Статья: Вопросы первобытной археологии Крыма в творческом наследии Е.А. Векиловой

Основная часть статьи включает систематизированное описание методики проведения раскопочных работ (шурфовка и сбор подъемного материала) и полноценную характеристику коллекции находок: нуклеусов, скребков, остриев, ретушированных пластинок, микролитов, фрагментов неорнаментированный керамики [4, с. 36]. С привлечением типологического и историко-сравнительного метода, Е. А. Векилова высказывает предположение о тождественности керамических сосудов стоянок Зуя I и Кая-Арасы (по данным раскопок А. А. Щепинского) и предполагает, что орудия из кремня и керамика архаичного облика, совместно залегающие и в основной своей части происходящие из шурфов, дополненные сборами с поверхности, составляют единый неолитический археологический комплекс. По мнению ученой, на это указывают формы геометрических микролитов, присутствие пластинок с выемками, характерные для тарденуазских комплексов, а также отсутствие двусторонне обработанных наконечников стрел [4, с. 37]. Таким образом, материалы стоянки Зуя I, резюмирует Е. А. Векилова, являются примером памятника с чертами, общими для всех неолитических местонахождений Крыма, и вместе с тем демонстрируют особенности кремневого инвентаря, присущие данной стоянке. К таким особенностям автор относит:

• полное отсутствие резцов, в небольшом числе встречающихся в неолите Крыма как на горных плато, так и в степном Крыму (по данным А. А. Формозова) [7, с. 98];

• отсутствие концевых скребков, представленных в неолите Крыма и новыми разновидностями (согласно информации Ю. А. Колосова в работе «Разведки памятников неолита и бронзы в степном Крыму»);

• отсутствие двусторонне обработанных наконечников стрел.

Описанную специфику Е. А. Векилова объясняет существованием в регионе памятников разного типа со своими особенностями, включающими различную технику расщепления кремня, представленную различными типами нуклеусов, преобладание определенного типа геометрических микролитов, присутствие или отсутствие конкретной категории орудий. А начиная с эпохи неолита важным маркером становится керамика (форма, орнамент, состав глиняного теста). Таким образом, получает подтверждение авторская идея, высказанная еще в период сюреньских экспедиций о развитии послепалеолитической культуры Крыма. Последнюю, как считала Е. А. Векилова, некорректно рассматривать как этапы единой эволюционной линии развития, для которой характерны появление и совершенствование вкладышевой техники. На фоне многих стоянок с инвентарем, характеризующимся геометрическими микролитами, появлялись и такие памятники как Сюрень II (нижний слой) и Кукрек, каждый из которых уникален. Эти факты указывали на связи мезолитического населения полуострова с населением соседних, иногда достаточно удаленных территорий. Таким образом, по мнению археолога, конкретная история неолитических племен Крыма представлялась сложным и многообразным явлением, а связи с племенами смежных территорий были частыми и тесными [4, с. 38].

Активное участие приняла Е. А. Векилова в подготовке и выпуске академического сборника, посвященного столетию изучения палеолита в Крыму. По задумке составителей сборник должен был содержать статьи и материалы ученых, проводивших раскопки палеолитических памятников на Крымском полуострове в период с 30-х и до конца 70-х гг. ХХ века, а также тех специалистов, которые выступали в разные годы в печати как с обобщающими статьями указанной тематики, так и по более конкретным вопросам относительно датировки, характеристики каменных индустрий отдельных памятников и морфологометрическим анализом остеологических особенностей самих создателей этих культур - палеоантропов. Среди тринадцати публикаций аналитическая статья Е. А. Векиловой «К столетию открытия палеолита в Крыму (1879-1979 гг.)» занимала одну из ключевых позиций. В этом полноценном историографическом обзоре автором в хронологической последовательности были описаны открытия и

конкретизированы результаты изучения важнейших палеолитических памятников Крыма. При этом Е. А. Векилова не только предоставила общий перечень археологических исследований в контексте системы «персоналия археолога - периодизация», но и включила в перечень имен археологов также представителей смежных наук (геологов - В. М. Муратова, В. И. Громова, Л. Н. Соловьева, В. Ф. Петруня; зоологов - А. А. Бирюлю, А. Я. Тугаринова, Б. С. Виноградова, В. И. Громову, М. И. Тихого, И. М. Громова, М. А. Воинственского; палеоботаников - И. В. Полибина, В. О. Клера, А. М. Гаммермана, Е. В. Вульфа; антропологов - В. В. Бунака, Г. Ф. Дебеца, Я. Я. Рогинского, М. М. Герасимова, В. П. Якимова, Е. И. Данилову и др.) [6].

Тем самым создавалась модель интегративного комплексного подхода к изучения древнейшего прошлого региона.

Важной теоретико-методологической заслугой Елены Алексеевны в области историографии каменного века Крыма стала разработанная и не утратившая актуальности периодизация исследования палеолита с краткой характеристикой каждого этапа [2, с. 6-8]. Указанная периодизация, систематизированная и оформленная нами в виде таблицы, представлена для наглядности ниже:

Периодизация исследования палеолита Крыма (по Е. А. Векиловой) The periodization study of the Paleolithic of Crimea (by E. A. Уекіїоуа)

Следует указать, что, характеризуя этапы изучения первобытной истории Крыма, Е. А. Векилова конкретизировала также важную проблему каталогизации как уже известных, так и вновь выявляемых памятников, отметив необходимость разработки и утверждения их охранных зон, создания соответствующих информационных баз, формирования системы экспертизы строительных и реставрационных работ для предотвращения новых потерь объектов культурного наследия, находящихся на территории Крыма, регулярного издания научной и научно-популярной литературы по данным проблемам [8].

Таким образом, при всём разнообразии интересов и направлений работы Елены Алексеевны Векиловой «крымский период» её деятельности оказался значительным и перспективным, став для ученого своеобразной первой путёвкой в первобытную археологию, не только в качестве исследователя-практика, но и как многопрофильного ученого-аналитика, во многом предопределив ареал дальнейших тематических интересов. Собранные археологом крымские материалы послужили основой для создания фундаментальных работ, посвященных систематическому анализу отдельных археологических комплексов (в том числе и кандидатской диссертации «Стоянка Сюрень І и ее место среди палеолитических местонахождений Крыма и ближайших территорий»), ознаменовали новый этап развития историографического направления изучения первобытной истории региона («Каменный век Крыма, некоторые итоги и проблемы», «Исследования палеолита в Крыму (1879-1979)»), включили в археологию информацию о неисследованных или малоизученных памятниках каменного века (Зуя I).

Гипотезы и выводы Е. А. Векиловой по вопросам крымского палеолита и мезолита стали основой для формирования современного представления об этих эпохах как эволюционного интеркультурного процесса, где каждое этнокультурное образование обладает собственной историей и периодизацией. К примеру, рассуждая о «свидерском компоненте» в первобытной истории полуострова, археологи Л. Л. Зализняк и

A. А. Яневич обосновали вероятное направление миграций «свидерских охотников» и определили специфику хозяйственной деятельности этого населения в рамках хозяйственно-культурных типов, а характеристика технико-типологической структуры комплексов Сюрени II, поданная Е. А. Векиловой, легла в основу идеи Р Шильда о наличии двух компонентов в этой индустрии: «мазовшанского» и «крымского». «Сюреньские» материалы Е. А. Векиловой в конце ХХ - начале ХХІ веков стали предметом отдельной дискуссии и, в свете новых данных, способствовали формулировке альтернативной интерпретации культурогенеза Сюрени II. Так, в работах Б. Н. Станко,

B. Ю. Коена данный памятник теперь рассматривается как гетерогенный комплекс, состоящий из элементов различных технокомплексов, связанный с явлениями, выходящими за пределы Крыма. При условии неустойчивости границ вследствие культурной трансформации и экологических изменений в «регионах контакта» (каким является Крым) стало возможным возникновение культур гетерогенного типа. Кроме этого, данные Е. А. Векиловой послужили теоретической основой для создания локальных периодизаций развития шан-кобинской и горнокрымской культур в Крыму (В. Ю. Коен «Финальный палеолит Горного Крыма», 1991 г.).

Отдельно акцентируем и на актуальности выводов Е. А. Векиловой относительно проблемы генезиса палеолита горного Крыма (сочетание крымско-кавказского, кавказско-крымского направлений и автохтонной теории). Так, проведя компаративный анализ крымского материала и результатов раскопок в Ахтыршской пещере на Кавказе, Е. А. Векилова указывала на местный характер горнокрымского палеолита, при этом констатируя, что между верхним слоем Сюрени I и шан-кобинской культурой типологический и хронологический контакты отсутствуют (1971 г.). Идеи ученой были подтверждены дальнейшими исследованиями В. Ю. Коена в диссертации «Финальный палеолит горного Крыма» (Киев, 1992 г.). В частности, наличие на Сюрени I сегментов исследователем рассматривалось как локальное культурное проявление «геометрического мадлена» Причерноморья, объясняемое «общими» причинами, а не сменой населения (1976 г.).

Таким образом, современные специалисты по каменному веку Крыма (А. А. Формозов, Ю. Г. Колосов, В. Н. Степанчук, А. А. Яневич, В. Ю. Коен, В. П. Чабай и др.) высоко оценивают и характеризуют личность и творчество Е. А. Векиловой как ученого-исследователя, яркого представителя «строгой археологии», ориентированной на целостность и логичность изложения, полноту публикаций, описания и компаративистику артефактов, взвешенность и аналитичность суждений и выводов. А значит опыт исследовательской практики ученого в области первобытной археологии заслуживает не только специального изучения, но и практической реализации в современных археологических и историографических исследованиях.

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

1. Бадер Н. О. О соотношении верхнепалеолитических и мезолитических культур Крыма, Кавказа и Ближнего Востока. Москва: Наука, 1964. 11 с.

2. Векилова Е. А. Исследования палелолита в Крыму (1879-1979): Сборник научных трудов / отв. ред. Ю. Г. Колосов. Киев: Наукова думка, 1979. 182 с.

3. Векилова Е. А. Каменный век Крыма, некоторые итоги и проблемы // МИА. 1971. № 173. С. 149-161.

4. Векилова Е. А. Неолитическая стоянка Зуя I под Симферополем // КСИА. 1964. № 97. С. 33-38.

5. Векилова Е. А. Стоянка Сюрень І и ее место среди палеолитических местонахождений Крыма и ближайших территорий // МИА СССР. 1954. Т 3. № 59. С. 235-353.

6. Векилова Е. А. Эпипалеолитическая стоянка Кукрек в Крыму // КСИИМК. 1951. № 36. С. 87-95.

7. Формозов А. А. Неолит Крыма и Черноморского побережья Кавказа (Материалы к изучению неолита Юга СССР) // Материалы и исследования по археологии СССР. Москва, 1962. № 102. С. 89-123.

8. Черкасов О. В. Печерні стоянки Криму та їх дослідники (кінець ХІХ - перша половина ХХ ст.): Наукове видання. Севастополь: КФ ФДБОУ ВПО «Державний морський університет імені адмірала Ф. Ф. Ушакова», 2013. 137 с.

REFERENCES

1. Bader N. O. O sootnoshenii verkhnepaleoliticheskikh i mezoliticheskikh kultur Kryma, Kavkaza i Blizhnego Vostoka. Moskva: Nauka, 1964. 11 s.

2. Vekilova E. A. Issledovaniya palelolita v Krymu (1879-1979): Sbornik nauchnykh trudov / otv. red. Yu. G. Kolosov. Kiev: Naukova dumka, 1979. 182 s.

3. Vekilova E. A. Kamennyy vek Kryma, nekotorye itogi i problemy // MIA. 1971. № 73. S. 149-161.

4. Vekilova E. A. Neoliticheskaya stoyanka Zuya I pod Simferopolem // KSIA. 1964. № 97.

S.33-38.

5. Vekilova E. A. Stoyanka Syuren I i ee mesto sredi paleoliticheskikh mestonakhozhdeniy Kryma i blizhayshikh territoriy // MIA SSSR. 1954. T 3. № 59. S. 235-353.

6. Vekilova E. A. Epipaleoliticheskaya stoyanka Kukrek v Krymu // KSIIMK. 1951. № 36. S. 87-95.

7. Formozov A. A. Neolit Kryma i Chernomorskogo poberezhya Kavkaza (Materialy k izucheniyu neolita Yuga SSSR) // Materialy i issledovaniya po arkheologii SSSR. Moskva, 1962. № 102. S. 89-123.

8. Cherkasov O. V. Pecherni stoyanky Krymu ta yikh doslidnyky (kinets Х!Х - persha polovyna ХХ st.): Naukove vydannya. Sevastopol: KF FDBOU VPO «Derzhavnyy morskyy universytet imeni admirala F. F. Ushakova», 2013. 137 s.