Следует заметить, что употребляющиеся часто простые прилагательные, реже - причастия и существительные с цветовым значением, передают конкретный цвет или оттенки цвета, то есть выполняют номинативную функцию: желтый (домик), голубой (колпак), розовеющий (закат), белая (стена) и т.п.
Особенностью использования колоративной лексики в романе является то, что цвет одежды, частей тела персонажей или цвет предметов передаётся, с одной стороны, колоративными прилагательными, как сложными, так и простыми, типа желто-карий пиджак, желто-карий жи- летец, черный галстучек и др. [Белый, 1989, с. 121], с другой - существительными, образованными от флоральных существительных, например, называющих овощи, фрукты, ягоды: ...дама защурилась вялым лицом, подобрав свое желто-зеленое платье: шпинатового цвета [Белый, 1989,с. 120]; черничного цвета глаза, ротик брусничного цвета [Белый, 1989, с. 141]; <...> морозец, оживши, носы ущипнул; и носы стали ярко-брусничного цвета [Белый, 1989, с. 173]; обои лимонного цвета [Белый, 1989, с. 128] и др. По форме это атрибутивные словосочетания, созданные по модели «прилаг. + сущ. в род. пад. цвета».
Редко встречаются атрибутивные словосочетания, построенные по модели «сущ. в род. пад. цвета + сущ. в род. пад», например: <...> серое облако заулыбалося краешком цвета герани [Белый, 1989, с. 162]. Интересны единичные случаи употребления неологических прилагательных со значением «цвет», образованных от названий животных, например: <...> поднимался порой бархатеющий голос <...> то подпевал Эдуард Эдуардович, сидя в фисташковом кресле и руки свои распластавши на львиных золотеньких лапочках кресельных ручек: в тужурке бобрового цвета и в туфлях бобрового цвета [Белый, 1989, с. 178]; бобр - бобровый - темнокоричневый, близкий к черному.
Следует отметить тот факт, что в романе используются цветовые прилагательные, характеризующие предметы или явления, для которых этот цвет в узуальной речи передается другими синонимичными прилагательными. Так, в романе часто употребляется прилагательное со значением цвета карий, которое в узуальном значении синонимично прилагательному коричневый, а прилагательное карий в современном русском литературном языке имеет ограниченную лексическую сочетаемость: с существительными лошадь или глаза. Необычное употребление цвета «карий» с точки зрения не только лексической сочетаемости, но и семантики можно считать особенностью идиостиля А. Белого, который придает цвету в контексте новые цветовые и смысловые оттенки. Например: Лишея глазами, он в дверь проморочил своей бакенбардой; уж карюю перегарь дня доедала некаряя ночь; и профессор просел в нее [Белый, 1989, с. 125]. Более того, образы дня и ночи в «карем»и «некарем» цвете символизируются трехразовым использованием фразы в тексте романа: Уж карюю перегарь дня доедала некаряя ночь, когда он на извозчике трясся к себе, в Табачихинский.. .[Белый, 1989, с. 156].
Фраза «карюю перегарь дня доедала некаряя ночь» становится символом однообразия жизни и пассивности персонажей, символизирующих скучную, однообразную жизнь «одряхлевших» жителей Москвы, как и самой старой Москвы [Белый, 1989, с. 125, 129]. Каряя перегарь дня - усиление цвета полусветлого дня, то есть цвета гари. Карий цвет дня символизирует безрадостность, усталость, одноообразие дел, а также слияние красок дня в один полусветлый тон. Или: а он <...> уселся грустить, бодбородок рукой подпираючи; в карем своем пиджачке, в желто-сером жилетике, под желто-карею шторой сидел, перерезанный желтым столбом копошившихся в солнце пылиночек [Белый, 1989, с. 160-161]. Или наблюдается аналогичное употребление колоративного прилагательного гнедой: Савков, прикладной математик, с гнедой бородулиной, освинцовелый такой, возбуждал опасенье [Белый, 1989, с. 153]. Ср. в словарях: в словаре А.И. Солженицына по отношению к масти лошади: каряя - черная с темно-бурым отливом [Солженицын, с. 269]; гнедая - рыжая, бурая (о масти лошади) [РСЯР, 2000, с. 268].
Таким образом, можно говорить об особом приеме использования колоративной лексики в романе: в некоторых контекстах колоративные прилагательные сочетаются с существительными, нарушая нормы лексической сочетаемости, создавая при этом символический или цветовой образ. Еще один пример: А солнце слезилось сияющим и крупнокапельным дождиком; солнечный дождь - это праведник умер! Но желтой жестокостью вечер означился; в зелено-серый сумерки сели предметы; их ночь черноротая - съела [Белый, 1989, с. 161]. Желтая жестокость - неологиче- ская сочетаемость слов передает контекстуальные смысловые оттенки: неожиданно быстро закатывается солнце, тёплый желтый свет солнца становится холодным, ночным.
В романе цветовая лексика, кроме номинативной, выполняет символическую функцию. Лексика со значением «цвет» имеет и символическое значение, например, при передаче ощущений ветхости, старости предметов или старости, немощности человека часто используются прилагательные коричневый, желтый, карий, для создания психологической напряженности - лиловый; для отражения мрачного, таинственного, гнетущего - черный, коричневый. Например: Заборик синявый, заборик лиловый, заборик замоклый: меж ними, раздрязнувши лед ноздреватил; домик от домика защищался забориком... [Белый, 1989, с. 161]. Прилагательное синявый передает ветхость забора, прилагательное лиловый - печаль, встревоженность. Как правило, цвет передает психологическое состояние персонажей, характеризует предметы, явления природы в соответствии с традиционной символикой цвета.
колоративный прилагательное лексика цвет
Выводы
Таким образом, в романе А. Белого «Москва» для цветообозначения, создания художественных образов (приёмом олицетворения) очень часто используются слова со значением «цвет» и редко атрибутивные словосочетания, включающие слова с семой «цвет». При этом ко- лоративная лексика используется очень часто в описаниях явлений природы, обстановки, предметов интерьера, улиц, домов, а также одежды персонажей, в их портретных характеристиках.
С точки зрения формы, - это главным образом простые и сложные имена прилагательные. Простые колоративные прилагательные выполняют традиционную функцию, номинативную: обозначают цвет предмета, природного явления или одежды (лиловый (заборик), желтый (столб пыли) и др.). Очень редко встречаются имена существительные и глаголы со значением цвета типа синь, окарели/карели (от прилагательного карий).
Частотны в языке романа сложные колоративные прилагательные. По форме и способу образования можно выделить два типа сложных колоративных прилагательных: 1) прилагательные, состоящие из двух-трех основ (слов) со значением цвета, типа бело-синее (облако), желтосерый (жилетик), 2) прилагательные, образованные способом универбации атрибутивного словосочетания типа: лиловые крылья - лиловокрылые, желтый глаз - желтоглазый и др.
Кроме цветовых прилагательных, причастий, существительных, глаголов, образованных от прилагательных со значением «цвет», цвет в романе передается флоральными прилагательными, образованными от существительных, служащих названиями ягод, фруктов, овощей (через соотношение по цвету), типа: брусничный, шпинатный, лимонный. Отмечаются единичные прилагательные-неологизмы, образованные от названий животных, передающие цвет через соотношение с цветом животного, типа туфли бобрового цвета.
Единичны случаи передачи цвета атрибутивными словосочетаниями, построенными по модели «сущ. в род. пад. цвета + сущ. в род. пад», типа цвета герани. Чаще всего цвет передается простыми и сложными колоративными прилагательными.
Очень часто используются прилагательные со значением цвета, образованные способом универбации атрибутивного словосочетания, в котором зависимое слово обозначает цвет предмета, явления, а главное слово называет предмет, явление и др. (см. золотохохлый, лиловобокое и т. п.). При этом такого рода сложное прилагательное часто является приёмом олицетворения, служит метафорическим эпитетом в атрибутивном словосочетании (типа лиловобокое облако, желтоокая ночь и т. п.).
По значению - это 1) колоративные прилагательные, обозначающие конкретный цвет или оттенки цвета, образующие сложную цветовую гамму (например, сложные прилагательные, содержащие 2-3 основы), 2) в небольшом количестве колоративные прилагательные, существительные, причастия, глаголы, получающие в контексте новые оттенки цвета, приобретающие символическое значение в контексте или в тексте романа в целом (семантические неологизмы).
При порождении символического значения цвета или художественного образа романа в целом используется приём нарушения нормы лексической сочетаемости колоративного прилагательного.
В романе цветовая лексика выполняет номинативную, семантическую и символическую функции. Семантическая функция реализуется главным образом сложными по структуре коло- ративными прилагательными, передающими сложный цвет или цветовую гамму, символическая - при создании художественного образа, основанного на олицетворении предмета или явления, метафорическом переносе и с помощью приёма нарушения узуальной лексической сочетаемости.
Колоративная лексика является одной из основных черт идиостиля А. Белого.
Библиографический список
1. Белый А. Москва / сост., вступ. ст. и примеч. С.И. Тиминой. М.: Советская Россия, 1989. 768 с.
2. Буянова Г.Б. Цветовая палитра в романе М.Ю. Лермонтова «Вадим» // Социально-экономические явления и процессы. 2016. № 13.
3. Масевич А.Ц., Захаров В.П. Частотное поведение прилагательных цвета в русских поэтических текстах // Вестник Новосибирского государственного университета. Сер. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2019. Том 17. Выпуск 1. С. 21-48.
4. Перелыгин Т.В. Цветопись как элемент идиостиля автора. На материале поэзии С. Есенина и Н. Рубцова // Вестник Тамбовского государственного университета. 2008. № 1(57). Сер. Гуманитарные науки. Филология. С. 161- 166.
5. Печетова Н.Ю., Филиппова А.И. Использование прилагательных цветообозначения как художественный прием в произведениях Дины Рубиной // Современная наука Восточной Сибири. 2017. № 1. С. 28-34.
6. Русский словарь языкового расширения / сост. А.И. Солженицын. 3-е изд. М.: Русский путь, 2000. 280 с.
7. Сморчкова К.В. Способы передачи цвета и света в романе М.Ю. Лермонотова «Вадим» // Известия высших учебных заведений. Поволжский район. 2016. № 2 (38). Сер. Гуманитарные науки. Филология.
8. Тимина С.И. Последний роман Андрея Белого: вступительная статья // Белый А. Москва. М.: Советская Россия, 1989. С. 3-16.
9. Хриптулова Т.Н. Поэтика цвета в стихотворениях Н.И. Тряпкина // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. 2016. № 3. С. 144-148.
Reference List
1. Belyj A. Moskva = Moscow / sost., vstup. st. i primech. S.I. Timinoj. Moskva : Sovetskaja Rossija, 1989. 768 s.
2. Bujanova G.B. Cvetovaja palitra v romane M.Ju. Lermontova «Vadim» = Colour palette in the novel of M.Y. Lermontov «Vadim» // Social'no-jekonomicheskie javlenija i processy. 2016. № 13.
3. Masevich A.C., Zaharov V.P. Chastotnoe povedenie prilagatel'nyh cveta v russkih pojeticheskih tekstah = Frequency behaviour of adjectives denoting colour in Russian poetical texts // Vestnik Novosibirskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. Lingvistika i mezhkul'turnaja kommunikacija. 2019. Tom 17. Vypusk 1. S. 21-48.
4. T.V. Cvetopis' kak jelement idiostilja avtora. Na materiale pojezii S. Esenina i N. Rubcova = Colour reproduction as an element of an author's idio- style. On the material of S. Yesenin and N. Rubtsov's poetry // Vestnik Tambovskogo gosudarstvennogo universiteta. 2008. № 1(57). Ser. Gumanitarnye nauki. Filologija. S. 161- 166.
5. Pechetova N.Ju., Filippova A.I. Ispol'zovanie prilagatel'nyh cvetooboznachenija kak hudozhestvennyj priem v proizvedenijah Diny Rubinoj = The usage of adjectives denoting colour as an artistic device in the works of Dina Rubina // Sovremennaja nauka Vostochnoj Sibiri. 2017. № 1. S. 28-34
6. Russkij slovar' jazykovogo rasshirenija = Russian dictionary of language expansion / sost. A.I. Solzhenicyn. 3-e izd. M.: Russkij put', 2000. 280 s.
7. Smorchkova K. V. Sposoby peredachi cveta i sveta v romane M.Ju. Lermonotova «Vadim» = The means of colour and light renderng in the novel of M,Y. Lermontov «Vadim» // Izvestija vysshih uchebnyh zavedenij. Povolzhskij rajon. 2016. № 2 (38). Ser. Gumanitarnye nauki. Filologija. S. 137-148.
8. Timina S.I. Poslednij roman Andreja Belogo: vstupitel'naja stat'ja = Andrej Bely's last novel: an introductory article // Belyj A. Moskva. Moskva: Sovetskaja Rossija, 1989. S. 3-16.
9. Hriptulova T.N. Pojetika cveta v stihotvorenijah N.I. Trjapkina = The poetry of colour // Vestnik Kostromskogo gosudarstvennogo universiteta im. N.A. Nekrasova. 2016. № 3. S. 144-148.