Материал: Ilyasov_L_Kultura_chechenskogo_naroda_M__2009

живание великой боли художника, ставшего жертвой своей страсти к искусству, особенно проникновенно звучит в картине «Последняя картина Ван Гога». Предчувствием смерти, предчувствием конца света насыщены краски, композиция, динамика образов картины. По Заураеву, гибель настоящего художника — это больше, чем смерть, для человечества она невосполнима. Но испытывая духовное и эстетическое влияние Ван Гога, Поля Гогена, Поля Сезанна, Сальвадора Дали, Вахид Заураев сумел создать свой художественный мир, в котором европейская цивилизованность сочетается с нахской одухотворенностью и трансцендентальностью.

Феномен Заураева — это синтез чеченского духа и европейской модернистской эстетики. Именно это позволяет ему в период глубокого кризиса чеченской культуры сохранить в своих произведениях и глубокий смысл, и высокий эстетический уровень.

Ранние работы художника выполнены в импрессионистской манере. В них преобладают яркие, светлые тона, солнечный колорит, любовь к жизни, переполняющая душу радость бытия («Райский букет»). Чисто импрессионистское стремление уловить отблеск вечернего солнца на вершинах гор или ночные тени на лепестках подсолнухов усиливается мощной экспрессией красок, силой мазка и цветовыми контрастами. С помощью цвета и света художник стремится передать не только особое эмоциональное состояние, но и звуки («Гроза», «Гром»). Гимн гармонии бытия, солнечной природе звучит в картинах «Подсолнухи во тьме», «Букет «Белые надежды», «Подсолнухи». Природа, по Заураеву, — венец творения, она ценна сама по себе, в ней заключены великая красота и справедливость. Все, что создается человеком, вторично. Оно может вписываться в ландшафт, как древние нахские башни («Башни в горах»), но чаще человек вносит в окружающий мир дисгармонию и хаос. И самое страшное создание человеческого разума — это война. И то, что довелось увидеть

Вахид Заураев. Автопортрет с Сальвадором Дали и Ван Гогом.

Вахид Заураев. Весенняя фантазия.

Вахид Заураев. Монстр.

Вахид Заураев. Ночной пейзаж.

художнику во время войны, заставило его поновому взглянуть на окружающий мир, на свою жизнь, на свое творчество.

После войны изменилась не только тематика картин Вахида Заураева, но художник стал писать больше в сюрреалистической манере. «Букет «Белые надежды» сменился в его творчестве «Цветами Зла». Его стали больше интересовать вопросы Вечности, Добра и Зла. У художника появилось обостренное восприятие Зла. По Заураеву, в обычной жизни Зло невидимо, незримо, и лишь художник своей тонкой душой ощущает его присутствие и опасность. Оно может являться ему в сновидениях в виде ужасных монстров («Кошмарный сон», «Монстр») или грезиться в виде игры света и тени. В картине «Дьявольский наездник» художник пытается передать это ощущение присутствия Зла, дьявольской силы в мире. На полотне мы видим только едва уловимый глазом контур всадника, но если вглядеться в картину, то можно увидеть не одного, а двух, трех наездников, которые незаметно расплываются в огромную толпу. Зло многолико, множественно. Но лишь во время войны оно срывает с себя все маски, открывая свое истинное лицо и обнаруживая свою звериную сущность. Война — это высшее проявление Зла. Она уничтожает не только живое настоящее, но и прошлое, а вместе с ними и будущее («Лик Зла», «Истребители», «Дыхание могилы».) Зло не знает границ, поэтому люди должны сообща бороться с ним. Иначе завтра оно постучится к каждому. Предостережением этому является одна из лучших картин Вахида Заураева — «Европейские праздники огня». В ней художник осмысливает свое отношение к европейской цивилизации, к европейским нравственным ценностям. Земля полна боли: голод, стихийные бедствия, войны терзают мир. И только Европа, своеобразный оазис благоденствия, пытается отгородиться от чужих несчастий в своем замкнутом мире, в атмосфере выдуманных праздников и поклонении идолам, превратив жизнь в пир во время чумы. Дьявол от-

вращает сердца людей от добра, от сострадания к другим, но неумолимо приближает расплату. Мотив расплаты, наказания за зло, за бездуховность звучит во многих его картинах. В жажде богатства люди теряют честь, достоинство, продают самое святое, а все, что им остается, в конце концов, — узкий и черный просвет могилы («Золото мертвеца»). Но самое страшное наказание — это смерть при жизни, смерть не отдельных людей, а целого народа, гибель его культуры, духовности, утрата преемственных связей в истории.

Вкартине «Некролог. Чечня» изображено апокалипсическое видение художником сегодняшней жизни. Страшная картина распада, гибели всего сущего. По Заураеву, мы живем в перевернутом мире, в мире подмененных ценностей. Реальный мир оказывается на самом деле миром подземным, подвалом бытия. А светлый солнечный мир — это мир могильных памятников, мир прошлого, который чище, светлее, достойнее настоящего.

Вцентре картины — магический треугольник, символ мироздания. В вершине треугольника зловещее лицо языческой богини болезней и смерти Ун-наны. Мир болен, и причина этой болезни, зло, творимое людьми. Люди воспринимаются художником как живые мертвецы, недостойные своего прошлого и убивающие свое будущее.

Втворчестве чеченского сюрреалиста Абу Пашаева мир человека и человеческий мир сливаются в хаос гармонии и гармонию хаоса. Добро и Зло — нераздельны, они живут одно в другом, без познания Зла нельзя отличить от него Добро. Рождение порождает смерть, как и смерть предшествует жизни. И они так же нераздельны, как Добро и Зло. Внутренний мир человека, по Пашаеву, вмещает в себя всю Вселенную потому, что человек есть слепок со Вселенной, ее воплощенная в тело душа. Мистические образы и символы облекаются художником в причудливые формы, которые создают иллюзию вечного круговращения всего сущего. Художественные образы Абу Пашаева отличаются особой, космической

пластикой, в которой космос Вселенной перетекает в космос человека, и наоборот.

Сегодня в чеченскую живопись пришли молодые художники, чье творчество уже получило признание. Это — Руслан Хасханов, Фатима Даудова, Рамзан Ижаев, Зарета Муртазалиева, Рустам Сардалов, Магомед Закриев.

Искусство ваяния по многим причинам и объективного, и субъективного характера не получило такого интенсивного развития у чеченцев, как живопись.

Самым известным из чеченских скульпторов является Ильяс Дутаев, работавший в жанре малой деревянной скульптуры. Интерес к искусству появляется у художника с юности. В 1962 году его работа «Букет цветов» привлекает внимание жюри на первой республиканской выставке декоративноприкладного искусства. После окончания Абрамцевского художественного училища Дутаев активно трудится над созданием деревянных скульптур. Его композиция «Шахматы», выполненная в виде фигурок чеченцев, в которых художник удивительным образом отразил менталитет народа, его национальные особенности, принесла ему признание и известность. Его работы «Танцующий внук», «Ожидание сына», «У сапожника» также были посвящены национальной тематике и получили высокую оценку зрителей и искусствоведов.

Особняком стоит в чеченском изобразительном искусстве творчество Илеса Татаева, работающего в уникальном жанре — скульптуры из капа, древесного нароста. Вкладывая в свои работы титанический труд, скульптор показывает нам удивительную красоту, гармонию и величие природы, тайны которой открываются только избранным. Его композиции «Пламя любви», «Материнство», «Музыка Баха», «Парад планет», «Дама с собачкой», «Мысль» поражают удивительным эстетическим видением художника. В каждой его скульптуре отражается неповторимый мир образов, эмоций, ассоциаций.

Кинорежиссер и скульптор Илес Татаев.

Выставка работ Илеса Татаева.

После них остались богатейшие археологические материалы, свидетельствующие о необычайно высоком уровне развития производства орудий труда, оружия и гончарных изделий на Северном Кавказе со времен неолита.

На неолитических стоянках в различных регионах Кавказа обнаружены разнообразные кремневые орудия мезолитической эпохи — нуклеусы, скребки, резцы, пластины; геометрические орудия — сегменты, трапеции, вкладыши с прямо срезанными ретушью концами, а также шлифованные клиновидные топоры, двусторонне обработанные рубящие орудия, заготовка наконечника стрелы неолитического времени.

В культурном слое поселения позднего неолита в центральной части Северного Кавказа182 найден разнообразный инвентарь: керамика, обсидиановые,

182 Районы формирования протонахских племен.

кремневые и каменные предметы, куски слабо обожженной глины.

Кремневые орудия большей частью представлены скребками различных типов, проколками, заостренными пластинами, ножевидными пластинами, которые могли использоваться как серповые вкладыши. Здесь также найдены кремневый наконечник стрелы и половинки каменной булавы.

Каменный инвентарь включает в себя полированные топоры округлого сечения, долотца, терочники, терки, песты, точильные камни. Керамика поселения изготовлена из глины низкого качества, отличается грубой ручной лепкой и слабым обжигом183. Сосуды не орнаментированы, только некоторые из них украшены вдоль верхнего края налепным валиком или рельефным горизонтальным

183Мунчаев Р.М. Кавказ на заре бронзового века.

С.73.