УДК 130
Философские науки
Дагестанский государственный университет, г. Махачкала nailafil@mail.ru
Национальные интересы и национализм
Саркарова Наила Ахедовна, к. филос. н., доцент
Аннотация
национализм интерес самосознание жизненный
Статья посвящена проблеме соотношения национального интереса и национализма. Автор рассматривает национальный интерес как категорию, отражающую рациональную форму общественного самосознания, подчеркивая значение теории национальных отношений как методологической основы решения национального вопроса. Национальный вопрос выражает противоречие между жизненными интересами этнической общности и возможностями их удовлетворения. Национализм исследуется в связке с патриотизмом и другими социальными феноменами.
Ключевые слова и фразы: интерес; национальный интерес; национализм; активное самосознание; этническая общность; социально-политическая общность; истинный патриотизм; толерантный национализм.
Annotation
The article is devoted to the problem of correlation of national interest and nationalism. The author considers the national interest as a category reflecting the rational form of public self-awareness, emphasizing the importance of the national relations theory as a methodological basis for solving the national question. The national question expresses the contradiction between the vital interests of an ethnic community and the possibilities of its satisfaction. Nationalism is studied in conjunction with patriotism and other social phenomena.
Key words and phrases: interest; national interest; nationalism; active self-awareness; ethnic community; socio-political community; true patriotism; tolerant nationalism.
Современные дискуссии, посвященные проблемам теории нации и национальных отношений, вызвали необходимость поиска новых, нетрадиционных подходов к ним, подчеркнули значимость углубления исследований по ряду вопросов, особенно по вопросам национального развития народов, находящихся в условиях динамичной интернационализации политической и духовной жизни. Научное понимание нации и национальных отношений представляет интерес в основном в связи с решением национального вопроса, и определение последнего должно быть исходным пунктом всякого исследования в данной области. Категориальная система теории нации должна конституироваться с учетом таких понятий, как «национальное развитие», «национальное самосознание», «национальный интерес», «национализм», «интернационализм», «патриотизм». В социальногуманитарных науках пока нет единого и общепринятого определения понятия «национальный вопрос», как нет и единого мнения в понимании «национального интереса». Корень национального вопроса кроется в заинтересованности каждой национальности в своем самоосуществлении, а выдвигается он в тех случаях, когда возникает противоречие между актуализируемой в самосознании перспективой национального развития и реальной угрозой ее осуществлению, подрывающей жизненные интересы.
Как же соотносятся понятия «интерес», «жизненный интерес» и «национальный интерес»? Система интересов в жизни человека, национальной общности и всего общества в целом играет важную роль в понимании окружающего мира. Гельвеций рассматривал интерес как основу деятельности людей, от которой зависит образ жизни людей и которая «управляет всеми нашими суждениями» [3, с. 182]. Согласно Канту, интерес возникает из побуждения, принадлежащего лишь разумному существу, и понимается через «удовольствие, которое мы связываем с представлением о существовании предмета» [6, с. 204]. Гегель, рассматривая гармоническое сочетание частных и общих интересов, указывает на то, что особенные интересы «частью переходят через себя самих в интерес всеобщего, частью сознательно и добровольно признают его... именно как свой субстанциальный дух и действуют для него как для своей окончательной цели. Ни всеобщее не имеет силы и не выполняется без особенного интереса, знания и воли, ни индивидуумы не живут исключительно лишь для особенного интереса в качестве частных лиц, а их воля вместе с тем действует во всеобщем и для всеобщего» [1, с. 12].
К. Маркс и Ф. Энгельс неоднократно акцентировали важную роль интересов в исследовании системного развития государственно-правовых отношений и человеческой деятельности [8, с. 271]. Ключевую роль общественного сознания в понимании различных интересов подчеркивал Г. В. Плеханов, согласно которому, для того «чтобы защищать известный интерес, нужно осознавать его. Состоянием общественного сознания (общественной психологии) в данную эпоху определяется та форма, которую примет в человеческих головах отражение данного интереса» [9, с. 260]. Общественная природа интересов обстоятельно рассматривается в теории интереса Р. Иеринга, согласно которой именно правовые нормы создаются сознательной, волевой и целенаправленной деятельностью человека, стимулами которой являются потребности, интересы и цели [5, с. 196]. Объективная природа интереса привлекала пристальное внимание и большинства российских ученых-правоведов XIX века, вплоть до современных отечественных ученых, приверженных основным представлениям постпозитивизма.
После критического анализа многочисленных высказываний, а также обобщения непосредственных результатов исследования интерес можно определить как направленность субъекта по отношению к объекту, рассматриваемому в качестве ценности и потенциальной цели. Интерес реализуется в самопроизвольной концентрации внимания на предметах, способах и условиях их освоения, имеющих или могущих иметь большое значение в связи с удовлетворением человеческих потребностей, играющих роль реальной причины самостоятельных действий индивида и общности как субъектов. Что касается классификации интересов, то самым существенным ее основанием служит соотношение субъекта и объекта. По природе субъекта интересы можно разделить на индивидуальные и общественные. Первые можно конкретизировать как личные (отдельного человека), личностные (человека как личности), бессознательные, а вторые - как общественные, национальные, государственные, религиозные, семейные и др. По природе объекта интересы можно разделить на внутренние и внешние. Внутренние имеют место тогда, когда в качестве объекта интересов выступает сам же субъект, его различные возможности и перспективы существования, доступные непосредственной практической реализации в меняющихся условиях. Внешние интересы нацелены на объективные возможности и перспективы, складывающиеся независимо от субъекта и практически реализуемые через опосредованную цепь связей между целями и средствами деятельности. Для системы интересов всегда характерна не только ситуативно-иерархическая субординация, но и устойчивая координация, равномерно стягивающая их в единую целостность. Любой национальный интерес возникает не в качестве самодостаточной цели и высшей ценности, а как жизненная необходимость, имеющая важное конкретно-практическое значение для процессов национального развития. Соответственно, можно говорить о непосредственных и косвенных интересах. Следуя по лестнице субординации, от любого внутреннего или внешнего интереса можно прийти к одному и тому же небезразличному отношению каждого субъекта к самому себе, которое можно назвать и его же скоординированным жизненным интересом, отражающим возможность человека или социальной общности к постоянному самовоспроизводству.
Таким образом, социальный корень национального существования как проблемы кроется в заинтересованности национальности в самой себе, и выдвигается он в тех случаях, когда возникает противоречие между активным самосознанием национальности и угрозой ее жизненному интересу. Если только национальность не безразлична к своей судьбе, к самому своему существованию, то начинается борьба за политическую независимость, объединение своей территории, чистоту языка и культуры или обнаруживается проявление других сторон национального вопроса - противоречия, возникшие на базе несовпадения границ собственно этнической общности и основной социально-политической общности, между жизненным интересом и возможностью его удовлетворения. Последняя осознается, как правило, тогда, когда внешние по отношению к этнической общности силы лишают ее возможности самой быть ответственной за свою судьбу. Отсюда следует, что существует три возможности снятия национального вопроса с повестки дня: предоставить национальность самой себе, т.е. предоставить ей социально-политическую самостоятельность, ликвидировать национальность физически путем истребления индивидуальных ее носителей или ликвидировать ее как субъект выдвижения национального вопроса путем трансформации активного этнического самосознания в пассивное. С точки зрения нации как субъекта выдвижения национального вопроса, последние две возможности неприемлемы как ущемляющие жизненный интерес, и, следовательно, ни одно из них не может быть признано решением проблемы.
Закономерно возникает вопрос: нельзя ли то же самое сказать в отношении первой возможности с точки зрения государства как субъекта решения национального вопроса? Очевидно нельзя, так как жизненные интересы государства не имеют однозначных и непосредственных связей с повседневными жизненными интересами его граждан. Каждое сообщество людей, в отличие от простой классификационной группы, имеет по крайней мере один общий для ее членов интерес. Но не всегда этот интерес основывается непосредственно на жизненном интересе каждого из них. Для этого необходимо, чтобы каждый человек жил не только как биологический индивид, но и как зрелая личность, существующая в социальной идентифицируемой общности. Только в этом случае он может подчинять свои частичные интересы общим. Такой общностью может быть только культурная общность, охватывающая все важнейшие области человеческой деятельности и предполагающая интенсивную общественную деятельность. Таковой является современная достаточно многочисленная этническая общность. Ее жизненный интерес можно назвать национальным интересом, в отличие от иных национальных интересов, которых много и которые находятся на разных ступенях развития.
Таким образом, можно говорить не только о разной степени взаимообусловленности рационального и иррационального факторов формирования жизненных потребностей и способов их реализации, а также о различных механизмах выражения и представления интересов людей во всех сферах общественной и государственной жизни. Осознание и консолидация национальных интересов являются составной частью идентификационного процесса национального самосознания. Национальные интересы не могут оставаться в замкнутых анклавах. Они неизбежно должны какой-то мере консолидироваться, согласовываться с интересами других наций или быть вписаны в региональную и мировую систему множества межнациональных интересов. Эту интеграционную функцию осуществляет не только традиционная, бытовая, народная дипломатия, но и внешняя политика, государственная стратегия и профессиональная дипломатия. Следовательно, национальные интересы можно считать интересами определенной социально-политической общности, отражающими сложившийся в конкретное историческое время баланс интересов личности, ее группы и ее общности в целом на территории совместного проживания и в соотношении с интересами других социально-политических образований. Национальный интерес как категория, отражающая определенный уровень рациональности общественного самосознания, возникает не сразу, а как результат субъектной консолидации социально-политического образования, проживающего длительное историческое время на определенной территории в условиях свободного развития его самосознания и повышения политической культуры.
В научную лексику социально-гуманитарных исследований словосочетание «национальный интерес» вошло относительно недавно. Категориальный статус этого понятия был зафиксирован в Оксфордской энциклопедии 1930 г., а детальная терминологическая разработка данного словосочетания принадлежит ученым из США Р. Нибуру и Ч. Бирду. Глубоко специализированное исследование национального интереса обстоятельно рассматривается и в книге Г. Моргентау «В защиту национального интереса». В системе американского государствоведения национальный интерес интерпретируется через субъективную форму объективных нужд общества и государства, сформулированную их верхушкой на основании ценностных приоритетов. Система национальных интересов не является законченной, законодательно оформленной государственной теорией. Даже используемое политиками словосочетание страдает серьезными изъянами. Так, в определении понятия «национальный интерес» не отражается связанность последнего с потребностями нации, а само понятие «нация» находит мало воплощения в государственных актах. Это свидетельствует об искусственной фетишизации государственных интересов, камуфлируемых под статус общенациональной сплоченности интересов всего народа. Выстроена идеологически ангажированная, мнимая иерархия, где, по идее, первичными интересами должны быть интересы человека, а на самом деле происходит выделение интересов государственного плана, в большей степени внешнеполитических. Такой результат, в принципе, является закономерным, учитывая, что в политике происходит смешение различных видов интереса в одном понятии. Общественный интерес, имеющий приоритетное значение в рамках государства, преподносится в форме национально-значимого смысла, включенного в систему интересов, обращенных в сферу международных отношений. Но из-за отсутствия методологии определения потребностей личности он как раз и остается в структуре общественных потребностей, выливающихся в политические, а затем и в государственные.
Таким образом, предметом обсуждения становится национализм. Если мы хотим правильно подойти к решению проблемы национализма, то не должны забывать, что она значима лишь постольку, поскольку мы придаем значение теории национальных отношений как основе для решения национального вопроса. Существуют две формы национальных отношений: прежде всего, это внутринациональные связи, составляющие основу единства нации; и собственно отношения между нациями, включающие отношения наций с народностями, национальными и этническими группами. То есть существует полная аналогия с различающимися в теории личности интраиндивидуальным аспектом, охватывающим черты и свойства личности, и интериндивидуальным, охватывающим закономерности взаимодействия личностей.
Национализм, при всем его многоразличии, рассматривается не только как специфически организованная идеологическая система духовной жизни, но и как целенаправленный способ социальной жизни людей. Правильно понятый национализм позволяет рассматривать соотношение проблем ложного интернационализма и истинного интернационализма. Первый механически охватывает внутренние национальные связи, второй - жизненный интерес нации в ее отношениях с другими народами. Таким образом, национализм и интернационализм связаны между собой как явление и отдельный его аспект. Национализм - это многогранное проявление различных признаков нации в социальных поступках рядовых граждан, правящих кругов и целых народов, проявление соответствующего морального принципа в политическом. Среди признаков, играющих здесь ведущую роль, можно назвать следующие базовые атрибуты: определенная территория, историческая судьба народа, традиционная культура и уклад жизни, любовь к родному языку; предпочтительное отношение к соотечественникам, чувство гордости за прошлые и настоящие достижения, равно как разделяемая всеми скорбь по бедам и несчастьям. Ганс Кон определял национализм как «состояние ума, убежденного, что высшей ценностью личности должно быть национальное государство» [7], рассматриваемое в качестве идеальной формы организации народа. Для Кона национализм включает в себя веру в то, что человек должен проявлять «высшую преданность своему народу» [Там же]. Строганов также разделяет понимание национализма как патриотического чувства [12, с. 28-29]. Он отмечает, что именно такой национализм пронизывает всю историю Российского государства.
Рассмотрев разные определения национализма, можно сделать вывод, что национализм - это национальное чувство, неотделимое от культуры предков, основанной на любви к Родине; можно сказать, что это чувство, близкое к патриотизму. И если национализм условно считать тождественным патриотизму и национальному чувству, то он присущ всем временам и народам, и бороться с ним или осуждать его было бы равносильно борьбе с другими свойственными человеку чувствами [11]. Марксистские взгляды на проблему национализма связаны с классовой борьбой, составляющей главную движущую силу общественного развития. Э. Поздняков выделяет «этнический национализм» как «национализм угнетенного или порабощенного народа, борющегося за свое национальное освобождение, национализм народа, стремящегося к обретению собственной государственности, которому соответствуют свои политика и идеология» [10, с. 128].