Материал: Том 2. Восток в средние века-1
121
были разгромлены войсками Йазида, на поле битвы полегли 80 сподвижников пророка и около 600 их потомков. Усмирив Медину, халифское войско двинулось на Мекку, но смерть Йазида (10 ноября 683 г.) заставила снять осаду с города.
После кратковременного правления сына Йазида Халифат оказался без общепризнанного главы. Ибн аз-Зубайр пытался созвать совет для избрания халифа, а когда это не удалось, объявил халифом себя, и его признало большинство провинций. Но ему пришлось выдержать жестокую борьбу: сначала с восставшими в Ираке шиитами во главе с ал-Мухтаром (684 г.), а
122
затем с хариджитом ал-Азраком в Ахвазе; другие группы хариджитов захватили Бахрейн. В руках Умайядов оставались лишь Иордания и часть Палестины, и они даже стали думать о признании Ибн аз-Зубайра. Все же Марван ибн ал-Хакам, троюродный брат Муавии, решился отстоять права своего рода. В июле 684 г. его войска, состоявшие из североарабских племен группы кайс, под Дамаском разгромили южноарабские племена группы калб, присягнувшие Ибн аз-Зубайру. Преклонный возраст не позволил Марвану, овладевшему Сирией и Египтом, развить наметившийся успех: в мае 685 г. он скончался и халифом стал его сын Абд ал-Малик.
Восемь лет понадобилось Абд ал-Малику, чтобы восстановить единство Халифата. Исход борьбы был предрешен захватом Ирака (691 г.). Ибн аз-Зубайр оказался изолированным в Западной Аравии. В начале 692 г. халифские войска под командой неизвестного до того ал-Хаджжаджа осадили Мекку. Ибн аз-Зубайра покинуло большинство сторонников, даже сыновья, и он нашел смерть в отчаянной вылазке с горсткой последних приверженцев.
Единство Халифата было восстановлено, после этого нетрудно было справиться с азракитами (последователями ал-Азрака) в Фарсе и Кермане (697 г.) и подавить хариджитов в Аравии. Победитель Ибн аз-Зубайра, ал-Хаджжадж, был назначен наместником всего востока Халифата. Стабилизация внутреннего положения позволила Абд ал-Малику провести реформы, наметившиеся при Муавии. В 691 г. в Ираке и Сирии налоговые кадастры были переведены со среднеперсидского и греческого на арабский язык, а во главе финансового ведомства встали арабы. Одновременно была проведена денежная реформа. Вместо византийской золотой номисмы и драхмы сасанидского типа стали чеканить единообразную золотую и серебряную монету без изображений, с одними только арабскими надписями, содержащими мусульманский символ веры, цитату из Корана и выходные данные. Медная монета была менее стандартна, но также несла
только арабские надписи.
В это же время возобновляются завоевательные походы. При сыне Абд ал-Малика, ал-Валиде (705-715), были завоеваны земли между Амударьей и Сырдарьей, Фергана и Ташкентский оазис, Белуджистан и Синд. На Западе мусульманские войска (состоявшие в основном из берберов) под командованием мавлы Мусы ибн Ну сайра в 711 г. переправились через пролив на Пиренейский полуостров. Армия вестготов была разгромлена в первом же сражении (19 июля 711г.), дальнейшее сопротивление мусульмане встретили лишь у стен некоторых крупных городов. Через два с половиной года огромный полуостров (за исключением Галисии и Астурии) был присоединен к Халифату. В 715 г. сын Абд ал-Малика, Маслама, начал осаду Константинополя, длившуюся до 717 г. В 717-718 гг. мусульманские войска перевалили через Пиренеи и заняли Нарбонн, но далее военное счастье изменило мусульманам. В 732 г. под Пуатье франкское ополчение под командованием Карла Мартелла нанесло удар, положивший конец дальнейшим попыткам мусульман проникнуть глубоко на север, а через два-три десятилетия мусульмане отступили назад, за Пиренеи.
Второе десятилетие VIII в. было апогеем политического могущества Халифата. Он достиг максимальных размеров, на его территории насчитывалось 70-80 млн. жителей, гигантские суммы стекались в казну халифов, позволяя не только содержать огромную армию и флот, но и вести монументальное строительство. В это время восстанавливаются
123
прибрежные города Сирии и Палестины, пострадавшие в предыдущем столетии, разрастаются новые военно-политические центры: Куфа, Басра, Фустат, Кайруван; в начале VIII в. к ним присоединяется новая столица Ирака, Васит. В городах возводятся монументальные мечети и дворцы наместников, отделанные мрамором и мозаиками, появляются такие замечательные архитектурные сооружения, как мечеть в Дамаске и «Купол скалы» в Иерусалиме. Скромные мечети Мекки и Медины заменяются богато отделанными зданиями, для строительства которых приглашали византийских мастеров. Каждый из халифов старается обзавестись собственным дворцом-поместьем на границе Сирийской пустыни и культурных земель.
Вместе с тем было подорвано единство арабов, существовавшее в первые десятилетия эпохи завоеваний. В первой четверти VIII в. в Хорасане, Египте и Северной Африке появляется поколение арабов, для которых эти страны были родиной, ощущение единства ослабляется, усиливаются местные интересы, складывается местная элита. К тому же усиливается вражда между различными группировками арабских племен, особенно между южноарабскими и североарабскими. Растет также недовольство все более увеличивающейся прослойки завоеванных, принявших ислам. Теоретически они должны были становиться полноправными членами мусульманского общества, но в большинстве случаев продолжали платить тяжелые налоги и повседневно испытывали пренебрежительное отношение к себе чистокровных арабов.
Перевод фискальной документации при Абд ал-Малике на арабский язык и непосредственное вмешательство арабских уполномоченных в сбор налогов привели к ухудшению положения податного населения. Тяжелым бременем на население Египта и Ближнего Востока легла трудовая повинность для участия в строительстве халифских дворцов и мечетей.
Омар II (717-720) попытался избежать крайностей и найти выход в буквальном следовании предписаниям ислама. Он отменил обложение церквей и монастырей и освободил новообращенных мусульман от уплаты подушной подати. Однако в ряде областей это вызвало такую недостачу в финансах, что пришлось восстановить старый порядок. Его преемник Йазид II (720-724), не только взимал налоги с монастырей и церквей, но и впервые в истории ислама начал преследования христиан.
ВЕгипте был составлен новый земельный кадастр, при этом общая сумма налогов увеличилась примерно вдвое. Это привело к восстанию, которое с трудом удалось подавить.
Вте же годы вспыхивает восстание согдийцев, которые, приняв ислам, не получили обещанного освобождения от подушной подати. Восставшие опирались на поддержку тюрок-тюргешей. Только после разгрома тюргешского кагана Сулука под Балхом (737 г.) и его последующей гибели арабы смогли постепенно восстановить свою власть в среднеазиатском междуречье (Мавераннахр). Недовольство усилившимся налоговым гнетом, неравноправие мусульман-неарабов были прекрасной питательной средой для распространения шиитской пропаганды, обещавшей установление справедливости при праведном халифе из потомков пророка. Под влиянием мусульман-неарабов в учение о праведном имаме-халифе вплетаются различные представления о воплощении и передаче божественной эманации от имама к имаму и мессианистские верования. Особенные надежды на перемены возлагались на сотый год хиджры, который будто бы должен стать
124
последним годом неправедной власти: одни ждали конца власти Умайядов, другие — власти арабов
вообще. Этим надеждам не дано было сбыться, но власть Умайядов все более расшатывалась. Слабостью шиитского движения был раскол его на несколько направлений в зависимости от того, кому из многочисленных внуков Али оказывалась честь считаться имамом. В 20-х годах VIII в. у них появился сильный соперник в лице Аббасидов, потомков Аббаса, дяди Мухаммада и Али. В конце правления ал-Валида I внук третьего сына Али, Абдаллах ибн Мухаммад, умирая, будто бы передал сокровенное знание, заключавшееся в некоем «желтом свитке», правнуку Аббаса, Мухаммаду, а вместе с тем завещал и тайную организацию своих сторонников, с центром в Куфе. Она была тщательно законспирирована, рядовые участники организации не знали даже имени имама, так как пропаганда велась за «угодного [Аллаху]» (ар-рида)1 имама из рода Мухаммада. В течение четверти века шла тайная вербовка сторонников, разветвлялась сеть проповедников, не проявляясь, однако, ни в каких враждебных Умайядам действиях.
Все подспудно копившиеся противоречия вышли наружу в середине 40-х годов, когда после двадцатилетнего правления Хишама (724-743) началась борьба за престол. За полтора года сменилось три претендента, опиравшихся на различные группировки арабских племен, и это вызвало крайнее обострение межплеменной борьбы от Палестины до Средней Азии, облегчившей успех антиумайядским движениям.
Марвану II, пришедшему к власти в конце 744 г., пришлось одновременно подавлять мятежи его арабских противников в Сирии и бороться с серьезным восстанием хариджитов в Северной Месопотамии. Лишь к концу 745 г. после ряда жестоких сражений их удалось изгнать из Ирака. В период междуцарствия обострилась борьба между северными и южными арабами в Хорасане. Халиф, занятый наведением порядка в центре Халифата, не мог оказать помощи своему наместнику. Воспользовавшись этим, аббасидский имам Ибрахим ибн Мухаммад послал в Хорасан в марте 747 г. своего личного представителя Абу Муслима (бывшего раба одного из деятелей аббасидского движения) для организации восстания. Прибыв в Мервский оазис, он стал вести пропаганду в пользу анонимного «имама из семьи пророка», «угодного [Аллаху]» (ар-рида), который будет «следовать „Книге Аллаха" и обычаю пророка». Этот расплывчатый лозунг привлек к нему и шиитов, и хариджитов, и всех недовольных правлением Умайядов. 15 июня, когда началось восстание, у Абу Муслима было около 2000 сторонников. Умайядский наместник Хорасана Наср ибн Саййар недооценил опасность и не подавил восстания, пока оно не набрало силу. Это позволило Абу Муслиму, лавируя между противоборствующими группировками, изгнать его из Мерва.
Халиф в это время был больше озабочен борьбой с хариджитами, занявшими Йемен, Мекку и Медину. Только после того как сторонники Аббасидов заняли весь Хорасан и вступили в Рей, Марван II понял, откуда грозит наибольшая опасность. Ему удалось найти главу движения, имама Ибрахима ибн Мухаммада; он был арестован, а после поражения халифских войск при Нехавенде (26 июня 749 г.) — отравлен. Но это уже не могло спасти положения. 29 августа аббасидская армия вступила в Куфу.
В январе 750 г. Марван II с двенадцатитысячным войском встретил аббасидскую армию на р.Большой Заб, потерпел поражение и отступил в
Не исключено, что первоначально подразумевалось «угодный [общине]».
125
Сирию. Сирийцы не оказали ему поддержки. Даже Дамаск сдался Аббасидам после нескольких дней осады. Марван тщетно пытался организовать сопротивление в Египте, его настигли там и убили. Овладение остальными провинциями не составило особого труда, только мусульмане далекой Андалусии, отделенной морем от остального Халифата, не признали власти новой династии и приняли в качестве эмира внука халифа Хишама (755 г.), да на крайнем северо-востоке после подавления восстания согдийцев войскам Абу Муслима пришлось утверждать власть ислама за Сырдарьей в тяжелом столкновении с объединенной армией китайцев и тюрок (751 г.).
Начало правления Аббасидов разочаровало многих участников движения, которые привели их к власти: шииты и хариджиты быстро поняли, что их лозунги были использованы Аббасидами лишь для маскировки, ожидавшееся всеобщее благоденствие не наступило, а обещанная справедливость обернулась казнями и преследованиями. Сначала были уничтожены все Умайяды, и даже прах умерших халифов был выброшен из могил. Затем пришла очередь людей, благодаря которым Аббасиды стали халифами. По приказанию халифа ал-Мансура (754-775) прямо у него на глазах был убит сам Абу Муслим (755 г.). Не сбылось и обещание нестяжательства. Аббасиды еще интенсивнее, чем прежняя династия, принялись за строительство дворцов и огромных городов-резиденций. Самым гигантским предприятием стало строительство новой столицы, Багдада (762-763), в котором приняло участие около ста тысяч строителей. Аббасиды завели многочисленный двор, пышные дворцовые церемонии и приемы. Все это требовало изыскания новых источников доходов, совершенствования налоговой системы.
Важнейшим следствием аббасидского переворота была утрата арабами привилегированного положения и монополии на власть. Мусульмане, арабы и неарабы, реально сравнялись в правах, и это
способствовало быстрой исламизации восточной половины Халифата (христиане Сирии и Египта упорнее держались за свою веру, чем зороастрийцы). Халифат из арабской империи превратился в исламское государство. Вероисповедание реально стало важнее для определения статуса человека, чем его этническая принадлежность. Наибольший выигрыш в новых условиях получили иранские и среднеазиатские феодалы, ставшие опорой новой династии.
Иранцы, вошедшие в ближайшее окружение халифов, принесли с собой многие традиции сасанидской государственности и возродили некоторые ее институты. Так, рядом с халифом появляется фигура вазира — главы административного аппарата государства, — аналог сасанидского вузург фрамандара. Первыми вазирами Аббасидов становятся Бармакиды, потомки Бармака, верховного жреца храма в Балхе. Обособление гражданской администрации повлекло за собой создание специализированных канцелярий, диванов, с многочисленным штатом, занятым перепиской с провинциями и между собой, регистрацией, составлением отчетов. Складывается влиятельный слой чиновничества, считающего себя главной опорой государства и успешно соперничающего с военной знатью.
Слияние ирано-среднеазиатской и арабской верхушки свело на нет антиарабские движения, возглавлявшиеся прежде местной знатью. Восстания второй половины VIII в. в Халифате приобретают более определенный социальный характер, затемняемый для нас различными оттенками религиозных учений, под знаменами которых они проходили. Поверхностная исламизация широких масс Ирана и Средней Азии породила
126
в умах правдоискателей смесь демократических идей раннего ислама, в духе хариджитских взглядов, с мессианизмом и маздакизмом. Совершенно несвойственная исламу и даже прямо противоречащая учению Мухаммада идея о последовательной передаче божественной эманации по воле бога или ее носителя от одного избранника к другому (у «крайних» шиитов — внутри рода Али), о спасителе алМахди, который должен очистить мир от скверны, получила значительное распространение. Многие вожди народных восстаний объявляли себя носителями божественного духа, призванными устранить несправедливость. Убитый Аббасидами Абу Муслим становится в памяти народа одним из таких воплощений, возникает секта его почитателей, абумуслимия, появляются вероучители, утверждавшие, что в них переселился дух Абу Муслима.
В 776 г. один из почитателей Абу Муслима, Хашим ибн Хаким, по прозвищу Муканна («закрытый покрывалом»), утверждавший, что в нем воплотился дух божий, который до того был в Мухаммаде и Абу Муслиме, поднял восстание в Согде и даже захватил Самарканд. Основную массу восставших составляли крестьяне, лишь формально принявшие ислам. Горожане, среди которых было много арабов, не поддержали Муканну. Однако местные гарнизоны не могли справиться с восставшими, а подкрепления из центра не поступали, так как Хорасан также был охвачен восстанием (Юсуфа алБарма, 777 г.). Только в 778 пт после подавления восстания ал-Барма и прибытия подкреплений, правительственным войскам удалось овладеть Согдом. Муканна укрылся в горной крепости около Кеша (совр. Шахрисабз), где продержался еще полтора года, пока его сторонники не вступили в сговор с осаждавшими. Тогда Муканна покончил с собой.
Неоднократные восстания Алидов не имели такого размаха, но были опасны тем, что претензии потомков пророка на халифат в глазах многих мусульман были правомерными. Наиболее энергичными борцами за передачу власти потомкам Али были исмаилиты, сторонники наследования имамата по линии Исмаила ибн Джафара, образовавшие после смерти его сына, Мухаммада ибн Исмаила, тщательно законспирированную организацию.
Аббасидский халифат в конце VIII-IX в. представлял собой мощное централизованное феодальнобюрократическое государство. Крупнейшим землевладельцем был сам халиф, за ним следовали потомки бывших феодальных владетелей Ирана и Средней Азии, которых постепенно вытесняли высшие чиновники, сколачивавшие огромные состояния не столько благодаря большим жалованьям, сколько с помощью злоупотреблений.
Основной статьей доходов Аббасидского халифата были поступления от поземельного налога. Земля облагалась двумя видами налога: привилегированной десятиной — ушром и обычным — хараджем. Ушр, как явствует из названия («десятая часть»), теоретически составлял 1/10 продукции земледелия и рассматривался мусульманскими юристами не как государственный налог, а как благотворительный сбор (закат). Ушр взимался с земель в Аравии, вновь освоенных земель или дарованных халифом.
Харадж, которым облагалось подавляющее большинство земель в завоеванных странах, составлял при самотечном орошении от '/з до ^/5 урожая или его стоимости; при применении водоподъемных устройств размер хараджа уменьшался в соответствии со степенью трудоемкости применяемого способа орошения. С неполивных земель обычно платили 'Ю урожая, но эта ставка могла быть повышена в зависимости от урожайности. Харадж рассматривался мусульманскими юристами как плата
127