Дипломная работа: Гражданско-правовая ответственность: сущность и особенности
Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
40
лишь о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных
интересов публично-правовых образований, а в ст. 22 указывается, что суды
рассматривают дела «с участием граждан, организаций, органов
государственной власти, органов местного самоуправления» без уточнения,
что к организациям, среди прочего, могут относиться публично-правовые
образования. Несмотря на указанный недочет, судебной практикой
возможность отнесения публично-правовых образований к лицам,
участвующим в деле, под сомнение не ставится, причем происходит это не
без помощи актов толкования, исходящих от Верховного Суда РФ.
В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых
положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации» содержится следующее разъяснение: «В соответствии со ст. 16
ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект
Российской Федерации или муниципальное образование) является
ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом
требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных
действий (бездействия) государственных органов, органов местного
самоуправления или должностных лиц этих органов. Предъявление
гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к
государственному органу или к органу местного самоуправления,
допустившему нарушение, или только к финансовому органу само по себе не
может служить основанием к отказу в удовлетворении такого иска. В этом
случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующее
публично-правовое образование и одновременно определяет, какие органы
будут представлять его интересы в процессе». Нельзя не заметить, что в
самой 16-й ст. Гражданского кодекса РФ публично-правовые образования не
называются ответчиками, речь там идет лишь про то, что убытки подлежат
возмещению этими образованиями. Однако разъяснения Пленума
41
Верховного Суда не оставляют сомнений относительно процессуальной
правосубъектности публично-правовых образований.
К сожалению, сам факт того, что публично-правовые образования
могут являться ответчиками по искам, не дает ответа на вопрос о
территориальной подсудности таких исков. Практикой было выработано
несколько подходов к устранению указанного пробела.
Первый подход заключается в отождествлении публично-правового
образования и органа, представляющего это образование в суде.
Классический пример иска к публично-правовому образованию — это иск,
вытекающий из причинения вреда незаконными действиями
государственных органов и их должностных лиц. В соответствии со ст. 1069
Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или
юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия)
государственных органов, органов местного самоуправления либо
должностных лиц этих органов, возмещается за счет соответственно казны
Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны
муниципального образования. В соответствии с п. 1 части 3 ст. 158
Бюджетного кодекса РФ «Главный распорядитель средств федерального
бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета
муниципального образования выступает в суде соответственно от имени
Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального
образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской
Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию
о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому
лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных
органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих
органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате
издания актов органов государственной власти, органов местного
самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту».
42
Таким образом, если лицу причинен вред незаконными действиями,
например, инспекции Федеральной налоговой службы, то он должен
возмещаться за счет казны Российской Федерации (поскольку ФНС РФ —
государственный орган), надлежащим ответчиком по иску является
публично-правовое образование Российская Федерация, а представлять в
суде ее должен главный распорядитель бюджетных средств — Федеральная
налоговая служба РФ). При этом ни инспекция ФНС, должностное лицо
которой причинила вред, ни само должностное лицо этой инспекции в общем
случае не являются лицами, участвующими в деле (хотя должностное лицо
нередко привлекается судом в качестве третьего лица, поскольку в
дальнейшем к нему могут быть предъявлены регрессные требования).
Согласно первому подходу описанный иск должен быть предъявлен в суд по
адресу Федеральной налоговой службы РФ (г. Москва, ул. Неглинная, дом
№23), то есть в случае, если спор относится к компетенции арбитражных
судов, — в Арбитражный суд г. Москвы, а если к компетенции судов общей
юрисдикции – в Тверской районный суд г. Москвы (или соответствующий
участок мирового судьи).
Вполне очевиден главный недостаток этого подхода: если строго ему
следовать, аналогичные дела со всей страны будут рассматриваться
исключительно в г. Москве, где сосредоточены все федеральные органы
государственной власти. Подобная централизация не имеет никакого смысла
как с точки зрения распределения нагрузки на судебные органы, так и точки
зрения эффективности рассмотрения конкретных дел: если все
доказательства, свидетели, сам орган, причинивший вред, и лицо, которому
он был причинен, находятся в одном регионе, рассмотрение дела в Москве не
породит ничего, кроме увеличения судебных расходов и затруднения доступа
к правосудию.
Второй подход заключается в применении по аналогии норм,
регулирующих предъявление к организациям исков, вытекающих из
деятельности их филиалов или представительств (часть 2 ст. 29
43
Гражданского процессуального кодекса РФ, часть 5 ст. 36 Арбитражного
процессуального кодекса РФ). Возвращаясь к приведенному выше примеру,
необходимо отметить, что любая инспекция Федеральной налоговой службы
является юридическим лицом, то есть по определению не может считаться ни
филиалом, ни представительством (п. 3 ст. 55 Гражданского кодекса РФ).
Вместе с тем, смысл норм, позволяющих обратиться в суд по месту
нахождения филиала организации, сводится к обоюдному интересу сторон
рассмотреть дело в том месте, где непосредственно возник спор, то есть, как
правило, по месту нахождения представителей сторон и большинства
доказательств и, следовательно, с минимальными издержками.
Примечательно, что в Обзоре практики рассмотрения арбитражными
судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами,
органами местного самоуправления, а также их должностными лицами
Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ пришел к схожему выводу:
«Иск о возмещении вреда, причиненного государственными органами (их
должностными лицами), подлежит рассмотрению по месту нахождения
органа, причинившего вред (органа, должностным лицом которого причинен
вред), если иное не предусмотрено законодательством». Вместе с тем,
Президиум не представил сколько-нибудь убедительного обоснования
указанного вывода, ограничившись следующим: «Поскольку Федеральная
таможенная служба, уполномоченная в соответствии с подпунктом 1 п. 3 ст.
158 БК РФ представлять интересы Российской Федерации в этом деле, имеет
территориальные органы, и вред истцу причинен действиями сотрудников
такого органа в Республике Татарстан, подсудность спора [Арбитражному
суду Республики Татарстан] определена верно». В отсутствие прямого
указания на применение аналогии закона подобный вывод не выглядит
достаточно обоснованным. Кроме того, позиция Президиума ВАС РФ
несколько смущает своей императивностью: «иск <...> подлежит
рассмотрению по месту нахождения органа, причинившего вред». Из
соответствующих статей процессуальных кодексов следует, что подача иска
44
по месту нахождения представительства или филиала — это альтернативное
право истца наряду с подачей иска по общим правилам, то есть по месту
нахождения (адресу) самой организации. Упомянутая альтернативность в
позиции Президиума ВАС РФ не прослеживается: из нее явно не следует, что
рассмотренное дело также было подсудно и Арбитражному суду г. Москвы.
Судебная практика по данному вопросу не отличается единообразием,
имея при этом ряд особенностей. Во-первых, количество дел с участием
публично-правовых образований сравнительно невелико: по данным
Судебного департамента при Верховном Суде РФ за 1-е полугодие 2019-го
года арбитражными судами было рассмотрено всего 383 дела о возмещении
вреда, причиненного федеральными государственными органами (из них 26 –
Федеральной налоговой службой РФ)
1
. Количество явно недостаточное для
выработки стабильной, единообразной судебной практики. В судах общей
юрисдикции проблем еще больше: с одной стороны, мировым судьям,
учитывая бесконечно широкий спектр дел, которые им приходится
рассматривать, не всегда достаточно компетенции для правильного
разрешения вопроса о подсудности. С другой стороны, и поле для ошибок в
судах общей юрисдикции намного шире: если в арбитражных судах вообще
не возникает споров о подсудности внутри одного субъекта РФ (один
субъект — один суд), то в судах общей юрисдикции зачастую приходится
делать непростой выбор. Так, например, если вред причинен сотрудником
полиции, выбор может стоять между адресом, где непосредственно причинен
вред, адресом, где сотрудник проходит службу (отдел полиции) и адресом,
где находится соответствующее управление МВД РФ (территориальный
орган, обладающий правосубъектностью). Встречаются и более экзотические
случаи, когда дела рассматриваются, например, по месту нахождения
Управления Федерального казначейства по региону, исходя из того, что
1
Сводный отчет о работе арбитражных судов субъектов Российской Федерации в первом
полугодии 2019 года Судебного департамента при Верховном Суде Российской
Федерации. – URL: http://www.cdep.ru/userimages/sudeb№aya_statistika/2019/AC1_svod_1-
2019.xls.
Источник: https://baza.diplomsite.ru/previewfile/7785