Живее откликается ученый на следующее предложение испанского коллеги - об организации при секретариате IMS (то есть в Базеле, где Гандшин живет и работает) архива микрофильмов (см. выше пункт 2c письма Англеса). Гандшин сразу предлагает объединить этот планируемый архив с его собственным, созданным им за долгие годы исследовательских работ в области музыкальной медиевистики. История формирования этого архива просматривается сегодня лишь скупым пунктиром. Не исключено, что ученый начал создавать свою коллекцию микрофильмов еще в России, когда приступил к работе над первой диссертацией (по органной музыке XIV-XV веков). Однако ничего более конкретного не известно: все материалы оказались утрачены вместе с рукописью самого исследования при переезде семьи из России в Швейцарию весной 1920 года [2]. Однако, как показывают эпистолярные источники, уже скоро Гандшин возобновил работу по собиранию микрофильмов старинных рукописей. Самые ранние из обнаруженных на сегодняшний день писем Гандшина его швейцарских лет -- это письма к знаменитому немецкому музыковеду-медиевисту старшего поколения Фридриху Людвигу (Friedrich Ludwig; 1872-1930). Первые из них датируются концом июля 1921 года, то есть написаны спустя год после переезда ученого в Швейцарию. Они уже содержат упоминания о работе со средневековыми манускриптами и их микрофильмировании См., например письма: Handschin - Ludwig, 23.07.1921 и 10.10.1922 (HN).. Возможно, здесь мы видим первые следы будущей гандшиновской коллекции. Впоследствии собрание пополнялось усилиями как самого Гандшина (для которого возможность «порыться в старых манускриптах» стала страстью жизни [9, 976]), так и микрофильмами, поступавшими ему от коллег Такого рода интенсивный обмен существовал, например, между Гандшиным и Англесом, многочисленные свидетельства чему мы находим в их переписке, см., например: Handschin - Angles 3.12.1926 (HN, Fons Higini Angles: Correspondencia. Biblioteca de Catalunya. Seccio de Musica, M 7084/74; далее: BC), 26.5.1927 (HN, BC), 26.12.1928 (BC); Angles - Handschin, 03.05. 1929 (HN), 14.05. 1930 (HN), 09.04.1931 (HN) и мн. др..
С годами коллекция разрасталась. Гандшин разместил ее в Базельском университете, и она получила известность как коллекция здешнего музыковедческого семинара. Предполагая, что, будучи включенным в структуру IMS, собрание станет расширяться еще интенсивнее, Гандшин писал Англесу о задачах обслуживания:
Архив микрофильмов, - здесь, пожалуй, потребуется связь с архивом микрофильмов музыковедческого семинара; но такому архиву нужен управляющий, я не могу больше один этим заниматься «Filmarchiv - da wird es wohl eine Verbindung mit dem Filmarchiv des Mw. Seminars sein mussen; aber dies Filmarchiv braucht einen Verwalter; ich allein kann es nicht weiter machen» (Handschin - Angles, 22.06.1949, HN)..
Здесь стоит припомнить то обстоятельство, что в эти же первые послевоенные годы формировался и другой знаменитый в будущем архив микрофильмов: коллекция выдающегося немецкого музыковеда-медиевиста Бруно Штебляйна (Bruno Stablein; 1895-1978). До 1962 года это будет частное собрание ученого, а затем оно перейдет в государственную собственностью Баварии. Гандшиновская коллекция микрофильмов при жизни самого Гандшина не войдет в структуру IMS, а после его кончины окажется, по воле судьбы, включена именно в архив Штебляйна По свидетельству Андреаса Хауга (см. письмо Haug - Kniazeva, 13.01.2023, личный архив Ж.В. Князевой) Гандшин завещал свой научный архив любимой ученице, Ханне Хардер (Hanna Harder; 1929-1989). Хардер вышла замуж за Бруно Штебляйна, который вскоре получил приглашение на работу в университет Эрлангена-Нюрнберга. Туда семейство Штебляйн-Хардер перевезло и архив Гандшина. Так коллекция попала из Швейцарии в Германию.. С 2009 года этот архив хранится в Институте музыкознания Вюрцбургского Университета и представляет одну из самых впечатляющих в мировой музыкальной медиевистике коллекций, место встречи музыковедов-медиевистов со всего мира Institut fur Musikforschung der Universitat Wurzburg, Archiv Bruno Stablein:. Однако, по словам профессора Вюрцбургского университета Андреаса Хауга (Andreas Haug), много лет курировавшего архив Штебляйна-Гандшина, собственно гандшиновская коллекция микрофильмов растворилась в архиве Штебляйна: сегодня собранные Гандшиным микрофильмы не могут быть идентифицированы в общем объеме гигантского собрания ни по каким признакам Haug - Kniazeva, 13.01.2023 (личный архив Ж. В. Князевой).. Поэтому судить о размерах и содержании созданной Гандшиным коллекции не представляется возможным. англес гандшин международный музыковедческий сообщество
Помимо архива микрофильмов Англес ставит вопрос об организации при секретариате IMS библиотеки и создании библиографии (пункты 2d, 2е письма). Гандшин комментирует идеи коллеги все в том же характерном для него сдержанно-практическом тоне: «замечательно; для этого нужно бы еще найти силы и средства» (wunderbar; dazu mussten Krafte und Mittel gefunden werden). Эти идеи Англеса будут реализованы в основании знаменитых сегодня в музыковедческих кругах всего мира «дочек» IMS. Уже в 1949 году возникнет Ассоциация музыкальных библиотек (International Association of Music Libraries [IAML]) 27 октября 1949 года прошло первое собрание IAML во Флоренции. В июле 1950 года его второе собрание провели совместно с IMS в Люнебурге (Германия), на нем сформировали рабочую группу для учреждения Repertoire international des Sources Musicales (проекта по музыкальным источникам).. Затем в разные годы начнут свою деятельность четыре связанных с ней библиографических проекта, так называемые R-Projektes, посвященные
— музыкальным источникам - Repertoire international des Sources Musicales, RISM (1950)
— музыкальной литературе - Repertoire international de Littdrature Musicale, RILM (1966),
— музыкальной иконографии - Repertoire international d'Iconographie Musicale, RIdIM (1971),
— музыкальной прессе - Repertoire international de la Press Musicale, RIPM (1980).
Сегодня все эти общества работают как самостоятельно, так и в едином комплексе с IMS Выход с сайта IMS на «дочерние» проекты осуществляется через пункт главного меню «Networks»:.
В своем письме Англес размышляет об организации работы международного музыковедения и отдельным пунктом выносит заботу о контактах европейского музыковедения с американским. Действительно, первые послевоенные годы отмечены очень активным сотрудничеством IMS с американскими коллегами и эмигрантами из Европы. Так, в начале 1950-х годов претендентом на пост главы IMS рассматривался Манфред Букофцер (Manfred Bukofzer; 1910-1955), получивший образование в Германии и Швейцарии (у Гандшина), а в годы войны ставший профессором Калифорнийского университета. Когда же ученый внезапно тяжело заболел, на конгрессе 1955 года в Оксфорде президентом IMS был избран другой американский музыковед европейского происхождения, Пол Генри Ланг (Paul Henry Lang; 1901-1991) О событиях, связанных с Букофцером и подготовкой его избрания на пост президента IMS, см.: [3]..
Трансатлантическое сотрудничество разворачивалось и по другой линии. В первые послевоенные годы начал работать уже упомянутый выше Американский институт музыкознания в Риме (известный еще как Институт Армена Карапетяна), которому суждено было оказать огромное влияние на послевоенное международное музыкознание В настоящее время изучение истории AIM и его роли в развитии международного музыковедения активизировалось и связано оно прежде всего с исследованиями эпистолярия ученых. В 2020 году вышла статья автора этих строк [8]. Специалисты ожидают исследование Бенджамина Ори (Bendjamin Ory; Гарвард), которому за несколько лет кропотливой работы в архивах США и Европы удалось восстановить значительную часть утраченного прежде эпистолярного наследия Армена Карапетяна.. Возвращаясь к Гандшину, отмечу, что ученый, дистанцировавшись после 1949 года от IMS, перенес основной объем своей международной работы именно на сотрудничество с Американским институтом. Гандшин написал немало статей в издаваемый институтом журнал Musica Disciplina и способствовал развитию самого института. Так, судя по эпистолярию (см.: Handschin - Gennrich, 25.04.1950, HN), именно Гандшин привел в AIM молодого нидерландского музыковеда-медиевиста Йозефа Смитса ван Васберге (Joseph Maria Smits van Waesberghe; 1901-1986) и рекомендовал его на пост руководителя создававшейся тогда, а ныне знаменитой серии Corpus scriptorium de Musica, представляющей сегодня стандарт критического издания музыкально-теоретических трактатов Официальная страница издания.
Описанные события отделены от нас расстоянием в семьдесят с лишним лет. И тем не менее их влияние ощутимо по сей день: мы видим формирование научных институций, значение которых будет велико для академического музыкознания второй половины ХХ столетия и сохранится до сегодняшнего дня. Однако важны не только институции. Рассмотренные документы первого послевоенного времени отразили трудную работу, взаимодействие многих ученых, выстраивавших интернациональные диалоги в период, когда контакты были крайне затруднены. Изучение этих документов способствует пониманию ценности международного научного сотрудничества. Усилия выдающихся предшественников можно рассмотреть, как опыт работы нашей научной сети международного музыковедения, направленный на сохранение и развитие своих структур и возможностей. Думается, этот опыт весьма ценен сегодня.
Использованная литература
1. Князева Ж.В. Жак Гандшин и первые послевоенные собрания Международного музыковедческого общества. По материалам переписки ученого // Научный вестник Московской консерватории. Том 14. Выпуск 2 (июнь 2023). С. 366-385.
2. Князева Ж.В. Из истории одной исчезнувшей диссертации // Opera Musicologica. 2011. №1 (7). С. 40-76.
3. Князева Ж.В. Манфред Букофцер, Пауль Захер и базельский ординариат // Научный вестник Московской консерватории. Том. 9. Выпуск 4 (декабрь 2019). С. 162-193.
4. Князева Ж.В. Новые документы к истории европейско-американских диалогов послевоенного музыковедения. Лео Шраде, Жак Гандшин, Армен Карапетян // Новые документы по истории искусствознания: ХХ век. Вып. 2. 1940-60-е годы / ред.-сост. Ж.В. Князева. СПб.: Петрополис, 2018. С. 41-86.
5. Celestini F., Bohlman Ph. Acta Musicologica: A Brief History // The History of the IMS (1927-2017). Ed. by D. Baumann and D. Fabris. Kassel: Barenreiter, 2017. P. 144-148.
6. Hausler R. 50 Jahre Internationale Gesellschaft fur Musikwissenschaft // Acta Musicologica. Vol. 49. Fasc. 1 (Jan. -- Jun., 1977). P. 1-27.
7. Kirnbauer M., Zimmermann H. «Wissenschaft in keimfreier Umgebung»? Musikforschung in Basel 1900-1960 // Musikwissenschaft eine verspatete Disziplin? Die akademische Musikforschung zwischen Fortschrittsglauben und Modernitatsverweigerung / hrsg. von A. Gerhard. Stuttgart: J. B. Metzler, 2000. S. 321-346.
8. Kniazeva J. «A New Prosperity in Our Field Cannot Be Expected Unless the Scholars of Various Countries Pull Together»: Jacques Handschin and the American Institute of Musicology // Acta Musicologica. Vol. 92 (2020). No. 1. P. 72-92.
9. Kniazeva J. Jacques Handschin in Russland: Die neu aufgefundenen Texte / hrsg. von M. Kirnbauer und U. Mosch. Basel: Schwabe, 2011. 1045 S. (Resonanzen: Basler Publikationen zur alteren und neueren Musik; Bd. 1.)
10. The History of the IMS (1927-2017) / ed. by D. Baumann and D. Fabris. Kassel: Barenreiter, 2017. 167 p.
References
1. Kniazeva, Jeanna V. 2023. “Jacques Handschin and the First Post-War Meetings of the International Musicological Society. (Based on the Scholar's Correspondence).” Nauchnyy vestnik Moskovskoy konservatorii / Journal of Moscow Conservatory 14, no. 2 (June): 366-85. (In Russian).
2. Kniazeva, Jeanna V. 2011. “Iz istorii odnoy ischeznuvshey dissertatsii [From the History of One Missing Dissertation].” Opera Musicologica, no. 1 (7), 40-76. (In Russian).
3. Kniazeva, Jeanna V. 2019. “Manfred Bukofzer, Paul Sacher and the Basel Ordinariat.” Nauchnyy vestnikMoskovskoy konservatorii / Journal of Moscow Conservatory 10, no. 4 (December): 162-93. (In Russian).
4. Kniazeva, Jeanna V. 2018. “Novye dokumenty k istorii evropeysko-amerikanskikh dialogov poslevoennogo muzykovedeniya. Leo Shrade, Zhak Gandshin, Armen Karapetyan [New Documents on the History of European-American Dialogues in Post-War Musicology. Leo Schrade, Jacques Handschin, Armen Carapetyan].” In New Documents on the History of Art History, vol. 2: From 1940s to 1960s, compiled and edited by Jeanna V. Kniazeva, 41-86. St. Petersburg: Petropolis. (In Russian).
5. Celestini, Federico, and Philip V. Bohlman. 2017. “Acta Musicologica: A Brief History.” In The History of the IMS (1927-2017), edited by Dorothea Baumann and Dinko Fabris, 144-48. Kassel: Barenreiter.
6. Hausler, Rudolf. 1977. “50 Jahre Internationale Gesellschaft fur Musikwissenschaft.” ActaMusicologica 49, no. 1 (January-June): 1-27.
7. Kirnbauer, Martin, and Heidy Zimmermann. 2000. “`Wissenschaft in keimfreier Umgebung'? Musikforschung in Basel 1900-1960.” In Musikwissenschaft eine
verspatete Disziplin? Die akademische Musikforschung zwischen Fortschrittsglauben und Modernitatsverweigerung, edited by Anselm Gerhard, 321-46. Stuttgart: J.B. Metzler.
8. Kniazeva, Jeanna. 2020. `A New Prosperity in Our Field Cannot Be Expected Unless the Scholars of Various Countries Pull Together': Jacques Handschin and the American Institute of Musicology. / ActaMusicologica 92, no. 1: 72-92.
9. Kniazeva, Jeanna. 2011. Jacques Handschin in Russland: Die neu aufgefundenen Texte. Edited by Martin Kirnbauer and Ulrich Mosch. Resonanzen: Basler Publikationen zur alteren und neueren Musik 1. Basel: Schwabe.
10. Baumann, Dorothea, and Dinko Fabris, eds. 2017. The History of the IMS (1927-2017). Kassel: Barenreiter.