Действительно, «против кого восставали сторонники Пугачева? В чье имя? - Против узурпировавшей императорскую власть Екатерины II - во имя законного императора Петра III». «Только твердо укрепившись в вере, что перед ними - истинный, подлинный, законный государь, шли к нему (Пугачеву. - А.К.) имперские люди - казаки и крестьяне, заводские и помещичьи, и священники с церковным причтом, и даже офицеры-дворяне. Шли с любовью и радостью, обливаясь слезами, с хоругвями и крестами и колокольным звоном. Шли не как бунтовщики и разбойники против освященной власти, а как верноподданные рабы, по прежней своей присяге, под скипетр и корону законного государя преклонившиеся».
О глубочайшей вере русского человека в помазанника-царя свидетельствовало, по мнению Бунакова и так называемое «восстание декабристов» 14 декабря 1825 г.: «Для нашей левой общественности, декабрьское восстание - начало открытой борьбы русского народа с самодержавием. Но это историческая иллюзия. На самом деле было иное. Несколько сот гвардейских офицеров, увлеченных свободолюбивыми идеями Запада, охваченных воспо-минаниями о греческой и римской республиканской доблести, решили сделать попытку захватить власть, чтобы установить в России свободный государственный строй. Ни народ, ни армия не слышали об этом и намека».
«Чтобы увлечь за собой народ и армию, - продолжает Бунаков, - заговорщики воспользовались междуцарствием. Никто не знал точно, кто законный царь: Константин, которому уже присягали, или Николай, которому надо снова присягать. На святости присяги и построена была вся стратегия заговора... Два царя, две присяги - трагедия верности царю и присяге, и ни тени протеста и возмущения против власти: вот что такое в глазах русского народа декабрьское восстание».
И, наконец, последний пример - уже из последней трети XIX в.: «Народники-революционеры идут в народ, чтобы поднять его против самодержавной власти. Народ видит в них врагов царя - дворян, вставших на царя за крестьянское освобождение; и выдает их власти».
Итак, «Империя ширилась, хозяйственно крепла, имела большой международный престиж, опиралась на любовь и преданность народа и., тем не менее, рассыпалась в прах. Почему?», - задает вопрос Бунаков. И отвечает: «Потому что “сознание разошлось с бытием”. Потому что душа народа ушла от Империи».
Начало этого «исхода народной души» из тела громадной Империи Бунаков видит в единичном, малозначимом, на первый взгляд, факте: «В царствование Екатерины, в Европу - Лейпциг - была послана группа молодых дворян учиться западной науке. Радищев вернулся в Россию, зажженный идеями западного Просвещения - права, личности и свободы. И всё, в блестящей Российской Империи, показалось ему ненавистным и мрачным - императорское самовластие, крепостное право, нищета и унижение народа».
«Душа моя страданиями человечества уязвлена стала», - цитирует Бунаков Радищева: «И зажженная светом новой истины душа Радищева ушла от Империи. Отблеском этого света и была его знаменитая книга “Путешествие из Петербурга в Москву”. Книга Радищева произвела на Екатерину громадное впечатление: “тут рассеяние французской заразы: отвращение от начальства; автор Мартинист. он бунтовщик хуже Пугачева”».
И Екатерина была права, - подтверждает Бунаков: «Радищев был опаснее для Империи, чем Пугачев. Пугачев поднял бунт “бессмысленный и беспощадный” и потому бесплодный; Радищев положил начало освободительному движению, закончившемуся взрывом Империи: его книга - первая трещина в грандиозном здании императорской России».
Именно с Радищева, согласно Бунакову, начинается русское освободительное движение: «Душа от души, точно свеча от свечи, зажигается светом новой истины и уходит от Империи. Сначала это одинокие души, бродящие в грандиозной Империи, как в пустыне. Потом они сходятся в небольшие группки, кружки и, наконец, объединяются в духовный орден русской интеллигенции (курсив мой. - А.К.), наружно незримый и даже тайно не оформленный».
С внешней стороны в Империи практически ничего не меняется: «Рыцари ордена ведут мирный образ жизни, как будто ничем не отличный от окружающего; только немногие и не всегда самые доблестные становятся заговорщиками и революционерами. В громадном большинстве, члены ордена - люди высших классов, почти без исключения - военные и чиновники. И, тем не менее, перемена громадная: в теле Империи родилось новое чужеродное ей тело; в теократическом крепостном царстве создался духовный круг свободы».
«Люди Ордена» постепенно разлагают Империю изнутри: «Империя чувствует грозящую ей опасность и ведет с ними беспощадную борьбу. Но борьба эта почти безнадежна. Каждый новый удар Империи по Ордену - новая победа Ордена. Сковывая свободное выражение слова, Империя подымает творческое духовное напряжение на такую высоту, которая при иных условиях была бы невозможной. Преследуя орденских людей, она создает из них героев и мучеников. Отправляя их в изгнание, она разносит духовную заразу по стране. Посылая на виселицу, наносит себе непоправимые удары...».
В 1920-1930-е гг., в «Современных записках», И.И. Бунаков-Фондаминский неоднократно отмечал, что решающий удар по десакрализации русской теократии нанесла первая русская революция, а затем мировая война: «Еще в 1905 году, - по свидетельству большевицких агитаторов, - о царе в деревне надо было говорить с величайшей осторожностью. Народ еще любил царя, хотя уже и начал в нем сомневаться. В период между первой революцией и войной таяние царелюбия шло неудержимо. Во время войны душа народа ушла от царя окончательно. Вместе с царелюбием пала основная опора императорской власти. Российская Империя стояла перед надви-гающейся революцией беспомощной».
Об этом же Бунаков напишет и в своих «Путях освобождения» в «Новом граде»: «К началу Великой войны подвиг (Ордена интеллигенции. - А.К.) окончен: души уведены. Грандиозная Империя обездушена. Это - сухой покров, изнутри пустой. При первом столкновении он рассыпался в прах.».
Историсофская концепция И.И. Бунакова-Фондаминского, которая современниками была определена как «нео-славянофильская», еще нуждается в подробном анализе и новом осмыслении. В любом случае, очевидно, что философско-историческое наследие этого человека - мыслителя-энциклопедиста, политического борца и христианского новомученика - заслуживает безусловного внимания и уважения.
Список литературы
Алданов М. «Современные записки». Ежемесячный общественно-политический и литературный журнал. Книга 2 // Последние новости. 1921 (3 февраля). № 242. С. 3.
Бунаков И. Пути освобождения // Новый град. 1931. № 1. С. 31-48.
Бунаков И. Пути России. Статья первая // Современные записки. 1921. Кн. II. С. 141-177.
Бунаков И. Пути России. Статья третья (начало) // Современные записки. 1921. Кн. VII. С. 237-260.
Бунаков И. Пути России. Статья четвертая // Современные записки. 1922. Кн. XII. С. 164-210.
Бунаков И. Пути России. Статья седьмая // Современные записки. 1927. Кн. XXXII. С. 216-278.
Бунаков И. Пути России. Империя I // Современные записки. 1932. Кн. XLVIII. С. 304-333. Бунаков И. Пути России. Империя II (начало) // Современные записки. 1932. Кн. XLXIX.
С. 289-317.
Бунаков И. Пути России. Империя IV // Современные записки. 1933. Кн. LII. С. 310-338. Бунаков И. Пути России. Империя V // Современные записки. 1934. Кн. LIV. С. 281-316. Гаккель С., свящ. Мать Мария. 2-е изд. Париж: Имка-пресс, 1992. 279 с.
Данилевский НЯ. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. М.: Институт русской цивилизации, 2008. 816 с.
«За рубежом». Белград - Париж - Оксфорд. Хроника семьи Зёрновых (1921-1972) / Ред. Н.М. и М.В. Зёрновы. Париж.: Имка-пресс, 1973. 561 с.
Зензинов В.М. Памяти И.И. Фондаминского-Бунакова // Новый журнал. 1948. Кн. 18. С. 299-317.
Зензинов В.М. Пережитое. Нью-Йорк: Изд-во им. Чехова, 1953. 416 с.
Кара-Мурза А.А. Российский путь цивилизационного развития: «преемственность через катастрофы» (памяти В.М. Межуева) // Полилог/Polylogos. 2020. T. 4. № 3. DOI: 10.18254/S258770110012818-1.
Кара-Мурза А.А. Россия как «Север»: проблемы цивилизационной идентичности в философии Бориса Пастернака (к 130-летию со дня рождения) // Философский журнал / Philosophy Journal. 2020. Т. 13. № 2. С. 5-20.
Кара-Мурза А.А. «Россия как Север». Метаморфозы национальной идентичности в XVIIIXIX вв. // Философские науки. 2017. № 8. С. 121-134.
Кара-Мурза А.А. Поэт-философ Иван Ореус-Коневской - культовая фигура «русского се- верянства» Серебряного века // Человек. 2020. Т. 31. № 3. С. 155-172.
Островская И.В. Выборы во Всероссийское Учредительное Собрание: Севастополь, сентябрь-декабрь 1917 г. // Причерноморье. История, политика, культура. 2018. № 24. С. 67-73.
Полторацкая А.Н. Дневниковые записи Василия Сухомлина // Дом князя Гагарина: сборник научных статей и публикаций. Вып. 4. Одесса: Моряк, 2007. С. 220-233.
References
Aldanov, M. “`Sovremennye zapiski'. Ezhemesyachnyi obshchestvenno-politicheskii i litera- turnyi zhurnal. Kniga 2” [`Modern notes'. Monthly socio-political and literary magazine. Book 2], Poslednie novosti, 1921, No. 242, p. 3. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti osvobozhdeniya” [The Ways of Liberation], Novyi grad, 1931, No. 1, pp. 31-48. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Stat'ya pervaya” [The ways of Russia. Art. 1], Sovremennye zapiski, 1921, Vol. II, pp. 141-177. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Stat'ya tret'ya (nachalo)” [The ways of Russia. Art. 3], Sovremennye zapiski, 1921, Vol. VII, pp. 237-260. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Stat'ya chetvertaya” [The ways of Russia. Art. 4], Sovremennye zapiski, 1922, Vol. XII, pp. 164-210. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Stat'ya sed'maya” [The ways of Russia. Art. 7], Sovremennye zapiski, 1927, Vol. XXXII, pp. 216-278. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Imperiya I” [The ways of Russia. Empire I], Sovremennye zapiski,
1932, Vol. XLVIII, pp. 304-333. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Imperiya II (nachalo)” [The ways of Russia. Empire II], Sovremennye zapiski, 1932, Vol. XLXIX, pp. 289-317. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Imperiya IV” [The ways of Russia. Empire IV], Sovremennye zapiski,
1933, Vol. LII, pp. 310-338. (In Russian)
Bunakov, I. “Puti Rossii. Imperiya V” [The ways of Russia. Empire V], Sovremennye zapiski,
1934, Vol. LIV, pp. 281-316. (In Russian)
Danilevskii, N.Ya. Rossiya i Evropa. Vzglyad na kul'turnye i politicheskie otnosheniya slavyan- skogo mira k germano-romanskomu [Russia and Europe. A look at the cultural and political relations of the Slavic world to the Germanic-Roman world]. Moscow: Institut rus- skoi tsivilizatsii Publ., 2008. 816 pp. (In Russian)
Gakkel, S. Mat' Mariya [Mother Mary], 2nd ed. Paris: Ymka-Press, 1992. 279 pp. (In Russian)
Kara-Murza, A.A. “`Rossiya kak Sever'. Metamorfozy natsional'noi identichnosti v XVIIIXIX vv.” [`Russia as the North'. Metamorphoses of national identity in the XVIIIXIX centuries], Filosofskie nauki, 2017, No. 8, pp. 121-134. (In Russian)
Kara-Murza, A.A. “Between East and West: Russian Identity in the Emigre Writings of Ilya Fondaminsky and Semyon Portugeis”, The Palgrave Handbook of Russian Thought, ed. by M. Bykova, M. Foster and L. Steiner. London: Palgrave McMillan, 2021, pp. 293-316. (In English)
Kara-Murza, A.A. “Poet-filosof Ivan Oreus-Konevskoi - kul'tovaya figura `russkogo severyan- stva' Serebryanogo veka” [The poet-philosopher Ivan Oreus-Konevskoy is a cult figure of the Russian Silver Age], Chelovek, 2020, Vol. 31, No. 3, pp. 155-172. (In Russian)
Kara-Murza, A.A. “Rossiiskii put' tsivilizatsionnogo razvitiya: `preemstvennost' cherez katas- trofy” (pamyati V.M. Mezhueva)” [The Russian way of civilizational development: `Continuity through catastrophes' (in memory of V.M. Mezhuyev)], Polilog/Polylogos, 2020, Vol. 4, No. 3. DOI: 10.18254/S258770110012818-1. (In Russian)
Kara-Murza, A.A. “Rossiya kak `Sever': problemy tsivilizatsionnoi identichnosti v filosofii Borisa Pasternaka (k 130-letiyu so dnya rozhdeniya)” [Russia as the `North': Problems of Civilizational Identity in the Philosophy of Boris Pasternak (on the 130th anniversary of his birth)], Filosofskii zhurnal / Philosophy Journal, 2020, Vol. 13, No. 2, pp. 5-20. (In Russian)
Ostrovskaya, I.V. “Vybory vo Vserossiiskoe Uchreditel'noe Sobranie: Sevastopol', sentyabr'- dekabr' 1917 g.” [Elections to the All-Russian Constituent Assembly: Sevastopol, September-December 1917], Prichernomore. Istoriya, politika, kul'tura, 2018, No. 24, pp. 67-73. (In Russian)
Poltoratskaya, A.N. “Dnevnikovye zapisi Vasiliya Sukhomlina” [Diary entries of Vasily Sukhomlin], Dom knyazya Gagarina: sbornik nauchnykh statei i publikatsii, Vol. 4. Odessa: Moryak Publ., 2007, pp. 220-233. (In Russian)
Zenzinov, V.M. “Pamyati I.I. Fondaminskogo-Bunakova” [In memory of I.I. Fondaminsky- Bunakov], Novyi zhurnal, 1948, Vol. 18, pp. 299-317. (In Russian)
Zenzinov, V.M. Perezhitoe [My Experience]. New York: Chekhov Publ., 1953. 416 pp. (In Russian)
Zernov, N.M. & Zernov, M.V. (eds.) `Za rubezhom '. Belgrad - Parizh - Oksford. Khronika sem'i Zernovykh (1921-1972) [`Abroad'. Belgrade-Paris-Oxford. Chronicle of the Zernov Family (1921-1972)]. Paris: Ymka-Press, 1973. 561 pp. (In Russian)