Содержание
Введение
Раздел 1. Скандинавская мифология
.1 Верования в древнейшие времена
1.2 Пантеон богов
.3 Общие сведения о вере и ритуалы
.4 Обряды погребения
Раздел 2. Материальная культура
.1 Общие понятия о скандинавском искусстве
.2 Стиль броа
.3 Изделия из металла
.4 Платья и уборы
Раздел 3. Духовная культура
.1 Стелы-писаницы
.2 Руны
.3 Героический эпос
Заключение
Список использованной литературы
Приложение
Введение
Выбранная мною тема «Искусство скандинавских народов VI-VIII века» сохраняет свою актуальность и по сей день. Сейчас в литературе, кинематографе и других видах искусства часто используются мотивы из скандинавских мифов, в Гётеборге (Швеция) проходят фестивали концептуального кино, а современное скандинавское искусство занимает далеко не последнее место на мировой арене. Тем не менее, в VI-VIII веке искусство в Скандинавии было гораздо более скудным, чем в южных частях Европы.
Скандинавия обычно воспринимается как историко-культурный регион на севере Европы, охватывающий Скандинавский полуостров, полуостров Ютландия и прилегающие острова. Традиционно Скандинавия включает в себя три страны - Швецию, Норвегию и Данию. В географическом смысле понятие Скандинавия синонимично понятию «Скандинавский полуостров». Скандинавия в широком смысле включает в себя также государства Финляндию, Исландию и острова Северной Атлантики, сближаясь с понятием «страны Северной Европы». В реферате мы будем рассматривать Скандинавию, включая помимо Швеции, Норвегии и Дании еще и Финляндию, Исландию и острова Северной Атлантики.
Скандинавские страны сыграли большую роль в мировой культуре. Готы и другие восточногерманские племена, чья миграция привела к великому переселению народов, как принято считать, были выходцами с Северной Европы.
Цель работы заключается в том, что бы рассмотреть все стороны жизни скандинавских народов, составить максимально полное представление об их культуре, быте, вере, искусстве и обрядах.
Во время работы над рефератом я использовала следующие источники:
Анохин Генрих Иосифович. Общинные традиции норвежского крестьянства. В книге прослеживается история зарождения и трансформация общины норвежского крестьянства, рассказывается об общинных и семейных традициях норвежских крестьян в прошлом и в настоящее время, показывается роль общины в истории развития норвежского народа.
А.Я. Гуревич. Норвежское общество в ранее средневековье. В монографии на материале памятников права и литературы Средневековой Норвегии и Исландии исследуется проблема социальных отношений в эпоху, отделяющую доклассовое общество от общества раннефеодального. "Большая семья" и ее трансформация, специфические формы земельной собственности, своеобразие скандинавской общины, широкий слой свободных и возвышающаяся над ним знать - все эти вопросы изучены в двух планах: каков объективный характер норвежского общества эпохи викингов и каково восприятие социальной действительности самими членами этого общества, их социальное самосознание, пронизанное мифологическими представлениями.
Х.Э. Дэвидсон. Древние скандинавы. Сыны северных богов. Используя археологические отчеты, описания наскальных рисунков, анализируя и сопоставляя изделия древних ремесленников, Хильда Эллис Дэвидсон реконструировала целостную картину представлений об окружающем мире бесстрашного северного человека, создавшего пантеон языческих богов и превыше всего ценившего боевую славу и толкование мудрых рун.
Ж. Симпсон. Викинги. Быт, религия, культура. Автор множества популярных книг, в числе которых "Словарь английского фольклора" и "Британские драконы", редактор всемирно известного журнала "Фольклор" Жаклин Симпсон рассказывает об искусных стратегах, мореходах и первопроходцах - викингах, прославившихся беспримерной военной экспансией, о находках археологов, исторических хрониках и фольклоре северных народов.
А. Хойслер. Германский героический эпос и сказание о Нибелунгах. Исследования А. Хойслера, объединенные в этой книге, представляют классический труд по истории германского эпоса. Рассматривая скандинавские и немецкие эпические памятники, Хойслер реконструирует историю сказания о Нибелунгах на последовательных ступенях народного устного эпического творчества вплоть до создания знаменитой немецкой национальной эпопеи "Песнь о Нибелунгах". Это исследование иллюстрирует теоретические взгляды автора на то, как складывался эпос. Он дал оригинальное и ныне ставшее общепринятым решение важнейших вопросов развития германской эпической традиции.
А так же другие источники, указанные в списке
литературы.
Раздел 1. Скандинавская мифология
1.1 Верования
в древнейшие времена
Сведения о том, как именно первые люди представляли себе сверхъестественное, фрагментарны и субъективны. Памятники, дошедшие до нас от доисторических времен, сохраняются, как правило, случайно благодаря удачному стечению обстоятельств. Из немногочисленных и обрывочных данных мы узнаем о ритуалах и церемониях древних людей совсем немного. Даже восстановив их обряды, мы все равно не можем выяснить, какие представления породили их. Таким образом, не привлекая данных языка, мы никогда не сможем открыть дверь в мир верований ранних людей. Правда, некоторые археологи считают иначе. В любом случае через небольшие оставшиеся с тех времен окошки мы можем мельком взглянуть на этот потерянный мир. [1]
Найденные в Скандинавии маленькие статуэтки животных периода раннего неолита свидетельствуют о наблюдательности и мастерстве живших тогда людей. В Норвегии были обнаружены гребни, оканчивавшиеся изображением головы лося или птицы; в восточной части полуострова нашли ложки, а в Хельгеланде - сланцевые ножи с вырезанными на них изображениями животных, а также маленькие костяные и янтарные фигурки медведей, тюленей и птиц. Подобные предметы искусства делали представители всех охотничьих сообществ на территории Северной и Восточной Европы, и вполне возможно, что некоторые из этих небольших статуэток имели ритуальное значение. К примеру, топор с затупленным краем, заканчивающийся головой лося, из Алунды (землячество Уппланд) мог использоваться для жертвоприношений.
Более ясные свидетельства были обнаружены на
наскальных рисунках в Норвегии и Швеции (рис. 1). Сейчас в Норвегии известно
более семидесяти подобных памятников, и их число увеличивается, когда ученые в
неверном свете утреннего или вечернего солнца находят новые рисунки. Раньше
думали, что эти изображения появились очень рано. Действительно, они напоминают
произведения палеолитического искусства - пещерные рисунки из Франции и
Испании. Сейчас, однако, их датируют эпохой среднего неолита, примерно 2000
годом до н.э. Считается, что их продолжали делать вплоть до того, как в эпоху
бронзы их вытеснил другой тип наскальных изображений, который появился в
отдаленных областях Норвегии в еще более поздний период. Датировать каждый
отдельный рисунок очень сложно. По самым осторожным оценкам, их делали на
протяжении тысячелетий, и самые качественные экземпляры являются результатом
длительной эволюции. Они, несомненно, были для чего-то нужны тем охотничьим
народам, которые их создавали. [3]
1.2 Пантеон
богов
Средневековый немецкий хронист Адам Бременский в своем сочинении упомянул о главном святилище свеонов, то есть шведов, в Упсале, неподалеку от Сиктоны (Сигтуны). Поблизости от святилища, по словам Адама, растет дерево неведомой породы, зеленеющее зимой и летом, а рядом находится источник, в котором свеоны совершали человеческие жертвоприношения. Сам же храм «весь украшен золотом, а в нем находятся статуи трех почитаемых народом богов. Самый могущественный из их богов - Top - восседает на престоле в середине парадного зала, с одной стороны от него - Водан, с другой - Фриккон. Вот как распределяются их полномочия: «Тор, - говорят свеоны, - царит в эфире, он управляет громами и реками, ветрами и дождями, ясной погодой и урожаями. Водан, что означает «ярость» [6], - бог войны, он возбуждает мужество в воинах, сражающихся с неприятелем. Третий бог - Фриккон - дарует смертным мир и наслаждения. Последнего они изображают с огромным фаллосом. Водана же свеоны представляют вооруженным, как у нас обычно Марса. А Тор напоминает своим скипетром Юпитера». Ко всем их богам приставлены жрецы, ведающие племенными жертвоприношениями. Если грозит голод или мор, они приносят жертву идолу Тора, если война, Водану, если предстоит справлять свадьбы, Фриккону».
«Распределение функций» между богами в описании Адама вполне соответствует выведенной французским исследователем Ж. Дюмезилем трехчленной структуре социальных функций индоевропейских божеств: Тор в данном случае олицетворяет духовную и юридическую власть, Один - воинскую функцию, а Фриккон (очевидно, Фрейр) - богатство и плодородие.
Впрочем, триада Тор - Один - Фрейр характерна для позднего периода скандинавского язычества; первоначально ее, по-видимому, составляли Тор, Фрейр (или Ньерд) и Тюр (Тивас, или Тиу, имя которого этимологически соответствует индоевропейскому Дьяусу; от последнего, в частности, «произошел» Зевс). Причем в «исконном» варианте триады Тор как бог грома и молнии, тождественный индийскому Индре, олицетворял воинскую силу, Фрейр - плодородие и богатство, а Тюр - власть. Однако с развитием культа Одина и усилением «одинического» элемента в скандинавской мифологии Тюр был вынужден уступить свое место в триаде Одину, исходно - покровителю воинских союзов и богу-колдуну. Как писал Е.М. Мелетинский, «превращение Водана-Одина в небесного и верховного бога связано не только с укреплением воинских союзов и повышением удельного веса бога - покровителя военных дружин., но и с расщеплением первоначального представления о загробном мире и с перенесением на небо особого царства мертвых для избранных - смелых воинов, павших в бою. В качестве «хозяина» такого воинского рая Один оказался важнейшим небесным божеством и сильно потеснил и Тюра, и Тора в функции богов неба и войны. Процесс превращения Одина в верховного небесного бога. завершился в Скандинавии (начавшись в германских землях. - Ред.). Здесь Один оставил заметные следы в топонимике (главным образом в названиях водоемов и гор)».
Одина с Тором и Тюром, помимо «совместного членства» в триаде верховных божеств, объединяет и принадлежность всех этих богов к числу главных божеств скандинавского пантеона - асов. Кроме Одина, Тора и Тюра, согласно «Эддам», к асам принадлежат также Хеймдалль, Браги, Хед, Видар, Хенир, Улль, Форсети, Локи, Вали и Бальдр. «Младшая Эдда» перечисляет и богинь, или асинь: это Фригг, Сага, Эйр, Гевьон, Фулла, Сьевн, Ловн, Вар, Вер, Сюн, Хлин, Снотра, Гна, Соль, Биль, Йорд и Ринд. По своим «сферам влияния» асы и асиньи распределяются следующим образом (рис. 2):
Один - верховный бог, божество неба, покровитель воинской доблести, бог мудрости и священного знания;
Тор - сын Одина, бог грома и молнии, бури и плодородия, защитник богов и людей;
Тюр - бог неба, войны и воинских правил;
Хеймдалль - страж богов, а также (в ипостаси Рига) родоначальник трех людских сословий - конунгов, крестьян и рабов;
Браги - сын Одина, бог скальдического искусства;
Хед - сын Одина, слепой бог, убийца своего брата Бальдра;
Видар - сын Одина, «молчаливый бог», божество войны;
Хенир - брат и спутник Одина, вместе с которым он оживил первых людей;
Улль - бог охоты и стрельбы из лука;
Форсети - сын Бальдра, бог справедливости и правосудия; Локи - бог хитрости и коварства; Вали - сын Одина, бог-мститель;
Бальдр - сын Одина, «светлый бог», божество плодородия, мира и красоты;
Велунд - божественный кузнец, бог-покровитель путников; Фригг - супруга Одина, богиня-покровительница брака и супружеской верности;
Сага - вероятно, богиня прорицания; Эйр - богиня врачевания; Гевьон - богиня целомудрия;
Фулла - богиня изобилия, покровительница девственности;
Сьевн - богиня любви;
Ловн - богиня любви и милосердия;
Вар - богиня верности и любовных клятв;
Вер - богиня знания;
Сюн - богиня-хранительница;
Хлин - богиня-покровительница;
Снотра - богиня сдержанности, рассудительности;
Гна - богиня-вестница;
Соль - богиня солнца;
Биль - богиня луны;
Йорд (Фьергюн) - богиня земли, мать Тора; Ринд -
мать Вали. [7]
1.3 Общие сведения о вере и
ритуалы
В народных верованиях норманнов еще жили те враждебные силы и первобытные обитатели страны, с которыми готы и асы вели большие войны, и они продолжали оставаться с ними в особенных отношениях, как с мифическими лицами. Прогнанные могучим Тором в леса и пустыни, йотунские племена, враждебные асам, обратились, в народных верованиях, в чудовища и привидения, которые боялись дневного света и жили в ущельях гор и глубинах земли, как сверхъестественные лица, причинявшие людям великое зло. В недрах земли жили злые эльфы, чернее смолы, их стихии; в пещерах и, каменных расселинах обитали карлы.
Эти сверхъестественные существа, духи и привидения занимают важное место в сагах древнего Севера. Им приписывали все внезапные случаи и все явления природы, причины которых не знали и не умели объяснить. Сильная продолжительная буря, противный ветер толковались как злые действия невидимых духов; Если делали промах в ударе на сражении, то думали, что они заговорили оружие; всякий необыкновенный случай зависел от их влияния. Самые неприязненные из них, обитавшие под землей, в лесах, водах и горах, только и искали случая, чтобы посмеяться над людьми и делать зло им; их замыслы считали тем опаснее, что сами они оставались невидимыми и никакое оружие им не могло вредить. Их благосклонность была непостоянна, а ненависть непримирима. Редко сдавались они на просьбы; но волшебными песнями и другими средствами можно было принуждать их; думали, что некоторые люди знают искусство повелевать этими существами. Отсюда многие волшебные действия, чародейства и заговоры. В старину думали, что люди, посвященные в тайны волшебных наук, могли на других людей напускать злых духов, отнимать у них зрение, притуплять оружие и подвергать разным другим несчастьям.
Эти же люди могли делать себя и своих друзей невредимыми от всякой раны и оружия и сообщать чародейную силу своему оружию; могли поднять сильную бурю и грозу, переменить ветер, гасить огонь, вызывать из могил мертвых, пророчить будущее и совершать другие чудесные дела. Все это делали посредством волшебных рун, волшебных песен (Galdrar, от gala - петь) и зелья - самого сильного средства из всех чарований.
Волшебные песни, употребляемые для заклинания подземных сил, были, может быть, отрывками или искажениями старинных песнопений во славу богов.
Но зелье (Seide, производ. от sida, seida, sioda (sieden) - кипеть, варить), вероятно, простой отвар из трав для какого-нибудь врачебного употребления, получало волшебное качество оттого, что целебная сила некоторых трав для многих оставалась тайной, и невежды врали, что вредные и полезные свойства сообщались подобным лекарствам таинственными существами. [2]
Внутренние болезни случались редко; но никогда
не было недостатка в людях, умевших пользоваться суеверием и невежеством толпы
и действовать таинственными приготовлениями на ее воображение; потому и зелье
почиталось сильнейшим волшебным средством. Усиленное рунами и волшебными
песнями, оно производило разные неотразимые действия на всех, кто не знал
хорошо таких рун, какими можно было бы обратить волшебство на гибель самим
волшебникам. Одна старинная песня сохранила нам описание напитка забвения
(отворотного зелья). Его приготовили для Гудрун и поднесли ей для того, чтобы
она забыла Сигурда и полюбила Атли, о чем сама она рассказывает в следующих
стихах:
Гримхилъда мне из кубка пить дала:
То был напиток горький и холодный,
Я выпила и ненависть забыла;
Там силой чародейной налита
Была холодная вода забвенья.
Никак я не могла растолковать,
Что за фигуры странные на кубке!
А цвета все багрового, как кровь.
То будто жало длинное змеи,
То словно пасть раскрытая у зверя,
То будто колос, на полях, растущий.
А в кубке много вредного такого!
Из разных лесов травы, желудь,
Роса, упавшая случайно на очаг,
И внутренности жертвенных зверей,
И печень борова сварены вместе:
Все это гонит ненависть из сердца. [2]
Так же в качестве обряда существовал танец.
Если верить Тациту, то в римскую эпоху у германских племен был только один вид общественных развлечений, без которого не обходилось ни одно собрание, - танец, во время которого "обнаженные юноши прыгали и изгибались между торчащими копьями". Это, конечно, был какой-то обряд в честь бога войны.
Нечто очень похожее, видимо, еще было на памяти и 600 лет спустя, судя по шведским и англосаксонским фигурам воинов в рогатых шлемах: некоторые из них обнажены, некоторые - одеты; они сжимают копья, а иногда держат в руках короткие мечи и, очевидно, танцуют - поодиночке или парами. Особенно интересны люди на следующем изображении: "берсерк" энергично подпрыгивает, опираясь на копья, а "волчья шкура" собирается вытащить меч. Их скованные позы заставляют предполагать, что изображен какой-то момент ритуала. Однако саги не упоминают о таком обычае во времена викингов - то ли потому, что он уже не практиковался, то ли потому, что был столь близко связан с культом Одина, что христианские писатели предпочитали вообще о нем не упоминать.