Статья: О количестве захороненных на иркутском Иерусалимском кладбище (опыт математического анализа)

Музей истории города Иркутска им. А.М. Сибирякова

О количестве захороненных на иркутском Иерусалимском кладбище (опыт математического анализа)

А.Н. Гаращенко

Иркутск

Аннотация

Статья посвящена выяснению путем математического анализа примерного количества захороненных на иркутском Иерусалимском кладбище.

Ключевые слова: Иркутск, Иерусалимское кладбище, захоронения, некрополь.

On Number of People, Buried in the Jerusalem Cemetery of Irkutsk (Results of the Mathematical Analysis)

Д. N. Garashchenko

Irkutsk Historical Museum named after A. M. Sibiryakov

Abstract. The article attempts to determine approximate number of people, buried in the Jerusalem cemetery of Irkutsk, on the basis of mathematical analysis.

Keywords: Irkutsk, the Jerusalem cemetery, graves, necropolis.

Чтобы определить, сколько же жителей города было захоронено на территории Иерусалимского некрополя за время его существования, необходимо выяснить общее количество населения Иркутска в этот же период. Поскольку, помимо общегородского, существовал еще ряд кладбищ в предместьях, оттягивавших на себя какое-то количество умерших, важно учесть не только это, но и с какого времени они стали действовать и для кого были рассчитаны.

За точку отсчета принимаем следующий год после создания погоста - 1773. Можно предположить, что в первые годы указ о необходимости хоронить скончавшихся на отведенных местах за городом строго не соблюдался, как это традиционно существовало в России в отношении законов. Какое-то время еще погребения совершали при церквях и просто в отдаленных от жилья местах. Но тем не менее здесь потихоньку начали захоранивать, и определенное количество граждан в промежуток между 1772 и 1793 гг. нашли тут свой покой. Повторное распоряжение, последовавшее в 1793 г., окончательно утвердило формирование кладбища, его территория была четко определена, огорожена, и на ней была возведена церковь.

Промежуток в двадцать лет между распоряжениями администрации можно рассматривать как переходный период в деле упорядочения местоположения захоронений горожан.

В дальнейших рассуждениях и расчетах мы будем ссылаться на составленную нами таблицу (табл.) общего количества жителей Иркутска и умерших. Отметим сложности, с которыми пришлось столкнуться при использовании статистических данных, полученных из многочисленных источников: - сведения о численности населения в разных публикациях за одни и те же годы отмечаются - например, за 1825, 1857, 1858, 1875 и другие годы (мы в своих вычислениях использовали наименьшие показатели). Это было связано с тем, что применялись разные системы подсчета. Например, в

1820-1830-х гг. за основу брались городские обывательские книги, где указывались только жители, имевшие дома, в число проживавших не попадали прислуга или квартирующие. Во второй половине XIX и начале XX в. разнились сведения Иркутского городского полицейского управления и Губернского статистического комитета (одни основывались на данных о постоянно проживаемых в городе, другие на материалах однодневной переписи). Например, по полицейским сведениям за 1862 г., в Иркутске было 24 242 человека, по зимней переписи 15 декабря 1863 г. - 28 009, а по летней переписи 1864 г. - 25 178 [17];

почти нет информации о том, включались ли в число жителей располагавшиеся на территории города воинские части;

цифра могла увеличиваться, если подсчет производился в конце года, - из-за прибывших в город людей на зимнюю ярмарку;

порой информация за один год переписывалась без изменения в другой год;

допускались ошибки и при простом суммировании числа душ мужского и женского пола. Так, в одном из газетных комментариев читаем: «По сведениям Губернского правления в 1825 г. в Иркутске считалось мужеска- го 9 254, женскаго 5 952, а всего 16 206 человек» [20], но верным будет - 15 206.

В некоторых случаях возможно было провести перекрестную проверку источников и использовать данные более надежных из них. По нашему мнению, наименее точными могут быть сведения из летописей, так как при их составлении авторы, возможно, допускали ошибки технического характера. Но отказаться от летописных материалов невозможно: порой только в них удается найти нужную информацию.

Говоря о «точности» статистических данных, например первой половины XIX в., нелишним будет вспомнить, о чем писал Н. Щукин в 1857 г.: «...трудно составить верную перепись в таком пространном государстве, как Россия; а потому обвинять статистические комитеты в лености, небрежности и незнании дела едва ли справедливо в полной мере. Многое зависит от взгляда губернатора, утверждающего представляемые ему таблицы народонаселения: иной принимает в счет жителей имеющих оседлость, другой всех живущих в городе. Мудрено ли, что сведения об одном и том же городе значительно разнятся между собою. Как бы то ни было, только в Иркутске издавна существует общее мнение, что всех жителей с казаками и солдатами считается 16 000 душ обоего пола. Сведение это основано чуть ли не на соображениях бывшего губернского землемера Лосева. Он один, сколько известно, занимался собранием статистических сведений об Иркутской губернии с того времени, как Министерство внутренних дел стало требовать от губернаторов статистические таблицы. Формы статистических таблиц, присланные из МВД, разосланы были по волостным правлениям, и писарь, душа волостного правления, наполнял их цифрами, какие ему казались близкими к истине» [20].

Таблица Общее количество населения и умерших Иркутска за 1772-1930 гг. Примечания: Таблица составлена по следующим источникам: ГАИО. Ф. 70. Оп. 1. Д. 948. Л. 37 (документ не датирован, находится в деле между документами 1822 г.); Там же. Оп. 2. Д. 510; Там же. Оп. 3. Д. 1346. Л. 2 об., 4; Там же. Д. 1976; Там же. Д. 2275; Там же. Ф. р- 2768. Оп. 1. Д. 7. Л. 260; Иркутск. Его место и значение в истории и культурном развитии Восточной Сибири. Очерк, редактированный и изданный иркутским городским головой В. П. Сукачевым. М., 1891. С. 5; Древняя и Новая Россия. 1875. № 2. С. 209; Историческое обозрение Сибири. М., 1838. Кн. 1. С. 587; Иркутская летопись (Летописи П.И. Пежемского и

B. А. Кротова). С предисловием, добавлениями и примечанием И. И. Серебренникова // Труды: Восточно-Сибирского отдела императорского Русского географического общества. № 5. Иркутск, 1911. С. 105; Иркутская летопись 1857-1880 г. (Продолжение «Летописи» П.И. Пежемского и В.А. Кротова) / сост. Н.С. Романов; под ред. И. И. Серебренникова // Труды Восточно-Сибирского Отдела Императорского Русского географического общества. Иркутск, 1914. № 8. С. 44; Древняя российская вифлиофика. 1791. Ч. 18. С. 296; Описание Иркутского наместничества 1792 года. Новосибирск, 1988. С. 70; Ярославские епархиальные ведомости. 1861. 29 окт. Неоф. ч. С. 443; Сиб. архив. 1912. № 4. С. 254; Мартос А. Письма о Восточной Сибири. М., 1827. С. 148; Статистическое изображение городов и посадов Российской империи по 1825 год / Составленное из официальных сведений под руководством директора Департамента полиции исполнительной, тайного советника Штера. СПб. : Печатано в тип. Ивана Глазунова, СПб., 1829. С. 28; Календарь-справочник по Восточной Сибири на 1911 г. Б/м, б/г. С. 282; Статистическое обозрение Сибири, составленное по Высочайшему Его императорского величества повелению, при Сибирском комитете действительным статским советником Гагемейстером. СПб., 1854. Т. 2. С. 177; Иркутские губернские ведомости. 1858. 6 марта. С. 3, 6; Там же. 1858. 24 апр. Неоф. ч. С. 1; Там же. 1857. 17 окт. Неоф. ч. С. 1; Там же. 1857. 16 мая. Неоф. ч. С. 8; Там же. 1862. 10 ноября. Неоф. ч. С. 2; Там же. 1868. 26 окт. Неоф. ч. С. 7; Там же. 1870. 28 марта. Неоф. ч. С. 5; Там же. 1871. 23 янв. Неоф. ч. С. 6; Там же. 1872. 20 июня. Неоф. ч. С. 4; Там же. 1872. 22 авг. Неоф. ч. С. 3; Там же. 1876. 4 мая. Неоф. ч.

C. 5; Там же. 1878. 14 ноября. Неоф. ч. С. 5; Там же. 1876. 14 июня. Неоф. ч. С. 6; Там же. 1872. 11 июля. Неоф. ч. С. 4; Там же. 1881. 20 мая. Прил. С. 10; Памятная книжка Иркутской губернии на 1873 г.: адрес-календарь. Иркутск, 1873. С. II, XIV; Памятная книжка Иркутской губернии 1881 г. Иркутск, 1881. Отд. II. С. 29, 43, 44; Памятная книжка Иркутской губернии на 1887 г. Иркутск, 1887. Отд. 3. Табл. С. 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19; Городские поселения в Российской империи. СПб., 1861. С. 269; Памятная книжка Иркутской губернии на 1863 г. Иркутск, 1863. С. 104, 113; Памятная книжка Иркутской губернии на 1901 г. Иркутск, 1901. Ч. 1. С. 58, 59, 60; Статистический временник Российской империи. СПб., 1866. С. XII; Иркутск и Иркутская губерния. Приложение к «Сибирскому вестнику». Б/м, б/г. С. 7, 8; Волости и населенные места 1893 года. Вып. 4. Иркутская губерния. СПб., 1894. С. 22, 26; Изв. Иркут. городской думы. 1887. № 5-6. Л. б/н.; Там же. 1888. Т. 2. С. 4546; Там же. 1905. Т. II. С. 216; Города России в 1904 г. СПб., 1906. С. 0369; Весь Иркутск. Иркутск, 1992. С. 241; Сборник историко-статистических сведений о Сибири и сопредельных ей странах. СПб., 1875. Т. 1. Ч. 1. С. IV. Пространство и население Восточной Сибири. С. 42; Сибирь. 1879. 14 окт. С. 3; Памятная книжка Иркутской губернии. Издание Иркутского Губернского Статистического комитета. Иркутск : Губерн. тип., 1911. С. 109; Спутник по городу Иркутску и Иркутской губернии. Иркутск, 1926. С. 10; Весь Иркутск. Адресно-справочная телефонная книга на 1924 г. Иркутск, 1924. Отд. I. С. 9; Власть Труда. 1925. 19 сент.; Там же. 1927. 29 янв.; Адрес-календарь личного состава служащих в правительственных, общественных и частных учреждениях города Иркутска на 1897-1898 год. Иркутск, 1897. С. 14, 16.