutionary period and the formation of the Soviet way of life. During the study period, the reorganization of handicraft production was carried out, which was associated with certain difficulties and costs.
Keywords: Dagestan, daily life of artisans, labor day of a craftsman, cooperation of artisans, reconstruction of crafts.
References
1. Adalova Z. D. Kustarno-remesl. proizvodstvo v Dagestans. oblasti v konce XIX - nach. XX vv. [Handicraft product. in the Dagestan region in the end of the 19th - early 20th cent.]. Voprosy istorii [Hist. issues], 2013, no. 8, pp. 145-149. (In Rus.).
2. Astvacaturyan E. G. Istoriya oruzhejnogo i serebryanogo proizvodstva na Kavkaze v XIX -- nachale XX v. Dagestan i Zakavkaz'e [History of weapons and silver production in the Caucasus in the 19th -- early 20th centuries. Dagestan and Transcaucasia]. Moscow, “Nauka” Publ., 1977, 168 р. (In Russian).
3. Astvacaturyan E. G. Dagestanskoe oruzhie [Dagestan weapons]. Mahachkala, “Epoha” Publ., 2009, 216 p. (In Russian).
4. BulatovB. B. Dagestan na rubezhe XIX-XX vv. [Dagestan at the turn of the 19th-20th centuries]. Mahachkala, Dagestan State Universuty Press, 1996, 285 p. (In Russian).
5. Gadzhieva S. Sh., Osmanov M-Z. O., Pashaeva A. G. Material'naya kul'tura dargincev [Material Culture of Dargins]. Mahachkala, Ed. of the Dagestan branch of the Academy of Sciences, 1967, pp. 42-48. (In Russian).
6. Dalgat E. M. Krest'yanstvo Dagestana na rubezhe XIX-XX vv. [The peasantry of Dagestan at the turn of the 19th- 20th cent.]. Mahachkala, Ed. of the Dagestan Scientific Center of the Russian Academy of Sciences, 2000, 288 p. (In Rus.).
7. Istoricheskaya enciklopediya Sibiri [Historical encyclopedia of Siberia], 2009. Irkipedia.ru (data obrashcheniya 28.09.2020). (In Russian).
8. Krasnyj Dagestan [Red Dagestan], 1923, no. 65 (296); 1923, no. 69 (300); 1928, no. 50 (1768). (In Russian).
9. Magomedov A. Dzh. “Gorod” zlatokuznecov. Iz istorii hudozhestvennyh i obshchestv. tradicij s. Kubachi [“City” goldsmiths. From the history of artistic and social traditions of Kubachi]. Mahachkala, [n. a.], 1998, 135 p. (In Rus.).
10. Magomedov A. Dzh. Tradicionnoe iskusstvo Dagestana. V kontekste social'nyh preobrazovanij XX veka [Traditional art of Dagestan. In the context of social transformations of the 20th century]. Mahachkala, [n. a.], 2007, 146 р. (In Russian).
11. Markgraf O. V. Ocherk kustarnyh promyslov Severnogo Kavkaza s opisaniem tekhniki proizvodstva [Sketch of handicrafts of the North Caucasus with the description of production techniques]. Moscow, S.V. Lepeshkin Publ., 1882, 288 p. (In Russian).
12. Ramazanova Z. B. Tradicionnye promysly i remesla narodov Dagestana [Traditional trades and crafts of the peoples of Dagestan]. Mahachkala, “Alef' Publ., 2016, 166 p. (In Russian).
13. Sovremennyj Dagestan. Po materialam Narodnogo komissariata raboche-krest'yanskoj inspekcii [Modern Dagestan. Based on of materifls of the people's commissariat of the workers and peasants inspection]. Mahachkala, [n. a.], 1925, 212 p. (In Russian).