Что касается деятельности «культурно-просветительного» отдела, то он фактически являлся отделом агитации и пропаганды. Причём заведующим отделом был первый заместитель начальника ГБРЭМ и одновременно глава «Российского фашистского союза» Константин Владимирович Родзаевский. Поэтому не случайно, что весь ГБРЭМ и казачество, организационно связанное с «Монархическим объединением», идеологически тяготело к фашизму.
Политические организации российской эмиграции
А. Российский фашистский союз
Деятельность русских фашистов в Маньчжурии получила серьёзное звучание в отечественной историографии [1; 5; 7; 11; 13; 18; 31; 32]. Советская военная разведка так же уделила деятельности русских фашистов особое внимание [6].
«Российский фашистский союз» (РФС) был образован в мае 1931 г. в Харбине. Сначала он назывался «Российская фашистская партия». Переименование партии в союз было обусловлено стремлением подчеркнуть универсальность организации, в которую могут объединяться лица, являющиеся членами других организаций. Программа РФС декларировала единение всех белоэмигрантских сил в единый фронт под лозунгами:
1. «Новая национальная революция».
2. «Создание национального рабочего государства, которое будет служить основой русской нации».
3. Универсальное разрешение еврейской проблемы в сотрудничестве с иностранными антикоминтерновскими силами и освобождение мира от угрозы еврейского финансового «интернационала» [там же, с. 26].
Эмблемой РФС являлась свастика в сочетании с двухглавым орлом. Знамя - белое полотнище со свастикой в центре. Политическая программа РФС заключалась в непримиримой борьбе с советской властью и осуществлении национальной революции, уничтожении коммунизма и создании фашистской России путём совместной интервенции с любой капиталистической страной. Эти задачи были сформулированы в программных документах партии, принадлежащих перу В. К. Родзаевского: «Монархия или республика», «Наше оружие», «Формы борьбы», «Фашистское мировоззрение», «Тактика В. Ф. П.», «Лицом к России», «Государство Российской нации» [13, с. 135]. Для достижения поставленной цели РФС активно использовало шпионаж, диверсии, распространение контрреволюционной литературы. Причём вся его деятельность проходила под непосредственным руководством ЯВМ.
РФС имел довольно стройную структуру: Верховный Совет, Центральная контрольная комиссия, Центральная ревизионная комиссия, Центральное управление с 10 отделами (организационный, политический, особый, военный, разведывательно-секретный, финансовый, экономический, воспитательный, церковный и отдел канцелярии), Идеологический совет и законодательная комиссия при «Верховном совете», Комиссия по изучению СССР, Учебный совет РФС, издательство газет («Нация» - Харбин, «Наш путь» - Шанхай), Центральный совет фонда противокоммунистической борьбы. В Маньчжурии организация РФС имела секции и филиалы в 18 городах [2, л. 22-23]. Кроме того, существовал аппарат «особоуполномоченных» в Японии, США, Испании, Югославии, Болгарии [24]. О разветвлённости организации свидетельствует факт проведения III съезда русских фашистов, состоявшийся 28 июля 1935 г. в Харбине, на котором были обсуждены и утверждены программа и устав пар-тии, заслушан отчёт партии и осуществлены выборы Центральных органов. 48 делегатов съезда представляли фашистов Токио, Иоко-гамы, Киу-Сиу, Шанхая, Тяньцзиня, Явы, Персии, Сирии, Египта, Болгарии, Югославии, Польши, Эстонии, Финляндии, Германии, Италии, Нью-Йорка и Сан-Франциско, Дай-рена, Имяньпо, Аньда, Цицикара, Хайлара, Маньчжурии, Модягоу и Харбинских район-ных организаций [1, л. 92]. Все решения съезда были согласованы с ЯВМ, а сама работа съезда проходила в присутствии офицеров Квантунской армии.
В начале августа 1935 г. в Харбине состоялось три рабочих совещания, повестка которых шла в развитии решений III съезда партии и полностью соответствовала планам специального комитета, созданного в сентябре 1934 г. при Квантунской армии. На совещаниях рассматривались вопросы об отправке на советскую территорию групп разведчиков - террористов, перед которыми были поставлены совершенно конкретные задачи:
1) провести заброс групп в район Кузбасса и Урала, где необходимо провести вербовку;
2) восстановить старую агентурную связь, законсервированную после отступления армии адмирала Колчака;
3) собрать стратегические сведения в районе Кузбасса и Урала, а также обследовать состояние аэродромов и авиационного парка в Приморье;
4) выявить возможности организации антисоветских беспорядков, вредительства, вооружённых восстаний [12, с. 182].
После нападения фашистской Германии на СССР положение русских фашистов в Маньчжурии осложнилось. Это было обусловлено осторожностью Японии в связи с подписанием 13 апреля 1941 г. Пакта о нейтралитете между СССР и Японией после поражения Японии на реке Халхин-Гол. Японская администрация ужесточила контроль деятельности русских фашистов, а 1 июля 1943 г. ЯВМ без объяснения причин запретила РФС, который вскоре был преобразован в Союз национальной трудовой России [22, с. 93].
Конечно, русские фашисты, находясь на чужой территории в качестве эмигрантов, не могли создать масштабный диктаторский режим. Тем не менее организация представляла серьёзную политическую и военную опасность для СССР, а поддержка со стороны Японии выводила РФС в лидеры в среде эмигрантов.
Б. Монархические объединения
«Монархическое объединение» [4] было создано 26 июня 1938 г. в Харбине ЯВМ через посредничество Бориса Николаевича Шепнова с целью объединения всех белогвардейских организаций под лозунгом «За веру, царя и отечество» для борьбы с коммунизмом. На федеративных началах в «Объединение» вошли следующие организации:
1. Монархическая группа. Представляло ядро «Объединения», которое поставляло руководящие кадры монархическому движению.
2. Дальневосточный союз военных (ДВСВ) - объединение эмигрантов военных в Маньчжурии с целью сохранения кадров царской армии для борьбы с Советской властью
3. Союз казаков Восточной Азии. Официальная задача заключалась в сохранении кадров казачества для выступления против СССР в качестве авангарда Квантунской армии [37; 38; 40].
4. Национальная организация русских разведчиков (НОРР) [35], находившаяся под покровительством великой княгини Ксении Александровны. Организация была призвана осуществлять подготовку кадров для разведывательно-диверсионной работы против СССР.
5. «Союз мушкетёров князя Никиты Александровича» [9] - для объединения эмигрантской молодёжи для борьбы с коммунизмом с опорой на монархическо-религиозное воспитание.
6. «Литературно-художественный кружок «имени августейшего К. Р. » (Константин Романов) [27]. Был призван вести культурное воспитание молодёжи.
В «Монархическом объединении» имелся руководящий штаб «Объединения» из 22 чел., представлявших ГБРЭМ, Союз русских военных инвалидов, агентов ЯВМ, Торговую палату Харбина и др. Будущее отечества они представляли в виде буферного государства на советском Дальнем Востоке, которое планировали создать с помощью японской интервенции. За годы своего существования монархисты не оправдали надежд, возложенных на них японцами, так как находились в постоянной конфронтации с РФС.
В. Национально-трудовой союз нового поколения (НТСНП) «Национально-трудовой союз нового поколения» главной своей задачей видел организацию молодёжи для борьбы с советской властью посредством террора и диверсий. И хотя центр этой организации находился на Балканах, её филиалы - во всех крупных капиталистических странах, в том числе и в Маньчжурии. Но так как японцы содействовали существованию и развитию лишь тех белоэмигрантских организаций, которые работали бы в русле интересов Японии, то НТ-СНП начало склоняться к сотрудничеству с ЯВМ и РФС.
Военные организации российской эмиграции
А. Дальневосточный союз военных (ДВСВ) «Дальневосточный союз военных», или «Союз военных Восточной Азии», [4, т. 1, с. 38-30] являлся филиалом наиболее крупной и разветвлённой организацией «Русского общевоинского союза» (РОВС) [6], являвшегося резервом для осуществления диверсионных операций на территории СССР.
ДВСВ - это монархическая организация с ориентацией на военную интервенцию с помощью Японии. Непосредственным руководителем организации была ЯВМ, перед которой союз отчитывался о своей работе. Вся система ДВСВ делилась на три военных округа (Харбинский, Мукденский, Северо-Китайский) и на пять отделов, которые в свою очередь делились на районы. Для подготовки собственных кадров у союза функционировали военно-учебные заведения (Харбин, ст. Сунгари 2-я) и юнкерская школа на ст. Хань-даохэнцзы. Курсы для переподготовки старшего комсостава, существовавшие при Харбинском округе, 24 января 1941 г. были преобразованы в «Общество ревнителей военных знаний», где особое внимание уде-лялось изучению авиации и танков. Военная подготовка велась и в школах военной молодёжи при районных организациях союза, по окончании которых молодёжь направлялась на службу в железнодорожную и лесную полицию или охранные отряды.
При Харбинском округе ДВСВ ещё имелись Морской отдел, кружок военной молодёжи. Кроме того, под контролем ДВСВ находилось 11 военных обществ: молодых офицеров и юнкеров, морских офицеров в Харбине, Читинского военного училища, воспитанников Иркутского военного училища, воспитанников Алексеевского военного училища, воспитанников Оренбургского военного училища, воспитанников Первого Сибирского им. Александра I кадетского корпуса, общество взаимопомощи Александровцев, общество Заамурцев, Харбинский отдел федерации союзов русских военных инвалидов, кружок порт-артурцев.
Б. Союз казаков Восточной Азии «Союз казаков Восточной Азии» [4, т. 1, с. 40-42] был создан в 1938 г. ЯВМ в Харбине для объединения всех казаков, оказавшихся в Маньчжурии. Задача союза состояла в том, чтобы оказывать материально-бытовую помощь и осуществлять культурное обслуживание казачества с целью «сохранения казачьей самобытности и традиций». Но фактически японская разведка, создавая союз, ставила перед собой иную цель: использование казаков в качестве профессиональных кадров для шпионско-диверсионной деятельности на территории СССР в мирное время и как авангард для агрессии Японии в военное время. Именно поэтому японцы начали группировать разбросанных по всей Маньчжурии казаков в станицы в непосредственной близости к границе СССР. Следует обратить особое внимание на название станиц: Иркутская, имени атамана генерал-майора П. П. Оглоблина; Молодая, имени наследника цесаревича Алексея Николаевича; Молодая, имени атамана Семёнова; Оренбургская имени атамана Дутова; Сибирская, Ермака Тимофеевича; Усурийская им. атамана И. П. Калмыкова [4, т. 1, с. 107-108]. Поселенцам выдавалась ссуда на обзаведение, оружие, представля-лись различные льготы. Казачество рассели-лось в районе Трёхречья, г. Маньчжурия, на реке Чол - на западе и в районе Муданьцзян, Ханьдаохэцзы и ст. Пограничная - на востоке. По мысли японской разведки казачьи станицы должны были представлять войсковые подразделения по типу прежних казачьих станиц, готовые в военной обстановке к развёртыванию в сотни - посёлки, в полки - станицы, в дивизию - казачьи отделы, а союз казаков в штаб корпуса [там же, с. 41]. В станицах было широко поставлено обучение военному делу в конном строю, устраивались состязания по джигитовке, сохранялись и культивировались старые казачьи традиции. Это подкреплялось денежными субсидиями ЯВМ на организационные расходы. Она же покрывала все расходы, связанные с расселением казачества, организацией посёлков, содержанием «Отдельного корпуса казаков» и изданием газеты «Захинганский голос».
Общепризнанным «вождём» эмигрантского казачества в Маньчжурии считался «походный атаман казачьих войск Урала, Сиби-ри и Дальнего Востока» генерал-лейтенант Г. М. Семёнов.
Организации молодёжи
В соответствии с политикой ЯВМ бюро ГБРЭМ большое внимание уделяло развитию движения молодёжи [8]. Не случайно начальник Харбинского отделения ЯВМ генерал Яна- гита заявил: «Огромное значение приобретает сейчас развитие движения молодёжи, которое может явиться фундаментом будущей российской эмигрантской молодёжи и движущей силой переорганизации Восточной Азии» [4, т. 1, с. 43]. В соответствии с этим заявлением в руководящих кругах белоэмигрантов усиленно дебатировался вопрос о привлечении молодёжи к активному участию в борьбе с советской властью. Для эмиграции эта кампания конспирировалась под видом борьбы за «оздоровление быта молодёжи». Была даже создана специальная комиссия под председательством профессора И. И. Никифорова, члена украинской колонии в Харбине, близкого по своим воззрениям к РФС.
Идеологический спектр молодёжных объединений был в основном представлен монархическими и фашистскими идеями.
Из наиболее известных молодёжных организаций монархического толка можно выделить «Союз мушкетеров», «Союз крестоносцев», «Национальную организацию русских разведчиков» и молодёжные кружки в составе казачьих организаций [15].
Что касается фашистских объединений, то они были представлены Русским фашистским обществом, а на более позднем этапе - фашистскими синдикатами и Русской фашисткой партией, которые создали молодёжные объединения «Общество друзей молодёжи» и «Клуб молодёжи».
Кроме того, до прихода японцев в Харбине существовали и деполитизированные молодёжные организации: «13», «Джентельмены», «Зорро», «Чёрное кольцо», «Хоба». Они отличались низким уровнем организованности, что и определяло скоротечность их существования.
С образованием Маньчжоу-Го политическая составляющая маньчжурского общества, в том числе и молодёжных объединений, стала определяющей и основным инструментом социальной интеграции. С началом Великой Отечественной войны в молодёжной среде российской эмиграции произошли серьёзные изменения. По свидетельству газеты «Захинганский голос» «значительная её часть считала Германию врагом русского народа, а следовательно, врагом эмиграции». Отсюда тенденция считать врагами всех тех, кто играет на руку германскому фашизму [4, т. 1, с. 44]. Однако основная проблема выражалась в аполитичности молодёжи, у которой, по свидетельству старшего поколения российской эмиграции, «культурный уровень в массе очень низок, интересы узки, умственные запросы ограничены». По свидетельству профессора И. И. Никифорова молодёжи свойственно «чрезмерное увлечение танцульками, гулянками, а подчас и наркотиками», «культурный уровень молодёжи понизился, и она стала терять свой национальный облик, утратив представление о том долге, который лежит на каждом эмигранте» [там же]. Тем не менее, молодёжные организации: «Союз националистической молодёжи», «Клуб молодежи при редакции газеты «Нация», «Авангард», «Союз авангардисток», «Казачья смена», «Отряды потешных», «Объединение окончивших учебные заведения М. А. Оксаковской», «Союз окончивших учебные заведения Главного бюро эмигрантов» (в рамках которого существовали литературно-историческая, востоковедная, артистическая, музыкальная, вокальная, художественная и спортивная секции), «Союз окончивших реальное училище», «Кружок им. Ломоносова», «Союз русских девушек», «Союз фашистских крошек» - оказались в зоне особого внимания советской разведки [4, т. 2, с. 117-120].