108 на лечение больных. В целом, вполне осторожная оценка оздоровительного эффекта активного отдыха на природе, связанного с использованием биологических ресурсов, составила для населения
Москвы и Московской области от 82,3 до 180 млрд. руб. (1994) или 52,4—
114,7 млн. дол.
На основе определения общей экономической ценности можно предложить следующую схему оценки биологических ресурсов московской области:
Общая экономическая ценность (стоимость) (ОЭЦ) =
= прямая стоимость использования +
+ косвенная стоимость использования +
+ стоимость существования
Прямую стоимость использования можно определить как сумму трех показателей:
— продукция «устойчивой» охоты (без ущерба для воспроизводства популяций);
— продукция «устойчивого» рыболовства;
— побочная продукция леса (грибы, орехи, ягоды).
Суммарная оценка данных показателей дает примерно 377811 млн. руб. (234 млн. дол.).
Косвенная стоимость использования определяется на основе социальных последствий оздоровительного эффекта рекреации. Для населения Москвы и Московской области этот показатель составляет
82,3—180 млрд. руб. (52,4—114,7 млн. дол.).
В показатель стоимость существования на основе подхода
«
готовность платить» можно включить потерю величины дохода, который могло бы получить население при отказе от рекреации. На наш взгляд, такой гипотетический показатель вполне соответствует концепции
«
готовность платить». Для жителей Москвы и Московской области общая продолжительность времени активного отдыха на природе составила 81,9 млн. человекодней. Вряд ли правомерно все это время считать эквивалентным времени, когда человек мог бы дополнительно работать и получать доход. Часть времени для рекреации необходима чисто в физиологическом плане. Поэтому предположим, что примерно половина времени, проведенного на природе, могла бы быть использована для получения дохода (т.е. примерно 41 млн. человекодней). Тогда, исходя из среднего уровня заработной платы (159,2 тыс. руб. в месяц в начале 1994 г.), стоимость существования биоресурсов Московской области составит
272 млрд. руб. (173,4 млн. дол.)
Таким образом, показатель общей ценности (ОЭЦ) биологических ресурсов Московской области равен сумме пяти перечисленных показателей:
ОЭЦ = продукция охоты +
+ продукция рыболовства + побочные продукты +
+ социальные последствия рекреации (оздоровительный эффект) +
+ стоимость существования (потеря возможных доходов)
Стоимостная оценка биологических ресурсов Московской области составит в среднем свыше 780 млрд. руб. или около 500 млн. дол. Данная оценка существенно возрастет, если в нее включить еще ряд показателей,
109 например, транспортные расходы населения для поездки к местам рекреации, затраты на услуги, оборудование, снаряжение и т.д.
Нужно различать понятия экономической ценности природы
и цены природных ресурсов и услуг. Экономическая ценность охватывает все три функции природы, названные выше. Цена же фактически «работает» только в случае первой природной функции, оценки природных ресурсов. Если оценка первой функции рыночной экономикой осуществляется, хотя часто и с занижением, то экономические оценки второй и третьей природных функций практически отсутствуют или минимальны. А именно эти экономические оценки регулирующих функций, ассимиляционного потенциала и природных услуг являются решающими для определения экономической ценности многих природных объектов, например, биоразнообразия, особо охраняемых природных территорий и пр.
В идеале цена природных благ должна совпадать с их экономической ценностью или приближаться к ней; тогда функционирование экономики, соотношение спроса и предложения, поведение потребителей будет учитывать экологический фактор. В этом отношении позитивным является появление рынков новых товаров и услуг, связанных с еще не имеющим в настоящее время цены природным функциям.
Например, такая функция как депонирование углерода.
Киотский протокол (Япония, 1997) создает реальные предпосылки для торговли углеродными квотами. То есть связываемый углерод будет иметь цену, как это фантастично не звучит. Предполагается, что стоимость 1 т СО2 как минимум превысит 10 долларов США. Тем самым в будущем в экономическую ценность, например, национальных парков, лесов может быть включена вполне реальная рыночная цена связываемого углерода, наряду с ценами на продукцию устойчивых заготовок древесины, рыболовства, охоты, побочных продуктов леса и пр.
4.3.
Э
КОНОМИЧЕСКАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ
Выбирая варианты перехода к устойчивому развитию, различные проекты и направления экологизации экономики необходимо хотя бы в общих чертах иметь критерий, измеритель, чтобы понять, какой проект, вариант или направление лучше. Можно говорить об улучшении здоровья, сохранении красивых ландшафтов и т.д., но в экономике мерилом «хорошести» проекта (программы, направления развития и т.д.) служит понятие экономической
110
эффективности.
Проект следует реализовать, если он экономически эффективен, и, наоборот, если проект неэффективен, то его нужно отвергнуть. Конечно, экономическая оценка экологических функций, природных объектов и пр. дело чрезвычайно сложное и порой невозможное, о чем было сказано в предыдущем параграфе. Однако, к сожалению, средства (любого рода затраты, инвестиции) всегда и при любой экономической системе дефицитны и в любом случае необходимо делать ограниченный выбор между большим количеством вариантов решений.
В экономике механизмом такого выбора выступает сопоставление затрат и выгод (результатов) в денежном выражении или определение экономической эффективности проекта/программы. Данный подход получил название анализ
«
затраты—выгоды». Таким образом, экономическую эффективность необходимо считать для наилучшего использования ограниченных ресурсов.
Экономическую эффективность также часто определяют как соотношение затрат и эффекта, который отражает стоимостной прирост выгод в результате реализации проекта. В нашей стране в теоретических исследованиях и в конкретной практике широко использовались различные методики определения экономической эффективности капитальных вложений, в том числе и в природоохранные мероприятия. Основные принципы этих методик были разработаны академиком Т.С. Хачатуровым. В качестве затрат брался показатель капитальных вложений, который сопоставлялся с эффектом от этих затрат. Полученный в результате деления коэффициент сопоставлялся с нормативным коэффициентом, на основе чего делался вывод о эффективности или неэффективности проекта.
Надо различать эффект и эффективность.
Широко распространенная фраза «Наш проект дает огромный эффект
(
прибыль, выгоду), поэтому давайте его реализовывать» является абсолютно некорректной. Очевидно, что необходимо сопоставлять потенциальный эффект с вызвавшими его затратами, т.е. считать эффективность. Получение большого эффекта может потребовать огромных затрат, что сделает проект экономически неэффективным.
В своей жизни мы постоянно сопоставляем свои затраты и получаемые от этого выгоды (результаты, эффекты). В качестве выгоды могут выступать разнообразные результаты. Если положить деньги в банк, то спустя некоторое время их можно вернуть с дополнительным доходом (процентами). Можно купить участок земли, построить на нем дачный домик и, если вам захочется проводить время на море, а не на даче, продать свою дачу и
111 получить доход. Общим правилом для нормального экономического решения является превышение потенциальной выгоды (B) над затратами (C)
B – C > 0,
(4.5)
и чем больше будет эта разница, тем удачнее в экономическом смысле вложение ваших средств. Например, вы можете продать свою дачу выгодно или невыгодно. В последнем случае ваши затраты на строительство окажутся больше, чем полученные в результате продажи деньги.
Для принятия правильных экономических решений очень важен адекватный учет экономической ценности природы. Экологический фактор в современном экономическом анализе учитывается слабо
— в силу названных объективных и субъективных причин. Для простоты анализа выделим этот фактор (Е) и представим формулу, в которой записано условие эффективности
(
принятия) проекта/программы, в следующем виде:
В – С
±
Е > 0
(4.6)
Экологическая составляющая Е может быть как положительной, так и отрицательной. В зависимости от направленности проекта/программы к общим выгодам может добавляться эколого- экономический эффект (снижение загрязнений, вызываемое этим фактором улучшение здоровья и т.д.) или соответственно — в случае
«
антиэкологичного» проекта/программы
(
ущерб для окружающей среды и здоровья и пр.) — вычитаться. Последний случай, очевидно, является самым распространенным, и затраты при этом увеличиваются. С учетом этих замечаний формула (4.6) может быть преобразована следующим образом:
(
В + В
е
) — (
С + С
е
) > 0
(4.7) где В
е
— эколого-экономический эффект проекта/программы;
С
е
— эколого-экономический ущерб (дополнительные затраты) проекта/программы.
Очевидно, что при отсутствии или заниженности оценки природных благ и ущербов принимается неправильное, антиэкологическое решение: при сопоставлении различных вариантов развития экологосбаланированный вариант проигрывает при сравнении с традиционными экономическими решениями в результате двух возможных причин:
1) занижение выгод от сохранения природы, что приводит к уменьшению суммарной выгоды (не учитывается В
е
в формуле
(4.7)).
Этот вариант типичен для случаев предотвращения
112 ухудшения здоровья в результате экологической деградации, сохранения биоразнообразия;
2) занижение затрат, что связано с недооценкой потенциального экологического ущерба, занижением отрицательных внешних издержек, накладываемых на общество, других экономических субъектов (занижение С
е
в формуле (4.7)) (в экономической теории это проблема «интернализации экстерналий»).
Оба этих варианта приводят к неконкурентноспособности природы.
В мире такая ситуация ярко проявляется при принятии решений в пользу развития аграрного, энергетического, добывающего и лесного секторов.
Таким образом, адекватный экономический учет экологического фактора способствует переходу к устойчивому развитию, зачастую коренным образом меняет приоритеты в экономических решениях, дает новую экономическую реальность, изменяет представления о том, «что такое хорошо и что такое плохо в экономике».
Формулы (4.5) и (4.7) действенны для «одномоментной» ситуации, ограниченного отрезка времени, например года, когда не учитывается инфляция.
Все становится сложнее, когда рассматривается многолетний проект.
Здесь приходится сопоставлять современные затраты и выгоды и будущие затраты и выгоды.
И становится необходимым введение фактора
дисконтирования, что позволит сравнивать современные суммы денег и будущие. Дисконтирование позволяет привести «будущие» деньги к современному моменту.
Для примера можно привести влияние фактора времени на вклад в банке. Предположим, что процентная ставка составляет 10 процентов в год. Тогда вложив 10 тыс. руб. через 5 лет сумма вклада составит 16 тыс. руб. Из этого простого примера следует довольно важный вывод: современные деньги дороже такого же количества денег в будущем. В примере вложенные в этом году
10 тыс. руб. дороже, чем 10 тыс. руб. в последующие годы: сегодняшние 10 тыс. руб. равны 16 тыс. руб. через 5 лет. И наоборот: будущие 16 тыс. руб. (через 5 лет) это сегодняшние 10 тыс. руб.
Дисконтирование и позволяет привести будущие стоимости к
современной стоимости (PV) по формуле:
t
t
r
B
PV
)
(1
+
=
,
(4.8)
где r — коэффициент дисконтирования.
113
Такой подход применим и для соизменения затрат и выгод во времени. Сегодняшние затраты и выгоды больше чем их аналогичные величины в последующие годы. С учетом фактора времени соотношения (4.5) и (4.8) могут быть записаны в следующем виде:
∑
=
+
−
=
n
t
t
t
t
r
C
B
NPV
0
)
(1
.
(4.9)
Данное соотношение (4.9) позволяет соизмерять меняющие во времени затраты и результаты/выгоды. В экономике это соотношение широко распространено для измерения эффективности проектов или программ, и оно известно как чистая
(
приведенная) современная стоимость (NPV). В том случае, когда показатель чистой приведенной стоимости больше 0, тогда проект или программа считаются эффективными и их целесообразно реализовывать. Другими словами, с учетом фактора времени суммарные выгоды должны превышать суммарные затраты.
Разница между выгодами и затратами часто определяется как прибыль или эффект от реализации проекта/программы. И для эффективности проекта необходима положительная сумма приведенных прибылей (эффектов).
Покажем на простом примере необходимость дисконтирования затрат и выгод во времени. Предположим, срок действия определенного проекта 5 лет. Коэффициент дисконтирования равен
0,1.
Тогда затраты, выгоды и прибыль запишем в таблицу следующим образом.
Годы
1
2
3
4
5
Затраты
30 10 0
0 0
Выгоды
0 5
15 15 15
Прибыль
–30
–5 15 15 15
Очевидно, если действовать «напрямую» и суммировать выгоды и затраты по годам, игнорируя фактор дисконтирования, то наш проект выгоден и эффективен: прибыль составит 10 (50—40), и она больше нуля.
Однако если делать расчеты на основе формулы (4.9) с учетом фактора времени, то можно прийти к противоположному результату: прибыль будет отрицательной (–0,5), что означает неэффективность проекта и нецелесообразность его реализации. Высокая прибыль в будущем не смогла компенсировать затраты первых лет проекта: наглядный пример того, как «будущие» деньги при приведении их к настоящему моменту оказываются меньше «современных».
К сожалению, смешение понятий затрат, выгод, прибыли, эффекта, эффективности, их неправильные расчеты, недоучет фактора времени встречались в экономической практике в прошлом и
114 сейчас довольно часто, что приводит к принятию неправильных экономических решений. Ярким примером в этой области может служить гигантская программа орошения и осушения земель в 70-е и
80- е гг. в СССР. Капитальные вложения в эту программу были сопоставимы с общей суммой вложений в пищевую и легкую промышленность. Однако неправильный расчет эффекта привел к ошибочному выводу об эффективности глобальных мелиораций. На самом деле полученный эффект оказался минимальным, и в целом огромные деньги были потрачены неэффективно. Не учитывался также огромный экологический ущерб от глобальных мелиораций
(
гибель Аральского моря, засоление черноземов и т.д.), что еще более уменьшило получаемые выгоды.
Как уже отмечалось выше, определение цены и оценка природных ресурсов является необходимым, но сложным в экономическом плане делом. Адекватный учет цены/оценки природных ресурсов в проекте, получаемый в результате реализации проекта выгод, издержек и ущербов существенно влияет на решение о степени эффективности проекта. Соотношение (4.9) в неявном виде включает в себя экологическую информацию в виде экологических выгод и экологических затрат. Выделим отдельно экологическую составляющую в виде суммы экологических издержек и экологических выгод (B
e
и C
e
в формуле (4.7)). Тогда формула (4.9) преобразуется в
∑
=
+
+
+
=
n
t
t
et
t
et
t
r
C
C
B
B
NPV
0
)
(1
)
-
) (
(
.
(4.10)
Соотношение (4.10) является основным для определения экономической эффективности проекта/программы с учетом экологической составляющей и фактора времени. В том случае, если чистая современная стоимость (NPV) больше нуля, проект экономически эффективен.
Для определения приемлемости проекта/программы часто используются и два других критерия: внутренней ставки рентабельности (IRR) и соотношения выгоды/затраты (BCR).
Величина внутренней ставки рентабельности эквивалентна дисконтной ставке (r), при которой текущее значение выгод будет равно величине затрат (формула 4.11):
∑
=
+
+
+
n
t
t
et
t
et
t
r
C
C
B
B
0
)
(1
)
-
) (
(
.
(4.11)
Формула соотношения выгоды/затраты является производной от формулы чистой современной стоимости (4.10):