Наконец, создание национальной системы управления российским сегментом сети интернет активизировалось с принятием так называемого Закона о "Суверенном интернете" - неофициальное название Федерального закона от 1 мая 2019 г. О внесении изменений в Федеральный закон "О связи" и Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и защите информации": федер. закон Рос. Федерации от 1 мая 2019 г. № 90-ФЗ[Электронный ресурс]. URL https://rg.ru/2019/05/07/fz90-dok.html (дата обращения: 12.10.2020)., который предусматривает создание национальной системы маршрутизации интернет-трафика, инструментов централизованного управления и др. В соответствии с ним в системе управления связью происходит ряд перестановок, повышающих роль Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), строится национальная система доменных имен, операторы связи обязуются установить государственное оборудование в точках обмена трафиком для анализа и фильтрации трафика (Deep Packet Inspection; DPI) внутри страны и линий связи, пересекающих Россию на границе и т. д. Роском- надзор заменил в 2020 г. Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации в качестве одного из учредителей основного координирующего органа в сфере национальных доменных имен - Координационный центр доменов.RU/.РФ (https://cctld.ru/about/). Задачи этого центра включают в себя как обеспечение качества и доступности услуг регистрации доменных имен в российских национальных доменах, так и совершенствование правил регистрации, организация деятельности регистраторов и их аккредитация. К ним также относится техническое и технологическое обеспечение работы DNS для национальных доменов; обеспечение целостности, непрерывности, стабильности, устойчивости и защищенности функционирования российского национального сегмента сети интернет; содействие повышению безопасности использования интернета и расширению использования интернета в России в интересах различных интернет-пользователей. Россия участвует в международных структурах, обеспечивающих регулирование глобальных процессов в развитии интернета. В частности, проводятся национальные Российские форумы по управлению интернетом (https://rigf.ru/), в основе которых лежит идея мультистейкхолдизма. Было проведено десять таких форумов с участием государства, бизнеса и гражданского общества. В 2025 г. в России планируется очередной 20-й Форум ООН по управлению интернетом (IGF 2025).
Причастность России к использованию электронных технологий иногда описывается как способность системы повышать уровень управления посредством контроля, что приводит к непреднамеренному цифровому авторитаризму [20]. Однако, на наш взгляд, это скорее смешанная конструкция политических институтов и взаимодействий со значительными элементами централизации и технократизма.
Казахстанская система управления сервисной моделью для цифровизации. В отличие от России в Казахстане принята пусть и централизованная, но с большим участием бизнеса и гражданского общества система управления ИТ, основанная на цифровизации. Это можно назвать умеренным мультистейкхолдизмом. Республика активно участвует в международных организациях и форумах по управлению интернет-пространством, в частности являясь важным организатором и участником Центрально-Азиатского форума по управлению интернетом.
24 октября 2015 г. в Казахстане был принят закон "Об информатизации" Об информатизации (с изменениями и дополнениями по состоянию на 25.06.2020 г.): закон Республики Казахстан от 24 ноября 2015 года № 418^ [Электронный ресурс]. URL https://online.zakon.kz/document/?doc_id=33885902 (дата обращения: 22.07.2020).. Основная идея нового Закона - переход государственных органов на сервисную модель информатизации. Сервисная модель основана на концепции многостороннего сотрудничества заинтересованных сторон для управления информатизацией. В этой связи она рассматривается как централизованный подход в информатизации государственных органов, основанный на предоставлении государственным органам информационно-коммуникационных услуг оператором информационно-коммуникационной инфраструктуры "электронного правительства" с привлечением владельцев информационно-коммуникационной инфраструктуры и сервисных программных продуктов. Государство переходит от капитальных затрат на создание собственной инфраструктуры и создание собственных информационных продуктов к расходам на использование информационной инфраструктуры и продуктов с участием бизнеса. В связи с этим в новом Законе об информатизации прямо предусмотрено, что создание и развитие информационно-коммуникационных услуг в рамках сервисной модели может осуществляться как за счет бюджетных средств, так и из других источников, в том числе на основе государственно-частного партнерства.
Что касается механизма с участием многих заинтересованных сторон для управления процессом информатизации, он включает в себя ряд авторитетных институтов власти и развития и функций, связанных как с внедрением цифровых технологий, так и с обеспечением информационной безопасности с учетом цифрового суверенитета. В этом централизованном механизме можно выделить актуальную государственную систему управления информацией и безопасностью, формирование в ней институтов и функций для развития и внедрения ИКТ с участием бизнеса, а также на современном этапе подключения гражданского общества для участия в цифровизации в виде специального института цифровых комиссаров. Фактическая государственная система управления информацией и безопасностью включает правительство республики, которое отвечает за политику информатизации и формирование ее институтов. Здесь необходимо выделить уполномоченный орган в сфере информатизации, в который входит Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности, созданное в 2016 г. Именно на него ложится задача координации работ по формированию политики импортоза- мещения в области производства новой цифровой техники и программ, а также по вопросам обеспечения безопасности в информационном пространстве. В этой связи отмечаются ряд сложностей с реализацией этой политики, касающихся кадровой, финансовой и производственной ее составляющих [1, с. 96]. Второе важное государственное учреждение - агентство информационной безопасности. В его состав входит Комитет государственной безопасности республики, под общим руководством которого находится республиканское государственное предприятие "Государственная техническая служба". Именно последний выполняет функции Национального координационного центра информационной безопасности. Наконец, государство формирует ряд институтов для развития цифровизации с участием бизнеса. К ним относятся, в частности, Национальный институт ИКТ, сервисный интегратор электронного правительства, оператор информационно-коммуникационной инфраструктуры электронного правительства, Международный технопарк "Астана Хаб". Важным центром координации национального сегмента интернета выступает "Казахский центр сетевой информации" (Ка 2Ы 1С), который был создан в 1999 г. как некоммерческая организация. Центр выступает важным звеном координации движения сетевой информации, управления и контроля использования национальных доменных имен, устанавливает, публикует и администрирует правила их использования, поддерживает их регистрацию, обеспечивает процедуры авторизации изменений зарегистрированных доменных имен и выполняет еще ряд дополнительных задач подобного профиля.
Система управления процессом информатизации Беларуси. Система управления процессом информатизации и институциональная структура развития информатизации разработаны в Стратегии развития информатизации в Республике Беларусь на 2016-2022 гг. Стратегия развития информации в Республике Беларусь на 2016-2022 гг.: постановление коллегии Минсвязи Респ. Беларусь от 30.09.2015 № 35[Электронный ресурс]. 11Я_: ЬЩр://е- gov.by/zakony-i-dokumenty/strategiya-razvitiya-informatizacii-v-respublike-belarus-na-2016-2022- добу (дата обращения: 07.10.2020). По сравнению с Россией, система, хотя и централизованная и в которой доминирует государство, имеет явное желание включать в себя элементы механизма многостороннего партнерства для управления сетями. Основными принципами системы являются: централизация управления процессами формирования, реализации и сопровождения программ в области информатизации; согласование интересов всех заинтересованных сторон (различных ветвей и уровней власти и управления, бизнеса, исследовательского сектора, гражданского общества) в рамках программ информатизации; качественная независимая техническая экспертиза программ и проектов информатизации; постоянный мониторинг, оценка результатов и корректировка планов. В Беларуси прошли четыре национальных Форума по управлению интернетом, она сотрудничает по этому вопросу с рядом пограничных государств и международными структурами.
Институциональная структура, реализующая эти принципы, сформирована из следующих государственных органов и организаций: Совет по развитию информационного общества при Президенте Республики Беларусь; Оперативно-аналитический центр при Президенте Республики Беларусь; Министерство связи и информатизации Республики Беларусь; Национальная академия наук Беларуси; Государственный военнопромышленный комитет Республики Беларусь; сеть базовых организаций по информатизации.
Администратором национальной доменной зоны Беларуси выступает Оперативно-аналитический центр при Президенте Республики Беларусь (https://oac.gov.by/).
Он был создан в 2008 г. и относится к государственным органам, осуществляющим регулирование, связанное с защитой государственной информации. В 2010 г. ему были переданы функции независимого регулятора в сфере информационно-коммуникационных технологий.
Заключение
Исследование процессов организации управления государственной политикой цифровизации в трех странах ЕАЭС демонстрирует, что с общей стратегией выбора политических целей цифровизации и акцентом на цифровой суверенитет каждая страна вносит свой вклад в интерпретацию базовых концепций и разработку дизайна политических институтов для управления этим процессом. Цифровой суверенитет, понимаемый как верховенство государства в организации национального информационного пространства, находит свое выражение прежде всего в организации информационной безопасности. Вместе с тем цифровой суверенитет предполагает создание собственной технологической и инфраструктурной базы, организацию и защиту данных, развитие национальных платформ государственного управления. Эти вопросы решаются в исследуемых странах с разной интенсивностью. Наибольший прогресс наблюдается у нас в России, но другие страны постепенно реализуют соответствующие задачи. Для их эффективной реализации были созданы собственные разработки для управления процессом цифровизации в целом и обеспечения цифрового суверенитета в частности. Россия здесь использует централизованный контроль. Беларусь склонна к ограниченному многостороннему подходу. Казахстан ориентирован на умеренное сотрудничество заинтересованных сторон. Интересно, что институты поддержания цифрового суверенитета с акцентированием роли бизнеса и гражданского общества четко прописаны в системе управления цифровиза- цией в Беларуси и Казахстане, но имеют некоторую общую постановку в России. Вместе с тем, если мы понимаем цифровой суверенитет шире, чем обеспечение информационной безопасности, то все представленные проекты управляющих институтов цифровизации обеспечивают эту цель.
Литература
1. Асадова З.А. Состояние и стратегии обеспечения информационной безопасности в странах Центральной Азии: на примере Республики Казахстан // Вестник МГИМО-Университета. 2016. № 6 (51). С. 92-96.
2. Бухарин В.В. Компоненты цифрового суверенитета Российской Федерации как техническая основа информационной безопасности // Вестник МГИМО-Университета. 2016. № 6 (51). С. 76-91.
3. Даниленков А.В. Государственный суверенитет Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети интернет // Русский закон. 2017. № 7 (128). С. 154-165.
4. Джойс Е.А., Симаков А.А. Цифровой суверенитет и правовое регулирование пиринговых платежных систем // Научный Вестник Омской академии МВД России. 2018. № 3 (70). С. 54-60.
5. Ефремов А.А. Формирование концепции информационного суверенитета государства // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2017. № 1. С. 201-215.
6. Кучерявый М.М. Государственная политика информационного суверенитета России в условиях современного глобального мира // Управленческое консультирование. 2014. № 9 (69). С. 12-18.
7. Саркисян Т. Цифровую трансформацию стран ЕАЭС должны осуществлять вместе // Сайт Евразийской экономической комиссии [Электронный ресурс]. ия_: М 1:р://\мм\м.еига 81ап- commission.org/ru/nae/news/Pages/31-01-2020-4.aspx (дата обращения: 10.06.2020).
8. Становление и развитие цифровой трансформации и информационного общества (17- страны) в Республике Беларусь / под ред. В.Г. Гусакова. Минск: Белорусская книга, 2019.
9. Терентьева Л.В. Принципы установления территориальной юрисдикции государства в киберпространстве // Русский закон. 2019. № 7 (152). C. 119-129.
10. Черняк Л.Ю. К вопросу о понятии информационного суверенитета: теоретический и сравнительно-правовой анализ // Сибирский юридический Вестник. 2012. № 3 (58). C. 117-122.
11. Adee S. The global internet is disintegrating. What comes next? BBC: Future Now. 2019, 15 May [Электронный ресурс]. URL http://www.bbc.com/future/story/20190514-the-global-internet- is-disintegrating-what-comes-nex (дата обращения: 12.06.2020).
12. Brokes F. Russia's sovereign internet. Central European Financial Observer. 2018, 24 September [Электронный ресурс]. URL https://financialobserver.eu/cse-and-cis/russias-sovereign-internet/ (дата обращения: 15.05.2020).
13. Budnitsky S., Jia L. Branding Internet sovereignty: Digital media and the Chinese-Russian cyberalliance // European Journal of Cultural Studies 2018. Vol. 21. N 5. P. 594-613.
14. Carr M. Power Plays in Global Internet Governance // Millennium: Journal of International Studies. 2015. Vol. 43. N 2. P. 640-659.
15. Christou G., Simpson S. The European Union, multilateralism and the global governance of the Internet // Journal of European Public Policy. 2011. Vol. 18. N 2. P. 241-257.
16. Clement A. Canadian Network Sovereignty: A Strategy for Twenty-First-Century National Infrastructure Building. 2018, 26 March. URL https://www.cigionline.org/articles/canadian-network- sovereignty (дата обращения: 11.09.2020).
17. DeNardis L. The Global War for Internet Governance. New Haven, Connecticut : Yale University Press, 2015.
18. Hofmann J. Multi-stakeholderism in Internet governance: putting a fiction into practice // Journal of Cyber Policy. 2016. Vol. 1. N 1. P. 29-49.
19. Howlett M. Designing Public Policies. Principles and Institutions. New York : Routledge, 2015.
20. Morgus R. The Spread of Russia's Digital Authoritarianism // Artificial Intelligence, China, Russia, and the Global Order / ed. Wright N. D. Maxwell Air Force Base : Air University Press, 2019.
21. Shen Y. Cyber Sovereignty and the Governance of Global Cyberspace // Chinese Political Science Review. 2016. Vol. 1. N 1. P. 81-93.
22. Solum L. B. Models of Internet Governance (September 3, 2008). Illinois Public Law Research Paper N 07-25, U Illinois Law & Economics Research Paper N LE08-027 [Электронный ресурс]. URL https://ssrn.com/abstract=1136825 (дата обращения: 11.09.2020).
23. United Nations E-Government Survey 2020. Digital Government in the Decade of Action for Sustainable Development. New York : United Nations, 2020.
24. References
25. Asadova Z. A. State and strategies for ensuring information security in the countries of Central Asia: on the example of the Republic of Kazakhstan // Bulletin of MGIMO-University [Vestnik MGIMO-Universiteta]. 2016. N 6 (51). P 92-96. (In rus)
26. Bukharin V. V. Components of digital sovereignty of the Russian Federation as a technical basis for information security // Bulletin of MGIMO-University [Vestnik MGIMO-Universiteta]. 2016. N 6 (51). P 76-91. (In rus)
27. Danilenkov A. V. State sovereignty of the Russian Federation in the information and telecommunications network of the Internet // Russian law [Russkii zakon]. 2017. N 7 (128). P 154-165. (In rus)
28. Joyce E. A., Simakov A. A. Digital sovereignty and legal regulation of peer-to-peer payment systems // Scientific Bulletin of the Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia [Nauchnyi Vestnik Omskoi akademii MVD Rossii]. 2018. N 3 (70). P 54-60. (In rus)
29. Efremov A. A. Formation of the concept of information sovereignty of the state // Law. Journal of the Higher School of Economics [Pravo. Zhurnal Vysshei shkoly ekonomiki]. 2017. N 1. P 201-215. (In rus)
30. Kucheryavyy M. M. State policy of information sovereignty of Russia in the modern global world // Administrative consulting [Upravlencheskoe konsul'tirovanie]. 2014. N 9 (69). P 12-18. (In rus)
31. Sargsyan T. The digital transformation of the EAEU countries should be carried out together [Electronic resource] // Website of the Eurasian Economic Commission. URL: http://www. eurasiancommission.org/ru/nae/news/Pages/31-01-2020-4.aspx (date of address: 10.06.2020). (In rus)
32. Formation and development of digital transformation and information society (IT-countries) in the Republic of Belarus / edited by V. G. Gusakova. Minsk: Belarusian Book, 2019. (In rus)
33. Terentyeva L. V. Principles of establishing the territorial jurisdiction of the state in cyberspace // Russian law [Russkii zakon]. 2019. N 7 (152). P 119-129. (In rus)
34. Chernyak L. Yu. On the question of the concept of information sovereignty: theoretical and comparative legal analysis // Siberian Legal Bulletin [Sibirskii yuridicheskii Vestnik]. 2012. N 3 (58). P 117-122. (In rus)
35. Adee S. The global internet is disintegrating. What comes next? BBC: Future Now. 2019, 15 May [Electronic resource]. URL http://www.bbc.com/future/story/20190514-the-global-internet-is- disintegrating-what-comes-nex (date of address: 12.06.2020).
36. Brokes F. Russia's sovereign internet. Central European Financial Observer. 2018, 24 September [Electronic resource]. URL https://financialobserver.eu/cse-and-cis/russias-sovereign-internet/ (date of address: 15.05.2020).
37. Budnitsky S., Jia L. Branding Internet sovereignty: Digital media and the Chinese-Russian cyberalliance // European Journal of Cultural Studies 2018. Vol. 21. N 5. P 594-613.
38. Carr M. Power Plays in Global Internet Governance // Millennium: Journal of International Studies. 2015. Vol. 43. N 2. P 640-659.
39. Christou G., Simpson S. The European Union, multilateralism and the global governance of the Internet // Journal of European Public Policy. 2011. Vol. 18. N 2. P 241-257.
40. Clement A. Canadian Network Sovereignty: A Strategy for Twenty-First-Century National Infrastructure Building. 2018, 26 March. URL https://www.cigionline.org/articles/canadian-network- sovereignty (date of address: 11.09.2020).