Дипломная работа: Гражданско-правовая ответственность: сущность и особенности
Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
35
усыновителей, попечителя на совершение некоторых сделок, тем не менее, не
вводит принцип субсидиарной ответственности, а вводит только принцип
ответственности самого несовершеннолетнего, что не может считаться
полностью соответствующим принципам и духу гражданского права
1
.
2. За причинённый вред несовершеннолетние несут ответственность в
соответствии с номами закона. Нормы ст. 1074 ГК РФ определяют
специфику ответственности несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет
за причинение вреда:
– такие несовершеннолетние несут ответственность за причинённый
вред на общих началах;
– в том случае, если у такого несовершеннолетнего нет дохода или
имущества, за счёт которого компенсируется вред, то вред полностью или
частично должны компенсировать родители, усыновители, попечители, или
организации, под надзором которых находится данное лицо;
– в ряде случаев обязанность законных представителей,
соответствующей организации по вопросам возмещения вреда, который
причинен названым выше несовершеннолетним, прекращается, в том случае,
если он приобретает полную дееспособность или если, например, у него
появляются имущество, доходы, которые уже достаточны для возмещения
вреда.
Следует выделить следующую проблему - весьма спорным является
отказ от субсидиарной ответственности несовершеннолетнего и родителей,
усыновителей, попечителя, давших согласие на совершение такой сделки. И.
Михайлова критикуя положение о том, что несовершеннолетний в возрасте
от 14 до 18 лет несёт ответственность по сделкам самостоятельно, выдвигает
2 аргумента в пользу критики данного положения
2
.
1
См. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 1// М.И. Брагинский, В.В.
Витрянский. - М.: Статут, 2015. С. 99.
2
Михайлова И.А. Согласование сделок несовершеннолетних лиц: практические и
теоретические проблемы // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 1. С. 91.
36
Во-первых, теряется смысл дифференциации сделок, которые
совершают несовершеннолетние сами и сделок, которые совершаются с
согласия названных лиц.
Во-вторых, игнорируются права и законные интересы контрагентов
таких лиц, которые фактически оказываются незащищены в тех случаях,
когда у несовершеннолетнего нет имущества, достаточного для возмещения
причинённых убытков.
Учёные-юристы предлагают различные выходы из данной ситуации.
Следует согласиться с теми авторами, кто полагает, что для решения этого
вопроса может быть использована теория так называемого законного
поручительства родителей за своих несовершеннолетних детей по
совершаемым ими сделкам.
И. Михайлова предлагает сделать ещё проще и сформулировать норму
п. 3 ст. 26 ГК РФ в следующей редакции: «несовершеннолетние в возрасте от
четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут имущественную
ответственность по сделкам, совершенным ими в соответствии с п. 1 и 2
настоящей ст. По сделкам, совершаемым с письменного согласия родителей,
усыновителей или попечителя, названные лица несут субсидиарную
ответственность в случае отсутствия у несовершеннолетнего доходов или
иного имущества, достаточных для возмещения причиненных убытков»
1
.
Вторая группа субъектов гражданско-правовой ответственности –
индивидуальные предприниматели.
Можно согласиться с теми авторами, кто выделяет индивидуальных
предпринимателей в отдельную группу субъектов в силу того, например, что
нормы ст. 24 ГК РФ вводят положение о том, что гражданин несёт полную
ответственность, то есть отвечает всем принадлежащим ему имуществом. С
другой стороны норма части 2 ст. 24 ГК РФ определяет положение о том,
что, как правило, к деятельности индивидуальных предпринимателей
1
Михайлова И.А. Согласование сделок несовершеннолетних лиц: практические и
теоретические проблемы // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 1. С. 92.
37
применяются те нормы ГК РФ, которые регулируют деятельность
коммерческого юридического лица.
Но ответственность всем своим имуществом несут отнюдь не все
юридические лица. Таким образом, фактически нормы ст. 24 не в полном
объёме согласуются с нормами п. 2 ст. 23 ГК РФ. Естественно, это
логическое противоречие следует снять.
Третья группа субъектов – это юридические лица. Как правило,
юридические лица несут ответственность всем своим имуществом. При этом,
существенным моментом является то, что, как правило, закон не определяет
специфику гражданско-правовой ответственности коммерческих и
некоммерческих юридических лиц. Но в ряде случаев ответственность несёт
не само юридическое лицо, а учредитель, собственник. Так, например, нормы
п. 6 ст. 123.22 ГК РФ определяют, что «по обязательствам автономного
учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при
недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с
абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание,
субсидиарную ответственность несет собственник имущества автономного
учреждения»
1
.
Четвертая группа субъектов – это так называемые публичные
образования, то есть ГК РФ, субъекты РФ, муниципальные образования. При
этом существуют определенные особенности ответственности таких
субъектов.
Во-первых, норма ст. 16.1 ГК РФ, которая была введена в действие в
2012 году исходит из того, что органы публичной власти, их должностные
лица несут ответственность даже за убытки, которые наступили в результате
их правомерных действий.
Во-вторых, закрепляя обязанность нести гражданско-правовую
ответственность за публичными образованиями, законодатель сознательно
1
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред.
от 27 декабря 2019 г. № 489-ФЗ) // Собрание законодательств Российской Федерации от 5
декабря 1994 г. № 32 ст. 3301.
38
«разводит» непосредственного причинителя вреда и субъекта,
ответственного за вред. Поэтому в общей норме п. 1 ст. 1064 ГК РФ
устанавливается правило, по которому ответственность за вред может быть
возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Как отмечается
доктринально, «государство и муниципальные образования выступают в
деликтных обязательствах в лице органов государственной власти РФ или
субъекта РФ, а также в лице органов местного самоуправления», хотя далеко
нее всегда именно эти органы являются причинителями вреда
1
.
В-третьих, фактически вред, причинённый действиями публичных
образований, компенсируется за счёт средств бюджета. При этом, Верховный
Суд РФ, обобщая судебную практику по гражданским делам, указывает, что
при предъявлении исков к государству о возмещении вреда в соответствии со
ст.ст. 1069 и 1070 ГК РФ от имени казны Российской Федерации в качестве
ответчика должен выступать Минфин России. Поскольку Минфин России в
судах представляет казну Российской Федерации, судам в их решениях
следует указывать, что сумма возмещения взыскивается за счет казны
Российской Федерации, а не за счет имущества и денежных средств,
переданных Минфину России в оперативное управление как федеральному
органу исполнительной власти
2
.
Но уже в настоящее время судебная практика меняется, и требования
предъявляются распорядителям бюджетных средств
3
.
В конце 2019 года вступили в силу множественные изменения в
гражданском и арбитражном процессуальном законодательстве. Среди
1
См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации : В 2 т. Т. 1. Части
первая, вторая ГК РФ / под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина; . - М.: Юрайт, 2017. С. 111.
2
Постановление Президиума ВАС РФ от 13 марта 2013 г. № 1092/13 По искам о
возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием)
должностных лиц государственных органов, выступает главный распорядитель средств
федерального бюджета по ведомственной принадлежности, а получателем и главным
распорядителем средств федерального бюджета для органов внутренних дел является
Министерство внутренних дел Российской Федерации // СПС Гарант.
3
См. например, Постановление Президиума ВАС РФ от 10.07.2012 № 2364/12 // СПС
Гарант.
39
прочего из процессуальных кодексов был исключен термин
«подведомственность», на смену которому в зависимости от контекста
пришли «компетенция» и «подсудность». Что касается самой подсудности,
изменения носили точечный и незначительный характер. Так, термин «место
нахождения ответчика» был заменен на «адрес ответчика». Между тем, в
правовом регулировании вопросов подсудности уже многие годы имеется
пробел, создающий конкретные практические проблемы и требующий
разрешения.
Как следует из ст. 28 Гражданского процессуального кодекса РФ, иск
предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации
предъявляется в суд по адресу организации. Аналогичное положение
изложено и в Арбитражном процессуальном кодексе РФ: «Иск предъявляется
в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по адресу или месту
жительства ответчика». Между тем, как следует из 5-й главы Гражданского
кодекса РФ, помимо граждан и юридических лиц существует и иная
категория субъектов гражданского права — публично-правовые образования
(Российская Федерация, субъекты Российской Федерации: республики, края,
области, города федерального значения, автономная область, автономные
округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные
образования). При этом для публично-правовых образований термин «адрес»
(как, впрочем, и применявшийся ранее термин «место нахождения») не несет
никакой смысловой нагрузки. Действительно, какой адрес может быть у,
скажем, Российской Федерации?
Сам факт наличия у публично-правовых образований процессуальной
правоспособности в настоящее время практически никем под сомнение не
ставится. Так, в ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ прямо
указано: «Арбитражные суды разрешают экономические споры и
рассматривают иные дела с участием <...> Российской Федерации, субъектов
Российской Федерации, муниципальных образований». В Гражданском
процессуальном кодексе РФ подобное явно не указано: в ст. 2 говорится
Источник: https://baza.diplomsite.ru/previewfile/7785