Также стоит отметить, что максимальные значения эффективности в рамках рассмотрения стратегии «переключения» несколько больше, чем максимальные значения коэффициента Шарпа для стратегии «покупки и удержания». Этот факт еще раз доказывает, что включение в портфель инвестиций в драгоценные металлы в периоды нестабильной ситуации на фондовом рынке выгодно, поскольку данному виду актива характерны свойства инструментов хеджирования, а, следовательно, они увеличивают эффективность портфеля, в состав которого включены, соответственно, снижая при этом его систематический риск, что и наблюдаем по результатам исследования.
Для наглядности, также как и в случае со стратегией «покупать и удерживать», проиллюстрируем полученные результаты, представленные в таблице 7, в виде графика с помощью программы Excel (см. Рис.2):
Рис.2. Значения коэффициента Шарпа для диверсифицированных инвестиционных портфелей при стратегии инвестора «переключения»
Графический анализ динамики показателя эффективности (коэффициента Шарпа) диверсифицированного портфеля за счет изменения доли инвестиций в драгоценный металл в его составе демонстрирует тот факт, что за весь рассматриваемый период золото, как и в случае стратегии «покупать и удерживать», было оптимальным металлом для улучшения эффективность портфеля, в который стоило вкладывать средства в периоды нестабильных ситуаций на фондовом рынке инвестору, придерживающегося стратегии «переключения». Также, можно сделать вывод о том, что хоть и вовлечение в состав портфеля инвестиций в платину и серебро увеличивает эффективность диверсифицированного портфеля, но этот прирост не сравним с тем увеличением эффективности, которое предоставляет инвестирование в золото.
Также стоит отметить, что, как и в случае стратегии «покупать и удерживать», все результаты оценки коэффициента Шарпа для стратегии инвестора-рискофила больше 0, следовательно, инвестировать в драгоценные металлы в рамках инвестиционного портфеля в период нестабильной ситуации на фондовом рынке было лучше, чем в безрисковый актив (ГКО-ОФЗ). Однако стоит отметить, что полученные результаты также свидетельствуют и о сходстве влияния инвестиций в различные драгоценные металлы на изменение эффективности диверсифицированного портфеля. Все они потенциально могут быть использованы с целью увеличения эффективности портфелей в период нестабильной волатильности фондового рынка и относительно невысокой доходности активов, входящим в состав эталонного портфеля, а, следовательно, и для снижения систематического риска.
Описание результатов
По результатам графического анализа каждого временного ряда, равенства дисперсий подвыборок каждого временного ряда - F-test, равенства математических ожиданий каждого из рассматриваемых временных рядов - тест ANOVA, равенства в подвыборках медиан с помощью обобщенного теста Манна-Уитни - Kruskal-Wallis, а также по результатам теста Дикки-Фуллера выявлено, что рассматриваемые в данной исследовательской работе временные ряды являются слабостационарными.
По результатам проведенного анализа коррелограммы моделей многомерных временных рядов, построенных с помощью метода наименьших квадратов (МНК), можно было судить о присутствии автокорреляции остатков. По результатам теста на определение условной гетероскедастичности остатков моделей, можно говорить о том, что присутствует ARCH-эффект, следовательно, учитывая тот факт, что все рассматриваемые временные ряды являются слабостационарными, построение моделей GARCH(1;1) было целесообразно.
После построения модели GARCH(1;1) были проанализированы результаты и выявлено, что все коэффициенты при переменных статистически значимы на уровне значимости 1%.
Более того, поскольку коэффициенты при ARCH(-1) и GARCH(-1) положительны и их сумма меньше единицы (см. Табл. 4), то можно говорить о том, что в каждой из рассмотренных моделей временных рядов дисперсия положительна и стационарна. Проведенный Q-тест Льюнга-Бокса по коррелограмме свидетельствует об отсутствии автокорреляции остатков, а результаты теста ARCH LM свидетельствуют об отсутствии условной гетероскедастичности остатков. Все вышеперечисленное, являясь некими условиями целесообразности использования GARCH(1;1) (Jiang, 2012), подтверждает факт адекватности этой модели применительно к данным исследования.
По результатам моделей (см. Табл.4) можно с уверенностью говорить о том, что все три рассматриваемые в данном исследовании драгоценных металла демонстрируют свойства активов, выполняющих функции инструментов хеджирования, поскольку во всех трех проанализированных модели отрицательный коэффициент перед переменной, отвечающей за доходность акций 50 компаний, составляющих индекс ММВБ. Также, напомним, что данный коэффициент (бетта) является мерой систематического (рыночного) риска (Roman et al., 2010). В связи с этим, можно говорить о том, что эффект инвестиций в драгоценные металлы обратен эффекту рынка. То есть, эффективность вложений в драгоценные металлы возрастает при снижении эффективности рынка. Но этот экономический эффект, однако, небольшой (меньше 10%).
Отрицательный коэффициент при фиктивной переменной, которая отвечает за уровень волатильности фондового рынка, свидетельствует о том, что и золото, и серебро, и платина, а точнее инвестиции в эти драгоценные металлы, демонстрируют существенные преимущества диверсифицированного инвестиционного портфеля, в который они включены в рамках исследования, этим подтверждая факт того, что им присущи свойства инструментов хеджирования.
Стоит также отметить, что во всех трех моделях прослеживается отрицательный коэффициент при фиктивной переменной, отвечающей за уровень доходности вложений в драгоценный металл в течение тех периодов, когда доходности были меньше среднего значения доходности по выборке на 2 стандартных отклонения. Из этого можно сделать вывод о том, что в периоды высокого рыночного риска доходности вложений в драгоценные металлы отрицательно коррелируют с рыночной доходностью.
Обобщая вышесказанное, стоит сказать, что вложения в драгоценные металлы в рамках диверсифицированного инвестиционного портфеля способствуют уменьшению общего систематического риска портфеля, особенно в нестабильные периоды на фондовом рынке (невысокой рыночной доходности и высокой волатильности фондового рынка), поскольку посредством эконометрического анализа было доказано наличие у них свойств инструментов хеджирования.
Полученные результаты не находятся в противоречии с предыдущими исследованиями, а лишь подтверждают их выводы. Так, к примеру, Mohd (2013) посредством анализа данных в период глобального финансового кризиса (июль 1997 - сентябрь 1998, август 2007 - октябрь 2008) выявил, что влияние этих кризисов не нашло отражение на показателях доходности драгоценных металлов, а следовательно, таковым активам присущи свойства инструментов хеджирования. Также Hiller (2006) в своей статье рассматривал влияние вложений в драгоценные металлы в составе диверсифицированного инвестиционного портфеля на риск, но уже не в рамках исторических кризисов, а в периоды, когда была ярко выражена высокая волатильность на рынке. Он также сделал вывод о том, что можно рассматривать в качестве инструмента хеджирования драгоценные металлы.
Далее в работе была проведена оценка эффективности диверсифицированного портфеля, включающего в себя инвестиции в драгоценные металлы. Необходимым являлось определение доли инвестиций в драгоценные металлы в составе портфеля, которая позволяла бы достигнуть максимальную эффективность диверсифицированного портфеля, соответственно, минимально возможного систематического риска. Оценка эффективности диверсифицированного инвестиционного портфеля была проведена для двух возможных стратегий инвестора:
1. Стратегия «покупать и удерживать» (для инвестора-рискофоба), по которой предполагается, что инвестор с начала рассматриваемого в данном исследовании периода (начиная с 1.01.2005) формирует диверсифицированный инвестиционный портфель, включая в его состав инвестиции в драгоценные металлы, и удерживает его до конца исследуемого периода (01.01.2015). При этом предполагается также допущение о том, что инвестор не будет перераспределять веса между компонентами, входящими в состав его портфеля, то есть, в течение всего рассматриваемого периода он не изменяет долю инвестиций в драгоценные металлы;
2. Стратегия «переключения» (для инвестора-рискофила), суть которой заключается в том, что инвестор в периоды относительно благоприятной ситуации на фондовом рынке будет удерживать эталонный портфель (в состав которого входят только акции 50 компаний, составляющих индекс ММВБ), а в периоды нестабильной ситуации на фондовом рынке (в период высокой волатильности фондового рынка и низкой доходности активов, составляющих эталонный портфель) будет диверсифицировать свой портфель, включая в его состав инвестиции в драгоценные металлы. Причем, стоит отметить, что в периоды нестабильной ситуации на фондовом рынке инвестор всегда будет удерживать диверсифицированный инвестиционный портфель с одной и той же долей в его составе вложений в драгоценные металлы.
Расчет коэффициента эффективности (в данном исследовании - коэффициент Шарпа) для каждого диверсифицированного инвестиционного портфеля рассматривался в 8 вариантах распределения веса каждого компонента портфеля (см. Табл.). Соответственно, по результатам расчета (см. Табл. 6, 7) данного коэффициента было выявлено:
1. При стратегии «покупать и удерживать» в рассматриваемый в данной исследовательской работе период оптимальный вес в диверсифицированном портфеле, который занимают вложения в золото, составляет 20%. При этом наблюдаются лучшие результаты, которые показывает инвестиционный диверсифицированный портфель по отношению к риску, а именно: вложение в драгоценный металл в рамках портфеля приносит 1,316% доходности на 1% риска. Вложение в серебро в рамках диверсифицированного портфеля с долей 15% приносит 1,128% доходности на 1% риска. При включении в портфель инвестиций в платину, чья доля равна 20%, наблюдается максимальный уровень значения коэффициента Шарпа, который свидетельствует о том, что такая доля вложений в платину в рамках портфеля приносит 1,152% доходности на 1% риска;
2. В рамках стратегии «переключения» оптимальная доля инвестиций золота, входящих в состав диверсифицированного портфеля, при которой наблюдается наибольшее значение эффективности, равна 15%. При этом вложение в золото в рамках рассматриваемого портфеля приносит 1,402% доходности на 1% риска. Вложение в серебро в рамках диверсифицированного портфеля с долей 5% приносит 1,181% доходности на 1% риска. При включении в портфель инвестиций в платину, чья доля равна 10%, также наблюдается высокий уровень коэффициента Шарпа, который свидетельствует о том, что такая доле вложений в платину в рамках портфеля приносит 1,21% доходности на 1% риска.
Общими выводами для обеих стратегий инвестора являются:
- При включении в портфель инвестиций в драгоценный металл даже с долей в 1% значение коэффициента Шарпа больше единицы. Этот факт свидетельствует о выгодности вложений в драгоценные металлы в рамках диверсифицированного инвестиционного портфеля, поскольку при этом на единицу риска приходится больше единицы избыточной доходности портфеля;
- Все результаты оценки коэффициента Шарпа для обеих стратегий инвестора больше 0, следовательно, инвестировать в драгоценные металлы в рамках инвестиционного портфеля в период нестабильной ситуации на фондовом рынке было лучше, чем в безрисковый актив (ГКО-ОФЗ). Однако стоит отметить, что полученные результаты также свидетельствуют и о сходстве влияния инвестиций в драгоценные металлы на изменение эффективности диверсифицированного портфеля. Все они потенциально могут быть использованы с целью увеличения эффективности портфелей;
- Характер влияния инвестиций в серебро, как и в платину, при условии включения их в диверсифицированный инвестиционный портфель, судя по показателям (см. Табл.6, 7), также увеличивает эффективность при увеличении доли в составе рассматриваемого диверсифицированного портфеля до определенного процента.
- Инвестиции в серебро, и в платину увеличивают показатель эффективности несколько меньше, чем золото. Графический анализ (см. Рис.1, 2) показателя эффективности диверсифицированного портфеля при изменении доли инвестиций в драгоценный металл в его составе демонстрирует факт того, что за весь рассматриваемый период золото, как в случае стратегии «покупать и удерживать», так и в случае стратегии «переключения», было оптимальным металлом для улучшения эффективность портфеля. Поскольку, несмотря на то, что включение в портфель инвестиций как в серебро, так и в платину увеличивает эффективность диверсифицированного портфеля, но этот прирост не сравним с тем увеличением эффективности, которое предоставляет инвестирование в золото.;