Далее рассмотрим те случаи, когда научный термин в поэтическом контексте приобретает переносный смысл.
Терминологическое значение существительного «капилляр» - «самый тонкий сосуд в организме человека и других животных» Капилляр. URL: http://wLki-org.ru/wiki/Капилляр (дата обращения: 13.12.2018).. А.А. Тарковский же использует его по отношению к растительному миру - в значении «прожилки растений» [6]: «Дышит мята в каждом слове, И от головы до пят Шарики зеленой крови В капиллярах шебуршат» [5]. Метафорическое выражение «зеленая кровь» (то есть сок растений) дополняет и развивает словесный образ, созданный автором в данном микроконтексте.
Обращает на себя внимание и семантическая трансформация существительного «озон» в стихотворении «Цейский ледник»: «Друг, за чашу благодарствуй, Небо я держу в руке, Горный воздух государства Пью на Цейском леднике. Здесь хранит сама природа Явный след былых времен - Девятнадцатого года Очистительный озон» [5].
Очевидно, лексемы «озон» и «воздух», соединенные автором в одном контексте, сближаются по значению и могут считаться контекстуальными синонимами. В данном отрывке значение существительного «озон» может быть интерпретировано как «холодный и чистый воздух» [6]. Однако, если мы обратимся к прямому, терминологическому значению данного слова, то оно окажется в определенном смысле антонимичным контекстуальному, так как озон представляет собой «ядовитый голубой газ», отличающийся «высокой токсичностью» Озон // Химическая энциклопедия: в 5 т. / гл. ред. И.Л. Кнунянц [до 1992 г.], Н.С. Зефиров [с 1995 г.]. М.: Сов. энцикл.; Большая Рос. энцикл., 1988-1998.
Т. 3: Меди сульфиды - Полимерные красители. М.: Большая Рос. энцикл., 1992. 639 с.: ил., табл.. Можно предположить, что употребление поэтом данного термина в сочетании с прилагательным «очистительный» отсылает скорее к «дезинфицирующим», чем к «отравляющим» свойствам этого вещества. поэтический метафоризация научный тарковский
Прилагательное «спектральный» у А.А. Тарковского трансформируется не только семантически, но и морфологически. Из разряда относительных оно переходит в качественное и употребляется автором в сравнительной форме: «Был домик в три оконца В такой окрашен цвет, Что даже в спектре солнца Такого цвета нет. Он был еще спектральней, Зеленый до того, Что я в окошко спальни Молился на него» [5].
В данном контексте при помощи выбранного прилагательного обозначается яркость и глубина цвета, а также большое количество его оттенков.
Поскольку тема процитированного стихотворения - воспоминания детства, то, возможно, за счет некоторого отступления от языковой нормы поэт стремится передать именно детское восприятие действительности. Подобные приемы мы находим и в других текстах А.А. Тарковского, у которого тема детства является одной из любимых.
Научный термин у А.А. Тарковского может не только подвергаться семантическому изменению, но и «обыгрываться» фонетически - как, например, выражение «зияние гласных» в стихотворении «Осень» (заметим в скобках, что перед нами образец ранней лирики А.А. Тарковского; в более зрелых произведениях подобных языковых экспериментов поэт избегал): «Твое изумление, или твое Зияние гласных - какая награда За меркнущее бытие! <... > Не осень, а голоса слабый испуг, Сияние гласных в открытом эфире - Что лед, ускользнувший из рук... » [5]. «Чисто научное значение лингвистического термина разрушено его звуковым обыгрыванием: «зияние гласных» - «сияние гласных» [4, с. 66].
Прямое же значение терминологического сочетания - «сочетание двух гласных подряд в слове или начальный гласный в слове» [6] - меняется на переносно-экспрессивное: «возглас, чем- то напоминающий пение» [6] (отсюда и «изумление»).
В лирике А.А. Тарковского переосмысляется и ряд других терминологических сочетаний, а именно: «земная ось», «угол зрения» и «поле тяготения».
В интернет-версии «Большого энциклопедического словаря» мы находим следующее определение: «Земная ось - прямая линия, вдоль которой происходит суточное вращение Земли; проходит через центр Земли и пересекает земную поверхность в географических полюсах» [8].
Обратимся теперь к тексту А.А. Тарковского, в котором встречается этот фразеологизм: «Сад исходил я года в два И вдоль и поперек, И что расту я, как трава, Мне было невдомек...<...>Пока топтать мне довелось Ковыль да зеленя, Я понял, что земная ось Проходит сквозь меня» [5].
Как мы видим, поэт снова обращается к теме детства и предпринимает попытку передать мировосприятие двухлетнего ребенка, который еще не отделяет себя от окружающего мира. Постигаемое ребенком пространство «своей Лилипутии» (сад, луг, город) для него равно всей планете. Таким образом, выражение «земная ось» здесь следует понимать как «центр мироздания» - что вполне соответствует мироощущению человека в период раннего детства.
Термин «угол зрения» (у А.А. Тарковского - «угол зренья») взят из оптики; в научно-справочной литературе его значение формулируется следующим образом: «угол между лучами, идущими от крайних точек предмета через узловую точку (оптический центр глаза)» [9], то есть «угол, под которым виден предмет» [9]. А.А. Тарковский использует данное выражение в финале одного из своих программных стихотворений - «Стань самим собой»: «...Но слово лучше у немого, И краска ярче у слепца, Когда отыскан угол зренья И ты при вспышке озаренья Собой угадан до конца» [5]. С помощью оптического термина создается мотив «внутреннего зрения» (о котором мы уже писали выше), то есть способности правильно увидеть и понять самого себя, свое жизненное предназначение.
Таким образом, «предмет», который виден под этим «углом», - это подлинная сущность человека, которая им самим разгадана и осознана.
Термин «поле тяготения» (у А.А. Тарковского - «поле тяготенья») относится к области классической физики: «Поле тяготения (гравитационное поле) - фундаментальное физическое поле, через которое осуществляется гравитационное взаимодействие между всеми материальными телами» Гравитационное поле // Советский энциклопеди-ческий словарь. 2-е изд. М.: Сов. энцикл., 1982. С. 332.. Общая теория относительности понимает его несколько иначе - как «свойство пространства- времени, появляющееся в присутствии материи. <...> Материальным носителем тяготения является пространство-время» Там же..
Данное выражение мы встречаем в стихотворении А.А. Тарковского «Полевой госпиталь», которое является, на наш взгляд, одним из наиболее сложных для истолкования: «В тот день остановилось время, <... > И ни вороньих свадеб, ни метелей, Ни оттепелей не было в том лимбе, Где я лежал в позоре, в наготе, В крови своей, вне поля тяготенья Грядущего» [5].
В приведенном отрывке А.А. Тарковский несколько модифицирует и расширяет устоявшийся термин - «поле тяготенья грядущего». С одной стороны, данное сочетание можно интерпретировать как контекстно - индивидуальный фразеологизм, имеющий значение «возможность будущего», «перспектива продолжения жизни». Однако, если отталкиваться от второго (пространственно - временного) значения физического термина, то «вне поля тяготенья» следует понимать как «вне пространства и времени» и даже «за пределами материального мира». Подобное толкование представляется более верным, если учитывать, какова биографическая основа стихотворного текста, приводимого нами. «Полевой госпиталь» представляет собой попытку А.А. Тарковского «перевести» на язык поэтических образов состояние клинической смерти, которое он пережил после ранения в декабре 1943 г.
Об этом сохранились свидетельства современников - к примеру, А.П. Лаврина: «.Меня потряс рассказ поэта А.А. Тарковского о его опыте внетелесного (выделено нами. - Т. В.) существования. в январе 1944 г., когда он погибал в госпитале от гангрены» [10, с. 128]. Приведенная цитата подтверждает наше предположение, в том числе и на лексическом уровне.
Наконец, образный план лирического текста может строиться не на одном, а на нескольких терминах, значение которых трансформируется и переосмысляется.
Примером тому может служить стихотворение «Под прямым углом». Исследователи творчества А.А. Тарковского высказывают предположение, что в данном стихотворении отразились сложные и противоречивые, хотя и прочные, отношения поэта с его третьей женой, Т.А. Озерской.
В стихотворении «выстраивание» образного контекста начинается уже с названия и далее продолжается с первых же строк: «Мы - только под прямым углом, Наперекор один другому, Как будто не привыкли к дому И в разных плоскостях живем. <...> Мы отражаем все и вся И понимаем с полуслова, Но только не один другого... » [5].
Употребленные в тексте термины, однако, связаны скорее не с областью геометрии, а опять же с оптикой: противоречивость отношений изображается автором через образ «поляризации света». На это указывает упоминание «стекла» и «радуг» («оконное стекло», «жизнь как стекло», «колеса радуг»), а также глагол «отражать». Подведем итоги нашего исследования. Употребляя научные термины в своих поэтических произведениях, А.А. Тарковский выстраивает целостный контекст, и контекстуальный смысл термина зачастую постигается через другие лексические единицы, использованные автором в данном микротексте (фразе, четверостишии и т. д.).
Выбор поэтом того или иного существительного или фразеологизма также представляется не случайным, а, напротив, является элементом цельной поэтической системы, «кодирует» ключевые темы и мотивы и т. д. Зачастую для интерпретации той или иной лексической единицы (а значит, и текста в целом) необходимы сведения о жизни поэта, привлечение информации автобиографического характера.
Список литературы
1. Дикинсон Э. Стихотворения / пер. В. Марковой. М.: Худож. лит., 1981.
2. Тарковская М.А. Осколки зеркала. М.: Вагриус, 2006. 416 с.
3. Воронова Т.А. Структура метафоры в поэзии А.А. Тарковского // Известия Научно-координационного центра по профилю «филология» (ВГПУ - ВОИКПРО): сб. ст. Воронеж: ВЭПИ, 2004. Вып. 2. С. 130-132.
4. Воронова Т.А. Фразеологизмы А.А. Тарковского с точки зрения авторской лексикографии // Материалы по русско-славянскому языкознанию: Междунар. сб. науч. тр. Воронеж: Воронежский гос. ун-т, 2007. Вып. 28. С. 60-70.
5. ТарковскийА.А. Собрание сочинений: в 3 т. М.: Худож. лит., 1991. Т. 1-2.
6. Воронова Т.А. Словарь лирики Арсения Тарковского: в 3 ч. Воронеж: Воронежский государственный университет, 2004. Ч. 1. (А-Йота). 296 с.; 2007. Ч. 2. (К - Ощущенье). 292 с.; Наука-Юнипресс, 2014.
Ч.3. (Пава - Ряска). 254 с.
7. Ефремова Т.Ф. Современный толковый словарь русского языка: в 3 т. М. : АСТ, 2006.
8. Большой энциклопедический словарь / под ред. А.М. Прохорова. Москва: Большая Российская энциклопедия; Санкт-Петербург: Норинт, 1997. 1456 с.
9. Колубаева Л.А. Преломляющие оптические системы. Томск, 2009.
10. Волкова П.Д. Арсений и Андрей Тарковские. М.: Изд. дом «Зебра Е», 2004. 384 с.
References
1. Dickinson E. Stikhotvoreniya [Poetry]. Moscow, Khudozhestvennaya Literatura Publ., 1981. (In Russian).
2. Tarkovskaya M.A. Oskolki zerkala [Shatters of Mirror]. Moscow, Vagrius Publ., 2006, 416 p. (In Russian).
3. Voronova T.A. Struktura metafory v poezii A.A. Tarkovskogo [The structure of a metaphor in the poetry of A.A. Tarkovsky]. Izvestiya Nauchno-koordinatsionnogo tsentrapoprofilyu «filologiya» (VGPU- VOIKPRO): sbornik statey [Proceedings Of the Scientific Coordination Center on the “Philology” Profile (Voronezh State Pedagogical University - Voronezh Regional Institute of Advanced Training and Retraining of Education Workers)].Voronezh, Voronezhskiy ekonomiko-pravovoy institut Publ., 2004, vol. 2, pp. 130-132. (In Russian).
4. Voronova T.A. Frazeologizmy A.A. Tarkovskogo s tochki zreniya avtorskoy leksikografii [Phraseological units of A.A. Tarkovsky from the point of view of author's lexicography]. Mezhdunarodnyy sbornik nauch- nykh trudov «Materialy po russko-slavyanskomu yazykoznaniyu» [International Collection of Scientific Proceedings “Materials on Russian-Slavic Linguistics”]. Voronezh, Voronezh State University Publ., 2007, vol. 28, pp. 60-70. (In Russian).
5. Tarkovskiy A.A. Sobraniye sochineniy: v 3 t. [Collected Works: in 3 vols.]. Moscow, Khudozhestvennaya Literatura Publ., 1991, vol. 1-2. (In Russian).
6. Voronova T.A. Slovar' liriki Arseniya Tarkovskogo: v 3 ch. Ch. I. (A-Yota). Ch. II. (K - Oshchushchen 'ye). Ch. III. (Pava - Ryaska) [Dictionary Lyrics of Arseny Tarkovsky: in 3 Parts. Part 1 (A - Iota). Part 2 (K - Feeling). Part 3 (Peahen - Duckweed)]. Voronezh, Voronezh State University Publ., pt 1, 2004, 296 p., pt 2, 2007, 292 p., “Nauka-Yunipress” Publ., pt 3, 2014, 254 p. (In Russian).
7. Efremova T.F. Sovremennyy tolkovyy slovar ' russkogo yazyka:v 3 t. [Modern Explanatory Dictionary of the Russian Language: in 3 vols.]. Moscow, AST Publ., 2006. (In Russian).
8. Prokhorov A.M. (ed.). Bol'shoy entsiklopedicheskiy slovar' [Large Encyclopedic Dictionary]. Moscow, Great Russian Encyclopedia Publ., St. Petersburg, Norint Publ., 1997, 1456 p. (In Russian).
9. Kolubayeva L.A. Prelomlyayushchiye opticheskiye sistemy [The Refractive Optical System]. Tomsk, 2009. (In Russian).
10. Volkova P.D. Arseniy i Andrey Tarkovskiye [Arseny and Andrei Tarkovsky]. Moscow, Publishing House “Zebra E”, 2004, 384 p. (In Russian).