Эта тема вообще отсутствует в российском сериале. Анна, мать убитой Тани, не задается вопросом о своей вине, но постоянно винит других: своего мужа («Из-за того, что ты ей все позволял, она и оказалась в ту ночь неизвестно с кем. Из-за тебя мы ее потеряли», - упрек более чем несправедливый). Также Анна возлагает вину на свою сестру, официантку ночного клуба, втайне от нее - матери - устроившую Таню на такую же работу («Пошла прочь, проститутка!» - обвинение также более чем несправедливое). От детей в семье Лавровых требуется именно послушание. «Быстро встали!»; «Мигом спать. Я кому сказала!»; «Быстро смотреть мультики!»; «Хватит смотреть мультики»; «Ты что, оглох?» - так Анна общается с младшими сыновьями, подчас вытаскивая их из-за стола в кровать еще до того, как они справились с ужином. Их прозвище в семье - «огрызки». Также, видимо, с ней общались ее родители. Отсюда нескрываемое в фильме отчуждение Анны от своих родителей: ей сложно принять их сочувствие, она не желает видеть их на похоронах внучки. Но и сама она воспроизводит ту же модель властной, жесткой, всезнающей, несомневающейся матери, в чем ее уже после смерти Тани упрекают и муж, и сестра («Ты слишком жестко с ней обращалась», - реплика сестры; «Она знала, что мы ей ничего не позволим», - реплика мужа). Нет, Анна не монстр, она любит своих детей, но она воспроизводит укоренившийся в культуре стереотип «мать плохая, потому что требовательная» (так она и говорит в разговоре с сестрой, обвиняя ту в попустительстве желаниям племянницы).
Но если модель воспитания младших детей для Анны ясна, то взаимоотношениям со взрослой дочерью она как будто только учится, с одной стороны, будучи готова защищать ее профессиональный выбор (поступать в театральный институт), а с другой - стремясь контролировать все аспекты ее жизни. И главное: отношения с дочерью для нее не становятся предметом рефлексии даже после катастрофы - в отличие от того, как эта тема раскрывается в скандинавском сериале, где приоритет свободы взрослого ребенка для родителя безусловен, хотя и сопровождается его сомнениями, виной, отчаянием - как со стороны матери, так и со стороны отца.
Проблема родительской вины поднимается в другой сюжетной линии сериала, связанной с предыдущей жертвой Колышева: следователь Александра Москвина предполагает, что первая убитая им девочка могла уйти из дома из-за неурядиц с отцом. Однако эта версия с обидой и возмущением отвергается самим отцом - как то, чего не может быть по определению между дочерью и родителем. В скандинавском же сериале вопрос родительской вины поднимается постоянно.
Этому отличию сопутствует и характер изображения переживания горя матерью. В обоих случаях она балансирует на грани сумасшествия. Но в скандинавском первоисточнике безумие, настигающее героиню, принимает саморазрушительные (в силу невозможности справиться с виной) формы (изменить мужу с первым встречным), а в российской версии безумие вызывает стремление защитить всех детей, которые в неведении подвергают себя опасности (Анна убеждает юных посетительниц ночного клуба вернуться домой). Мать в российской версии не мучает себя виной, а бросается на защиту других.
Исходя из вышесказанного, представляется понятным, почему российские сценаристы заменили мотивацию преступника. Перенесенная на российскую почву идея убийства как формы отцовского права на наказание была бы нарушением правила по Гарфинкелю. Оскорбленной ценностью оказалась бы идея авторитарного родительства, до сих пор особенно отличающая отечественную культуру. В российских реалиях жесткие, а подчас и жестокие проявления родительства почти общеприняты и узаконены. Достаточно вспомнить закон о декриминализации побоев в семье [9], принятый в 2017 г. после инициативы Е. Мизулиной, заявившей, что уголовное преследование за избиение родственников может нанести «непоправимый вред семейным отношениям» [10]. Фактически политический деятель сформулировала доминирующую в массовом сознании авторитарной культуры максиму, в соответствии с которой отец и мать - фигуры, уязвлению не подлежащие и оттого неуязвимые. Поэтому сценаристы российского сериала и отказываются «рифмовать» родительство и преступление (как это сделано в скандинавском фильме). Более того, российский сериал освобождает образ убийцы от малейших ассоциаций с отцом - скорее всего, именно для того, чтобы в сознании массового зрителя не возникло диссонанса, связанного с сочувствием к преступнику, что вполне возможно, учитывая доминирование авторитарных традиций воспитания в России.
Вспомним, что такую «рифму» использовал Андрей Звягинцев в фильме «Нелюбовь» [11]. Но какую неприязнь вызвала эта картина у массового зрителя, разглядевшего в истории родительского предательства нелюбовь Звягинцева к России и всему русскому (см., например, результаты опроса, проведенного газетой «Комсомольская правда» [12] или обзор критических мнений, сделанный газетой «Аргументы и факты» [13])! Не оттого ли, что фильм Звягинцева также оскорбил ценностную норму родительско-детских отношений, отличающую патриархальную традицию?
Конечно, авторы «Преступления», подразумевая адресатом массового зрителя, в таком отклике не заинтересованы. Ведь функция массового произведения искусства - развлекать, упражнять интеллектуальные усилия реципиента в наблюдении за расследованием преступления, оберегая его от мучительных переживаний и рефлексии [14]. В этом плане создателям фильма гораздо менее страшно вызвать упрек в недостаточности художественной разработки образа героя и нелепости присвоенной ему мотивации преступления. В связи с этим, как представляется, российские сценаристы и меняют мотивацию убийства на оскорбление гендерной идентичности и гендерного достоинства. Переживания оскорбленной мужественности, выбранные отечественным фильмом в качестве причин преступления, - это прозрачная попытка избегнуть табуированной в патриархальном контексте проблематики родительской вины. В свою очередь, этот ход является выразительным свидетельством того, что в российском контексте публикация гендерных проблем воспринимается менее болезненно, нежели постановка проблем, связанных с проявлением родительской власти.
Но почему же скандинавский сериал не боится этой страшной «рифмы» «родительство - преступление»? Ответ представляется очевидным: контекст, для которого характерны иные традиции воспитания (предполагающие первостепенной целью не утверждение родительского авторитета, а содействие реализации ребенка), никак не может вызвать у зрителя оправдания преступника, действующего из соображений отцовской заботы. Такая рецептивная реакция возможна только в контексте, исходящем из приоритета отцовского права.
Интересно, что российская переделка сериала «Мост» редуцирует те же смыслы - смыслы, связанные с акцентуацией преступности родительского отношения к детям. Интересно, что отечественный «Мост» поставлен тем же режиссером Максимом Василенко (в сотрудничестве с Константином Статским). В скандинавском первоисточнике странности поведения детектива Саги Норен связываются с тем, что она и ее сестра были жертвами материнского самоуправства и психического неблагополучия: мать, больная синдромом Мюнхгаузена, довела до самоубийства свою младшую дочь и разрушила жизнь старшей. В скандинавском сериале эти смыслы раскрываются не сразу, а начиная со второго сезона. В первом сезоне зрителю остается только делать предположения о том, почему Сага не способна на естественное взаимодействие с другими людьми. Причем все последующее развитие сюжета только подтверждает преступность матери Саги, которая готова мстить дочери за неподчинение даже ценой собственной жизни.
В российской переделке объяснение странностям поведения детектива, списанного с образа Саги Норен, дается сразу, начиная с первых серий. И связывается оно не с детской травмой, а с ее принадлежностью к европейской культуре. Эстонка Инга Веермаа (актриса Ингеборга Дапкунайте) демонстрирует абсолютное следование нормам, не допуская лжи и отступления от правил, в то время как ее русский напарник Максим Казанцев (актер Михаил Пореченков) выведен как воплощение стереотипного представления о русском мировидении, принципиально отличном от западного. Лейтмотивом фильма проходит фраза героини: «В Эстонии такое невозможно».
Таким образом, в обоих случаях создатели российских фильмов изымают тот мотив, который не соответствует узаконенным в культуре представлениям о норме родительско-детских отношений, в рамках которых родители никогда (даже в ситуации откровенного абьюза) не подлежат осуждению. В «Преступлении» это изъятие происходит в отношении измененной концепции убийства, в «Мосте» - в отношении измененной концепции образа героини.
Литература
1. Forbiydelsen [Сериал] / реж. Б. Ларсен, К. Нюхольм и др.; в ролях: С. Гро- бель, М. Суурбалле и др.; студия «Датское радио». Канал DR 1. Дания, Швеция, Норвегия, 2007-2012. URL: https://wwwimdb.com/title/tt0826760/
2. Bron [Сериал] / реж. Х. Розенфельдт; в ролях: К. Бодния, С. Хелен и др.; Filmlance International / Nimbus Film. Каналы SVT 1, DR 1. Швеция, Дания, 20112018. URL: https://www.svtplay.se/bron
3. Преступление [Сериал] / реж. М. Василенко; в ролях: Д. Мороз, П. При- лучный и др.; ВайТ Медиа. Канал Россия 1. Россия, 2016. URL: https://www.kinopoisk.ru/ film/prestuplenie-2016-929776/
4. Мост [Сериал] / реж. К. Статский, М. Василенко; в ролях: И. Дапкунайте, М. Пореченков и др.; Endemol Shine / Вайт Медиа / НТВ. Канал НТВ. Россия, 2018. URL: https://www.ntv.ru/serial/Most/
5. Ефимова И.А. К вопросу об адаптации зарубежного сериала // Актуальные вопросы развития индустрии кино и телевидения в современной России. СПб.: С.-Петерб. гос. ин-т кино и телевидения, 2018. С. 129-132.
6. Рябиков М. Чем отличается наш сериал «Мост» от шведско-датского оригинала. URL: http://www. starhit.ru/video/chem-otlichaetsya-nash-serial-most-ot- shvedsko-datskogo-originala-143298
7. Убийство [Сериал] / реж. Б. Андерсон, А. Холланд и др.; в ролях: М. Инос, Б. Кэмпбелл и др.; Fox Television Studios. Канал AMC. США, 2011-2014. URL: https://www.amc.com/ shows/the-killing
8. ГарфинкельГ. Исследования по этнометодологии. СПб.: Питер, 2007. 335 с.
9. О внесении изменений в статью 116 Уголовного кодекса Российской Федерации: федеральный закон от 07.02.2017 № 8-ФЗ. URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201702070049
10. Бойцова А. Путин подписал закон о декриминализации побоев в семье. URL: https://www.rbc.ru/politics/07/02/2017/5899de8e9a79479489b2cd98
11. Нелюбовь [Фильм] / реж. А. Звягинцев; в ролях: М. Спивак, А. Розин и др.; Нон-стоп продакшн, Фетисов иллюзион, Why Not Productions, Senator Film, Les Films du Fleuve. Россия, Франция, Германия, Бельгия, 2017. URL: http://sonyclassics.com/loveless/
12. Рябцев А. Нелюбовь как состояние общества. За что Звягинцева опять обвиняют в русофобии и о чем на самом деле новая картина режиссера (опрос «Комсомольской правды»). URL: https://www.ural.kp.ru/daily/26687.5/3710785/
13. Яковлева Е. «Нет сердца». Западные и российские кинокритики о «Нелюбви» Звягинцева. URL: http://www.aif.ru/culture/movie/net_serdca_rossiyskie_ i_zapadnye_kritiki_o_nelyubvi_zvyaginceva
14. Литовская М., Савкина И. Читать нельзя изучать: книга о массовой литературе для учителей и учеников. М.; Екатеринбург: Кабинетный ученый, 2017. 150 с.
References
1. Forbrydelsen. (2007-2012) [Series]. Directed by B. Larsen, K. Nyholm et al. Danish Radio Studio. Channel DR 1. Denmark, Sweden, Norway. [Online] Available from: https://www.imdb.com/title/tt0826760/.
2. Bron. (2011-2018.) [Series]. Directed by H. Rosenfeldt. Filmlance International / Nimbus Film. Channels SVT 1, DR 1. Sweden, Denmark. [Online] Available from: https://www.svtplay.se/bron.
3. Prestuplenie. (2016) [Series]. Directed by M. Vasilenko. VayT Media. Channel Russia 1. Russia. [Online] Available from: https://www.kinopoisk.ru/film/prestuplenie- 2016-929776/.
4. Most. (2018) [Series]. Directed by K. Statsky, M. Vasilenko. Endemol Shine / Vayt Media/NTV. Channel NtV. Russia. [Online] Available from: https://www.ntv.ru/serial/Most/.
5. Efimova, I.A. (2018) K voprosu ob adaptatsii zarubezhnogo seriala [On the adaptation of a foreign series]. In: Aktual'nye voprosy razvitiya industrii kino i televi- deniya v sovremennoy Rossii [On the problems of the film and television industry in modern Russia]. St. Petersburg: St. Petersburg State Institute of Cinema and Television. pp. 129-132.
6. Ryabikov, M. (n.d.) Chem otlichaetsya nash serial "Most" ot shvedsko- datskogo originala [What is the difference between our series “Bridge” and the Swedish-Danish original]. [Online] Available from: http://www.starhit.ru/video/ chem-otlichaetsya-nash-serial-most-ot-shvedsko-datskogo-originala-143298.
7. Ubiystvo [The Murder]. (2011-2014). [Series]. Directed by B. Anderson, A. Holland et al. Fox Television Studios. Channel aMc. USA. [Online] Available from: https://www.amc.com/shows/the-killing
8. Garfinkel, H. (2007) Issledovaniya po etnometodologii [Studies in Ethnome- thodology]. St. Petersburg: Piter.
9. The Russian Federation. (n.d.) Federal Law on Amendments to Article 116 of the Criminal Code of the Russian Federation. [Online] Available from: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201702070049.
10. Boytsova, A. (2017) Putin podpisal zakon o dekriminalizatsii poboev v sem'e [Putin signed the law on decriminalization of domestic violence]. [Online] Available from: https://www.rbc.ru/politics/07/02/2017/5899de8e9a79479489b2cd98.
11. Nelyubov' [Loveless]. (2017) [Film]. Directed by A. Zvyagintsev. Non-Stop Production, Fetisov Illusion, Why Not Productions, Senator Film, Les Films du Fleuve. Russia, France, Germany, Belgium. [Online] Available from: http://sonyclassics.com/loveless/.
12. Ryabtsev, A. (n.d.) Nelyubov' kak sostoyanie obshchestva. Za chto Zvyagintseva opyat' obvinyayut v rusofobii i o chem na samom dele novaya kartina rezhissera (opros "Komsomol'skoy pravdy") [Lovelessness as a state of society. Why Zvyagintsev is accused of Russophobia and what the new director's picture is really about (a poll conducted by “Komsomolskaya Pravda”)]. [Online] Available from: https://www.ural.kp.ru/daily/26687.5/3710785/.
13. Yakovleva, E. (n.d.) “Net serdtsa". Zapadnye i rossiyskie kinokritiki o "Nelyubvi" Zvyagintseva [“They have no Heart”. Western and Russian film critics about “Loveless” by Zvyagintsev]. [Online] Available from: http://www.aif.ru/ culture/movie/net_serdca_rossiyskie_i_zapadnye_kritiki_o_nelyubvi_zvyaginceva.