Российский университет дружбы народов
Ул. Миклухо-Маклая, 6, Москва, Россия, 117198
Руанда - Бурунди: политический диалог как способ достижения соглашения
О. Ндайисаба
Аннотация
В статье анализируется проблема, связанная с ухудшением отношений между Руандой и Бурунди, что в большей степени обусловлено вмешательством Руанды во внутренние дела Бурунди. Особое внимание уделяется роли политического диалога в поиске соглашения между двумя государствами. Отношения еще больше ухудшились после того, как режим Бужумбуры обвинил Руанду в причастности к дестабилизации режима Бужумбуры в результате попытки поддержать и вооружить бурундийских беженцев, вынужденных покинуть страну после неудачного переворота 13 мая 2015 г., совершенного против президента Бурунди Пьера Нкурунзизы. Руанда также обвиняет Бурунди в поддержке Демократических сил освобождения Руанды (ДСОР). Данный дипломатический кризис требует региональных усилий, чтобы обе страны сели за стол переговоров. Таким образом, роль региональных организаций, особенно Восточноафриканского сообщества (ВАС), становится более значительной, поскольку призывает стороны к диалогу, принимая во внимание, что нынешняя дипломатия требует многосторонности в отношении обсуждения и решения проблемы. Политический диалог поможет снять напряженность и исправить ситуацию. Тем не менее исторические, культурные и языковые сближения являются основными предпосылками, позволяющими обеим странам одуматься и мирно сосуществовать. Текущая ситуация между Бурунди и Руандой является бомбой замедленного действия, которая представляет собой угрозу безопасности, политической и социально-экономической стабильности всего региона Великих озер Африки (РВО). Для этого региональные сообщества должны убедиться, что государства-члены уважают принцип добрососедства и мирного сосуществования, необходимого для предотвращения риска любого конфликта и обеспечения геополитической стабильности.
Ключевые слова: Бурунди, Руанда, Пьер Нкурензиза, Поль Кагаме, политический диалог, соглашение, добрососедские отношения, мирное сосуществование
руанда бурунди политический безопасность
Abstract
Rwanda - Burundi: Political Dialogue as a Method of Achieving Agreement
Ndayisaba
Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University)
Miklukho-Maklaya Str., 6, Moscow, Russian Federation, 117198
The article analyzes the problem associated with the deterioration of relations between Rwanda and Burundi, which, according to various resources, are due to Rwanda's interference in the internal affairs of Burundi. Special attention is paid to the role of political dialogue in the search for agreement between the two states. Thus, relations deteriorated further after the Bujumbura regime accused Rwanda of involvement in destabilizing the Bujumbura regime as a result of an attempt to support and arm Burundian refugees fleeing Burundi after the failed coup on May 13, 2015, committed against Burundi's President Pierre Nkurunziza. Rwanda also accuses Burundi of supporting the Democratic Forces for the Liberation of Rwanda (FDLR). This diplomatic crisis requires a regional effort to bring both countries to the negotiating table. In this way, the role of interregional organizations, especially the East African Community (EAC), is more significant in order to encourage both countries to engage in dialogue, taking into account that current diplomacy requires multilateralism to discuss and solve the problem. Political dialogue will help relieve tensions and remedy the situation.
However, historical, cultural and linguistic rapprochement, are the basic prerequisites that allow both countries to come to their senses and coexist peacefully. The current situation between Burundi and Rwanda is a time bomb, which poses a threat to the security, political and socio-economic stability of the entire Great Lacs region of Africa. For this, regional communities must ensure that Member States respect the principle of good neighborliness and peaceful coexistence, all in the interest of preventing the risk of any conflict and ensuring geopolitical stability.
Key words: Burundi, Rwanda, Pierre Nkurenziza, Paul Kagame, political dialogue, agreement, good neighborly relations, peaceful coexistence
Введение
В настоящее время отношения между Бурунди и Руандой резко ухудшились, находясь на грани провоцирования вооруженного конфликта. С конца XIX в. Бурунди и Руанда никогда не сталкивались с такими напряженными отношениями. Обе стороны обвиняют друг друга в поддержке повстанческих групп, чьи операции направлены против режимов, действующих в обеих странах [1]. Несмотря на эту ситуацию, Бурунди и Руанда считаются «странами-близнецами» в соответствии с их культурным, этническим, языковым и историческим сходством. Отношения ухудшаются, и на данный момент, хотя с 2005 г., с момента окончания гражданской войны в Бурунди и прихода к власти президента Пьера Нкурунзизы, соседство между двумя странами было безупречным. Ситуация начала обостряться уже в 2012 г., когда Кигали обвинил Бужумбуру в укрытии руандийских солдат ДСОР (Демократических сил освобождения Руанды), чей режим Кагаме считает виновником геноцида 1994 г. Более того, неопознанные трупы, обнаруженные в октябре 2014 г. в озере Рверу, усилили напряженность между Кигали и Бужумбурой. Отношения еще больше ухудшились в апреле 2015 г., когда президент Нкурунзиза объявил о своем намерении остаться на третий срок, который некоторые акторы считают неконституционным. Многие акторы политической жизни Бурунди - члены президентской партии, правительственные службы, активисты гражданского общества или представители церкви - выступили против того, чтобы ограничить стремления Нкурунзизы снова управлять государством. Международное сообщество также выразило беспокойство по поводу избирательного процесса, подорванного дискуссией о третьем сроке, и впоследствии некоторые страны вышли из наблюдательного процесса, приостановив сотрудничество с Бурунди. Только Китай и Россия, внешняя политика которых основана на уважении принципа государственного суверенитета, оказывали положительное влияние на развитие продолжающегося политического процесса [2. С. 20].
Однако в связи с выдвижением кандидатуры Пьера Нкурунзизы на выборах 2015 года последовали протесты. Президент Руанды, не колеблясь, выступил на стороне протестующих, решительно осудив незаконность действий Пьера Нкурунзизы. 13 мая 2015 г., в то время как президент Бурунди принимал участие в саммите глав государств Восточноафриканского сообщества (ВАС) в Дар-эс-Саламе (Танзания), генерал Годфройд Нийомбаре объявил о перевороте на частном радио «Исанганиро». Попытка свергнуть режим Нкурунзизы потерпела неудачу, путчисты и протестующие, опасаясь репрессий, бежали в Руанду, что еще больше усилило обеспокоенность правительства Бурунди в отношении участия Руанды в дестабилизации государственного режима.
1. Обвинения президента Бурунди против Руанды
В письме от 4 декабря 2018 г. к главе государства Уганды, являвшегося на тот момент и председателем Восточноафриканского сообщества Йовери Кагута Мусевени, Пьер Нкурунзиза утверждал, что Руанда участвовала в дестабилизации его режима и, как следствие, предоставила убежище путчистам 15 мая 2015 г. В этой переписке Президент Бурунди также указывал на то, что сотни людей погибли на севере страны и что руандийские военные самолеты бороздили пространство Бурунди без разрешения. Кроме того, в письме упоминалось, что Пьер Нкурунзиза больше не считает Руанду партнером, а относит ее к врагам, предупреждая о том, что Руанда нарушает законы и конвенции ВАС и Африканского союза, стремясь дестабилизировать безопасность Бурунди. Более того, по мнению президента Бурунди, Руанда организовала военную подготовку для бурундийских беженцев, проживающих в лагере беженцев Махама в восточной Руанде. Эти обвинения президента Бурунди совпадают с конфиденциальным отчетом экспертов ООН, в соответствии с которым Руанда начала набирать и обучать бурундийских беженцев с целью свержения президента Бурунди. Эксперты ООН заявили об этом после консультаций с 18 бурундийскими беженцами, которые указали, что набор действительно происходил в лагере Махама в мае и июне 2015 г. Также стало известно, что в течение двух месяцев они проходили военную подготовку у инструкторов, среди которых были и руандийские солдаты. Согласно этому отчету, «обучение включало военную тактику, а также использование и техническое обслуживание штурмовых винтовок и пулеметов, в том числе сеансы идеологического воспитания». Эксперты также опросили шесть руандийских и конголезских граждан, обвиняемых в контрабанде оружия на границе двух стран в октябре и ноябре 2015 г. Некоторые из них утверждали о том, что оружие было предназначено для поддержки вооруженной группы в Бурунди [3]. Но Руанда, со своей стороны, отвергла обвинения Бурунди, указывая, что вместо того, чтобы находить решение внутренних конфликтов, режим Бужумбуры стремится привлекать соседей.
Следует отметить, что даже если Руанда выступает против какого-либо вмешательства во внутренние дела Бурунди, она все равно провозглашается угрозой стабильности в регионе. Специалист по конституционному праву Кении профессор Яш Пал Ге полагает, что «режим Кагаме должен ответить за политическую и экономическую дестабилизацию в РВО. С выгодой для себя он создал систему добычи полезных ископаемых в ДРК, что позволяет ему поддерживать пальму первенства в регионе» [4. С. 204]. В связи с попыткой Руанды дестабилизировать Бурунди политический аналитик Эндрю Корыбко отмечает, что Кагаме активно манипулирует ситуацией, чтобы создать потоки беженцев, необходимые ему для своих планов. По мнению автора, президент Руанды пытался найти способ привлечь желаемых «новобранцев» в Руанду, используя массовую информационную войну, которая ведется против бурундийского народа. Еще один предпринятый Кагаме шаг - создать разногласия между хуту и тутси в армии в надежде спровоцировать большее дезертирство тутси, которое могло бы усилить поляризацию в армии, искусственно созданной для обеспечения «дружественной силы», чтобы помочь бурундийским «беженцам», которыми манипулируют руандийцы (тутси), если они решат вторгнуться в Бурунди. Как объясняет автор, Кагаме хотел соблазнить Нкурунзизу ликвидировать вооруженные силы по этническому признаку, зная, что это почти наверняка спровоцирует возобновление гражданской войны, которая, вероятно, приведет к «новому геноциду» [5].
Территориальный спор из-за территории Сабанегвы также вызвал напряженность между Бурунди и Руандой. Отметим, что спор вокруг Сабанегвы не новое явление, он остается яблоком раздора для обеих сторон в течение нескольких лет. В октябре 2016 г. разрушение строящегося дома на этом холме руандийскими военными и гражданскими лицами привело к тому, что обе стороны сформировали совместную комиссию для решения этой проблемы. Необходимо подчеркнуть, что территориальные конфликты между соседними странами в Африке связаны с ошибками, допущенными во время разделения Африки, инициированного на Берлинской конференции в 1885 г., что не исключает манипуляций, особенно в политических целях. Таким образом, феномен Сабанегвы рассматривается как форма провокации, организованная Руандой. Впрочем, ВАС следует принимать более активное участие в обеспечении адекватного решения пограничных проблем между государствами-членами в интересах региональной стабильности и развития. По мнению постмодернистов, потенциал регионального развития направлен главным образом на создание единого планетарного пространства, состоящего из региональных образований, которые могут оформляться на территориях нескольких государств согласно культурно-историческим традициям местного населения. При этом основная функция политического развития в процессе формирования единого трансрегионального пространства состоит в разрешении такого рода противоречий, которые способствуют обострению межгосударственных и межнациональных отношений, а также в поиске новых, нетрадиционных подходов для решения неразрешимых ранее проблем, таких как территориальные споры, трудности в перемещении (людей, ресурсов), особый статус приграничных районов и т. п. [6. С. 66-67].
Следует также отметить, что такая позиция Руанды нарушает фундаментальный принцип добрососедства и мирного сосуществования Договора ВАС, в то время как статья 6 данного Договора предусматривает, что государства-члены соглашаются с тем, что «мир в регионе и безопасность являются предварительными условиями для социально-экономического развития сообщества и что они имеют решающее значение для достижения целей сообщества». При этом «государства соглашаются создавать и поддерживать климат, способствующий миру и безопасности, посредством сотрудничества и консультаций по вопросам, связанным с миром и безопасностью государств-членов, с целью предотвращения эффективного управления и разрешения споров и конфликтов между ними» (статья 124) [7].
Дипломатический кризис между Бурунди и Руандой менее обеспокоит Кагаме, в то время как президент Нкурунзиза в его переписке, адресованной президенту Мусевени, показал свою готовность к диалогу с Руандой, тем самым предлагая ВАС срочно сосредоточиться на том, что он называет реальной проблемой, угрожающей миру и безопасности для своей страны. Он также высказал обеспокоенность по поводу бездействия данной организации и выразил желание о созыве чрезвычайного саммита ВАС по бурундийско- руандийским вопросам с целью поиска в случае необходимости посредника.
Политический диалог, так желаемый президентом Бурунди, необходим, чтобы прийти к компромиссу для урегулирования дипломатического кризиса. Но, к сожалению, эта процедура сталкивается с трудностями при реализации, что объясняется, с одной стороны, исторически стабильными отношениями между Мусевени и Кагаме. Это было настолько трудно, что у президента Мусевени, несмотря на его мандат в качестве главы ВАС, хватило смелости потребовать от Кагаме диалога с Нкурунзизой, учитывая исторические отношения, которые связывают его с руандийским президентом. С другой стороны, невзирая на то, что он в настоящее время возглавляет ВАС, практически невозможно, чтобы руандийский президент стал посредником между ним и президентом Бурунди. Выход из этого дипломатического кризиса требует надрегионального посредничества, а следовательно, и вовлечения Африканского союза. Качество посредника во всех конфликтах заключается в том, что он нейтрален и беспристрастен. Но этот политический диалог во многом зависит от политической воли лидеров. При этом пакт о ненападении [1], подписанный в эпоху монархии между королем Руанды Мутарой I и Бурунди Мутагой II, может служить примером для руандийской и бурундийской элит в целях поддержания добрососедских отношений и мирного сосуществования.
Кроме того, что эта ситуация между Руандой и Бурунди иногда затрудняет свободное перемещение людей и товаров внутри ВАС в результате закрытия границ, она также является угрозой региональной стабильности и развития. Но оказывается, что межрегиональные организации, например, Африканский союз (АС), Международная конференция по району Великих озер (МКРВО), а также ВАС менее обеспокоены этим вопросом. Роль перечисленных организаций значительна, что обусловлено многосторонним характером современной дипломатии и, соответственно, участием в обсуждении более чем двух сторон в силу процессов глобализации, влияющих на интересы обширного круга участников одновременно [8. С. 323]. Именно в рамках этой многосторонней дипломатии должен решаться вопрос политического диалога между Бурунди и Руандой с привлечением межрегиональных организаций субрегиона, в том числе ВАС.