Отечественная историография пребывания японских военнопленных на территории Хакасии в 1945--1947 гг.
Серебренников Сергей Владимирович
кандидат исторических наук
Впервые рассматривается отечественная историография пребывания японских военнопленных на территории Хакасской автономной области в 1945--1947 годах. Статья содержит историографический анализ работ историков России, опубликованных в период с 1994 по 2016 годы, в которых затрагиваются вопросы пребывания японских военнопленных на территории Хакасии. Автор констатировал отсутствие научных монографий о японских пленных, размещенных в Хакасской автономной области после завершения второй мировой войны. Выявлены и проанализированы сведения о пребывании японских военнопленных в данном регионе, содержащиеся в немногочисленных публикациях о японских пленных, размещенных в Красноярском крае и ряде работ историков об иностранных военнопленных второй мировой войны в Сибири. Установлена недостаточная изученность ряда вопросов пребывания японских военнопленных на территории Хакасии. В исторических публикациях о японских пленных, размещенных в Красноярском крае, очевиден явный сдвиг внимания авторов в сторону изучения японских военнопленных лагеря № 34, управление и лагерные отделения которого размещались за пределами Хакасии, а «хакасскому» лагерю № 33 уделено существенно меньше внимания. Наибольший вклад в изучение различных аспектов пребывания японских военнопленных на территории Хакасской автономной области в 1945--1947 годах внес красноярский историк М. Н. Спиридонов. Но после выхода в свет монографии, посвященной японским военнопленным, размещенным в Красноярском крае (2003), он не опубликовал ни одной работы по данной теме. Автор статьи считает, что, помимо более глубокого изучения ряда недостаточно изученных вопросов темы, целесообразно подготовить и издать сборник документов, раскрывающих различные аспекты пребывания японских военнопленных на территории Хакасии.
Ключевые слова: отечественная историография; исследования; публикации; сборники документов; японские военнопленные; Красноярский край; Хакасия; лагерь военнопленных, лагерные отделения.
Domestic Historiography of Stay of Japanese Prisoners of War on Territory of Khakassia in 1945--1947
Serebrennikov Sergey Vladimirovich, PhD in History
The domestic historiography of stay of Japanese prisoners of war in the territory of Khakass Autonomous region in 1945--1947 is considered for the first time. The article contains a historiographical analysis of the works of Russian historians, published in the period from 1994 to 2016, which addresses the issues of stay of Japanese prisoners of war on the territory of Khakassia. The author noted the lack of scholarly monographs on Japanese prisoners placed in the Khakass Autonomous region after the second world war. Information on the presence of Japanese prisoners of war in the region contained in the few publications on Japanese prisoners, located in the Krasnoyarsk region, and a number of historians of foreign prisoners of war of the second world war in Siberia is identified and analyzed. Insufficient knowledge of a number of questions of stay of Japanese prisoners of war on the territory of Khakassia is stated. Historical publications about the Japanese prisoners, located in Krasnoyarsk Region, obviously pay the authors' attention to the study of Japanese prisoners of war camp No. 34, which office and camp departments were located outside of the Republic of Khakassia. Significantly less attention is paid to the Khakass camp No. 33. The greatest contribution to the study of different aspects of stay of Japanese prisoners of war on the territory of Khakass Autonomous region in the years 1945--1947 made Krasnoyarsk historian M. N. Spiridonov. But after the publication of the monograph dedicated to the Japanese prisoners of war located in Krasnoyarsk Region (2003), he did not publish no single work on the subject. The author believes that, in addition to more in-depth study of some insufficiently studied questions of the topic, it is advisable to prepare and publish a collection of papers on various aspects of stay of Japanese prisoners of war on the territory of Khakassia.
Key words: domestic historiography; research; publications; collections of documents; Japanese prisoners of war; Krasnoyarsk Region; Khakassia Republic; prisoners of war camp, camp departments.
Введение
Свыше 570 тысяч плененных военнослужащих японской армии после окончания советско-японской войны 1945 года были перемещены на территорию СССР [Галицкий, 2016, с. 107]. Одним из регионов, где они были размещены, стала Хакасская автономная область. На территории Хакасии был образован лагерь № 33 НКВД (МВД) СССР, который функционировал с октября 1945 года по май 1947 года.
Пребывание японских военнопленных на территории СССР отечественные историки изучают с начала 1990-х годов. В отечественной историографии темы «Японские военнопленные в СССР» сразу стало формироваться направление, позже названное «территориальным (региональным) срезом» историографии темы.
Изучение вопросов пребывания японских пленных после второй мировой войны в разных регионах СССР происходило неравномерно. Первые сведения о японских военнопленных на территории Хакасии появились в научной литературе в 1994 году (причем в исследовании, территориальные рамки которого были намного шире).
Освещение пребывания японских пленных в Хакасии в публикациях 1994--1999 годов
японский военнопленный хакасия
В учебном пособии, изданном в 1994 году, иркутский историк С. И. Кузнецов сообщил, что в Красноярский край было направлено 20 тыс. человек (но сколько из них оказалось в Хакасии, не говорилось) [Кузнецов, 1994а, с. 44--45]. Там же, освещая «идеологическую обработку» пленных, автор отметил, что в г. Черногорске был создан один из «наиболее важных центров идеологической обработки японских военнопленных» на территории СССР [Там же, с. 56]. (К сожалению, было ошибочно указано, что данный город относится к Новосибирской области).
Японцы, размещенные в Красноярском крае, упоминаются и в других разделах книги: «участие японских военнопленных в восстановлении и развитии народного хозяйства», «положение японских военнопленных в лагерях», «проявления социального протеста в лагерях…» и др. Но мы встретили лишь два свидетельства о военнопленных лагеря № 33 [Там же, с. 88, 95].
Этот же материал приведен С. И. Кузнецовым и в докторской диссертации, защищенной в 1994 году [Кузнецов, 1994б, с. 154, 165].
В 1997 году С. И. Кузнецов опубликовал монографию «Японцы в сибирском плену» [Кузнецов, 1997], в которой содержался новый материал о японских пленных, размещенных в Хакасии. Автор сообщил, ссылаясь на шифровку Генштаба Красной Армии от 1 сентября 1945 года, что 20 тысяч японских военнопленных по предприятиям Красноярского края было решено распределить следующим образом: «наркомуголь для Хакасии -- 3 тыс. чел., наркомцветмет для “Енисейзолота” -- 3 тыс. чел., наркомстрой на строительство и эксплуатацию завода “Красный Профинтерн” -- 5 тыс. чел., наркомат вооружения -- заводу № 4--3 тыс. чел., наркомлес -- 7 тыс. чел.» [Там же, с. 52].
Другой информации о японских пленных в Хакасской автономной области в трудах С. И. Кузнецова мы не обнаружили. Но следует иметь в виду, что территориальные рамки исследований историка были значительно шире.
Особое положение среди исследователей темы «Японские военнопленные в Хакасии (1945--1947 гг.)» занимает Н. С. Абдин (1925--2009). С 1991 по 2009 годы он возглавлял Хакасскую общественную организацию жертв политических репрессий общества «Мемориал» [Белоусова, 2016, с. 32] и, являясь уполномоченным правительства Республики Хакасия по сохранению иностранных воинских захоронений на территории Хакасии, организовывал «совместно с японскими делегациями сбор останков умерших японских военнопленных (около 700 чел.) и отправку их (после кремации. -- С. С.) на родину» [Торосов, 2009, с. 54].
Н. С. Абдин активно изучал вопросы пребывания японских военнопленных на территории региона. Он подготовил справку «Заключенные японские военнослужащие (военнопленные) в Хакасии (1945--1947 гг.)» [Заключенные японские …, 2006] и другие материалы [Белоусова, 2016, с. 34; 19], публиковал газетные статьи [Абдин, 1995а; Абдин, 1995б], давал интервью [Абдин].
Освещение пребывания японских пленных в Хакасии в публикациях 2000--2016 гг.
Материалы личного архива (в том числе свою рукопись «О пребывании японских военнопленных в Хакасии в 1945--1947 гг.» от 31.01.1995 г.) Н. С. Абдин предоставил молодому историку А. А. Рузавину для подготовки дипломной работы «Японские военнопленные в Хакасии (1945-- 1947 гг.)» [Рузавин, 2000]. Эта работа была защищена в 2000 году в Хакасском государственном университете, а затем размещена на сайте Красноярского общества «Мемориал» (http://www.memorial.krsk.ru). Благодаря помощи Н. С. Абдина А. А. Рузавин получил возможность представить обзор трех вопросов о пребывании в Хакасии японских военнопленных (организация лагеря № 33; использование труда японцев в народном хозяйстве; взаимоотношения пленных и местного населения) и впервые опубликовать ряд важных сведений.
В декабре 2000 года на научно-практической конференции, проходившей в Абакане, выступил руководитель А. А. Рузавина по дипломной работе О. Н. Шулбаев. Его сообщение «Японские военнопленные в лагерях Хакасии» (видимо, он имел в виду лагерные отделения. -- С. С.) было опубликовано в научном сборнике [Шулбаев, 2001]. Примечательно, что автор поставил перед собой задачу кратко осветить те же вопросы, которые были рассмотрены А. А. Рузавиным. Основным материалом для О. Н. Шулбаева стали «материалы комиссии Совета Министров» Республики Хакасии и те же «документы из личного архива Н. С. Абдина» [Там же, с. 95].
О. Н. Шулбаев указал (как и А. А. Рузавин) такие же хронологические рамки функционирования лагеря № 33 -- с октября 1945 по май 1947 г. -- и место размещения управление лагеря -- вначале в г. Абакане (на улице Набережной), затем в г. Черногорске (в конторе завода № 18) [Рузавин, 2000; Шулбаев, 2001, с. 95--96]. Далее О. Н. Шулбаев привел (как и А. А. Рузавин) информацию о расположении в регионе семи лагерных отделений лагеря № 33: «Лагерные отделения № 1 и № 2 находились в г. Черногорске, № 3 на ст. Сон Боградского района, № 4 на ст. Усть-Бюрь Усть-Абаканского района, № 5 на прииске Ивановский Саралинского рудоуправления Ордженикидзевского района, № 6 на руднике Коммунар Ширинского района и № 7 в с. Райково Усть-Абаканского района» (сохранена орфография и пунктуация источников) [Рузавин, 2000; Шулбаев, 2001, с. 96]. Следуя за А. А. Рузавиным, историк отметил, что некоторые лаготделения делились на более мелкие подразделения, так называемые командировки (или бригады) -- небольшие группы, работавшие отдельно от основного контингента, историк сообщил о командировках, «расположенных в п. Карасук от отделения № 5 и в п. Малая Сыя от отделения № 6» [Там же].
Назвал О. Н. Шулбаев (вслед за А. А. Рузавиным) и основные объекты, на которых трудились пленные в регионе: Черногорские угольные шахты, лесоразработки в Сонском и Уйбатском лемпромхозах, Ивановский прииск по добыче золота, Уйбатский оросительный канал. Автор отметил «длительный рабочий день (12--13 часов)», добросовестное отношение к труду со стороны японцев, значительно более комфортные условия в лагере для японских офицеров, нежели для солдат [Рузавин, 2000; Шулбаев, 2001, с. 96--97].
Относительно количества умерших в плену японцев О. Н. Шулбаев привел (копируя А. А. Рузавина) две разные цифры: данные ассоциации «Военные мемориалы» и сведения Республиканской комиссии по обследованию мест захоронений японских военнопленных. По данным ассоциации, «в Хакасии на 20 кладбищах захоронен 1781 японец». Это, -- указал О. Н. Шулбаев, -- на 1074 умерших больше, чем имеется в сведениях Республиканской комиссии по обследованию мест захоронений японских военнопленных, согласно которым на территории Хакасии на 8 кладбищах захоронено 707 человек [Рузавин, 2000; Шулбаев, 2001, с. 97].
Далее О. Н. Шулбаев (уже не копируя А. А. Рузавина) утверждал: «число умерших могло быть значительно больше, если бы между японскими пленными и местным населением не сложились дружеские взаимоотношения», пояснив, что пленные занимались «обменом своих вещей на продукты питания», так как «зачастую лагерный паек не соответствовал установленным нормам, что вело к быстрому истощению организма военнопленных» [Шулбаев, 2001, с. 97--98].
Отдельными штрихами О. Н. Шулбаев наметил такие аспекты темы, как укомплектованность амуницией и наличие продовольствия у прибывших в октябре 1945 года в Хакасию пленных; система охраны военнопленных и режим содержания; попытки побегов. Историк указал, что «японские солдаты, прибывшие в лагерь в октябре 1945 года, были хорошо укомплектованы амуницией и обеспечены питанием»; «первоначально японских солдат охраняли строго, со временем режим их содержания стал смягчаться…»; «известны только два случая побега» (выделено мной. -- С. С.) [Там же, с. 96--97]. Данная информация ранее была опубликована А. А. Рузавиным [Рузавин, 2000].
В конце 1990-х годов вопросы пребывания японских военнопленных в Красноярском крае начал изучать историк М. Н. Спиридонов. В 2001 году он защитил диссертацию «Японские военнопленные в Красноярском крае (1945--1948 гг.): проблемы размещения, содержания и трудового использования» [Спиридонов, 2001а; Спиридонов, 2001б]. Впервые в отечественной историографии вопросы пребывания японских военнопленных в Красноярском крае, в том числе в Хакасской автономной области, были раскрыты здесь относительно полно. Вскоре его диссертация была размещена на сайте Красноярского общества «Мемориал» [Спиридонов, 2001в], а в 2003 году он опубликовал ее в виде монографии [Спиридонов, 2003].
В диссертации М. Н. Спиридонов приводит о лагере № 33 существенно меньше информации, чем о лагере № 34 (управление лагеря располагалось в г. Красноярске), 11 отделений которого были размещены за пределами Хакасии. Но, тем не менее, положение военнопленных лагеря № 33, функционирование его лагерных отделений автор также основательно анализирует, впервые раскрывая ряд аспектов, связанных с пребыванием в Хакасии японских военнопленных, и впервые публикуя целый ряд сведений.
М. Н. Спиридонов указал те же хронологические рамки функционирования лагеря № 33, те же сведения о количестве лагерных отделений (как и другие авторы), но привел иное количество японских военнопленных, размещенных в лагерных отделениях лагеря № 33 -- «6500 человек» [Спиридонов, 2001а, с. 14; Спиридонов, 2001б, с. 33].
Сообщая о дислокации лагерных отделений лагеря № 33, М. Н. Спиридонов сделал акцент на предприятиях, вблизи которых они появились. «Лагерные отделения №№ 1 и 2 были дислоцированы на объектах треста “Хакасуголь” в г. Черногорске, 3-е лаготделение было организовано при стройуправлении № 3 Министерства строительства топливных предприятий, 5 и 6-е лаготделения были направлены для работ на тресте “Хакасзолото”, а 7-е располагалось на строительстве Абаканского оросительного канала при республиканской конторе “Водострой”» [Спиридонов, 2001б, с. 33].