Вопросы первобытной археологии Крыма в творческом наследии Е.А. Векиловой
Алексей Черкасов (Севастополь)
В статье рассматриваются основные направления и результаты научной деятельности отечественного археолога Е. А. Векиловой, относящиеся к крымскому периоду биографии ученого (50-70-е годы ХХ века). Среди них: комплексное изучение памятников каменного века на полуострове, включающее раскопки стоянки Сюрень I, II с уточнением ее датировки и культурной принадлежности комплекса, структурирование периодов развития крымского мезолита и раннего неолита, создание комплексных археолого-историографических обзоров изучения древнейшей истории Крыма. Отдельную позицию в авторских исследованиях занимал вопрос каталогизации известных и новых первобытных памятников, с перспективой разработки и утверждения их охранных зон, создания соответствующих информационных баз, формирования системы реставрационных работ по объектам культурного наследия на территории Крыма.
Ключевые слова: древняя история Крыма, история первобытного общества, историография каменного века, первобытная стоянка, мезолит Крыма, персоналия ученого, периодизация, археологические исследования.
Cherkasov О. Questions of primitive archeology of Crimea in creative heritage of Е. А. Vekilova.
The article examines the main directions and results of the scientific activity of the Russian archaeologist E. A. Vekilova, related to the Crimean period of the biography of the scientist (50-70th years of the XX century). Among them: a comprehensive study of Stone Age monuments on the peninsula, including the excavations of Suryon I and II site with the specification of its dating and the cultural identity of the complex, the structuring of the periods of development of the Crimean Mesolithic and early Neolithic, the creation of complex archeological and historiographic surveys of the study of the ancient history of the Crimea. A separate position in the author's studies was the issue of cataloging known and new primitive monuments, with the prospect of developing and approving their guard zones, creating appropriate information bases, and creating a system of restoration work on cultural heritage sites in the Crimea
Key words: ancient history of Crimea, history of primitive society, historiography of the Stone Age, primitive parking, Mesolithic of the Crimea, scholar's personalities, periodization, archaeological research.
Елена Алексеевна Векилова - фигура во многом знаковая в отечественной археологии XX века. Ее жизнь и научная деятельность являют собой пример самоотверженного служения любимому делу. Среди многих регионов страны, где побывала Елена Алексеевна, участвуя в полипрофильных археологических экспедициях (к примеру, комплексные раскопки Ахштырской пещеры как опорного памятника среднего палеолита Северо-Западного Кавказа в 1961-1965 гг., исследования Костёнковско- Борщёвской группы палеолитических стоянок Русской равнины (Воронежская область) в 60-70-е годы ХХ века и прочее), отдельное место занимает Крым. С ним связан не только почти двадцатилетний период полевых сезонов, но и важный этап профессионального становления ученой: защита диссертации, созданной полностью на крымском материале, формирование авторских теоретико-методологических установок, опыты написания полноценных историографо-археологических обзоров.
Предлагаемая статья посвящена характеристике крымского научного наследия Е. А. Векиловой, посвященного древнейшей истории региона и в контексте рассмотрения отдельных публикаций ученого. Прямым фактором актуальности указанного предмета исследования является фактическое отсутствие публикаций о жизни и деятельности археолога. Отдельное исключение составляют краткая биографическая справка её коллеги Л. Я. Крижевской в издании «Археологические вести» (2000 г.) и сжатая информация, опубликованная в сборнике «Академическая археология на берегах Невы (от РАИМК до ИИМК РАН, 1919-2014 гг.)».
Елена Алексеевна Векилова (1915-1989 гг.) родилась в Петрограде и после окончания исторического факультета Ленинградского государственного университета в 1939 г. устроилась лаборантом в Институт истории материальной культуры АН СССР [2, с. 173]. Бессменным сотрудником этого учреждения она оставалась на протяжении всей жизни, за исключением периода блокады.
В середине 50-х годов ХХ века Е. А. Векилова приняла активное участие в цикле крымских археологических экспедиций, в процессе которых были детально исследованы эталонные мезолитические памятники полуострова, в том числе стоянка Сюрень І (ставшая предметом кандидатской диссертации, которую археолог защитила в 1953 г.). Исследуя инвентарь указанной стоянки, Е. А. Векилова обратила внимание, что вместо геометрических микролитов, характерных для мезолитической эпохи, в коллекции были хорошо представлены иволистные и черешковые наконечники из пластин, относящихся к свидерскому типу, с ретушью на брюшке (нефасетированной стороне). Появление таких комплексов впервые в отечественной археологии было интерпретировано как непосредственная связь со свидерской культурой финального палеолита (IX-VIII тыс. до н. э.). Позже, в контексте выпущенной научной монографии, Е. А. Векилова вновь высказала гипотезу о не автохтонном характере для Крыма культуры сюреньских стоянок. Этот вывод свидетельствовал о миграциях первобытного населения и существовании культурных связей отдаленных территорий в эпоху мезолита. Дальнейшие исследования второй половины ХХ века показали, что носители сюреньской культурной группы вскоре ассимилировались местной этнической средой. На это указывали находки отдельных свидерских наконечников, которые были представлены в инвентаре отдельных крымских стоянок, относящихся к другим крымским палеолитичесим (шан-кобинской: Буран- Кая II; Шан-Коба, VI слой; Фатьма-Коба, VI и V слои) и более поздним мезолитическим (Шпан-Коба, средний слой; Шан-Коба, IV слой; Фатьма-Коба, слои IV-II; Мурзак-Коба, III слой) культурам. векилова крым реставрационный археология
Также, анализируя коллекции Сюрени, Е. А. Векилова обосновала идею о своеобразном характере крымского мезолита, разработав первые схемы его развития для полуострова, отличные от западных аналогий периодизации мезолита Восточной Европы [7, с. 19-20], позднее обобщенные А. А. Формозовым в систему из четырёх последовательных этапов: Буран-Коба; Сюрень II; Мурзак-Коба и этап яйлинских стоянок (Ат-Баш, Юсуповский бассейн).
В процессе изучения соседнего навеса Сюрень I археолог установила, что мощность пещерных отложений этой стоянки достигала девяти метров. При этом все культурные слои находились в непотревоженном положении, благодаря чему стало возможным проследить развитие верхнепалеолитической культуры Крымского полуострова по трем условным слоям [5, с. 241-242]. Так, нижний слой соотносился с наиболее холодным периодом, верхний - с наиболее теплым. В нижнем слое были выявлены следы нескольких очагов, вокруг которых и группировались артефакты. Кроме остеологического материала, было накоплено более 13 тысяч экземпляров расщепленного кремня, идентифицированного как мустьерские дискообразные нуклеусы, остроконечники, скребла и прочее [3, с. 150]. Основную массу нижнего слоя составляли верхнепалеолитические орудия - вариативные резцы, долотообразные артефакты, скребки. Встречались проколки и небольшие отретушированные по краям пластины. Несмотря на видимую маломощность среднего слоя, тут также было собрано более 5000 подобных кремневых орудий. При этом Е. А. Векилова отмечала, что в верхнем слое почти исчезали скребки высокой формы и мустьерские типы артефактов, но увеличивалось количество микропластин с ретушью. В этот период у жителей Сюрени І появились геометрические микролиты - четырехугольники, сегменты. Были обнаружены костяные наконечники, плоские шила и острия [3, с. 153]. Некоторые предметы были орнаментированы (к примеру, фрагменты кости с гравированными линиями). Присутствовали и своеобразные украшения - подвески из кости и раковины.
Заметим, что археологический памятник Сюрень І был открыт еще в 1879 г. К. С. Мережковским и за полстолетия стал предметом серии научных дискуссий. Исследования Е. А. Векиловой стали обобщающими, подводящими итоги; тем самым позволив аргументировано подойти к решению многих проблемных вопросов. К примеру, о датировке комплекса. Так, Г. А. Бонч-Осмоловский в 1934 г. в системе стадиальной теории датировал все слои Сюрени ориньяком. Е. А. Векилова установила, что в культурных слоях Сюрени І отобразилась практически вся эпоха верхнего палеолита. В соответствии с этим была определена и новая датировка памятника - около 23 тысяч лет назад [3, с. 153]. Полемическим был и вопрос о культурной принадлежности памятника. В то время как С. Н. Бибиков, А. А. Формозов относили его к средиземноморской провинции или к южной этнокультурной (кавказской) области, Е. А. Векилова (а позже и Н. О. Бадер) указывали на довольно значительное своеобразие орудий труда Сюрени І. Автор полагала, что на территории Крыма и Кавказа в границах одной провинции существовали две разные историко-культурные области [1, с. 9-10]. Отметим, что гипотеза Е. А. Векиловой о своеобразии культуры Сюрени І сейчас приобретает все большее количество последователей.
Палеонтологические материалы стоянки, проанализированные исследователем, указывали, что основу хозяйства ее жителей представляли охота на зубра, сайгу, гигантского, благородного и северного оленя, кабана, коня, лису, песца, зайца-беляка, бобра, тушканчика (всего около 30 видов). При этом главным объектом охотничьей специализации оставалась сайга (703 кости от 15 особей), на которую охотились всеми доступными способами - засадами в узких урочищах и широких долинах, используя неровности местности и густую растительность. В зимний период более продуктивными способами охоты становились облавы и гоны. Важными и особенными для оптимизации изучения первобытной истории Крыма стали находки Е. А. Векиловой на стоянке остатков северного оленя и песца - животных, несвойственных современной фауне полуострова, но широко распространенных в верхнем плейстоцене. Кроме этого на раскопах были выявлены птицы северных регионов: белая куропатка, альпийская галка, полярный жаворонок, тетерев и прочие. Ученая обратила внимание и на палеоботанические нюансы: присутствие характерной флоры (углей можжевельника, осины, рябины обычной, северной березы и ивы). Учитывая, что в современных условиях ареал распространения березы располагается на 900 м (а рябины на 500 м) выше стоянки Сюрень І, Е. А. Векилова указала, во-первых, на исторические изменениями климата в регионе, во-вторых, на временную неполноту геологической летописи планеты. Таким образом, остеологический и палеоботанический материал свидетельствовали, что в горном Крыму в верхнем палеолите были широко распространены альпийские луга, тундры и леса значительно более северного типа. Однако, следует заметить, что в отмеченный период рядом с полярными животными обитали также представители современной фауны (фазаны, жаворонки, стрепеты). Таким образом, допустимой является корректировка тезиса ученой о значительной степени похолодания в Крыму. Кроме охоты, жители Сюрени І занимались собирательством (в том числе, моллюсков) и рыболовством при помощи остроги или дротика. На последний факт указывали многочисленные находки рыбных позвонков (вырезуба, лосося, головля, форели) [5, с. 250-251].
Указывая на качественно важные характеристики стоянки, Е. А. Векилова выделила, в первую очередь, ее многослойность, четкую стратиграфию, исключительную целостность и разнообразие культурных остатков, которые предоставили возможность выявить своеобразие путей развития верхнепалеолитических культур полуострова.
Таким же комплексным научным содержанием, четким последовательным анализом и аргументированными выводами характеризовались и другие крымские публикации ученого. Так, в статье «Эпипалеолитическая стоянка Кукрек в Крыму» вместе с историографическим обзором изучения и детальным описанием инвентаря эпонимного памятника, Е. А. Векилова систематизировала основополагающие данные о самой культурно-исторической общности позднего мезолита. Так в вопросах культурогенеза, автор считала, что кукрекская культура является новый этапом развития позднепалеолитических культур среднего Побужья (что было подтверждено в процессе исследований конца ХХ - начала ХХІ веков). Фактором активного расселения носителей культуры, по мнению Е. А. Векиловой, стало усовершенствование технологии производства, в частности, высокий уровень изготовления орудий труда на отщепах и техники скола микролитических пластин. В своем развитии кукрекская культура в эпоху позднего мезолита стала основной степной культурой Крыма, сохраняя аутентичную специфику по сравнению с другими культурами (к примеру, мурзак-кобинской). Среди таких отличительных маркеров Е. А. Векилова указывала на конические или карандашевидные нуклеусы, форму микролитов: пластинки с подтесанным брюшком (вкладыши строгальных ножей) и микропластинки без обработки или с концом, который скошен мелкой ретушью (вкладыши наконечников дротиков с костяной основой, снабженной пазом), округлые скребки и резцы на отщепах, а также преобладание коллективной охоты как формы присваивающего хозяйства [6, с. 91-92].
Как исследователь крымского неолита, Е. А. Векилова является автором статьи «Неолитическая стоянка Зуя I». Указанная публикация также полностью отражает характерный авторский стиль. Так, в начале подается короткий, но ёмкий, с указанием первоисточников, историографический обзор литературы о неолите полуострова, включая выводы по современным изданиям (на тот момент, к примеру, таковым была монографии А. А. Формозова «Неолит Крыма и Черноморского побережья Кавказа»). Далее, подводя итоги обзора, автор актуализирует проблему отсутствия достаточного количества специальных работ, посвященных этапам неолита в регионе. Следующим компонентом публикации является конкретизация предмета статьи - стоянки Зуя I, а также полный историографический анализ сведений об этом местонахождении (данные Т Ф. Гелаха (1929 г.), Н. Л. Эрнста, Г. А. Бонч-Осмоловского, В. В. Лоренца, Н. А. Береговой,
А. А. Формозова и др.). В частности, приводится подробный анализ результатов раскопок Т. Ф. Гелаха, в работах которого принимал участие симферопольский краевед, первооткрыватель стоянки С. И. Забнин [4, с. 34]