Российский государственный гуманитарный университет
Украина и программа «Восточное партнерство» (2014-2019 гг.)
Александр С. Левченков
Москва
Аннотация
Статья посвящена влиянию программы «Восточное партнерство» на внутреннее развитие и внешнеполитические приоритеты Украины в период с 2014 по 2019 г. внешнеполитический восточный партнерство украина
Данная проблематика рассматривается на основе разнообразных источников, включая официальные документы, с привлечением отечественных и зарубежных исследований, касающихся различных аспектов обозначенного сюжета.
Комплексный анализ показал, что проект «Восточное партнерство» оказал достаточно серьезное влияние как на внутриполитические проекты и динамику изменения внешнеполитических приоритетов Киева, так и на российско-украинские отношения.
С политической точки зрения «Восточное партнерство» стало для украинского руководства свидетельством того, что страны Евросоюза выработали скоординированную позицию относительно перспектив и механизмов развития отношений с Киевом. Именно в рамках «Восточного партнерства» Украина готовилась к евроассоциации и либерализации визового режима с Евросоюзом.
Однако постепенно вопросы поддержки Украины стали вытесняться из повестки дня Евросоюза проблемами, обусловленными новой политикой Украины в области образования и языка, отсутствием позитивных результатов реформирования украинской экономики, социальной сферы и особенно государственно-политического аппарата, а также полузамороженным состоянием конфликта на Донбассе при отсутствии видимого желания украинской стороны его урегулировать.
Европейский союз, продолжая формально поддерживать евроинтеграционные устремления украинского руководства, занял выжидательную позицию относительно предоставления Украине твердых гарантий членства.
Тем не менее в контексте глобальной политики итогом взаимодействия стран «Восточного партнерства» с Украиной за истекшие десять лет стала «геополитизация» образа программы в отношениях между Евросоюзом и Российской Федерацией.
Ключевые слова: Вишеградская группа, Восточное партнерство, евроассоциация, евроинтеграция, Европейский союз, Украина
Abstract
Ukraine and the Eastern partnership programme (2009-2019)
Alexandr S. Levchenkov
Russian State University for the Humanities, Moscow
The article is devoted to the impact of the Eastern partnership program on the internal development and foreign policy priorities of Ukraine in the period from 2014 to 2019.
This problem is investigated on the basis of various sources, including official documents, statements by representatives of the leadership of the States involved in this issue, official statistics materials, taking into account the works of domestic and foreign researchers on various aspects of the subject under study.
A comprehensive analysis showed that the Eastern partnership project had a rather serious impact on both the internal political situation and the dynamics of changes in Kiev's foreign policy priorities, as well as on Russian- Ukrainian relations.
From a political point of view, the Eastern partnership programme became a reference point that symbolized for the Ukrainian leadership the existence of a coordinated position of the European Union countries in relation to the prospects and mechanisms for developing relations with Kiev. It was within the framework of the Eastern partnership that Ukraine was preparing to conclude Euroassociation and visa liberalization with the European Union.
Gradually, issues of support for Ukraine were replaced in the European Union's agenda by problems arising from the actions of official Kiev in the field of education and language policy, as well as the lack of progress in most areas of reform of the Ukrainian economy, social and political spheres, the semi-frozen state of the conflict in the Donbas, with no visible desire on the Ukrainian side to resolve it.
The European Union, while continuing to formally support the European integration aspirations of the Ukrainian leadership, preferred to take an increasingly wait-and-see position on providing Kiev with any guarantees of membership. However, in the context of global politics, the result of the Eastern partnership programme policy in relation to Ukraine over the past ten years has been the “geopoliticization” of the program's image in relations between Brussels and Moscow.
Keywords: Visegrad group, Eastern partnership, euroassociation, European integration, European Union, Ukraine
«Восточному партнерству» (далее - ВП) и его влиянию на отношения Европейского союза и отдельных входящих в него государств с Украиной, а также на российско-украинские отношения, за последние годы было посвящено немало работ отечественных ученых, включая труды Ю.А. Борко, Ю.К. Князева, Е.И. Пивовара, Е.Г. Пономаревой, Л.Н. Шишелиной и др. См., например: [Борко 2018], а также: Князев Ю.К. Десятилетие попыток ассимиляции: Восточное партнерство в политике ЕС // Мировая экономика и международные отношения. 2019. Т. 63. № 11. С. 122-126; Пивовар Е.И. Формирование и развитие политики Восточного партнер-ства // Славянский мир профессора Матвеева. Сер. «Историки-слависты МГУ». Кн. 10. М.: Родина МЕДИА, 2013. С. 429-436; Пономарева Е.Г. Интеграция versus конфронтация: реалии программы «Восточное Парт-нерство» // Вестник Дипломатической академии Министерства иност-ранных дел России. 2016. № 1(7). С. 66-86; Шишелина Л.Н. Программа Восточное партнерство накануне десятилетия // Научно-аналитический вестник Института Европы Российской академии наук. 2018. № 6 (6). С. 26-35; и др. Общим местом в историографии стало разделение истории развития программы и ее имплементации на постсоветском пространстве на этапы до и после украинского «Евромайдана».
В частности, специалисты, как правило, выделяют три этапа в развитии ВП: 2009-2013 гг., 2014-2017 гг. и период после Брюссельского саммита ВП 2017 г. до настоящего времени, когда программа оказалась под все возрастающим влиянием кризисных тенденций внутри самого Евросоюза и поиска новых возможностей и механизмов общеевропейской восточной политики [Борко 2018, с. 14-60] [Шишелина 2018, с. 27-33].
Как отечественные, так и западные исследователи в последние годы в целом далеки от иллюзий восприятия ВП в качестве эффективной программы социально-экономических преобразований. Так, по замечанию венгерского журналиста, члена международного дискуссионного клуба «Валдай» Габора Штира, «за неимением институциональных условий ЕС предлагает восточным партнерам статус периферии. Те же, хотя бы из интересов удержания власти (национальными политэлитами) не спешат ускорять ход социально экономических преобразований. Находясь в стадии строительства наций, они воспринимают “Восточное партнерство” скорее в геополитической плоскости...» Штир Г. ЕС - Восточное партнерство: разные скорости, разное понимание [Электронный ресурс]. Международный дискуссионный клуб «Валдай». 24 ноября 2017. URL: http://ru.valdaiclub.com/a/highlights/ es-vostochnoe-partnyerstvo-raznye-skorosti/ (дата обращения 14 декабря 2019).
Тем не менее проект ВП оказал достаточно серьезное влияние как на внутриполитические расклады и динамику изменения внешнеполитических приоритетов Киева, так и на российско-украинские отношения.
Важнейшей составляющей взаимодействия Украины со странами Вишеградской группы в «постмайданный период» стало сотрудничество по вопросам достижения двух приоритетных целей ВП - заключения, а затем имплементации Соглашения об ассоциации Украина - ЕС, а также либерализации визового режима между Киевом и Брюсселем (так называемого «безвиза»).
В соответствии с изменениями, которые произошли во внутриполитической жизни и во внешней политике Украины, одной из приоритетных целей которой стало закрепление курса на европейскую и евроатлантическую интеграцию, состоялось подписание Соглашения об ассоциации Украины с Европейским союзом.
Политическая часть соглашения об Ассоциации была подписана 21 марта 2014 г. в ходе внеочередного саммита Украина - ЕС, подписание же экономической части состоялось 27 июня 2014 г. в рамках заседания Совета Европейского союза. Ратификацию Соглашения депутаты Верховной Рады и европарламентарии осуществили 16 сентября 2014 г.
Дать комплексную оценку результатов ВП для Украины весьма непросто из-за всеобъемлющего кризиса, который был вызван «Евромайданом» и затронул все сферы общественно-политической и социально-экономической жизни страны.
«Евромайдан», который и сам был отчасти продуктом характерной для украинского общества мифологизации важнейшей составляющей ВП - Соглашения об ассоциации, стал для политических элит Украины своеобразным «Рубиконом». Сама «Революция достоинства» и последовавший за ней радикальный разворот на Запад внесли в ВП, возможно, гораздо больше геополитических смыслов, чем планировалось изначально, причем в украинском случае геополитическая составляющая стала едва ли не определяющей для отношений сторон.
Двоякое влияние оказало «Восточное партнерство» и на украинскую экономику. В первые годы значение программы для развития экономического сотрудничества между Украиной и ЕС было невелико. Однако успешные переговоры между Киевом и Брюсселем о создании Углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли Украина - ЕС (далее - УВЗСТ) актуализировали обсуждение проблемы будущего восточного (постсоветского в целом и российского в частности) направления украинской внешнеэкономической активности.
Тому были и объективные экономические причины. Так, в 2009 г. на фоне кризиса украинский экспорт в страны ЕС составлял 9 514, 3 млн долл., а в страны СНГ - около 13 472, 9 млн долл.; импорт из ЕС равнялся 15 438,5 млн. долл., а из стран СНГ - 19 692, 6 млн долл. Динаміка географічної структури зовнішньої торгівлі товарами [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. Дата остан-ньої модифікації: 31 травня 2019. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/ operativ2005/zd/zd_rik/zd_u/gs_rik_u.html (дата обращения 12 декабря 2019).; наконец, украинский экспорт в Россию составил в том же 2009 г. 8 495 млн долл., а импорт - 13 235, 7 тыс. долл., лишь немного уступив общеевропейскому Географічна структура зовнішньої торгівлі України товарами за 2009 рік [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/operativ2009/zd/ztt/ztt_u/ztt1209. htm (дата обращения 13 декабря 2019)..
В начале пребывания Виктора Януковича на посту президента Украины (2010-2011 гг.) фиксировался уверенный рост торговых оборотов между Украиной и странами СНГ и особенно между Украиной и Россией: в 2011 г. экспорт в страны СНГ составил 26 177, 0 млн долл., импорт - 37 212, 4 млн долл. (тогда как экспорт в страны ЕС составил в том же 2011 г. 18 021, 5 млн долл., импорт - 25 805, 8 млн долл.) Динаміка географічної структури зовнішньої торгівлі товарами [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. Дата остан-ньої модифікації: 31 травня 2019. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/ operativ2005/zd/zd_rik/zd_u/gs_rik_u.html (дата обращения 12 декабря 2019).. При этом украинский экспорт в Россию в 2011 г. достиг 19 819, 6 млн долл., импорт - 29 132, 2 млн долл. Географічна структура зовнішньої торгівлі України товарами за 2011 рік [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/operativ2011/zd/ztt/ztt_u/ztt1211_u. htm (дата обращения 14 декабря 2019).
2012-2013 гг. оказались переломными в соотношении импорта из стран СНГ и ЕС в Украину, что было вызвано, в первую очередь, российско-украинскими противоречиями в рамках Зоны свободной торговли СНГ. По итогам 2013 г. экспорт в Россию составил 15 065, 1 млн долл., импорт - 23 234, 2 тыс. долл. Географічна структура зовнішньої торгівлі товарами за 2013 рік [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/operativ2013/zd/ztt/ztt_u/ztt1213_u.htm (дата обращения 17 декабря 2019). В то же время украинский экспорт в страны ЕС в 2013 г. вырос до 16 758, 6 млн долл., импорт - до 27 046, 5 млн долл Динаміка географічної структури....
Политический кризис, порожденный «Евромайданом», оказал тяжелое воздействие на украинскую экономику и, в частности, на внешнеторговые обороты Украины: общий объем экспорта достиг самых низких показателей в 2016 г. - 36 361, 7 млн долл. (для сравнения: в 2013 г. - 63 320, 7 млн долл.), импорта в 2015 г. -37516, 4 млн долл. (для сравнения: в 2013 г. - 76 986, 8 млн долл.) Там же.. В последние годы наблюдался рост, но докризисных показателей товарооборот так и не достиг: по итогам 2018 г. экспорт составил 47 335,0 млн долл, импорт - 57187, 6 млн долл. Там же.
На этом фоне произошло значительное укрепление торговых позиций Евросоюза во внешнеэкономической жизни Украины: в 2018 г. украинский экспорт в страны ЕС достиг 20 157, 0 млн долл. (абсолютный рекорд), импорт составил 23 216, 5 млн долл. (меньше, чем в 2013 г.) Там же.. В то же время украинский экспорт в Россию в 2018 г. составил 3 652, 6 млн долл., импорт - 8 090, 3 млн долл. (правда, даже при таких показателях РФ оставалась крупнейшим торговым партнером Киева Географічна структура зовнішньої торгівлі товарами у 2018 році [Электронный ресурс]. Державна служба статистики України. Дата остан-ньої модифікації: 31 травня 2019. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/ operativ2018/zd/ztt/ztt_u/ztt1218_u.htm (дата обращения 18 декабря 2019).).
В 2009 г. общий объем инвестиций из-за рубежа составил 38992, 9 млн долл. (по состоянию на 1 января 2010 г.), причем большая часть этой суммы - 31 538, 4 млн долл. - пришлась на долю инвесторов из стран Европейского союза Прямі інвестиції (акціонерний капітал) в економіці України / з України: за країнами світу; країнами ЄС; видами економічної діяльності;. В 2010-2013 гг. объем инвестиций из стран ЕС демонстрировал тенденцию к относительно небольшому, но все же росту: по состоянию на 1 января 2011 г. - 36 969, 1 млн долл. (при совокупных 45 370, 0 млн долл.), на 1 января 2014 г. - 41 032, 8 млн долл (при совокупных 53 704,0 млн долл.)по регіонах (2010-2018) [Электронный ресурс] // Державна служба ста-тистики України. URL: http://ukrstat.gov.ua/operativ/operativ2017/zd/ inv_zd/pi_ak_ks_reg/pi_ak_ks_reg_u.xlsx (дата обращения 23 декабря 2019). Там же..
Заслуги «Восточного партнерства» в этом не было - в число первоочередных задач программы не входило привлечение в Украину европейских инвесторов (это могло стать «побочным эффектом» улучшения бизнес-климата в стране в результате масштабного реформирования). Небольшой рост европейских инвестиций в указанные годы был обусловлен относительной стабилизацией и некоторым подъемом украинской экономики.
Европейский союз в целом и особенно «Восточное партнерство» оказались не готовы к такой экономической поддержке Украины, которая компенсировала бы беспрецедентные потери «постмайданных» лет. Поведение европейских партнеров определяли вооруженный конфликт и общая нестабильность: общий объем инвестиций из стран Европейского Союза по состоянию на 1 января 2015 г. сократился до 29 308, 0 млн долл., а по состоянию на конец 2018 г. составил лишь 24 742, 7 млн долл. Там же.