Таким образом, следует различать функции, выполняемые мотивом и целью на стадиях подготовки (мотивации) и исполнения преступного действия. На подготовительной стадии мотив и цель формируют решение и порождают волю лица. В стадии исполнения преступления они определяют содержание уже сформированной воли лица, выступая ее смысловой стороной. Свою функцию мотив и цель в дальнейшем выполняют путем корректировки направленности совершаемых действий. Благодаря этому обеспечивается их претворение в действие и через него в реальных фактах действительности.
В ходе деятельности мотив может остаться 1) неизменным и стать действующим мотивом. Иногда мотив, сформировавший действие, в ходе исполнения исчезает, 2) заменяется другими или осложняется добавлением нового, дополнительного мотива. Изменение мотива может происходить путем его отпадения и прекращения преступной деятельности лица. В стадии исполнения может произойти также 3) переосмысливание мотива путем замены его социально-положительным мотивом поведения. Примером подобного переосмысливания мотива может служить добровольный отказ от дальнейшего совершения преступления, явка с повинной (когда преступление уже окончено), способствование предупреждению наступления вредных последствий, а также самооценка преступления в ходе расследования, чистосердечное раскаяние в содеянном и активное способствование его раскрытию.
Важно понять, что между мотивом и целью лица и его преступным поведением существуют два вида связей — прямая и обратная. Прямая связь выражается в том, что мотив и цель преступления порождают преступное поведение. Обратная связь между ними заключается в том, что преступное поведение в соответствии с конкретными ситуациями и условиями оказывает обратное влияние на мотив и цель как путем корректировки их самих в ходе совершения преступления, так и путем применения лицом определенной тактики и отдельных приемов по их реализации.
Хочется проиллюстрировать это следующим примером. Вор с целью совершения хищения идет в ночное время в магазин, чтобы проникнуть туда путем взлома висячего замка на двери служебного входа. Прибыв к магазину, он видит, что дверь служебного входа закрыта не на висячий замок, а изнутри. Тогда преступник изменяет свое решение, корректируя его в соответствии с поставленной целью, и решает проникнуть в магазин с центрального входа. Здесь он видит спящего сторожа. Поскольку цель его может быть достигнута лишь осложненным путем, т.е. путем убийства сторожа, лицо вновь в соответствии с поставленной целью корректирует свое преступное поведение и решает проникнуть в магазин с чердака. Реализуя свой план, он проникает в магазин с чердака, сделав пролом в потолке, и совершает хищение товаров.
Заметное место в мотивации преступных действий может принадлежать состоянию опьянения лица. Роль алкоголя в мотивации преступления состоит в том, что он снимает процессы торможения. Под влиянием алкоголя человек перестает смотреть на себя глазами других. Вначале создается иллюзия внутренней легкости и желания общения, потом возникает нарушение обычной мотивации поведения. Пьяному человеку кажется, что он ведет себя весьма логично. Фактически же у него нарушается привычная мотивация и организация поступков и поведения.
Следует отметить, что роль мотива и цели как структурных и функциональных компонентов преступного поведения наглядно выступает в патологических случаях, когда один из них или они оба бывают нарушены. При патологических аффектах и импульсивных состояниях, когда побуждение непосредственно дает стремительную, неосознанную разрядку в преступном действии, последнее теряет характер волевого поведения и выступает как акт поведения душевнобольного человека, что имеет место при клептомании (импульсивное воровство), пиромании (импульсивное поджигательство), дромомании (импульсивное бродяжничество) и т. д.*
_____________________________________________________________________________ *Судебная психиатрия. М., 1987, с. 162—164.
Существенным звеном исполнения действия являются его предметно-вещественные компоненты, т. е. орудия, средства и условия, благодаря которым достигается цель действия. Внешние условия могут благоприятствовать или препятствовать достижению цели. В качестве средств совершения преступления выступают предметы, вещи, орудия, инструменты, механизмы, приборы, устройства и т. п., потому что они могут «служить цели лица». Предметно-вещественные элементы преступного поведения выбираются лицом в соответствии с их субъективной значимостью. Их назначение в том, что они используются и управляются субъектом как средства достижения своей цели. Средства есть способность предмета служить цели*.
____________________________________________________________________________
* Трубников Н.Н. О категориях "цель", "средство","результат". М., 1968, с. 84.
Особо следует указать на документы как средства совершения преступлений. Сюда относятся фиктивные, поддельные и разорванные служебные документы и другие записи о преступных комбинациях. Являясь средством совершения или «прикрытия» преступления, они выступают объективными показателями мотивационной стороны преступления. Обнаружение подобных документов, а также выявление повода, назначения, автора и обстоятельств их изготовления проливают свет на мотив и цель совершения преступления.
§5. Психологическая характеристика и анализ преступной деятельности
При совершении преступления отдельное действие может выступать в качестве самостоятельного, автономного акта поведения или являться частью более обширного целого, т.е. преступной деятельности. Преступная деятельность как структурная форма преступного поведения представляет собой совокупность действий, объединенных единством мотивов и целей. В преступной деятельности проявляется характерная для человека способность к действиям дальнего прицела, далекой мотивации и целенаправленности, характерной для преступного действия. Как деятельности, так и входящим в ее состав отдельным действиям присущи свои мотивы и цели. При анализе преступной деятельности следует, таким образом, различать мотивы и цели отдельного действия и преступной деятельности в целом. Указанные виды мотивов и целей не могут заменяться один другим: мотивы отдельных действий, входящих в деятельность, не равнозначны мотивам деятельности в целом, и наоборот, т. к. они являются структурными элементами различных актов преступного поведения.
По своему содержанию мотивы и цели действия и деятельности могут совпадать. Лишь при этом условии можно говорить о единой преступной деятельности лица. Однако мотивы и цели действия и деятельности по своему содержанию могут и не совпадать. В этом случае единой преступной деятельности не будет, т. к. нарушается смысловое единство деятельности и действия, в силу чего действие выпадает из структуры данной деятельности и становится самостоятельным актом поведения. Между конечной целью преступной деятельности и целью каждого входящего в нее действия складываются отношения зависимости и подчиненности последней первой. Результат каждого действия по отношению к конечной цели преступной деятельности выступает в качестве средства ее достижения и вместе с тем является целью данного действия. Общая цель определяет направленность, ход и построение всей преступной деятельности и подчиняет себе цели входящих в нее отдельных действий. В соответствии с ней происходит прогнозирование действующим лицом конечных результатов преступной деятельности и результатов каждого действия, входящего в него.
Мотивы отдельных действий также находятся в подчинении в зависимости от общего мотива преступной деятельности. По отношению к отдельному действию общий мотив выступает в качестве силы, детерминирующей их на осуществление конечной цели деятельности.
При осуществлении дознания и расследовании преступной деятельности по данным поведения, как правило, можно собрать достаточно сведений о психологии правонарушения, т. к. в ней мотивы и цели выявляются во всей своей полноте и определенности. При расследовании преступлений в виде отдельных действий часто бывает недостаточно материала, чтобы по данным поведения достоверно установить психологический механизм его совершения. На этом основании иногда делается вывод о невозможности установления психологии правонарушения по данным поведения. И основной упор переносится на получение данных о нем от подозреваемого или обвиняемого. Между тем структурно любое фактически совершенное действие всегда выступает в качестве эпизода единой смысловой деятельности данного лица.
Структурно-психологический анализ, т. е. рассмотрение совершенного преступного акта поведения в единстве с предшествующей деятельностью этого лица (как правило, до преступления), дает возможность выявить всю деятельность в целом и входящие в нее непреступные действия, в которых в большинстве случаев четко выражены мотивы и цели их совершения. Это помогает в оперативно-розыскной деятельности выявить весь психологический механизм деятельности лица, в которой преступный акт поведения выступает в качестве последнего завершающего действия, являясь по закону самостоятельным актом поведения. В качестве примера в этом отношении можно привести дело об убийстве мужем гр-ки Каичевой. Сам Каичев, будучи в нетрезвом состоянии, в квартире своих знакомых нанес своей жене — Каичевой ножом длиной 15 см ранение в область правого бока, в результате чего она на следующий день скончалась. Сам по себе факт причинения Каичевой ножевого ранения жене не давал достаточного материала, чтобы по данным поведения установить его мотив и цель. Каичев же, ко всему признавая факт ножевого ранения и свою вину в этом, показал, что цели убить жену у нею не было, а ножевое ранение он наносил ей с целью «попугать», «пошутить» или, как он стал показывать в дальнейшем, «уколоть» ее. И вот здесь от установления мотива и цели зависела квалификация преступления: как умышленного или неосторожного убийства, или как умышленного причинения тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть потерпевшей.
В процессе дознания и следствия выяснялись предшествующие взаимоотношения Каичева с женой, в частности, не было ли случаев покушения на ее убийство и по каким именно мотивам. Выехав по месту постоянного жительства Каичевых, путем проведения допросов и очных ставок между свидетелями, близко знавшими Каичевых, а также в результате обнаружения и исследования переписки Каичева было установлено, что совершенное преступление не является изолированным актом поведения, а входит в имевшую двухлетнюю историю деятельность, в ходе которой Каичев не раз угрожал жене убийством по определенным мотивам. Так, родители Каичевой показали, что в ответ на их нежелание, чтобы дочь выходила замуж за Каичева, последний пришел к ним и заявил, что, если они не разрешат дочери выйти за него замуж, он убьет ее, чтобы она «не досталась больше никому».
В процессе изучения переписки Каичева выяснилось, что его родители сообщили ему, что жена гуляет с парнем по кличке Борзый. На почве ревности Каичев в письмах неоднократно угрожал жене и обещал «разделаться» с ней. При допросах сослуживцев, родных, осмотре медицинской документации и личной переписки было выявлено, что Каичев в последнее время стал считать себя импотентом. На этой почве у него вновь обострились отношения с женой, и он в переписке снова угрожал ей убийством, чтобы она «не досталась никому».
В результате собранных данных стало очевидным, что совершенное Каичевым ранение жены является преднамеренным убийством, мотивы к которому давно уже созрели у него и неоднократно проявлялись в других (непреступных самих по себе) действиях. Следственные органы квалифицировали действия Каичева как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, т.к. его жена была беременна. Суд осудил Каичева по статье закона об умышленном убийстве. Вышестоящая судебная инстанция согласилась с правильностью установления мотивов преступления и его квалификацией, несмотря на то, что Каичев продолжал и в дальнейшем давать свои первоначальные показания.
Следует отметить, что преступление во всех случаях есть сознательное действие лица. Эти действия в большинстве случаев прогнозируются, планируются, подготавливаются, наконец, для их совершения используются знания, опыт, навыки и т. д. Даже в том случае, если совершено преступление без заранее обдуманного плана, когда преступное решение действовать возникло под влиянием создавшейся ситуации, полностью проявляются эти сложившиеся психические изменения личности*.
_____________________________________________________________________________ *Игошев К.Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М., 1971, с. 21.
Социально-психологические дефекты всегда входят элементом даже в психологическую структуру преступлений, совершенных по небрежности, самонадеянности. Элементами психологической структуры преступления, как уже нами отмечалось, выступают также наличие цели на удовлетворение противоправной потребности (или способа для ее удовлетворения), знания, мыслительная деятельность по прогнозированию, подготовке, совершению преступных действий, сокрытию следов преступления и т. д.*
*См.: Кдрявцев В.Н. Причинность в криминологии. М., 1968, с.42-56.
Выявление психологической структуры преступления позволяет полнее устанавливать истину, определять пути перевоспитания лиц, совершивших преступления.