Как уже отмечалось, Уголовно-процессуальный кодекс РФ не дает четкой регламентации введения результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовный процесс. В свою очередь, следователь уполномочен давать органу дознания в случаях и порядке, установленных УПК РФ, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий. При этом необходимо иметь в виду, что в рассматриваемой ситуации орган дознания выступает как орган, уполномоченный на осуществление оперативно-розыскной деятельности, а не расследования по уголовному делу. Одновременно редакция ст. 89 УПК РФ предостерегает, что «в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом».
Положение п. 1 ч. 2 ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» прямо предусматривает возможность проведения оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела, если для этого есть фактические основания: наличие сведений о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления.
Дополнительные данные, которые будут получены в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий, позволят обоснованно решить вопрос о возбуждении дела.
При этом не следует смешивать оперативно-розыскные мероприятия со следственными действиями, предусмотренными УПК РФ, которые не могут производиться до возбуждения уголовного дела (за исключением осмотра места происшествия, осмотра трупа, освидетельствования, судебной экспертизы).
Сходство оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий не должно и не может служить поводом к их отождествлению, к подмене одних другими, поскольку следственные действия не могут проводиться негласно и осуществляются в установленном уголовно-процессуальным законом порядке.
В частности, в Определении Конституционного Суда РФ указывается, что «оперативно-розыскная деятельность и проводимые в ходе ее осуществления соответствующие оперативно-розыскные мероприятия не подменяют процессуальные действия, осуществляемые при осуществлении при проведении дознания и предварительного следствия». Хотя по своей сути «они также направлены на борьбу с преступностью, осуществляются именно в целях защиты личности, общества и государства от преступных посягательств…».
Оперативно-розыскные мероприятия, проведенные с нарушением установленных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» порядка, условий и оснований их реализации, не являются легитимными, в связи с чем сведения, полученные при их проведении, не могут рассматриваться как результаты оперативно-розыскной деятельности.
К примеру, суды особое внимание уделяют признанию недопустимыми результатов оперативно-розыскной деятельности вследствие их неправильного оформления, несоблюдения процедуры сбора. Чаще всего на практике недопустимыми признавались протоколы осмотра помещений, зданий, участков местности, результаты оперативных экспериментов, прослушивания телефонных переговоров и фонограмм и т.д.
Одним из наиболее действенных средств обеспечения законности оперативно-розыскной деятельности выступает реализация прокурором полномочий, предусмотренных ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Так, при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов в ходе оперативно-розыскной деятельности в части законности использования ее результатов для возбуждения уголовных дел экстремистской направленности следует тщательно проверять соблюдение порядка представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, который регламентируется не только Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», но и ведомственными нормативными правовыми актами, прежде всего, Инструкцией «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», утвержденной Приказом МВД России №776, Минобороны России №703, ФСБ России №509, ФСО России №507, ФТС России №1820, СВР России №42, ФСИН России №535, ФСКН России №398, СК России №68 от 27 сентября 2013 г.
При этом особое внимание должно уделяться проверке законности целей и оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, наличия полномочий на осуществление предусмотренного законом оперативно-розыскного мероприятия.
Так, в результате проведенных совместных оперативно-розыскных мероприятий УФСБ России по Оренбургской области и УМВД по Оренбургской области в 2009-2012 гг. пресечена в г. Оренбурге и г. Соль-Илецке Оренбургской области деятельность трех ячеек запрещенных международных экстремистских объединений «Нурджулар» и «Таблиги Джамаат».
Тесное взаимодействие с оперативными подразделениями МВД и ФСБ с применением всего комплекса оперативно-розыскных мероприятий, направленных на выявление преступной деятельности, гарантирует качественное расследование уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности.
В то же время отметим, что в работе оперативных служб, направленной на получение оперативно значимой и упреждающей информации, имеются существенные просчеты. В большинстве случаев оперативно-розыскные мероприятия проводятся лишь в отношении конкретных лиц, возможно причастных к единичным противоправным деяниям, при этом источник финансирования такой деятельности не всегда выясняется.
Несмотря на то что одним из наиболее актуальных направлений противодействия экстремизму является выявление фактов использования сети Интернет в экстремистских целях, результаты данной работы явно недостаточны и не способствуют решению проблемы пресечения пропаганды радикальных идей в информационном пространстве.
Изменения, внесенные в уголовное законодательство в 2014 г. (Федеральными законами от 28 июня 2014 г. №179-ФЗ, от 3 февраля 2014 г. №5-ФЗ, от 5 мая 2014 г. №130-ФЗ) расширили возможность использования потенциала оперативно-розыскной деятельности для предупреждения, выявления, пресечения и раскрытия преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 282, ч. ч. 1 и 2 ст. 282.2 УК РФ, которые теперь отнесены к категориям преступлений средней тяжести и тяжких.
Также не стоит забывать тот факт, что тактические особенности проведения отдельных следственных действий по делам об экстремистских преступлениях против прав и законных интересов человека и гражданина, обусловлены рядом условий и причин.
Во-первых, проведение таких следственных действий, помимо прочего, предполагает решение задачи по установлению конкретного экстремистского мотива совершения конкретных деяний или преступной деятельности целом, что играет важную роль для последующей уголовно - правовой квалификации таких преступлений.
Во-вторых, в большинстве случаев, как уже было отмечено ранее, рассматриваемые преступления носят групповой и организованный характер, что, в свою очередь, обусловливает соответствующие тактические задачи следственных действий, направленных как на собирание и проверку материально отображаемой доказательственной и иной криминалистически
значимой информации, так и на получение и проверку различной информации вербального характера, включая показания.
В-третьих, проведение отдельных следственных действий может сопровождаться уже оказанным или осуществляемым в различных формах противодействием расследованию, что также должно обязательно быть учтено следователем.
На первоначальном этапе в условиях отсутствия у следователя информации об основных обстоятельствах совершенного преступления, включая экстремистский характер происшедшего деяния, особую роль в получении криминалистически значимой информации различного характера играют результаты производства осмотра места происшествия и обыска.
Место происшествия по рассматриваемой категории уголовных дел на первоначальном этапе расследования нередко выступает основным источником доказательственной информации и ориентирующих данных о совершенном деянии, лицах, его совершивших, а также способе и общем механизма происшедшего.
Руководствуясь рекомендациями общетактического характера, изложенными в криминалистической литературе применительно к проведению осмотра места происшествия, остановимся на особенностях проведения этого следственного действия по фактам экстремистских преступлений против прав и законных интересов человека и гражданина.
Стоит отметить, что осмотр места происшествия по рассматриваемой категории дел может проводиться в ситуациях, когда:
следователю очевиден экстремистский характер совершенных деяний (предварительно получены объяснения от потерпевшего или очевидцев деяния об определенных элементах поведения преступников в момент совершения преступлений, на месте происшествия оставлены экстремистские материалы, призывы, лозунги, предметы с экстремистской символикой);
экстремистский характер должен предполагаться исходя из места совершения преступления (на территории или вблизи мест компактного проживания, работы, учебы лиц другой расы, национальности, вероисповедания и т.д., мест расположения религиозных объектов и культурных объектов, собственности таких лиц и организаций и пр.), свойств личности потерпевших, особой (в том числе немотивированной) жестокости совершения преступлений, дат и периода национальных и религиозных праздников, политических событий в стране, времени проведения спортивных и других массовых мероприятий, иных дат, которые могут побуждать экстремистское поведение.
При поступлении информации о совершении преступления экстремистского характера должна быть немедленно организована охрана места такого происшествия. Учитывая, что во многих случаях, как было указано ранее, такие преступления совершаются в многолюдных местах, в том числе около остановок общественного транспорта, автостанций, станций метрополитена, вокзалов и железнодорожных станций, учебных заведений, на территории крупных торговых центров, рынков и пр., территория должна быть оцеплена, а попадание посторонних лиц на место происшествия исключено. Такое оцепление помимо цели максимального сохранения следов на месте происшествия решает задачу профилактики распространения информации о фактах экстремизма. Массовое распространение мобильных телефонов, смартфонов, планшетных компьютеров с функциями цифровой фото - и видеосъемки в сочетании с модными тенденциями выкладывания и тиражирования подобных фотоснимков и записей на ресурсах сети Интернет, провоцирует случайных людей проникать на места таких происшествий, и, как следствие, способствовать усилению негативного результата экстремистского преступного поведения, тиражируя его последствия и усиливая негативный общественный резонанс происшедшего, чего и добиваются в ряде случаев преступники, оставляя на месте преступления надписи, листовки или предметы экстремистской направленности.
Осмотр места происшествия по делам о преступлениях экстремистской, может производиться по узловым точкам, содержащим следы совершения таких деяний, путей подхода к ним и отхода то них.
Например, в случае нападений на жертв по экстремистским мотивам, при которых потерпевшему удавалось в какой-то момент вырваться и пытаться убежать от преступников, но быть вновь настигнутым злоумышленниками, осмотру должны быть подвергнуты места и первоначальных, и последующих нападений. Также необходимо установить и осмотреть места, где преступники поджидали жертву или находились до момента совершения преступлений.
В случае существенного удаления мест совершения преступлений друг от друга их осмотр целесообразно проводить в виде отдельных следственных действий, но без существенного разрыва по времени, с обеспечением охраны места происшествия, координации и взаимосвязи проводящих осмотр сотрудников правоохранительных органов между собой.
В случае, если состояние здоровье и психологическое состояние потерпевшего позволяют ему дать предварительные объяснения относительно совершенного деяния, то такие объяснения целесообразно дополнить точным указанием (показом) места происшествия и его узловых точек, а также путей отхода преступников. С той же целью необходимо получить предварительные объяснения от очевидцев преступления и заявителей.