Туркофильское течение не имело опоры в народе и поддерживалось группой феодалов и частью купечества. Все три течения так и не смогли подняться над своими материальными, вероисповедными и политическими интересами и объединиться против турок.
До самого падения Византийская империя была крупнейшим центром культуры и образованности в средневековой Европе. Сюда приезжали люди из многих стран Европы, чтобы приобщиться к сохраненному античному наследию и созданной на его основе своеобразной византийской культуре. Трагедия 1204 г. дала толчок к возрождению уже в Никейской империи греческого патриотизма, центров культуры и образованности, углубленного изучения античной философии. В Никее были заложены основы «энциклопедизма», столь характерного для последующей поздневизантийской культурной элиты. Познания, идеи и работы византийских философов, богословов, риторов (Георгий Гемист Плифон, Дмитрий Кидонис, Виссарион
514
Никейский) вызывали восхищение итальянских гуманистов, с которыми в XV в. установилось тесное идейное общение. Многие итальянские гуманисты — ученики византийских ученых, познакомивших своих западных единомышленников с античной философией и литературой. В самой поздневизантийской литературе, как отмечает советский исследователь И.П.Медведев, заметны гуманистические черты — интерес к человеческой личности, природе, окружающему миру. Возникают новые историко-философские теории, вершиной которых была философско-религиозная система государственного устройства Плифона. Несмотря на утопичность, она оказала влияние на развитие западноевропейской политической мысли.
Одновременно с зарождением гуманистических идей в Византии широкий размах приобрел мистицизм, выразившийся в исихазме (Григорий Палама). Согласно учению исихастов, человек мог достигнуть душевного спасения путем полного отрешения от мира, дарующего мистическое слияние с божеством и озарение Фаворским (божественным) светом. Социальной основой учения было монашество. Благодаря поддержке церкви исихазм одержал победу, во многом роковую для византийской культуры и государства: он душил ростки гуманизма и ослаблял волю народа к сопротивлению. Таким образом, в общественной и культурной жизни поздней Византии четко прослеживались два основных течения: прогрессивное, гуманистическое, и реакционное, мистическое. Несмотря на ряд достижений в области культуры, история поздней Византии в целом характеризовалась тенденцией к упадку. Это проявилось и в военно-политической эволюции государства, и в его экономике: в снижении хозяйственной активности городов как центров ремесла и торговли. Социальная эволюция общества шла вспять. В феодальном строе империи уже появились элементы разложения и застоя. Развитие товарно-денежных связей и углубление имущественной дифференциации могли в будущем привести к появлению ростков предкапиталистических отношений, но этому не суждено было сбыться. Гибель Византии явилась закономерным историческим актом.
ЗАКАВКАЗЬЕ В XI-XV вв.
Нашествие сельджуков сопровождалось страшными опустошениями и разрушением многих закавказских городов. Оно имело огромные последствия для исторических судеб Закавказья. Впервые сюда пришла большая волна тюркского населения. Отдельные группы тюрок проникали в регион и прежде, преимущественно с севера (хазары, булгары и т.д.), но они не изменили этнический состав населения закавказских стран. Иное дело сельджуки. Их племена прежде всего обосновались на превосходных пастбищах Южного Азербайджана (собственно Азербайджана) и Мугани, а затем Арана. Предгорная часть Арана особенно интенсивно заселялась тюркскими кочевниками на протяжении XIIXV вв., и постепенно древнее название Аран заменилось на Карабах (тюркско-иранское Черный сад). В то же время горные районы усиленно сопротивлялись тюркизации и стали прибежищем христианского населения, к тому времени арменизированного.
Проникновение тюрок в Восточное Закавказье постепенно привело к тюркизации значительной части местного населения, что положило именно в XI-XIII вв. начало формированию тюркоязычной азербайджанской
515
народности. Однако отделять тюрок Азербайджана и Восточного Закавказья от малоазиатских до XVXVI вв. вряд ли правомерно, хотя уже к XIV в. восточнотюркские наречия этого малоазиатско- западноиранско-закавказ-ского региона выделились как самостоятельные. Знаменитый поэт Несими, живший в арабских странах, считается одним из ранних азербайджанских писателей. Окончательное размежевание малоазиатских тюрок (современных турок) и кавказско-иранских
(нынешних азербайджанцев) случилось не ранее XV-XVI вв. и связано с историей Османской империи, с одной стороны, и государствами Ак Коюнлу и Сефевидов — с другой.
Современная наука относит завершение сложения турецкой народности к концу XV в. Очевидно, так
же следует датировать и сложение азербайджанского этноса.
Разумеется, дело не ограничивалось собственно сельджукским периодом (XI-XIII вв.). Массы тюркского населения прибывали в Закавказье и позже, с монголами и Тимуром. В основном это были огузы или родственные им племена, на основе наречий которых и сложились турецкий и азербайджанский языки.
В описаниях современников сельджукское нашествие предстает как бедствие для стран Закавказья. Сельджуки быстрее всего утвердились в южных армянских землях, откуда армянское население вынуждено было эмигрировать в пределы Византии. Так возникло Киликийское Армянское царство, просуществовавшее до конца XIV в. На Армянском нагорье начался многовековой процесс оттеснения армянского и курдского населения пришлым тюркским. То же самое имело место и в пределах Закавказья. Здесь, однако, вплоть до XIII в. общее положение было иным. Грабительские походы сельджуков заставили закавказские государства сплотиться перед лицом завоевателей. Возглавило борьбу самое сильное из них — Грузия. Уход «союзников»-византийцев из Западного Закавказья, с одной стороны, облегчил положение Грузии, до того стесняемой империей. С другой же стороны, Грузия осталась почти один на один с ордами тюрок. Последние во второй половине XI в. захватили часть Южной Грузии, как обычно вытесняя оттуда грузинское население и обращая культивированные земли в пастбища.
Это заставило грузинских феодалов сплотиться вокруг царской власти. Но лишь распад империи Великих Сельджуков в 90-х годах XI в. привел к существенным изменениям в ходе борьбы Грузии с завоевателями. В истории Грузии это приходится на правление Давида IV Строителя (1089-1125). Проведя ряд реформ, направленных на укрепление центральной власти, в том числе и военную, Давид сумел организовать отпор сельджукам. К концу его правления Грузия была вполне самостоятельна и древняя ее столица Тбилиси освобождена от власти мусульман.
Однако Давид и его преемники отлично осознавали всю сложность политической ситуации в Закавказье, а потому проводили вполне лояльную политику по отношению к закавказским мусульманам и монофизитам-армянам. В XII в. сложился своеобразный союз стран Закавказья, во главе которого стояла Грузия, в борьбе против сельджуков. Но союзниками (а порой и вассалами) Грузии были не только христиане-армяне, но и мусульманские княжества Аран и Ширван.
Очень умело грузинские цари использовали против сельджуков и их северокавказских соплеменников
— половцев. После разгрома половецких
17*
516
орд Владимиром Мономахом и его союзниками часть половцев ушла по приглашению Давида IV в Грузию и составила костяк войска грузинских царей. Выходцы из половецкой знати занимали крупные посты при грузинском дворе XII в. Какая-то часть кыпчаков обосновалась и в Ширване. Вопрос о Грузинском царстве XII — начала XIII в., несмотря на огромную литературу, не во всех аспектах ясен. По-видимому, некоторые современные грузинские историки преувеличивают степень его централизации. Цари опирались на мелких и средних феодалов, церковь и города. Но в стране по-прежнему существовала феодальная раздробленность, и крупные феодалы — дидибулы
— нередко выступали против центральной власти, используя самые различные обстоятельства. Характерна история с первым мужем царицы Тамар Юрием (Георгием). Сын владимиросуздальского князя Андрея Боголюбского, он был лишен наследства своим дядей Всеволодом и долгое время жил в половецких кочевьях. Именно оттуда послы группировки грузинской знати половецкого происхождения доставили Юрия в Грузию, женив на юной дочери Георгия III. Брак оказался неудачным. У супругов не было детей. Но, пожалуй, главное — он поддался влиянию сильной группировки преимущественно западно-грузинских феодалов, тогда как вокруг его жены сплотились дидибулы Восточной Грузии и подвластной грузинским царям Северной Армении. В итоге Юрий был лишен и престола и жены. Он несколько раз пытался вернуть трон, выступая на стороне той или иной феодальной группировки, но в конечном счете исчез в пределах Византии. На фоне международных отношений второй половины XII — начала XIII в. Грузинское государство выглядело весьма внушительно. Его полководцы совершали походы в глубь Ирана, а при поддержке Тамар возникла буферная Трапезундская империя. Однако, по существу, это было политическое образование, только пытавшееся выйти за рамки феодальной раздробленности. Фактическая слабость Грузии выявилась уже при первом походе монголов на Закавказье. В 1221— 1222 гг., преследуя хорезмшаха, два монгольских отряда* (тумена) появились в Закавказье. Выступившее им навстречу грузинское войско было разбито, а сын Тамар, Лаша Георгий, смертельно ранен в сражении. На сей раз монголы не вошли в Грузию: у них были иные задачи. Но в 30-40-х годах Грузия вынуждена была признать власть наследников Чингис-хана, и прежде всего сильнейшего из них в ту пору — Батыя.
Весь XIII век прошел в погромах и нашествиях. Золотоордынские Джучиды воевали со своими родичами Хулагуидами, утвердившимися в Иране, а ареной войн чаще всего являлось Закавказье. Правда, Грузия, а также Ширван сохранили в отличие от армянских земель частичную независимость.
Распад государства Хулагуидов, казалось бы, создал предпосылки для возрождения независимых государств в Закавказье, прежде всего Грузии. Царю Георгию V Блистательному (1314-1346) удалось объединить грузинские (и часть армянских) земли, но это объединение не было прочным. В последней четверти XIV в. в Средней Азии на арену истории вышел Тимур, поставивший себе целью воссоздать империю Чингис-хана. Новый «покоритель вселенной» несколько раз огнем и мечом прошел Закавказье. Например, в Грузию он совершил восемь походов.
517
Не отставали от него и золотоордынские правители. Так, хан Тохтамыш во время похода в Закавказье разорил Ширван и Аран, а после взятия Тебриза увел в плен большую часть его обитателей.
С Тимуром связана новая волна тюркских племен, нахлынувших в Закавказье. Особенно пострадали земли Армении, все большее число которых отнималось у местного населения и заселялось пришлыми кочевниками. Этот процесс продолжался и в XV столетии.
Смерть Тимура привела к мгновенному распаду его империи. Страны Закавказья оказались под властью или в сфере влияния сначала державы Кара Коюнлу («Черные бараны»), а затем Ак Коюнлу («Белые бараны»). И в той и в другой господствовала знать кочевых тюркских племен, в основном так называемых туркмен, т.е. огузского происхождения. В XIV-XV вв. население Южного Азербайджана было почти полностью тюркизировано. Та же судьба постигла и равнинный Карабах. На протяжении XV в. самостоятельность сохраняли грузинские государства,
атакже Ширван. Грузия распадалась в XV в. на отдельные части. Хотя формально такой распад был узаконен лишь решением дарбази (высшего совета) в 1491 г., на деле Картли, Кахети и Имерети стали самостоятельными раньше. Из грузинских царств XV в. самым богатым и сильным оказалось Кахетинское. Расположенное относительно далеко и от Кара Коюнлу и от Ак Коюнлу, богатое шелком, Кахети во второй половине XV в. резко выделялось из прочих грузинских земель. Богат был и Ширван, а также небольшое княжество Шеки на северо-западе от Ширвана. На остальной территории Закавказья безраздельно хозяйничали тюркские орды сначала Кара Коюнлу,
апотом Ак Коюнлу. Однако правители Ак Коюнлу, закрепившись в Западном Иране, восточной Малой Азии и Южном Закавказье, быстро поняли угрозу со стороны набиравшей силу Османской империи.
Были сделаны попытки создать антиосманскую коалицию, в которую входили бы грузинские царства, Трапезундская империя и даже некоторые европейские государства. До активного содружества дело, однако, не дошло. Османы действовали решительно и быстро. В 1461 г. они ликвидировали Трапезундскую империю, а в 1473 г. при Терджане разгромили «белобаранного» правителя Узун Хасана. На сей раз турки, правда, дальше на восток не пошли, но угроза этого возникла.
Правители Кахетии и Ширвана пытались найти новых союзников, даже в далекой Москве, только что сбросившей золотоордынское иго. Но на практике это мало что давало небольшим закавказским государствам.
XI-XV века были временем интенсивного развития культуры народов Закавказья. Однако, являясь логическим продолжением предыдущей эпохи, это культурное развитие имело и свои особенности.
XII-XIII века стали периодом необычайного расцвета закавказской словесности. Творения великого Руставели в Грузии, а также Низами и Хакани в Ширване вошли в золотой фонд мировой культуры. Несмотря на то что эти поэты писали на разных языках (два последних на персидском), общая идейная направленность их творчества была сходной. Они воспевали дружбу народов, простые человеческие отношения, романтизм любви.
Для армянской культуры этой поры характерно перемещение ее центра на северо-восток, в области исторической Албании, где существовал (прежде всего в горных районах и в городах) массив армянского населения. Здесь развивались и литература (хотя существовали и иные ее очаги, прежде всего в Киликии) и наука. Крупнейшим представителем последней
518
был Мхитар Гош. Ученый-юрист и писатель, он создал Судебник, который надолго стал эталоном для юриспруденции не только в Армении, но и в ряде других стран.
Эти же два центра армянской культуры функционировали в XIV в. Но как раз в конце XIV в. прекратило существование Киликийское Армянское царство, а на землях Центральной Армении шел процесс вытеснения армянского этноса тюркскими кочесниками. Армяне спасались от них в горах, в частности в ущельях горного Карабаха, который надолго стал одним из центров армянской общественной и политической жизни.
В XIV-XV вв. с началом формирования азербайджанского тюрко-язычного этноса возникает и его культура. Первоначально она не имела своих стабильных центров (вспомним, что один из ее ранних представителей, Несими, погиб в Сирии), и ее довольно трудно для данного времени отделить от османской (турецкой) культуры. Даже этническая граница между турками и азербайджанцами установилась только в XVI в., да и тогда она еще окончательно не определилась. Тем не менее в XV в. формируются два центра азербайджанской культуры — Южный Азербайджан и Карабах (равнинный). Окончательно они сложились уже позже, в XVI-XVIII вв.
Говоря о возникновении азербайджанской культуры именно в XIV-XV вв., следует иметь в виду прежде всего литературу и другие части культуры, органически связанные с языком. Что касается материальной культуры, то она оставалась традиционной и после тюркизации местного населения. Впрочем, наличие мощного пласта иранцев, принявших участие в формировании азербайджанского этноса, наложило свой отпечаток прежде всего на лексику азербайджанского языка, в котором огромное число иранских и арабских слов. Последние вошли и в азербайджанский, и в турецкий язык главным образом через иранское посредство. Став самостоятельной, азербайджанская культура сохранила тесные связи с иранской и арабской. Они скреплялись и общей религией, и общими культурно-историческими традициями.
ГОСУДАРСТВО МАМЛЮКОВ В ЕГИПТЕ
Государство Мамлюков (так называли в Египте белых рабов) — наиболее значительное политическое образование (1250-1517) на Ближнем Востоке в эпоху развитого феодализма. К середине XIII в. мамлюки составляли большинство египетской армии. Захватив власть в Египте в 1250 г. в результате убийства последнего Аййубида, Туран-шаха, они образовали две династии: Бахри, или тюркскую
(1250-1390), и Бурджи, или черкесскую (1390-1517).
Название первой из них связано с тем, что султаны этой династии по происхождению относились к тюркской народности половцев, кочевавших в причерноморских степях, входивших в то время в Золотую Орду; монголы захватывали их в плен и продавали в рабство итальянским купцам, а те вывозили их морем (араб, бахр) и сбывали египетским султанам. Обезлюдение со временем половецкой степи вследствие войн побудило монголов к обращению в рабство жителей СевероЗападного Кавказа, откуда и происходит название второй династии — Бурджи (от араб. бурдж — «крепость»; известно, что первый полк из кавказских мамлюков,
519
созданный еще султаном Калауном, был размещен им в башнях каирской крепости).
Из ранних мамлюкских султанов наиболее известны Кутуз (1259-1260), разбивший вторгшееся глубоко в Сирию монгольское войско при Айн Джалуте (1260г.), и Бейбарс Бундукдари (12601277), который вел также успешную борьбу с крестоносцами. Под суверенитетом мамлюкского Египта находились Сирия, Барка, Нубия, Йемен, Хиджаз, а с 1375 г. — Киликия.
Социальные отношения Египта при Бахри характеризуются дальнейшим развитием института военных икта, ставших преобладающей формой феодального землевладения. Естественно, что на египетскую военную и, следовательно, земельную иерархию большое влияние оказали монгольские порядки. Структура постоянной египетской армии, численность которой сравнительно с эпохой Салах ад-дина возросла вдвое, стала более четкой, появились эмиры 5, 10, 40 и 100 мамлюков; на содержание им предназначалось 2/3 доходов с икта их эмира, тогда как ранее число мамлюков, находящихся на службе эмира, и их обеспечение целиком зависели от произвола эмиров.
Все земли, облагавшиеся хараджем, делились в Египте в ту эпоху на 24 доли (кират). Из них до 1298 г. 20 киратов составляли икта (по 10 киратов принадлежало свободным наемникамгвардейцам холка и эмирам с их мамлюками), а 4 кирата предназначались на содержание личных мамлюков и двора султана. Продажа и передача икта по наследству не разрешались.
О стремлении ранних мамлюкских султанов к увеличению домена, или собственно государственных (или султанских, что в источниках неразличимо) земель, свидетельствуют происходившие при них земельные переделы (раек): в начале 1298 г. («равк Хусами») и в конце 1315 - начале 1316 г. («равк Насири»). Султан Хусам ад-дин Ладжин (1296-1299) опасался как выступлений своих свергнутых предшественников, так и нового вторжения монголов в союзе с
правителями Киликии и стремился создать новую армию из мамлюков, для которой выделил 9 киратов самых лучших земель. Личные владения султана остались в прежних пределах, а икта халка и эмиров с их мамлюками уменьшились с 20 до 11 киратов, причем у эмиров были отняты захваченные ими икта халка. Однако эмиры составили против султана заговор, убили его и присоединили к своим владениям земли выделенных 9 киратов. Таким образом, цель передела достигнута не была.
Второй передел был произведен султаном Насиром Мухаммадом во время его третьего правления (1310-1341). Из 24 египетских киратов султан выделил в свое владение 10 (вместо прежних четырех), возвратив себе, в частности, земли, некогда проданные казной; остальные 14 киратов отошли к «эмирам, халка и прочим». Султанские 10 киратов впоследствии также были розданы в икта (в 1340-1341 гг. — султанским мамлюкам), так что реального увеличения домена, видимо, не произошло.
Развитие землевладения со второй половины XIV до конца XV в. можно проследить по сохранившемуся египетскому кадастру Ибн ал-Джиана — редкому для арабского средневековья документальному источнику. Кадастр показывает, что в течение этого периода султанские земли значительно увеличились за счет икта, конфискованных у опальных мамлюков, а также в случае непригодности мамлюка к военной службе или его смерти. Однако, по сообщениям хроник, возвращенные султанами земли использовались ими для новых раздач.
520
Кадастр зафиксировал также большой рост вакуфных земель благодаря пожалованиям, особенно сделанным черкесскими султанами Барсбеем (1422-1438), Иналом (1453-1461) и Каитбеем (14681496), а также держателями икта. Обращение икта в вакф давало реальную возможность сохранять доходы с них за потомками дарителей.
Важной чертой развития феодального землевладения с XIV в. становится превращение икта в объект купли-продажи. Купленные икта превращались в безусловную земельную собственность типа мульк. В качестве основных покупателей выступало торгово-ремесленное городское население: видимо, приобретение земель в ту эпоху было наиболее реальной формой вложения накоплений горожан. Общая площадь икта к концу правления Мамлюков уменьшилась почти вдвое.
Крестьянство, эксплуатируемое чуждыми ему этнически и по языку мамлюками, было в этот период прикреплено к земельным наделам и лишено права их покидать. Как и в предшествующие века, наряду с общинным существовало и индивидуальное крестьянское землепользование в виде аренды, испольной или денежной. Арендные отношения были особенно развиты на вакуфных землях. Однако основная масса крестьян, как и прежде, эксплуатировалась путем изъятия хараджа, натурального или денежного. Большая часть его доставалась держателям икта. Немусульманское население уплачивало сверх этого подушную подать. Крестьяне несли повинности по возведению и сохранению в исправности ирригационных сооружений, собственниками которых были султан или мамлюки. Личная зависимость феллахов выражалась, в частности, в снабжении продовольствием мамлюка и его приближенных во время поездки по вверенному ему икта. При черкесских Мамлюках крепостная зависимость стала особенно жестокой. Египетский историк и географ ал-Макризи во второй четверти XV в. писал, что в его время «земледелец, живущий в деревне, называется прикрепленным к земле (фаллах карари) и он является рабом владельца икта, которому принадлежит эта область. И он не может надеяться, что будет когда-нибудь продан или освобожден; напротив, он навсегда осужден оставаться рабом, так же как и его дети». Крестьяне, самовольно покинувшие свой участок, подлежали принудительному возвращению и наказанию. Египетский город XIV-XV вв. — оживленный центр ремесла и торговли. Уже при тюркской династии Мамлюков наблюдался рост столицы — Каира, где сосредоточивалось большинство мамлюков. Расширению столицы к северу и югу способствовали значительные ирригационные работы, которые велись в дельте Нила. Торговая жизнь Каира производила сильное впечатление на иноземцев даже в середине XV в., когда она намного сократилась по сравнению с предшествующим временем. Русский купец Василий, прошедший через Египет и Сирию в 14651466 гг., писал о Каире: «Египет град вельми велик, а в нем четырнадцать тысящь улиц... да в иных улицах до 18 тысяч дворов, да во всякой улице по торгу по великому».
Султан и мамлюкские эмиры, владевшие огромными икта, жили в столице, играя значительную роль в городском землевладении и домовладении.
Большинство городского населения составляли торговцы и ремесленники самых разнообразных профессий. У того же аль-Макризи упоминаются специализированные рынки, располагавшиеся в