Демократическим силам необходимо помнить, что недовольство и неподчинение в вооруженных силах и полиции может оказаться весьма опасным для них самих. Они могут подвергаться жестокому наказанию за любой акт неподчинения и казни за любой акт мятежа. Демократическим силам не следует призывать солдат и офицеров к немедленному мятежу. Вместо этого, если имеются связи с ними, необходимо четко разъяснять, что существует множество сравнительно безопасных форм «скрытого неподчинения», которые можно применять на начальной стадии. Например, полиция и военные могут выполнять приказы неэффективно, не находить людей, находящихся в розыске, предупреждать участников сопротивления о планируемых репрессиях, арестах или высылках, а также не представлять важную информацию вышестоящим начальникам. Недовольные офицеры могут по очереди игнорировать передачу команд по инстанции на проведение репрессий. Солдаты могут стрелять поверх голов демонстрантов. Точно также государственные служащие могут терять папки с делами и инструкциями, работать медленно, «заболевать» и сидеть дома до «выздоровления».
Суммируя сказанное, успех борьбы против укоренившейся диктатуры требует, чтобы отказ в сотрудничестве и неповиновение сократили и блокировали источники силы режима. Без постоянного возобновления необходимых источников силы власть диктатуры ослабляется и в конце концов распадается. Таким образом, умелое стратегическое планирование политического неповиновения диктатуре должно быть направлено на важнейшие источники силы диктаторов.
Вместе с политическим неповиновением во время стадии выборочного сопротивления рост независимых социальных, экономических, культурных и политических институтов последовательно расширяет «демократическое пространство» общества и сокращает контроль диктатуры. По мере укрепления гражданских институтов, противостоящих диктатуре, население вопреки желанию диктаторов все быстрее строит независимое общество вне пределов их контроля. Если и когда диктатура вмешается с целью остановить «эскалацию свободы», можно применить ненасильственную борьбу в защиту данного завоеванного пространства, и перед диктатурой возникнет еще один «фронт» борьбы.
С течением времени такое сочетание сопротивления и институционального строительства может привести к свободе де факто, что сделает падение диктатуры и официальное введение демократической системы неоспоримым, так как соотношение сил в обществе претерпело коренные изменения.
Польша 1970-х и 1990-х годов являет собой яркий пример перехода функций общества и институтов под контроль участников сопротивления. Католическая церковь подвергалась преследованиям, но никогда не была полностью подчинена коммунистическому контролю. В 1976 г представители интеллигенции и рабочих образовали небольшие группы, такие как КОР (комитет защиты рабочих), для продвижения своих политических идей. Организация профсоюза Солидарность своим правом объявлять забастовки вынудило власти принять ее законы в 1980 г. Крестьяне, студенты и многие другие группы также образовали собственные независимые организации. Когда коммунисты поняли, что данные группы изменили соотношение сил, Солидарность опять была запрещена, и коммунисты прибегли к военному правлению.
Даже в условиях чрезвычайного положения, среди множества случаев тюремного заключения и жестокого преследования, новые независимые институты продолжали действовать. Например, продолжалась публикация десятков нелегальных газет и журналов. Нелегальные типографии ежегодно печатали сотни книг, в то время как известные авторы бойкотировали коммунистические издания и правительственные типографии. Аналогичная деятельность проводилась и в других слоях общества.
При военном режиме Ярузельского о военно-коммунистическом правительстве однажды сказали, что оно шагает по головам общества. Чиновники по-прежнему занимали правительственные здания и кабинеты. Режим еще был в состоянии атаковать общество наказаниями, арестами, тюремным заключением, захватом печатных изданий и т.п. Однако диктатура уже не могла контролировать общество. С этого момента полное свержение режима обществом стало лишь вопросом времени.
Даже когда режим еще занимает позиции в правительстве, иногда появляется возможность создать демократическое «параллельное правительство». Оно все больше действовало бы в качестве правительства-соперника, которое пользовалось поддержкой, одобрением населения и гражданских институтов, сотрудничающих с ним. В таком случае диктатура во все возрастающей степени теряла бы характеристики правительства. В конце концов параллельное демократическое правительство может полностью заменить диктаторский режим в качестве элемента перехода к демократической системе. Затем в должном порядке будет принята конституция и проведены выборы.
В ходе институциональной трансформации общества движение неповиновения и отказа в сотрудничестве может расширяться. Стратеги демократических сил должны заранее предвидеть время, когда демократические силы смогут перейти от избирательного сопротивления к массовому неповиновению. В большинстве случаев потребуется время для создания, наращивания или расширения мощности сопротивления, а развитие массового неповиновения может произойти лишь через несколько лет. Во время такого промежуточного периода необходимо проводить кампании избирательного сопротивления со все более значительными политическими целями. Вовлекать в него необходимо более широкие массы населения всех уровней общества. При условии решительного и дисциплинированного политического неповиновения в ходе такого расширения деятельности, внутренняя слабость диктатуры должна стать все более очевидной.
Сочетание сильного политического неповиновения и создание независимых институтов со временем должно привлечь широкое международное внимание на стороне демократических сил. Оно также может привести к международному осуждению со стороны дипломатических миссий, бойкотам и эмбарго в поддержку демократических сил (как это произошло в Польше).
Стратегам необходимо учитывать, что в некоторых случаях падение диктатуры может произойти чрезвычайно быстро, как в Восточной Германии в 1989 г. Это происходит, если источники силы в массовом порядке перекрываются в результате неприятия диктатуры населением. Однако такие случаи редки и лучше планировать долгосрочную борьбу (но быть готовыми к короткой борьбе).
В ходе освободительной борьбы победы, даже по малозначащим случаям, должны отмечаться. Те, кто одержал победу, заслуживают признания. Празднования с пикетами также помогают поддерживать моральный дух, необходимый для будущих этапов борьбы.
Составители генеральной стратегии должны заранее просчитать возможные и предпочтительные способы завершения успешной борьбы, чтобы предотвратить возникновение новой диктатуры и обеспечить постепенное установление долговременной демократической системы.
Демократам необходимо определить, как по завершении борьбы должен организовываться переход от диктатуры к временному правительству. В этот период желательно образовать новое действующее правительство. Однако это не должно быть старое правительство с новыми работниками. Нужно определить, какие отделы старой правительственной структуры (например, политическая полиция) должны быть полностью упразднены из-за их антидемократической природы, а какие отделы оставить для будущей демократической реформы. Полный правительственный вакуум может привести к хаосу или новой диктатуре.
Заранее необходимо продумать политику в отношении высших должностных лиц диктатуры после того, как ее власть падет. Например, следует ли судить диктаторов судом? Можно ли разрешить им навсегда покинуть страну? Какие другие варианты могут возникнуть, которые бы соответствовали политическому неповиновению, необходимости перестройки страны и установления демократии после победы? Следует избегать кровопролития, которое могло бы иметь трагические последствия для будущей демократической системы.
В то время, как диктатура слабеет или терпит крах, конкретные планы по переходу к демократии должны быть готовы к применению. Такие планы должны помочь предотвратить захват государственной власти путем переворота другой группой. Потребуются также планы установления демократического конституционного правления с полнотой политических и личных свобод. Изменения, завоеванные дорогой ценой, нельзя потерять из-за отсутствия планирования.
Перед лицом все возрастающей мощи населения и ростом независимых демократических групп и их институтов, которые диктатура уже не в состоянии контролировать, диктаторы обнаружат, что их авантюра идет к концу. Массовые закрытия учреждений, всеобщие забастовки, массовые невыходы на работу, марши неповиновения и другие акции все более будут подрывать собственную организацию диктаторов и связанные с ней учреждения. Вследствие такого неповиновения и отказа в сотрудничестве, разумно организованного и в массовом масштабе в течение длительного времени диктаторы потеряют силу, и защитники демократии отпразднуют победу без применения насилия. Перед населением, оказавшим сопротивление, диктатура падет.
Но не каждое усилие увенчается успехом, особенно легким успехом, и редко быстрым успехом. Необходимо помнить, что победителей в войнах столько же, сколько побежденных. Однако политическое неповиновение предоставляет реальную возможность победить. Как говорилось выше, данная возможность может быть значительно усилена подготовкой разумной генеральной стратегии, тщательным стратегическим планированием, упорным трудом и дисциплинированной мужественной борьбой.