Дипломная работа: Актуальные проблемы уголовной ответственности за хищения
Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
69
преступления связывается с моментом предъявления имущественного
требования, подкрепленного угрозой.
По мнению других ученых-юристов, с учетом усеченного состава
вымогательства фактическое завладение имуществом в крупном и особо
крупном размерах для признания деяний оконченными не требуется.
"Достаточно установить, что умыслом виновного охватывалось
посягательство: на имущество; право на имущество; действия
имущественного характера, эквивалентные суммам, превышающим 250 тыс.
руб. (для вменения крупного размера) и 1 млн руб. (для вменения особо
крупного размера)"
1
.
Верховный Суд РФ рекомендовал считать вымогательство
"совершенным в крупном либо особо крупном размере, если требование
направлено на передачу чужого имущества, права на имущество,
производство работ или оказание услуг, стоимость которых на момент
предъявления требования превышает стоимость, указанную в пункте 4
примечания к статье 158 УК РФ". Как видно, Пленум признал
предусмотренное п. "г" ч. 2 ст. 163 УК преступление совершенным, если
виновный требует от потерпевшего выполнить действия имущественного
характера в целях получения выгоды в сумме, превышающей 250 тыс. руб.
На наш взгляд, это весьма взвешенное судебное разъяснение, которое между
тем не прекратит научные дискуссии по соответствующему вопросу.
1
Российское уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. В.П.
Коняхина и М.Л. Прохоровой. М.: Контракт, 2016. С. 286. См. также: Энциклопедия
уголовного права. СПб.: Издание профессора Малинина - СПб ГКА, 2013. Т. 18:
Преступления против собственности. С. 625.
70
Глава 3. Актуальные проблемы квалификации хищений: вопросы
теории и практики.
3.1 Некоторые вопросы квалификации групповых хищений
Согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным
группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица,
заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. И хотя, в
отличие от ч. 1 ст. 35 УК РФ, в которой дается понятие совершения
преступления группой лиц без предварительного сговора, в ч. 2 статьи
исполнители не упомянуты, высший судебный орган прочно стоит на той
позиции, что непосредственное участие в совершении преступления
совместно с другими лицами означает: исполнитель выполняет объективную
сторону состава преступления совместно с соисполнителями. Поэтому, когда
суд первой инстанции оценивает действия исполнителя и соучастника как
совершенные группой лиц по предварительному сговору, вышестоящая
инстанция этот признак исключает.
Так, Верховный Суд РФ изменил приговор, указав, что "Л. не
принимал непосредственного участия в лишении жизни Б. Как установлено
судом и отражено в приговоре, роль Л. заключалась в предоставлении К.
огнестрельного оружия, из которого было совершено убийство, в
осуществлении визуального наблюдения за обстановкой с целью
предупреждения о появлении возможных свидетелей, т.е. обеспечении
беспрепятственных условий для совершения К. преступления, оказании
помощи в сокрытии трупа. Таким образом, судом фактически установлено,
что убийство Б. было совершено одним К., который из пистолета произвел
выстрел в голову потерпевшего, а Л., создавая условия для совершения
преступления, являлся пособником убийства. С учетом изложенного
действия осужденных по данному факту при одном исполнителе не могут
быть квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному
сговору. Действия Л. по факту убийства Б. следует квалифицировать как
71
пособничество в совершении убийства двух и более лиц по найму"
1
.
Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного
суда указала: "Действия неустановленного лица, которое не принимало
непосредственного участия в хищении, заключались в обещании оказать
содействие в сбыте контейнера. Поскольку не установленное следствием
лицо не принимало участия в совершении кражи железнодорожного
контейнера, в действиях Кулакова Е.С. отсутствует квалифицирующий
признак - совершение хищения "группой лиц по предварительному сговору"
2
.
Данный подход выражен и в практикообразующих документах
Верховного Суда РФ
3
.
В приведенных примерах при изменении приговора первой инстанции
суды учитывали, кроме ч. 2 ст. 35 УК, также и определение понятия
пособничества в ч. 5 ст. 33 УК РФ.
Сложности в судебной практике возникают при оценке действий
соучастников, когда один из них совершает преступление, не
охватывающееся умыслом других соучастников (ст. 36 УК). Эксцесс
исполнителя возможен при любой форме соучастия - совершении
преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору,
организованной группой, преступным сообществом (преступной
организацией). При этом ответственность за эксцесс несет только сам
исполнитель, другие соучастники преступления отвечают лишь за то деяние,
которое охватывалось их умыслом. Широко известны примеры, когда суд
первой инстанции, оценив деяние лица как эксцесс исполнителя, вменяет
квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по
предварительному сговору, а вышестоящая инстанция изменяет такое
1
Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 11 октября 2016 г. N 5-АПУ16-55 //
СПС "КонсультантПлюс".
2
Апелляционное постановление Новгородского областного суда от 18 января 2017 г. Дело
N 1361-22-13/16 // http://sudact.ru/regular/doc/DJsIXaWE1dQ4/.
3
В Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23
декабря 2015 г. указано, что соучастие в форме пособничества в убийстве не образует
квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц. Бюллетень
Верховного Суда РФ. 2016. N 8. С. 11.
72
решение.
Так, в Апелляционном определении указано: "Грушников и Малинин
вступили в предварительный сговор на хищение имущества С. путем кражи,
а в случае возможного сопротивления со стороны С. договорились связать ее,
после чего завладеть имуществом потерпевшей, т.е. предусматривали
возможность применения к ней физического насилия, не опасного для жизни
или здоровья. При этом Малинин должен был подстраховывать Грушникова
от возможного обнаружения совершаемого преступления - наблюдать за
окружающей обстановкой. Поскольку С. жилище не покинула, то
Грушников, не имея возможности совершить тайное хищение имущества,
вышел за пределы договоренности с Малининым и применил в отношении С.
насилие, опасное для жизни, с другими последствиями, чем предусмотрены
по договоренности с Малининым, а именно лишил ее жизни. Суд, указав на
наличие у Грушникова эксцесса исполнителя, вместе с тем ошибочно
квалифицировал действия Грушникова при совершении разбойного
нападения по признаку предварительного сговора группой лиц. При таких
обстоятельствах осуждение Грушникова по признаку разбоя - группой лиц по
предварительному сговору подлежит исключению из приговора"
1
.
В приведенном примере один из соучастников наблюдал за
обстановкой и не мог видеть, какие действия совершает другой соучастник.
О совершении убийства и разбойного нападения, как видно из материалов
уголовного дела, соучастники не договаривались, поэтому следует
согласиться с выводом апелляционной инстанции об исключении признака
совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.
В другом случае при оценке действий соучастников суд указал: "Как
следует из предъявленного Симанову и Левченкову обвинения, между ними
состоялся предварительный преступный сговор не на разбойное нападение, а
на открытое хищение чужого имущества. Именно с целью его реализации
1
Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 24 декабря 2015 г. N 6-АПУ15-12 //
СПС "КонсультантПлюс".
73
они незаконно проникли в жилище потерпевшего. Существо предъявленного
обвинения содержит описание действий каждого из соучастников
преступления: Левченков, требуя передачи имущества, нанес удар
металлическими щипцами по ноге одному из потерпевших, причинив
телесное повреждение, не повлекшее вреда здоровью, а Симанов, взяв со
стола нож, угрожая им другому потерпевшему, то есть угрожая применением
насилия, опасного для жизни и здоровья, также потребовал передачи чужого
имущества. Обвинение не содержит указания на то, что умыслом Левченкова
К.С. охватывались действия Симанова Р.Л., содержащие угрозу применения
насилия, опасного для жизни и здоровья". В результате из квалификации
действий осужденного Симанова по ч. 3 ст. 162 УК РФ суд исключил
признак "по предварительному сговору группой лиц" и переквалифицировал
действия Левченкова с ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 161 УК
РФ
1
.
Однако действия виновные совершали одновременно и в одном и том
же месте, поэтому специально указывать в обвинении на осознание Левченко
того, что Симанов угрожал одному из потерпевших насилием, опасным для
жизни и здоровья, не было нужды. Левченко после угрозы со стороны
Симанова в адрес потерпевшего продолжал свои преступные действия,
поэтому содеянное им следовало квалифицировать как совершение
разбойного нападения в группе с Симановым.
Однако наиболее сложный для современного правоприменения вопрос
связан с исключением признака "группой лиц по предварительному сговору",
поскольку, как указал суд, предварительной договоренности о совершении
разбойного нападения у соучастников не было. В п. 14.1 Постановления
Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной
практике по делам о краже, грабеже и разбое" (в ред. от 3 марта 2015 г.)
1
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда
Удмуртской Республики от 24 ноября 2015 г. Дело N 22-3178 //
http://sudact.ru/regular/doc/DJsIXaWE1dQ4/.
Источник: https://baza.diplomsite.ru/previewfile/2635