Поэтому выбор иконической структуры знака, в котором участвует морфонология, предсказывающая через диаграммные отношения направления основных типов мотивированности производного слова (словообразовательной и лексической), позволяет моделировать процессы языковой категоризации. Именно в этом ракурсе раскрывается потенциал деривационного функционирования морфонологии как системного явления языка, от которого зависит степень мотивированности производных знаков.
Ассоциативно-стратегический характер единиц морфонологии производного слова отражается прежде всего через осознание индивидом контактной зоны в структуре дериватов - сферы множественности формальной структуры основы производящего слова и/или словообразовательного форманта. Восприятие морфонологической структуры связано в этом случае с закреплением релевантного содержания за тем или иным вариантом создаваемой мотивационной полисемии деривата.
Идентификационной опорой поэтому выступают, как правило, морфонологические маркеры фузии и деривационных процессов (чередование и/или субморф), определяющие ассоциативное значение вариантов морфонологической структуры. Функционирование таких ассоциативно нагруженных морфонологических компонентов словообразовательной формы способствует системной дифференциации вариантов морфемной членимости слова, связанных с категоризацией различий в сфере мотивирующей и формантной семантик производных лексем.
Отвечая за манифестацию деривационно активных компонентов внутренней формы слова, морфонологии отсылочной и формантной частей дериватов обусловлены особенностями функциональной стратификации семантики производного слова.
Морфонологическое моделирование внутренней формы слова оказывается настроенным на сохранение дифференциальных признаков репрезентации звуковой формы источника деривации и усиление мотивационных функций форманта. Соотношение их «ментальных полей» в иконической структуре производного знака направлено на организацию семантики морфонологически мотивированных лексем.
В частности, отмеченная в экспериментах актуализация мотивационного содержания формантной части производного слова в аспекте её морфонологического строения свидетельствует о том, что ментальное функционирование форманта представляет собой стратегию выбора ассоциативных опор, в соответствии с которой ориентация на форму грамматической категоризации (морфемную последовательность) имеет номинативное значение. В случае морфонологической вариантности форманта детерминированность идентификации слова-стимула осознанием функциональной семантики форманта, а через нее - и мотивирующей семантики, приводит к усилению ассоциативных функций его формальной структуры в направлении восприятия её постоянных и переменных компонентов, указывающих на наследуемые и приобретаемые свойства мотивированного знака.
В результате постоянная фонемная последовательность, манифестирующая словообразовательный прототип форманта, его основной вариант, служит ассоциативной опорой грамматической категоризации, а переменная часть, маркер алломорфных отношений, определяет перспективы снижения категоризуемых семантических репрезентаций, приводя функционирование морфемных комплексов к вариативности внутренних форм слов-стимулов.
При анализе экспериментального материала было установлено, что восприятие / осознание компонентов суперморфемной структуры форманта в снижении степени символичности производного знака отражает (1) развитие полимотивационных отношений, (2) выражение «скрытых» компонентов ассоциативной структуры значения, (3) выявление направлений семантической категоризации.
1. Включение в ассоциативное поле осознаваемого деривата репрезентаций формантной части предполагает выбор тех мотивационных решений, которые регулируются дистрибуцией мотивационных форм слов-стимулов. Параллельно с выявлением мотивирующей части ассоциативные опоры на вариативный сегмент форманта позволяют сознанию предлагать версии прочтения внутренних форм дериватов, обосновывая то или иное мотивационное значение. Ср.: {свинумш}1ка - 1) суп из свинухов, маленький свинушок; {свин}2умшка - 2) жена свина, маленькая свинья; {свин}1ямтник - 1) человек, который ведет себя, как свинья; человек, который «подложил свинью»; {свинямт}2ник - 2) человек, который все время «свинячит», т.е. грязный, отталкивающий.
2. Поскольку субморфные наращения аффиксов генетически представляют собой словообразовательные аффиксы, ассоциативная значимость этих переменных компонентов структуры форманта ассоциативно учитывается именно как генетический фактор мотивации, в соответствии с которым мотивационное содержание форманта влияет на выделение концептуальных признаков мотивирующей лексемы как суперморфемной последовательности, обобщающей манифестацию непосредственных и опосредствованных мотивирующих суждений. Ср.: слон/ямт/ник - помещение для слонов, человек с большим носом; человек, который ухаживает в зоопарке за слонятами; кон/юмш/н/ик - конюшня; помещение для конюхов; помещение для содержания коней. О мотивационной актуальности субморфов при идентификации суперморфемной словообразовательной формы свидетельствуют и примеры мотивационного синкретизма, когда в пределах одного метатекста совмещаются непосредственные и опосредствованные мотивации. Ср.: слон/ямт/ник - беззаботный человек, слоняется, как слон; кон/юмш/н/ик - конюшня, где конюх ухаживает за конями. Общий фон ассоциативной семантики субморфов оказывается, следовательно, необходимым компонентом формирования значения слова-стимула, направленным в моделях «поляризации» морфонологических вариантов аффикса, придания им через ассоциации статуса функциональных единиц идентификации системных словообразовательных отношений. При этом источником осознаваемой словообразовательной асимметрии выступает восприятие влияющих на формируемую семантику дериватов системных значений морфонологических наращений аффикса, переосмысливаемых в актах семантизации исходя из различной степени спаянности сегментной структуры форманта. Ср.: {слон}ямт}ник - `помещение для слонов / слонят', `тот, кто ходит, как слон'; `тот, кто слоняется'; {слон}овм }ник - `помещение для слонов'; `слоновья болезнь'.
3. Отмечаемое расширение семантики форманта объясняется характером функционирования его морфонологической структуры, используемой в ассоциативных стратегиях экспликации «скрытых» смыслов. Более того, восприятие идиоматичности словообразовательной формы, выявляя системную продуктивность направлений семантической категоризации формантных структур дериватов, порождает актуализацию деривационно значимых семантических наращений, служащих ассоциативными опорами мотивированности избираемых средств овнешнения представлений - морфонологических вариантов форманта. В процессе идентификации концептуальной структуры производных знаков субморфы продуцируют экспликацию «скрытых» компонентов семантики дериватов, устанавливая их ономасиологический статус и внося их в экстенсионал знака в качестве необходимой части концептуального содержания. Причем нередко морфонологическая выразительность формантной части используется сознанием в целях эмотивной репрезентации. Ср.: свин-умш/ка - неряха, замарашка, толстуха; свин-юмш/ник - грязный подъезд; свин-ямт/ник - беспорядок в квартире, бардак галактического масштаба; слон-ямт/ник - дискотека, т.к. там все скачут и топают. Отсюда ассоциативный статус субморфных наращений форманта, развивающих семантику мотивационно связанных слов благодаря сужению концептуальных признаков отсылочной части и расширению сферы функционирования формирующей по моделям мотивационной полисемии. Ср.: свин-ямт/ник - 1) загон для свиней или место, где очень грязно; 2) растение, растущее в грязи, в неподходящих для этого условиях; 3) неряха (называют по сходству со свиньями - быть грязным, валяться в грязи).
4. Идентификационный статус компонентов внутренней формы производных лексем позволяет сознанию реконструировать этапы семиозиса через толкование средств выражения словообразовательной семантики. Ср.: свинямтник - человек, который ухаживает за свиньями, наподобие «скотник»; помещение для свиней, по аналогии с «курятник»; место, где была вечеринка, т.е. то место, что напоминает это слово в первом значении (место, где содержат свиней); соотносится со словом «свинарник». С повышением вариативности в характере членимости слова вследствие актуализации полимотивационных отношений сегментная структура деривата отличается усилением аспектов словообразовательной семантики, приходящихся на долю форманта. Его морфонологическая вариативность отличается бомльшим мотивационным потенциалом, направленностью на идентификацию функциональных значений, осознаваемых исходя из метаязыковых возможностей поверхностного контекста членения словообразовательной формы. Мотивационные функции показателей деривационного акта характеризуются компенсацией семиотических свойств, представляя в направлениях семантической категоризации компонентов своей структуры изоморфизм уровней овнешнения ассоциативного содержания. Ср.: свинумх - гриб; самец свиньи; свинопас, пастух свиней; большой свин (о человеке); свинумшка - гриб; маленькая свинка; хрюшка, грязная девушка; свинумшечник - помещение для свиней; «положение дел» в комнате, которое можно увидеть, если долго не убираться; очень неаккуратный человек. Грамматические репрезентации, направляющие осознание флексии, последовательно уточняют прототипическое значение форманта по мере приближения к ассоциациям отсылочной части, вскрывающим взаимозависимость лексических и словообразовательных репрезентаций. Ср.: свимнка - розовая, полненькая девочка; свинумшка - девочкагрязнуля; свинямтка - дочка свиньи. Поэтому особенно релевантной становится позиция фонологической репрезентации «пограничных сигналов» в структуре словообразовательной формы - фонологического оформления суперморфемной зоны сегментации формантной части. Ср.: свин-ямт/ник, слон-ямт/ник `тот, кто свинячит / слоняется, как свинья / слон'. Именно в соответствии с морфонологической членимостью данных полиморфемных конструкций сознанием определяется мотивационное содержание производных лексем.
Таким образом, как индексальное средство, деривационная морфонология свидетельствует о развитии мотивационных функций звуковой формы в иерархии динамических уровней структуры производного слова.
В результате экспонентная структура словообразовательно мотивированного знака располагает дополнительными для отождествления внутренней формы поверхностными компонентами выражения мотивационного содержания. Морфонологические единицы сужают именно мотивационно-ассоциативное пространство лексемы, уточняя эталонный и операциональный статус единиц формальной структуры производного слова. Кроме того, морфонологические репрезентации используются сознанием для характеристики мотивационно четких дериватем, связанных с продуктивными идентификационными формами мотивирующих, задающих предсказуемый характер внутренних форм мотивированных лексем. Возможные «перегрузки» семиотического кода направлены на редупликацию значений мотивационных фрагментов отсылочной части и вариативность значений формантных комплексов.
Следовательно, морфонологическая репрезентация предстает и как стратегия отождествления деривационных историй, и как поверхностный маркер мотивационного кода дериватемы, и как иконическое направление её категоризации.
Литература
1. Кубрякова Е.С. Словообразование и другие сферы языковой системы в структуре номинативного акта // Словообразование в его отношениях к другим сферам языка. Игорю Степановичу Улуханову к 65-летию со дня рождения. Инсбрук, 2002.
2. Кубрякова Е.С., Панкрац Ю.Г. Морфонология в описании языков. М., 1983.
3. Бодуэн де Куртенэ И.А. Опыт теории фонетических альтернаций // Бодуэн де Куртенэ И.А. Избранные труды по общему языкознанию. М., 1963. Т. 1.
4. Резанова З.И. Словообразование // Томская диалектологическая школа: Историографический очерк / Под. ред. О.И. Блиновой. Томск, 2006.
5. Антипов А.Г. Словообразование и фонология: Словообразовательная мотивированность звуковой формы. Томск, 2001.
6. Антипов А.Г. Морфонологическая категоризация словообразовательной формы: Автореф. дис. … д-ра филол. наук. Кемерово, 2002.
7. Толстая С.М. Морфонология в структуре славянских языков. М., 1998.
8. Laskowski R. Semiotyczne funkcje alternacji morfonologicznych // Polonica. 1980. V.
9. Панов М.В. Позиционная морфология русского языка. М., 1999.
10. Зубкова Л.Г. Симметрия и асимметрия языковых знаков // Проблемы фонетики I. М., 1993.
11. Улуханов И.С. Словообразовательная семантика в русском языке и принципы её описания. М., 1977.
Аннотация
УДК 81'373.611
Морфонологическая структура производного слова и её мотивационные функции. А.Г. Антипов, Томский государственный университет
Рассматривается одна из актуальных проблем теории синхронного словообразования - проблема функциональной нагруженности явлений деривационной морфонологии. На материале экспериментального исследования метаязыковой фантазии коммуникантов по восприятию и осознанию морфонологически мотивированных знаков русского языка обсуждается роль морфонологии в представлении семиотических процессов.