Знакомо звучащие слова иногда могут иметь совсем иное значение в другом языке, например, некоторые чешские слова, имеющие идентичную с русскими звуковую оболочку, имеют совершенно иную смысловую конфигурацию в русском языке: zeleniny[зеленины] - овощи, trup[труп] - тело, okurky[окуркы] - огурцы, vыnл[вуне] - аромат, ovoce [овоце] - фрукты, pohanka[поганка] - гречка. Колумбийцы также любят всё «преуменьшать», добавляя ко многим словам частичку -itoи получая при этом уменьшительно-ласкательную форму: pansito- «хлебушек», corazoncito- «сердечко», pesito- «песочко» (от названия местной валюты peso), aguita- «водичка» и т. п.
Нередко отсутствие иноязычных фонетических навыков приводит к произносительным ошибкам в речи на иностранном языке, вызывающим непонимание со стороны собеседника, а иногда и улыбку носителя языка. В лингвистической литературе можно найти множество подобных примеров. Некорректно произнесённое английское словосочетание “horrorshow” будет звучать подобно русскому слову «хорошо», “paleman” - как «пельмень», “truebar” - как «труба», “coffin” - как «кофеин», “servecoffee” - как «церковь», “chessknock” - как «чеснок», “yellowbluebus” - «я люблю вас», выражение “thechairiswarm” - «вечерний звон», “whatcanIdo” - «водки найду», “ourdeviceisKorea” - «одевайся скорее». Японцы не улавливают различий в словах «рожь» и «ложь», так как в японском языке, как известно, нет звука [л], а звук [р] звучит как что-то среднее между [л] и [р] и используется в заимствованных словах типа «Лондон». Таким же образом носители русского языка с трудом различают открытые и закрытые французские гласные. Незнание разных вариантов произношения буквы X в арабском языке может привести к тому, что в речи египтянина два разных слова «уголь» и «знаю», например, на слух русского человека будут звучать идентично [фахма]. При некорректном произношении этой буквы изменяется смысл слова. В работах, опубликованных нами ранее (например, [10])См. также: Лебедева А. А. Особенности фразовой акцентуации английского языка в сопоставлении с русским языком (в синхронии и диахронии): дис. ... докт. филол. наук. М., 2001. 204 с., мы уже указывали на необходимость обращать внимание студентов среднего и высокого уровней обучения английскому языку на особенности фразовой акцентуации, а также интонационного оформления произносимых на иностранном языке предложений, незнание которых может стать причиной взаимного непонимания или даже вызвать негативную реакцию со стороны собеседника - носителя изучаемого языка.
Сборники анекдотов пестрят примерами шуток на основе идентично звучащих слов и выражений. Подобные омонимичные словоформы и фразы, как правило, представляют определённую сложность при переводе на другой язык, подразумевая не буквальный, а свободный перевод с сохранением игры слов. Приведёмпарупримеров.
A man eager to borrow the newspaper from the man sitting next to him asks, “Are you finished?”
The other man replies, “No, I'm Norwegian.”
Другойпример.
Boyfriend: What is your favorite music group?
Girlfriend: I love U2!
Boyfriend: I love you, too, but what is your favorite music group?
Нельзя не учитывать лингво-культурологических аспектов при переводе, иначе это может привести к переводческим ошибкам, поскольку национальная специфика семантической конфигурации лексических единиц обычно чётко прослеживается при сопоставлении разных языков.
Для чехов единица в школе - высший балл, а пятёрки - удел лентяев, в Венгрии школьники поднимают руку, чтобы учитель вызвал отвечать, складывая при этом указательный и средний пальцы. В Иране в последнее десятилетие персидский профиль с горбинкой вышел из моды, а пластическая операция стала считаться престижной, и нынче нос многих иранок украшает пластырь - это показатель достатка, его никто не стесняется, некоторые бедные иранки даже просто ходят с пластырем на носу без операции. Колумбийцы выращивают огурцы до размера кабачков, т. к. продавать маленькие считается невыгодным, а горячий шоколад не пьют, а едят, бросая в него кубики сыра и подождав, пока он расплавится. В Колумбии , опять же, местный йогурт не едят ложкой, а пьют, т. к. он считается напитком, соответственно, густой импортный йогурт, новый продукт в этой стране, стали называть “cuchareable” (дословно «ложкопоедаемый»: это прилагательное образовано от “cuchara” - дословно «ложка»). В Венгрии же принято подавать жидкий горячий йогурт с ягодами и фруктами не на десерт, а на первое. Известно, что салат «оливье» американцы называют “Russiansalad”, а «американские горки» - не только “rollercoaster”, но иногда и “Russianhills”, что также требует от переводчика знания соответствующих реалий. У гереро (народ скотоводов численностью около 250 тыс. человек, большая часть которых проживает на территории Намибии) сравнение женщины с коровой считается комплиментом: на голове представительниц этого народа нередко можно увидеть украшение под названием «отжикалва» - убор в форме скрученных из ткани рогов. У чехов не принято дарить хризантемы, т. к. эти цветы считаются символом траура, а розы можно преподнести только возлюбленным. В Колумбии совсем не принято дарить цветы, т. к. они стоят очень дёшево и продаются только как украшение для дома. Соответственно, подобный подарок женщине будет воспринят как оскорбление и свидетельство того, что мужчина пожалел денег для неё.
Нередко отличные задумки терпят крах из-за самых простых вещей. В феврале - марте 2019 г. весь интернет Китая взорвался от возмущения по поводу рекламы губной помады фирмы «Зара» китаянкой с веснушками на лице, поскольку веснушки не считаются в китайском обществе украшением девушки, хотя для европейца это просто милая черта. Эталон красоты не меняется в Китае с VIII в., когда идеалом красоты стала считаться любовница императора Янг Ю Фэй, у которой не было ни одной родинки или пятнышка на всём теле. Все косметические фирмы, выходя на рынок Китая со своим товаром, добавляют в состав кремов отбеливающие компоненты. Кстати говоря, складные зонтики от загара появились именно в Китае. Первой из западных фирм попала в подобный культурологический скандал фирма «Дольче и Габбана», когда в своём рекламном ролике показала китаянку, которая как-то неуклюже тыкала палочками еду в своей тарелке. Китайцы были возмущены неуважением к своей культуре. Интернет пестрит подобными примерами неудачной рекламной кампании, как правило, повлёкшей за собой финансовые потери. Многие бизнесмены, попытавшись выйти на иностранный рынок, погорели на подобных незначительных мелочах.
Желательно принимать во внимание национальные особенности ведения переговоров, тонкости таможенного оформления в разных странах и другие культурологически обусловленные детали. В Индии, к примеру, нельзя дарить подарки, завёрнутые в чёрную или белую обёртку, т. к. это может оскорбить местных партнёров, - эти цвета считаются символами несчастья. А с китайцами не рекомендуется шутить во время деловых встреч, чтобы они не подумали, что имеют дело с людьми, которым нельзя доверять.
Подобные примеры, связанные с восприятием цветов и звуков представителями разных национальностей, неоднократно приводились в лингвистической литературе ([1; 4; 10; 16] и др.).
Уточним, что при когнитивистском подходе к исследованиям, как известно, основное внимание уделяется психическим процессам, порождающим концептуальное мировосприятие человека. При культурологическом подходе учёные акцентируют внимание на неоднократно воспроизводимых особенностях жизненного уклада общества, порождающих некое мировоззрение его членов. Лингвокультурология рассматривает взаимозависимость языка и культуры в качестве основных факторов мировосприятия личности посредством анализа обращения сознания к тем или иным концептам. Соответственно, многомерность концепта как понятия позволяет определить его как ментально-лингвально-психическое образование в сознании человека, обладающее полевой структурой и способствующее идентификации языковой личности среди индивидов, имеющих сходные воззрения на картину мира в свете её языковой интерпретации. При этом, если учитывать тот факт, что концепт - это знание об объекте окружающего нас мира, то в правоведении, например, - это знание об одном из институтов правовой системы.
Заключение
Суммируя всё вышесказанное, можно предположить, что приобретение навыков адекватной интерпретации концептов профессиональной культуры в сочетании с внимательным отношением к различиям в картинах мира сопоставляемых языков поможет избежать переводческих ошибок.
ЛИТЕРАТУРА
1. Атабекова А. А. Иноязычные специальные концепты в межкультурной профессионально-ориентированной коммуникации. М.: Издательство РУДН, 2008. 198 с.
2. Атабекова А. А., Сысоева И. А. Концепты профессиональной культуры в правовом дискурсе: лингвометодические аспекты // Вторые Всероссийские Державинские чтения. Кн. 8. Иностранный язык юридической специальности. М.: Российская правовая академия Минюста РФ, 2007. С. 20-21.
3. Ахренова Н. А. Доминанты современной интернет-лингвистики: автореф. дис. ... докт. филол. наук. Мытищи, 2018. 53 с.
4. Богданова Л. И. Культурные концепты в преподавании иностранных языков // Актуальные проблемы современного международного публичного права: материалы международной научно-практической конференции «Преподавание иностранных языков и обучение переводу в контексте высшего профессионального образования». М.: Издательство РУДН, 2003. С. 3-5.
5. Галь Н. Слово живое и мертвое. М.: МГУ, 2004. 544 с.
6. Жаманова Ю. В. Ошибки передачи профессиональной коммуникации наземного персонала (на материале перевода на русский язык романа А.Хейли «Аэропорт») // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2017. № 2. С. 77-86.
7. Ильина Н. Ю. Язык для специальных целей в межкультурном пространстве // Право и экономика: междисциплинарные подходы в науке и образовании: IV Московский юридический форум. XII Международная научно-практическая конференция (Кутафинские чтения): материалы конференции. М.: РГ-Пресс, 2017. С. 109-115.
8. Калиновская В. В. Страноведческий компонент в преподавании английского юридического языка // Право и экономика: междисциплинарные подходы в науке и образовании: IV Московский юридический форум. XII Международная научно-практическая конференция (Кутафинские чтения): материалы конференции. М.: РГ-Пресс, 2017. С. 115-120.
9. Краснова И. А., Мирианашвили М. Г., Сорокина О. О. Четырёхмерная модель измерения языковой аналогичности как инструмент поиска оптимального переводческого решения в учебном процессе // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2019. № 2. С. 128-137.
10. Лебедева А. А. Основные принципы профессионально ориентированного обучения иностранному языку студентов юридических специальностей: формирование профессиональной лингвокультурологической модели юриста: монография. 2-е изд., расш. и доп. М: Де'Либри, 2018. 282 с.
11. Лебедева А. А. Проблема классификации и устранения переводческих ошибок и включение будущего переводчика в языковую картину мира изучаемого языка // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2017. № 2. С. 87-93.
12. Марчук Ю. Н. Модели перевода. М.: Академия, 2010. 175 с.
13. Марчук Ю. Н. Перевод и преподавание языка // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2011. № 6-2. С. 70-73.
14. Нелюбин Л. Л., Хухуни Г. Т. Наука о переводе. М.: Флинта, 2006. 413 с.
15. Озюменко В. И., Чилингарян К. П. Полисемантичность английской юридической лексики как проблема перевода // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2015. №. 2. С. 180-193.
16. Тер-Минасова С. Г. Язык и межкультурная коммуникация. М.: МГУ, 2004. 350 с.
17. Цепков И. В. Лингвокультурологические и прагматические факторы перевода терминов-реалий: дис. ... канд. филол. наук. М., 2015. 247 с.
18. Чайковский Р. Р. Эксплицитные переводческие ошибки // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2011. № 6-2. С. 84-87.
19. Чуковский К. И. Высокое искусство. М.: Советский писатель, 1968. 382 с.
REFERENCES
1. Atabekova A. A. Inoyazychnye spetsial'nye kontsepty v mezhkul'turnoi professionalno-orientirovannoi kommunikatsii [Foreign language special concepts in intercultural professionally oriented communication]. Moscow, RUDN University Publ., 2008. 198 p.
2. Atabekova A. A., Sysoeva I. A. [The concepts of professional culture in legal discourse: linguistic and methodological aspects]. In: Vtorye Vserossiiskie Derzhavinskie chteniya. Kn. 8. Inostrannyiyazykyu- ridicheskoi spetsial'nosti [The Second All-Russian Derzhavin Readings. Book 8. Foreign language of law]. Moscow, Rossiiskaya pravovaya akademiya Minyusta RF Publ., 2007, pp. 20-21.
3. Akhrenova N. A. Dominanty sovremennoi internet-lingvistiki: avtoref. dis. ... dokt. filol. nauk [Dominants of modern Internet linguistics: abstract of D. thesis in Philological Sciences]. Mytishchi, 2018. 53 p.
4. Bogdanova L. I. [Cultural concepts in teaching foreign languages]. In: Aktualnye problemy sovremen- nogo mezhdunarodnogo publichnogo prava: materialy mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konfer- entsii «Prepodavanie inostrannykh yazykov i obuchenie perevodu v kontekste vysshego professionalnogo obrazovaniya» [Problems of modern international public law: proceedings of the International scientific-practical conference “Teaching foreign languages and teaching translation in the context of higher professional education”]. Moscow, RUDN University Publ., 2003, pp. 3-5.
5. Gal' N. Slovo zhivoe i mertvoe [The word, living and dead]. Moscow, MGU Publ., 2004. 544 p.
6. Zhamanova Yu. V. [Incorrect interlinguistic transfer of ground services' professional vocabulary in a literary text (Russian translation of “Airport” by A. Hailey)]. In: Vestnik Moskovskogo gosudarstven- nogo oblastnogo universiteta. Seriya: Lingvistika [Bulletin of Moscow Region State University. Series: Linguistics], 2017, no. 2, pp. 77-86.
7. Il'ina N. Yu. [Language for specific purposes in intercultural space]. In: Pravo i ekonomika: mezhdist- siplinarnye podkhody v nauke i obrazovanii: IV Moskovskii yuridicheskii forum. XII Mezhdunarodnaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya (Kutafinskie chteniya) [Law and Economics: Interdisciplinary Approaches in Science and Education: IV Moscow Legal Forum. XII International Scientific and Practical Conference (Kutafin Readings)]. Moscow, RG-Press Publ., 2017, pp. 109-115.