Восточная теократия на севере Евразии: «пути России» в историософии И.И. Бунакова-Фондаминского
Кара-Мурза Алексей Алексеевич - доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудник, руководитель сектора философии российской истории. Институт философии РАН.
В статье исследуется вопрос об эволюции философско-исторических взглядов русского интеллектуала и политика Ильи Исидоровича Фондаминского (1880-1942; литературно-политический псевдоним «Бунаков»). Выходец из еврейской купеческой семьи, изучавший философию в Берлине и Гейдельберге, активный социалист-революционер, И.И. Бунаков-Фондаминский стал одной из ключевых фигур русской эмиграции. В годы немецкой оккупации Франции он принял православное крещение и закончил свой жизненный путь в гитлеровском концентрационном лагере (в 2004 г. канонизирован Константинопольским патриархатом). В центре внимания автора - историософская концепция «путей России», изложенная И.И. Бунаковым-Фондаминским в статьях 1920-1940-х гг. в парижских эмигрантских журналах «Современные записки» и «Новый град». Согласно Бунакову-Фондаминскому, историческая Россия - это «Восток на Севере», а ее судьба - это история «восточной теократии на севере Евразии», в течении нескольких веков «облучаемой» накатывающимися с Запада волнами вестернизации.
Ключевые слова: Бунаков-Фондаминский, Россия, философия, история, цивилизационная идентичность, эмиграция
Eastern theocracy in Northern Eurasia: “The Ways of Russia” in the historiosophy of I.I. Bunakov-Fondaminsky
Alexei A. Kara-Murza
Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences.
Kara-Murza A.A. Between East and West: Russian Identity in the Emigre Writings of Ilya Fondaminsky and Semyon Portugeis // The Palgrave Handbook of Russian Thought / Ed. by M. Bykova, M. Foster, L. Steiner. London: Palgrave McMillan, 2021. P. 293-316.
The article examines the question of the evolution of the philosophical and historical views of the Russian intellectual and politician Ilya Isidorovich Fondaminsky (1880-1942; literary and political pseudonym “Bunakov”). A native of a Jewish merchant family who studied philosophy in Berlin and Heidelberg and an active socialist-revolutionary, I.I. Bunakov-Fondaminsky became one of the key figures of the Russian emigration. During the German occupation of France, he received Orthodox baptism and ended his life in a Nazi concentration camp (in 2004, he was canonized by the Patriarchate of Constantinople). The author fo-cuses on the historiosophical concept of “Ways of Russia”, set forth by I.I. Bunakov-Fondaminsky in the articles of the 1920s and 1940s in the Parisian emigrant magazines “Modern Notes” and “Novy Grad”. According to Bunakov-Fondaminsky, historical Russia is “The East in the North”, and its fate is the history of the “eastern theocracy in the north of Eurasia”, for several centuries “irradiated” by the western waves.
Keywords: Bunakov-Fondaminsky, Russia, philosophy, history, civilizational identity, emigration
Цивилизационный метод» в изучении явлений мировой истории, после многих лет забвения, вновь входит в полную силу. Это не может не радовать философа истории, который, как я, исповедует его добрые четыре десятка лет.
В истории отечественной мысли не так много фигур, которые могут сравниться по глубине «цивилизационного» анализа с Ильей Исидоровичем Бунаковым-Фондаминским (1880, Москва - 1942, концлагерь Освенцим) - поистине культовой фигурой русского «освободительного движения» и пореволюционной эмиграции. Анализу его историософского наследия и посвящена настоящая статья.
Между террором и святостью: вехи пути Ильи Фондаминского (Бунакова)
философский исторический бунаков фондаминский
И.И. Фондаминский родился в богатой купеческой семье и свой жизненный путь начал в традиционалистской московско-еврейской среде, где, по словам его друга и тоже будущего легендарного эсера, В.М. Зензинова, «отцы и дети принадлежали не только к разным поколениям, но и к разным мирам».
Так случилось, что главными друзьями детства юного Ильи Фондаминского и четырех его сестер стали многочисленные внуки, внучки и зятья московского «чайного короля», миллионера Вульфа Янкелевича Высоцкого - именно они, получив образование в Европе (чаще всего - философское) составили со временем ядро партии социалистов-революционеров.
Ближайшим другом Фондаминского стал Абрам Гоц, сын купца 1-й гильдии Рафаила Гоца и его жены Рахель-Фрейды Высоцкой. Был близок юный Фондаминский и к семье Гавронских - детям зятя и партнера Высоцкого, купца 1-й гильдии Осипа Гавронского и его жены Либы-Мирьям Высоцкой. С детства Илья был влюблен в Амалию Гавронскую, на которой он женится в 1903 г. и с которой проживет долгую жизнь. Большую роль в его жизни сыграют братья Амалии - особенно Дмитрий Осипович, будущий известный философ-неокантианец, товарищ по Марбургскому университету Бориса Пастернака, любимый ученик Германа Когена, друг и биограф Эрнста Кассирера.
Вместе с юным Ильей Фондаминским в этом молодежном кругу вращались отпрыски еще одного зажиточного московско-еврейского семейства - Тумаркиных. Илья, например, хорошо помнил, как в 1892 г. отправилась в Европу учиться философии его старшая приятельница Аня Тумаркина. Обучаясь сначала в Берлине под руководством Вильгельма Дильтея, а потом переехав в Берн и продолжив занятия философией под руководством Людвига Штайна, Анна Тумаркина в 1895 г. успешно защитила диссертацию по сравнительному анализу концепций Гердера и Канта, а три года спустя получила должность приват-доцента в Бернском университете, став первой в Европе женщиной - преподавателем философии.
А в 1899 г., вслед за Анной, учиться философии в тот же Бернский университет отправилась ее племянница Мария Тумаркина, дочь московского ювелира, подруга детства Ильи Фондаминского. В Европе Мария Тумаркина познакомилась с русским студентом Николаем Авксентьевым, отчисленным за революционную деятельность с московского юрфака, за которого впоследствии вышла замуж.
В конце 1900 г., по примеру своих товарищей - Авксентьева, Марии Тумаркиной, Владимира Зензинова, Илья Фондаминский отправился в Европу учиться именно философии - сначала в Берлинский университет, славный именами Фихте, Гегеля, Шеллинга. Вскоре, однако, обстоятельства заставили его покинуть Берлин.
В начале февраля 1901 г. один из его приятелей, Петр Карпович, приехавший в Берлин в 1899 г. после исключения из Московского, а затем Юрьевского (Тартуского) университета и ежедневно обедавший в кругу «русских берлинцев» в ресторане «Zum Franciskaner», неожиданно исчез из города. Спустя несколько дней, когда Фондаминский, Авксентьев и Зензинов проходили мимо газетного киоска, им в глаза бросилась вывешенная в витрине экстренная телеграмма: «С.-Петербург. Сегодня, на приеме у министра народного просвещения Боголепова, один из просителей произвел выстрел в министра, смертельно ранив его в шею. Преступник схвачен. Он оказался приехавшим из-за границы бывшим студентом Петром Карповичем» .
Начавшийся в России процесс над Карповичем (тот был в итоге приговорен к 20 годам каторги) насторожил «берлинских москвичей»: «Ведь Карповича здесь видели всегда вместе с нами. И мы на всякий случай решили покинуть Берлин - благо и зимний семестр уже кончался»11.
Фондаминский, Зензинов и Абрам Гоц сговорились на летний семестр 1901 г. перевестись на философский факультет Гейдельберга: «Мы остановились на Гейдельберге не только из-за Куно Фишера, историю новейшей философии которого мы прилежно изучали по его многотомному сочинению... Многие немецкие студенты предпочитали из больших душных городов на летний семестр перебираться в какой-нибудь маленький и уютный университет и тем соединять полезное с приятным».
В Гейдельберге Фондаминский и Абрам Гоц жили на Карпфенгассе, Амалия Гавронская - совсем рядом в женском пансионе, а Зензинов - в десяти минутах ходьбы от них, в Шеффкльхаузе, на другой стороне Неккара. «В десять часов мы обязательно каждый день все четверо встречались - Абрам, Фондаминский, Амалия и я - на лекции». После обеда кампания расходилась заниматься - или по домам, или в библиотеки: «В 4 или в 5 часов снова двухчасовая лекция - Куно Фишера: либо его классический курс по истории древней философии, где он всех древних философов цитировал наизусть, либо знаменитые толкования “Фауста” Гёте».
В 1903 г. Фондаминский женился на Амалии Гавронской: в качестве приданого он, сам человек небедный, получил, помимо крупной денежной суммы, еще и долю в чайных плантациях семьи Высоцких на Цейлоне. А в конце 1904 г. он, с философским дипломом Гейдельберга, вернулся в Москву и вскоре вошел в руководство эсеров, где, как искусный оратор, быстро выдвинулся. В 1905 г. он был кооптирован в ЦК, принял участие в организации московского декабрьского вооруженного восстания покупая на личные средства крупные партии оружия.
Весной-летом 1906 г. Фондаминский - один из ярких критиков «слева» либерально-кадетской Первой Государственной Думы. В те месяцы он, выступавший с докладами и в печати под псевдонимом «Бунаков», начал проявлять интерес к религиозно-философской проблематике, регулярно наведываясь, например, в редакцию журнала «Новый путь», издаваемого супругами Дмитрием Мережковским и Зинаидой Гиппиус, будущими близкими приятелями по эмигрантскому Парижу.
После поражения первой революции Фондаминский вместе с женой Амалией Осиповной отправился в их первую парижскую эмиграцию, которая продлилась с 1907 по 1917 гг. По свидетельству очевидцев, он в те годы погрузился в теоретическую работу, собрал огромную библиотеку по русской истории, став одним из лучших специалистов по земельному вопросу.
После Февраля он вернулся в Россию, где вскоре был избран заместителем председателя Исполкома Совета крестьянских депутатов. Летом 1917 г., когда Авксентьев стал министром внутренних дел во Временном правительстве эсера Керенского, их соратник по партии Фондаминский был направлен главным комиссаром на Черноморский флот, где, завоевав авторитет среди матросов и офицеров, некоторое время успешно противостоял «большевизации» флота. На выборах во Всероссийское учредительное собрание Черноморский флот дал эсерам вдвое больше голосов, чем большевикам, а сам Бунаков-Фондаминский был избран депутатом.
После разгона Учредительного собрания Фондаминский - активный член подпольного «Союза возрождения», а в начале апреля 1919 г. он вместе с женой отправился в их вторую французскую эмиграцию. В Париже он стал одним из соредакторов самого авторитетного русского журнала «Современные записки», в котором с 1920 по 1940 гг. публиковался «весь цвет» русской эмиграции. А в 1931-1939 гг. Фондаминский, вместе с Г.П. Федотовым и Ф.А. Степуном, издавал одновременно христианско-демократический журнал «Новый град».
В 1935 г. умерла Амалия Осиповна; в том же году Илья Исидорович вместе с философом Николаем Бердяевым и матерью Марией (Скобцовой), стал одним из основателей объединения «Православное дело».
В июне 1940 он уехал из Парижа от наступающих немецких войск в неоккупированную зону. После нападения нацистской Германии на СССР Фондаминский был арестован и, вместе со многими другими русскими, содержался в лагере Компьен, где читал заключенным лекции по истории России.
20 сентября 1941 г., под праздник Рождества Богородицы, Фондаминский был тайно крещен в православной часовне, устроенной в одном из бараков. Его крестный отец, известный деятель христианского движения Федор Пьянов, свидетельствовал, что Илья Исидорович чувствовал себя спокойным, веселым и счастливым, был отныне готов даже и на смерть, поскольку познал, «что такое благодать».
В 1942 г. Фондаминский был отправлен из Компьена в пересыльный лагерь Дранси, а затем в Освенцим, где и погиб, не признавшись в христианском обращении, вместе с евреями 19 ноября 1942 г. В 2004 г. Священный Синод Константинопольского Патриархата канонизировал имя «мирянина- мученика Илии Фондаминского» (день памяти в Православной Церкви - 20 июля).
«Пути России» в контексте мировой истории
Начиная со второго номера парижских «Современных записок» (конец 1920 г.), организатор и соредактор журнала И.И. Фондаминский начинает печатать под псевдонимом «И. Бунаков» цикл статей-очерков под общим названием «Пути России», публикация которых растянется вплоть до последнего, семидесятого, номера журнала, вышедшего в 1940 г. уже в разгар второй мировой войны. Всего с 1920 по 1940 гг. увидели свет семнадцать больших очерков Бунакова из этого беспрецедентного по объему и глубине историософского проекта.
Как у большинства русских теоретиков-эсеров, принципиально отрицавших «западоцентризм» в осмыслении исторического процесса, в центре внимания И.И. Бунакова-Фондаминского - многообразие путей развития человечества. «Мы многого еще не знаем о культурах прошлого, как не можем знать о потенциале развития тех или иных культур в будущем», - пишет он в одной из первых статей цикла.
«Еще большее впечатление, чем открытие древних цивилизаций, - продолжает Бунаков, - произвело на Европу пробуждение старых культур Азии. Народы, уже давно отданные европейской наукой в ведение этнографии, оказались носителями глубокой и живой культуры, почти ничем не похожей на европейскую. Европейская культура - и в пространстве, и во времени - оказалась одной, хотя из немногих, но равных».
Бунаков был уверен: «Нет единого человечества. Оно не дано, оно духовно “задано”. Создастся ли - дело веры и духовного прозрения... Путь развития культур глубоко индивидуален. Многие явления, которые рассматривались как фазы общечеловеческого развития, оказываются выражением местной культуры - случайным эпизодом человеческой истории. И наоборот, громадные культурные явления - в особенности культур Востока, - не укладывающиеся в “схемы развития”, рассматривались как местные “особенности”».
Подлинная история человечества, полагает Бунаков, протекает иным образом: «Культурные волны распространяются, покрывают друг друга, перекрещиваются, смешиваются. И в результате культурных движений создаются области более или менее однородной культуры - “культурные округа” человечества, которые, подымаясь над границами рас, языков и народов, связуют друг с другом отдельные государственные образования и создают между ними общность жизненных форм и взглядов».