Идеалом несоставного языка для Смита является греческий. Особый характер греческого языка Смит объясняет тем, что в нем мало заимствований, так что грекам приходилось «образовывать новые слова либо за счет сложения, либо за счет деривации от слова или слов их собственного языка. Поэтому спряжение и склонение в греческом языке является более сложным, чем в любом другом европейском языке» [Smith 1774, с. 471]. Все остальные языки являются, по его мнению, в той или иной степени составными.
Таким образом, термин «составной язык» имеет для Смита и другое значение: составной язык - это язык, появившийся в результате языковых контактов; иноземцам трудно усвоить систему спряжения и склонения несоставного языка, и они отдают предпочтение аналитическим конструкциям.
Во-вторых, особенностью трактата Смита является то, что он рассматривает составные и несоставные языки и конструкции в контексте так называемой conjectural linguistics. Это направление лингвофилософских изысканий ставило своей целью рассмотреть происхождение и развитие человеческого языка. Исходя из положения о неразрывной взаимозависимости языка и мышления, Смит связывает развитие языковой способности и усложнение языков с совершенствованием когнитивных возможностей человека - его способности к сравнению, обобщению, классификации, абстрагированию. Это помещает его размышления о типах языков в историческую перспективу.
По Смиту, составные конструкции появлялись в языках о мере роста способности человека к абстрагированию. Первыми словами, по его мнению, были существительные, обозначавшие единичные предметы. Со временем сформировались существительные с общим значением, а у последних постепенно оформились категории рода и падежа. Однако эти значения выражались в рамках самого слова, так как сознание человека еще не отделяло свойства от предмета.
О большей способности человека к абстрагированию свидетельствовало появление предлога и формирование «составных» конструкций. Предлоги выражают отношения, а отношения труднее осознать и определить, чем качества: качества поддаются восприятию органов чувств, а отношения недоступны непосредственному восприятию [Smith 1774, c. 448]. По мнению Смита, выражение отношений с помощью падежных форм не требует такого уровня абстрагирования, как использование предлогов: значение предлога состоит в выражении отношений в чистом виде, поэтому описать значение предлога труднее, чем дать определение знаменательному слову.
Как видно, работа А. Смита написана в совсем другом ключе, нежели трактат Жирара и статья Бозе. Если для французских авторов интерес представляла классификация языков как таковая, то Смита она интересовала преимущественно в контексте реконструкции процесса развития языка по мере усложнения доступных человеку ментальных операций.
Если пытаться установить связи Смита с французским Просвещением, то следует, скорее, говорить о влиянии на него Кондильяка. Хотя в трудах Смита нет ссылок на труды этого французского философа, с его взглядами британский мыслитель был, по-видимому, знаком, поскольку хранил работы Кондильяка в своей библиотеке.
С Кондильяком Смита объединяет, в частности, то обстоятельство, что оба автора допускали возникновение языка у человеческих существ, мозг которых еще не обладал способностью к абстрактному мышлению; эта способность формировалась постепенно, и по мере ее формирования постепенно усложнялся и совершенствовался человеческий язык. Британские авторы, в том числе Дж. Локк, Т. Рейд, лорд Монбоддо, напротив, полагали, что способность к абстрактному мышлению предшествовала возникновению языка: без этой способности нет человеческого мышления, а, значит, языка и самого человека.
Обращает на себя внимание и то, что ход развития языков человечества французские авторы и А. Смит описывали прямо противоположным образом. По мнению Н. Бозе, первые языки были аналогическими (аналитическими), так как устройство аналогических языков проще, чем устройство языков транспозитивных (синтетических). По мнению А. Смита, древнейшие языки были, напротив, несоставными (синтетическими), так как мозг первых людей был еще неспособен рассматривать отношение отдельно от его носителя, так что грамматические значения выражались в рамках одной грамматической формы. Появление «составных» (аналитических) конструкций потребовало развития таких мыслительных операций, как сравнение, генерализация, классификация, абстрагирование, анализ.
Интересно, что аналитические языки по-разному оцениваются французскими авторами и А. Смитом, причем в этом Г. Жирар и Н. Бозе проявляют большую последовательность, давая аналогическим языкам положительную оценку. Это не удивительно, поскольку эти языки, по их мнению, устроены более рационально и ясно отражают процесс мышления, аналогические конструкции лежат в основе древнейших языков и могут рассматриваться как универсальные. Впрочем, как отмечалось выше, они находят достоинства и в языках транспозитивных: каждый язык обладает своим «гением» и своими возможностями.
Казалось бы, вся логика рассуждений А. Смита должна была бы подвести его к положительной оценке составных (аналитических) языков, требующих способности к сложным ментальным операциям. Однако автор несколько неожиданно приходит к противоположному выводу, отдавая предпочтение несоставным языкам. Основываясь на эстетических соображениях, он относит к недостаткам составных языков их многословность (знаменательное и служебное слово вместо одной синтетической формы), а также неблагозвучность: из-за строгого порядка слов в таких языках во многих случаях невозможно избежать негармоничного сочетания звуков.
Заключение
Хотя в истории лингвистики братьев Шлегелей называют создателями типологической классификации языков, как было показано выше, у них были предшественники. В статье мы остановились на типологических построениях Г. Жирара, Н. Бозе и А. Смита; однако замечания в типологическом духе можно обнаружить и у других авторов XVIII в., в частности у Гердера [Davies, Lepschy 2016].
Вопрос о том, в какой мере А. В. Шлегель был знаком с работами своих предшественников, остается открытым. Он мог читать «Энциклопедию», которая была авторитетным справочным текстом своего времени. Он, безусловно, был знаком с трактатом А. Смита, поскольку перевод последнего был в 1809 г. опубликован под одной обложкой c сочинением «О языке и мудрости индийцев» Ф. Шлегеля. Впрочем, едва ли он прочел работу А. Смита внимательно: в «Заметках о провансальском языке и литературе» А. В. Шлегель ошибочно указывает, что Смит отдает предпочтение аналитическим языкам, что противоречит взглядам А. Смита [Schlegel 1818, с. 25].
С А. Смитом, в отличие от французских авторов, лингвистов XIX в. сближает историческая перспектива, в которую помещались вопросы типологии. Как и британский философ, они видели в смене языковых типов стадии развития человеческого языка и этапы развития ментальных способностей человека. Как и многие авторы XIX, в. А. Смит, в отличие от своих французских предшественников, отдавал предпочтение синтетическим языкам (хотя он делал это по совсем другим соображениям, нежели братья Шлегели и позднее А. Шлейхер).
С авторами XVIII в. А.В. Шлегель был согласен в том, что черты синтетизма и аналитизма могут присутствовать в языках в разной степени, так что между языками разных типов нет четких границ. Как и его предшественники, он отмечал роль языковых контактов в движении языков к аналитизму, отмечая, впрочем, и внутренние тенденции, подталкивавшие языки в этом направлении.
С другой стороны, А.В. Шлегелю удалось подробнее, чем авторам XVIII в., описать характеристики синтетических и аналитических языков, отметив такие маркеры последних, как предлог, артикль, порядок слов, вспомогательные глаголы, аналитические формы сравнения, употребление местоимений с глагольными формами. При этом, если Г. Жирар, Н. Бозе и А. Смит распределяли по признакам синтетизма и аналитизма все языки мира (хотя реально в их примерах, за исключением древнееврейского, присутствовали преимущественно индоевропейские языки); то у А. В. Шлегеля деление языков на синтетические и аналитические затрагивало только флективные языки. Впрочем, надо заметить, что в ХХ в. признаки синтетичности / аналитичности были перенесены Э. Сепиром на все языки мира, индекс синтетичности Дж. Гринберга также позволял характеризовать с этой точки зрения любой язык мира [об изучении синтетических и аналитических языков в ХХ в. см. Schwegler 2013].
Таким образом, если сравнивать взгляды авторов XVIII и XIX- ХХ вв., то можно обнаружить определенную преемственность. Это показывает, что история языкознания не должна сводиться к описанию заслуг «лингвистических генералов»; важнейшее значение имеет и тот фон, на котором они делали свои научные открытия.
Список литературы
1. Германова Н. Н. Трактат «Соображения о происхождении и формации языков» Адама Смита: были ли предшественники у братьев Шлегелей? // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Гуманитарные науки. 2019. Вып. 4 (820). С. 192-205.
2. Черняк А. Б. От Юка Файдита до Косериу: очерки истории романской филологии. Санкт-Петербург: РАН, 2018. 260 с.
3. Beauzee N. Langue // Encyclopedie, ou Dictionnaire raisonne des sciences, des arts et des metiers / par une Societe des gens de lettres. T. 9. Paris: chez Samuel Faulche et Compagnie, Libraries et Imprimeurs, 1765. P 245-266.
4. Girard G. Les Vrais principes de la langue francoise, ou la Parole reduite en methode. Paris, 1747. 592 p.
5. Graffi G. 200 Years of Syntax: A critical survey. Amsterdam-Philadelphia: John Benjamins Publishing, 2001. 551 p.
6. Davies A. M., Lepschy G. C. History of Linguistics. Vol. IV: Nineteenth-Century Linguistics. London: Routledge, 2016. 460 p.
7. Noordegraaf J. A few remarks on Adam Smith's Dissertation (1761) / Historiographia linguistica, 1977. Vol. IV: I. P.1-6.
8. Rae J. Life of Adam Smith. New York: Cosimo, 2006. 468 p.
9. Rivarol A. de. Discours de l'Universalite de la langue Francaise. Pierre Belfond, 1784. 263 p.
10. Schlegel A. W. Observations sur la langue et la litterature provencales. Paris: A la Librairie grecque-latine-allemande, rue des Fosses-Montmartre, n °14, 1818. 122 p.
11. Schwegler A. Analyticity and Syntheticity: A Diachronic Perspective with Special Reference to Romance Languages. Berlin: Walter de Gruyter, 2013. 306 p.
12. Smith A. The Theory of Moral Sentiments or an Essay Towards an Analysis of the Principles by Which Men Naturally Judge Concerning the Conduct and Character, First of Their Neighbours, and Afterwards of Themselves, to Which is Added, a Dissertation on the Origin of Languages. London, W. Strahan, J. & F. Rivington, W. Johnston, T Longman, and T Cadell, 1774. 478 p.
13. Swiggers Р. A l'ombre de la clarte francaise // Langue francaise. 1987. Vol. 75, Numero 1. P 5-21.
References
1. Germanova N. N. Traktat «Soobrazhenija o proishozhdenii i formacii jazykov» Adama Smita: byli li predshestvenniki u brat'ev Shlegelej? // Vestnik Moskovskogogosudarstvennogolingvisticheskogouniversiteta.Gumanitarnye nauki. 2019. Vtp. 4 (820). S. 192-205.
2. Chernjak A. B. Ot Juka Fajdita do Koseriu: ocherki istorii romanskoj filologii. Sankt-Peterburg: RAN, 2018. 260 s.
3. Beauzee N. Langue // Encyclopedie, ou Dictionnaire raisonne des sciences, des arts et des metiers / par une Societe des gens de lettres. T. 9. Paris: chez Samuel Faulche et Compagnie, Libraires et Imprimeurs, 1765. P 245-266.
4. Girard G. Les Vrais principes de la langue francoise, ou la Parole reduite en methode. Paris, 1747. 592 p.
5. Graff G. 200 Years of Syntax: A critical survey. Amsterdam-Philadelphia: John Benjamins Publishing, 2001. 551 p.
6. Davies A. M., Lepschy G. C. History of Linguistics. Vol. IV: Nineteenth-Century Linguistics. London: Routledge, 2016. 460 p.
7. Noordegraaf J. A few remarks on Adam Smith's Dissertation (1761) / Historiographia linguistica, 1977. Vol. IV: I. P.1-6.
8. Rae J. Life of Adam Smith. New York: Cosimo, 2006. 468 p.
9. Rivarol A. de. Discours de l'Universalite de la langue Francaise. Pierre Belfond, 1784. 263 p.
10. Schlegel A. W. Observations sur la langue et la litterature provencales. Paris: A la Librairie grecque-latine-allemande, rue des Fosses-Montmartre, n °14, 1818. 122 p.
11. Schwegler A. Analyticity and Syntheticity: A Diachronic Perspective with Special Reference to Romance Languages. Berlin: Walter de Gruyter, 2013. 306 p.
12. Smith A. The Theory of Moral Sentiments or an Essay Towards an Analysis of the Principles by Which Men Naturally Judge Concerning the Conduct and Character, First of Their Neighbours, and Afterwards of Themselves, to Which is Added, a Dissertation on the Origin of Languages. London, W. Strahan, J. & F. Rivington, W. Johnston, T. Longman, and T. Cadell, 1774. 478 p.
13. Swiggers Р. A l'ombre de la clarte francaise // Langue francaise. 1987. Vol. 75, Numero 1. P 5-21.