Заводам Нижнетагильского горного округа был дан заказ на изготовление 277 тыс. пуд проволоки с поставкой ее, начиная с октября 1915 г. Однако она не была изготовлена, так как для производства не оказалось оборудования. Уральская металлургия в силу своей отсталой технической базы, слабого производственного аппарата, недостатка квалифицированных кадров и чрезвычайно острых социально-экономических противоречий не только не была способна быстро изменить специализацию, но из года в год деградировала. Частнособственническая природа системы хозяйствования мешала перестройке металлургии на рельсы военной экономики. В период войны 1914-1918 гг. основные капиталы уральской металлургии почти не обновлялись, оборудование работало на износ.
В 1914-1917 гг. в России начался следующий период развития монополий. Он характерен бурным ускорением интеграционных процессов в народном хозяйстве. В металлургической и металлообрабатывающей промышленности началось комбинирование производства. Заводы Кыштымского общества выпускали черные и цветные металлы, серную кислоту, добывали каменный уголь в Челябинских копях, производили древесный уголь, имели механические цехи и мастерские. Возросла роль банков. Летом 1916 г. международный коммерческий банк, возглавлявший группу машиностроительных заводов «Коломна-Со- рмово», приобрел Белорецкие железоделательные заводы Пашковых, вслед за ними -- богатейшие месторождения железной руды у горы Магнитной, а в начале 1917 г. -- Юрюзань-Иванский горнозаводской округ князя Белосельского-Белозерского.
Русско-Азиатский банк был тесно связан с Сергинско-Уфалейским металлургическим заводом и Кочкорским золотопромышленным обществом. Русский внешнеторговой банк, крупнейший в России, учредил синдикат Симского общества горных заводов и участвовал в реорганизации ЮжноУральского золотопромышленного товарищества «Россия», учрежденного коммерческим банком. Многие монополии синдикатного типа из-за сокращения продукции в первый год войны оказались под угрозой распада. В таком положении оказались общества «Продамет» и «Кровля». Но после поражений наших войск на фронте в 19151916 гг. 87 % уральских заводов перешили на производство военной продукции, и правительственный комитет по делам металлургической промышленности взял их под свое покровительство. Так из частнокапиталистических они превратились в государственно-капиталистические монополии.
Влияние иностранного капитала в уральской промышленности в годы войны несколько ослабло, хотя основной капитал иностранных обществ остался прежним и составлял 41 млн р. Удельный вес его в связи с ростом русских акционерных капиталов снизился с 30 до 20 %. Сказывался «патриотизм» предпринимателей. В погоне за высокими прибылями они как могли препятствовали переходу уральских заводов в руки иностранного капитала. Так, южно-уральское электрометаллургическое общество в 1915 г. обратилось в казну за авансом в 3 млн р. для расширения заводов, не желая передавать дело в руки иностранцев. Тем не менее, позиции иностранного капитала на Южном Урале были устойчивы. Процветали дела Бельгийского общества в Качкорской системе. Английская кыштымская группа создала трест, объединявший четыре горно-металлургических общества: Кыштымское, Южно-уральское, Риддерское и Киргизское. После войны английские промышленники кыштымской группы во главе с Урк- вартом намеревались прибрать к рукам сибирский каменный уголь, уральскую железную руду, кавказскую нефть и подчинить себе ведущие отрасли русской экономики. Стремились к уральским богатствам и французские предприниматели, пользовавшиеся поддержкой горного департамента.
Оживленное соперничество монополистических группировок вокруг военных прибылей не способствовало росту производства на уральских заводах. Из- за нехватки квалифицированных рабочих, снижения производительности труда, острой нехватки топлива и железной руды, разрухи железнодорожного транспорта казенные заводы работали с крайним напряжением, а на частных производство чугуна, железа и стали в 1916 г. по сравнению с 1913 г., значительно снизилось.
Таким образом, сразу после начала Первой мировой войны казенные заводы Урала перешли к массовому выпуску военной продукции. Военное производство к середине 1915 г. на Урале возросло более чем в 200 раз. С середины 1915 г. крупные военные заказы и субсидии на сумму 200 млн р. получили частные горные заводы. По количеству предприятий и числу рабочих мест, обслуживающих оборонную промышленность, Урал стоял в 1916 г. на третьем месте в России после Московского и Петроградского районов. Здесь было сосредоточено 9 % промышленных предприятий и 14,9 % рабочих страны [12, с. 14]. И хотя уральской металлургии в 1914-1918 гг. не приходилось преодолевать трудностей, связанных с перестройкой производства на выпуск новых марок сталей и профилей металла, она не только не дала прироста производства, но и систематически снижала его. Сокращение производства чугуна в 1914 г. составило 6 %, в 1915 г. -- 10 %, в 1917 г. -- 20 % [19, с. 65].
После Февральской революции, как в центре, так и часто на местах, сложилось двоевластие. Борьба за власть велась между различными политическими силами и на Урале. В регионе имело место своеобразное переплетение двух властей. Губернаторы в Перми, Уфе, Вятке и Оренбурге после отречения царя были отстранены от должности. Власть перешла в руки губернских комиссаров, назначенных Временным правительством. Губернские комиссары опирались на уездных комиссаров, земские управы и городские думы, пытаясь проводить политику Временного правительства.
Горнозаводчики Урала поддержали Временное правительство и его органы. Уже 4 марта 1917 г. Совет съездов горнопромышленников просил правительство назначить правительственного комиссара, который объединил бы все правительственные и общественные органы в соответствии с целями правительства и принял бы все меры для подержания работы уральских заводов на оборону. Таким комиссаром был назначен крупный бизнесмен В. И. Европеус, возглавивший созданный правительством Временный комитет Уральского горнозаводского района.
На собрании уральских промышленников, состоявшемся в марте в Екатеринбурге, было принято решение о создании постоянно действующего аппарата Совета съездов горнопромышленников Урала. Им являлось Екатеринбургское бюро Совещания горнопромышленников Урала (резиденцией самого Совета был Петроград). Это бюро стало оперативным штабом уральских промышленников. Собрание приняло решение о необходимости представительства горнопромышленников во всех правительственных и общественных организациях, имевших то или иное отношение к уральской горнозаводской промышленности [11, с. 7-8].
Противоречия между властями за влияние на управление на местах, в том числе и на предприятиях, привело к посылке на Урал из центра комиссии во главе с А. А. Бубликовым. В апреле Временное правительство предприняло необычный шаг -- направило рабочим Урала обращение за подписью премьера и всех министров с призывом относиться к начинаниям правительства с доверием [10, с. 376].
В результате революционных преобразований и роста политической активности стихийно появился рабочий контроль. Накануне октябрьских событий он был на Урале достаточно распространен. В ряде мест деятельность рабочих организаций выходила за рамки осведомительного контроля. Местные Советы рабочих депутатов захватывали некоторые предприятия (Нязепетровский и Сосьвенский заводы), контролировали деятельность администрации (Билимбаевский завод) и ее состав (Златоустовский), иногда отстраняли администрацию от управления предприятием (Нижне-Уфалейский завод) [2, с. 23].
Владельцы уральских металлургических заводов, их управляющие, начальники цехов, привыкшие распоряжаться рабочими, оказывали большое сопротивление решениям профсоюзов и Советов. Ретивых администраторов стали увольнять с заводов. В результате только за первые три месяца революции с предприятий было удалено 144 человека: 14 управителей заводов, 19 заведующих цехами и рудниками, 19 мастеров и др. Горнопромышленники и правительство пытались пресечь борьбу против администрации. 7 апреля Бубликов протестовал против смещения с должности управляющего Невьянским металлургическим заводом Данилова. Советы требовали от заводчиков согласовывать с выборными органами прием и увольнение рабочих, а рабочие Билимбаевского завода потребовали от заводоуправления представления сведений о том, куда отправляется чугун [11, с. 12].
Экономическая ситуация тем временем продолжала ухудшаться. Из-за нехватки топлива многие предприятия работали с перебоями. В мае в тяжелом положении оказались Лысьвенский, Невьянский, Нижнетагильский и Алапаевский заводы. Развал на железнодорожном транспорте привел к тому, что заводы не могли осуществить перевозки даже имевшегося топлива. В апреле 1917 г. для перевозки дров требовалось 5685 вагонов, а было выделено только 1590, то есть 28 % от потребностей. Выплавка чугуна и стали, в том числе специальных марок, быстро сокращалась. Оборудование своевременно не ремонтировалось и не пополнялось новым. Это вело к снижению производительности, росту расхода электроэнергии, увеличению числа аварий.
В мае 1917 г. в Екатеринбург из Петрограда прибыла особая комиссия, образованная Временным правительством и Петроградским Советом по восстановлению и поддержанию нормального хода работ в промышленности. Задачей комиссии было устранение на заводах недоразумений между заводоуправлениями и рабочими и создание органа по осуществлению контроля за горнозаводскими предприятиями. Но ни та, ни другая задача не была решена. Летом промышленное производство на Урале продолжало сокращаться. Многие заводы работали с большими перебоями. Бездействовали цехи на Лысьвенском, Невьянском и других заводах.
Большевики, придя к власти в октябре 1917 г., считали необходимым преобразовать частную собственность на средства производства в общенародную, ликвидировать многоукладность, создать социалистическое народное хозяйство. На Урале уже в первые дни после Октябрьской революции в собственность государства перешли крупные казенные заводы: Мотовилихинский, Ижевский, Воткинский. Однако большая часть предприятий оставалась в руках прежних владельцев.
Еще в 1917 г. революционные власти пытались образовать единую Уральскую область, столицей которой готовы были стать и Пермь, и Екатеринбург. В Перми располагался Уральский областной Совет, а в Екатеринбурге -- Уральский областной комитет РСДРП(б). Уральская область включала Вятскую, Пермскую, Уфимскую и Оренбургскую губернии. Во второй половине 1919 г. было образовано пять губерний: Екатеринбургская, Пермская, Челябинская, Уфимская и Тюменская.
В конце 1917 -- начале 1918 г. были созданы областные и местные советы народного хозяйства (совнархозы). С января по май 1918 г. Уралсовнархоз существовал как экономическая секция областного совета рабочих и крестьянских депутатов Урала. Тогда же началась организация губернских и окружных совнархозов. Третий Уральский областной съезд советов, проходивший в январе 1918 г., создал областной совет народного хозяйства в составе ряда комиссариатов. Управление отдельными заводами поручалось деловым советам. Съезд принял решение об упразднении заводского совещания и других, созданных буржуазией органов руководства хозяйством. Было принято решение об образовании областного треста и синдиката.
Одним из главных социально-экономических мероприятий было ведение Декретом ВЦИК от 14 (27) ноября 1917 г. рабочего контроля над производством и распределением, хотя в первых декретах Советской власти еще не ставилась задача непосредственного овладения предприятиями. Новая власть предусматривала использование знаний и опыта старых специалистов. В органы рабочего контроля привлекались представители технического персонала и служащих. Осуществление рабочего контроля встретило сопротивление имущих слоев. Уральские горнозаводчики, в большинстве своем объединенные в Совет съездов горнопромышленников, отказались сотрудничать с новой властью. Это привело к тому, что органы рабочего контроля стали вникать в хозяйственную жизнь промышленных предприятий, принимать меры по обеспечению предприятий сырьем, материалами, топливом, то есть стали фактическими руководителями предприятий еще до их национализации.
Для контроля над экономикой новой властью создавались новые формы управления. В ноябре 1917 г. было реорганизовано Уральское заводское совещание, где к руководству пришли большевики. Постановлением ВСНХ республики полномочия заводского совещания распространились на Вятскую, Оренбургскую, Пермскую и Уфимскую губернии и ряд прилегающих к ним районов. Ликвидировались Уральское горное правление и Екатеринбургское бюро Совета съезда горнопромышленников Урала. Сначала функции рабочего контроля выполняли различные органы (контрольные комиссии, комиссариаты, военно-революционные комитеты и др.). Их задачей было наведение порядка на предприятиях и отстаивание прав рабочих. Первые итоги деятельности в этом направлении были подведены на I Уральской областной конференции фабзавкомов Урала (1-5 декабря 1917 г.) Конференция приняла специальное решение о рабочем контроле и демобилизации промышленности.
Она подвела итоги деятельности органов рабочего контроля на Урале, уточнила задачи фабзавкомов, избрала Центральный совет фабрично-заводских комитетов Урала во главе с А. А. Андреевым. Рабочий контроль вызвал ожесточенное сопротивление заводовладельцев. Совет съездов горнопромышленников Урала уже в ноябре 1917 г. призвал администрацию горных округов и заводов не признавать его, закрывать и прекращать финансирование тех заводов, где он будет введен. В ноябре-декабре правления уральских акционерных обществ, большая часть которых находилась в Петрограде, приостановили перевод денег заводам, на которых был введен рабочий контроль. По распоряжению правления был закрыт Верхне-Уфалейский завод, и только после ареста администрации его работа была возобновлена.
В результате саботажа горнопромышленников к концу 1917 г. на Урале сложилась чрезвычайная ситуация. К середине января 1918 г. рабочие почти всех заводов Урала не получали зарплату за 2-3 месяца [17, с. 152-153]. Владельцы заводов оставили после себя значительные долги (до 40 млн р.), не расплачивались за доставленные материалы, продовольствие и фураж. На многих заводах имелись значительные запасы продукции, но горнозаводчики препятствовали продаже металлов и изделий, объявив, что будут преследовать и покупателей этих материалов [2, с. 25-26]. Резко снизился выпуск промышленной продукции: добыча железной руды, каменного угля и заготовка дров. На На- дежденском заводе из 7 домен работали только 2, на Нижнесалдинском из 6 -- 2. Из-за нехватки топлива и изношенности подвижного состава плохо работал железнодорожный транспорт [11, с. 64].