Итак, при интеграции заимствованного материала в авторский текст, в процессе сочинения музыки синтаксический и семантический аспекты оказываются тесно взаимосвязанными. Нередко возникает необходимость в преобразовании интонационной и ритмической структур первоисточника. Как показал анализ, несовпадения исходного и конечного текстов в обоих рассмотренных нами маршах оказались весьма существенными. Поскольку в количественном отношении доля «чужого» получилась незначительной, можно утверждать, что здесь представлены оригинальные темы Иванова-Радкевича, созданные на основе свободной обработки мелодических оборотов заимствованного материала. Сохранен лишь интонационный остов исходных мелодий, который окутан новыми интонационными элементами. Такое преобразование первоисточника может повлечь за собой его изменение и на семантическом уровне. Тем самым композитор, исходя из художественного замысла, может регулировать семантическое вплетение заимствованного материала в свой авторский текст, подвергая его синтаксическую структуру различной степени трансформации.
В процессе восприятия музыки, где используется заимствованный материал, синтаксический и семантический информационные уровни также тесно связаны между собой. Прежде всего, следует отметить, что для распознания заимствованного материала и его осмысления в контексте содержания музыкального произведения ключевую роль играет объем накопленного слухового багажа - музыкального тезауруса. Чтобы интертекстуальные связи, на которые рассчитывал композитор, используя чужой музыкальный материал в своем музыкальном произведении, начали действовать, слушателю необходимо обладать определенным опытом в области музыкального искусства, в противном случае они окажутся невостребованными. Распознавание заимствованного материала начинается с накопления поступающей музыкальной информации. И только тогда, когда она достигнет некоей «критической массы», позволяющей мышлению обнаружить ее соответствие некоторому имеющемуся в памяти звуковому образу, происходит узнавание первоисточника, и включаются интертекстуальные связи. Накопленное количество информации переходит в ее новое качество. При этом ассоциации, отсылающие сознание слушателя к текстам, находящимся за пределами непосредственно воспринимаемого музыкального произведения, возникают пока только на синтаксическом информационном уровне. Но вслед за узнаванием звукового облика первоисточника заимствованного материала включаются обратные интертекстуальные связи на семантическом информационном уровне. В результате содержание музыкального произведения обогащается особыми смысловыми элементами, обусловленными семантическими контекстами первоисточника.
Как известно, характерная для военно-духового марша демократичность и ясность обусловлены спецификой его предназначения. Под марш осуществляется организованное определенным образом движение, и времени при этом для постижения глубинных содержательных пластов музыки практически нет. Отсюда возникает необходимость в максимальной доступности содержания подобных музыкальных произведений. Этой необходимости определенным образом подчиняются и способы воплощения заимствований. В соответствии с этим в марше для военного духового оркестра, в силу его специфического предназначения, целесообразно применение тех способов, которые обеспечивают быстрое и легкое узнавание первоисточника на синтаксическом уровне и реализацию функции патриотического воспитания на семантическом уровне. Более сложные формы воплощения заимствованного материала, имеющие место в современной музыке, дают противоположный результат. Смысловое постижение содержания музыки здесь требует определенных интеллектуальных усилий, что объективно усложняет процесс восприятия. Демократичность и ясность в этом случае уступают место элитарности и неопределенности. Поэтому не случайно широкое распространение в сочинении маршевой музыки для военного духового оркестра получило заимствование из популярных народных и массовых песен как проявление демократичности и общедоступности, что подтверждают рассмотренные произведения Иванова-Радкевича. Из этого, по сути, и проистекают выявленные особенности воплощения и восприятия заимствованного материала в военно-духовом марше, позволяющие стать данному жанру мощным средством патриотического воспитания.
Список литературы
марш композитор заимствованный интертекстуальный
1. Арановский М. Музыкальный текст. Структура и свойства. М.: Композитор, 1998. 344 с.
2. Береснева Н.И., Кокарева Е.А. Развитие идеи «смерти автора» // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2012. № 10 (24). Ч. I. C. 34-37.
3. Дунаев Л. Творческое наследие Н.П. Иванова-Радкевича - новый этап в развитии инструментовки для духового оркестра // В помощь военному дирижеру. М.: Военно-оркестровая служба Министерства обороны Союза ССР, 1974. Вып. XIV. С. 7-61.
4. Казанцева Л.П. Автор в музыкальном содержании. М., 1998. 248 с.
5. Ручьевская Е.А. Функции музыкальной темы. Л.: Музыка, 1977. 160 с.
6. Соколов А.С. Интертекстуальные связи в музыке как информационная проблема // Информационная культура личности: прошлое, настоящее, будущее. Краснодар, 1996. С. 303-304.
7. Суминова Т.Н. Художественная культура как информационная система (мировоззренческие и теоретико-методологические основания). М.: Академический Проект, 2006. 383 с.
8. Тутунов В. Творчество в период Великой Отечественной войны // Советская военная музыка. М.: Военно-оркестровая служба Министерства обороны Союза ССР, 1977. С. 293-326.
9. Шнитке А. Полистилистические тенденции в современной музыке // Холопова В.Н., Чигарева Е.И. Альфред Шнитке: Очерк жизни и творчества. М.: Советский композитор, 1990. С. 327-331.