Квалификация преступлений имеет следующее правовое значение:
1. Она фиксирует первый результат реализации субъективных прав и обязанностей участников уголовно-правового отношения, порожденного фактом совершения преступления. На первоначальном этапе в рамках возникшего уголовно-правового отношения правом и обязанностью органов уголовного преследования и суда является дача уголовно-правовой оценки происшедшему событию. Здесь предполагается решение целой совокупности вопросов уголовно-правового характера: установление нормы УК, распространяющей свое действие на соответствующее общественно опасное деяние, выяснение момента юридического окончания преступления, возможное решение вопросов о соучастии в преступлении, неоконченном преступлении, множественности преступлений и т.д. К числу субъективных прав лица, совершившего общественно опасное деяние, как участника уголовно-правового отношения относится право на то, чтобы к нему была применена та статья Уголовного кодекса, в которой предусмотрена ответственность за совершенное им деяние, право на учет при уголовно-правовой оценке обстоятельств, снижающих степень общественной опасности деяния и личности. Квалификация преступления свидетельствует о том, что конфликт, возникший между лицом, совершившим преступление, и государством в лице его уполномоченных органов помещен в правовой формат. И этот конфликт в последующем будет разрешаться в соответствии с принципами уголовной ответственности.
2. Квалификация преступления указывает на одно из оснований уголовной ответственности, которое предусмотрено ст. 10 УК: оконченное преступление, приготовление к преступлению, покушение на преступление или соучастие в преступлении.
3. Правильная квалификация преступлений обеспечивает соблюдение принципов уголовного права. В своем идеале правильная квалификация преступления должна отражать верную политическую и нравственную оценку совершенному преступлению.
4. Верная квалификация преступления оказывает влияние на решение ряда вопросов уголовно-процессуального характера: подследственность и подсудность уголовного дела; вид уголовного преследования; определение меры пресечения, применяемой к подозреваемому или обвиняемому; оказание международной правовой помощи по уголовным делам и др.
5. Указание в резолютивной части обвинительного приговора соответствующей статьи (пункта, части статьи) Уголовного кодекса в определенной мере предопределяет содержание уголовно-исполнительного правоотношения. Например, осуждение по ч. 2 ст. 411 УК определяет круг обязанностей и правоограничений для лица, допустившего особо опасный рецидив, и соответственно требований, которые обязана и вправе предъявить администрация исправительного учреждения к такому лицу.
6. Квалификация преступления оказывает влияние на решение ряда вопросов криминалистического характера. Направление и тактика расследования уголовного дела, последовательность совершения оперативно-розыскных и следственных действий зависит во многом от того, по какой статье УК было квалифицировано соответствующее преступление. На этой основе классифицируются частные методики расследования в криминалистике (методика расследования убийств, методика расследования мошенничества, методика расследования незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ и т.д.).
7. Результаты квалификации преступлений лежат в основе формирования статистических рядов, которые показывают динамику и тенденции преступности и судимости. Данные уголовно-правовой статистики лежат в основе принятия решений о предупреждении и профилактике правонарушений.
§ 2. Философские аспекты процесса квалификации преступлений
Методология квалификации преступлений представляет собой систему правил и принципов организации и построения профессионально-практической деятельности относительно уголовно-правовой оценки совершенного преступления. Правила познания происшедшего события и уголовно-правовой нормы, распространяющей свое действие на это событие, базируются на основополагающих идеях философии.
В доктрине философскую основу квалификации преступлений изначально рассматривали в русле диалектического метода познания, ограничивая философское обоснование квалификации преступлений категориями единичного и общего, конкретного и абстрактного, абсолютной и относительной истины.3 Такого подхода в теории квалификации преступлений традиционно придерживаются многие авторы и в настоящее время.4
Нет сомнений в методологической значимости указанных философских категорий в процессе квалификации преступлений. Однако современные философские исследования позволяют в иной плоскости посмотреть на некоторые познавательные приемы. Интеграционные процессы, проявляющиеся в современной правовой культуре, взаимопроникновение средств, методов и идей различных отраслей знания, необходимость понимания права и правоприменения с позиции плюрализма правовых идеологий и синтеза методологий в последнее время вызвали научный интерес к опыту различных философских направлений, в том числе философской герменевтики и феноменологии.
Философская герменевтика и феноменология, сконцентрировав в себе достижения исторически сложившихся герменевтических дисциплин и отдельных научных представлений философов, создала универсальный понятийно-категорийный аппарат, который может быть использован в любой сфере познавательной деятельности. Он может быть применен в качестве методологической основы и для совершенствования гносеологического инструментария теории квалификации преступлений.
Разработанные в рамках философской герменевтики гносеологические процедуры «понимание – интерпретация – аппликация» в процессе квалификации преступлений трансформируются в формулу «понимание – толкование – применение».
Понимание в процессе квалификации преступлений – это познавательная процедура постижения смысла правовой ситуации. Оно включает в себя понимание фактических обстоятельств дела как обстоятельств, имеющих уголовно-правовое значение, и понимание смысла уголовно-правовой нормы. В контексте квалификации преступлений сущность происшедших событий и смысл нормы, которая может быть применена к конкретному случаю, постигаются не только на основе социального опыта, но и существующих в сознании лица, ведущего уголовный процесс, юридических представлений об уголовном праве и знании системы уголовно-правовых норм. При этом в процессе понимания лицо, ведущее уголовный процесс, не просто копирует в своем мышлении социально-правовую реальность, а конструирует ее. В этом смысле социальные значения и смыслы реализуются и существуют только в процессе следственно-судебной практики.
Понимание неразрывно связано с интерпретацией (истолкованием). Авторитетный представитель философской герменевтики Х.-Г. Гадамер рассматривал интерпретацию не как отдельный акт, дополняющий понимание, а как эксплицитную форму понимания (понимание всегда является истолкованием).5 Таким образом, лицо, ведущее уголовный процесс, интерпретируя соответствующие обстоятельства, рассматривает их как возможные источники доказательств и устанавливает, как говорят философы, “интерпретированное бытие”.
На ранних стадиях досудебного производства первоначальное понимание и толкование происшедшего события может выполнять функцию предварительного решения. Правоведы, исследовавшие общие вопросы теории квалификации преступлений, совершенно обоснованно отмечают, что на стадии возбуждения уголовного дела квалификация преступления носит предварительный, ориентировочный характер.6 Восприятие и понимание следователем первоначально полученных данных на стадии возбуждения уголовного дела позволяют ему сделать прогноз: сформулировать версию квалификации преступления.
Процессу понимания способствует важный познавательный герменевтический прием – герменевтический круг. Его суть заключается в том, что понимание части (например, отдельного слова) невозможно без понимания целого (того предложения, в которое это слово входит), но понимание целого, в свою очередь предполагает понимание частей.
Понимание фактических обстоятельств дела и постижение смысла уголовно-правовой нормы представляют собой не два отдельных акта, а единый процесс, который в конечном итоге редуцируется в применении уголовно-правовой нормы.7
§ 3. Специальные принципы квалификации преступлений
В иерархии правовых принципов многие правоведы в пределах отдельной правовой системы выделяют, в частности, институциональные принципы.8 В теории квалификации преступлений на институциональном уровне в последнее время стали называть специальные принципы, характеризующие эту стадию правоприменительной деятельности. Однако определенности относительно количества и содержания соответствующих принципов квалификации преступлений не наблюдается.9 Обилие разных позиций объясняется тем, что вопрос о выделении на институциональном уровне принципов квалификации преступлений является относительно новым, до конца не разработанным.
Критическое осмысление существующих позиций относительно специальных принципов квалификации преступления приводит к заключению о том, что с научно-практической точки зрения сформировать эту группу принципов можно только на основе ряда критериев, позволяющих определить на особом уровне соответствующий принцип. Представляется, что выявить их можно путем использования следующих критериев: за основу должно быть взято положение, которое отражает природу и сущность квалификации преступления; это положение имеет сквозное значение для всего процесса квалификации преступлений; оно является самостоятельным по своему функциональному предназначению; данное положение направляет деятельность правоприменителя при осуществлении профессиональных обязанностей по уголовно-правовой оценке совершенного преступления.
По своей природе процесс квалификации преступления имеет большое сходство с процессом идентификации. Это сходство особо просматривается в определениях тех авторов, которые в качестве предиката дефиниции «квалификация преступлений» используют понятие «тождество»10. Вместе с тем изучение литературы показывает, что в науке уголовного права квалификацию преступления ученые не склонны рассматривать в русле требований идентификационного процесса. Видимо, это связано с тем, что слишком уж разнородны сопоставляемые объекты: с одной стороны - деяние, совершенное при определенных фактических обстоятельствах, а с другой стороны - норма Уголовного кодекса. Однако думается, что теория идентификации может служить не только выполнению задач криминалистики. Во всяком случае, отдельные ее элементы могут быть использованы и в иных науках уголовно-правового цикла.
В русском языке суть процесса квалификации преступления отражается в слове «сличение», корреспондирующем с глаголом «сличать», который означает «сопоставлять, сравнивать кого-л., что-л. с кем-л., чем-л. для проверки, установления сходства и т.п.»11. По своей сути квалификация преступления есть сличение признаков совершенного преступления с признаками состава преступления, описанного в уголовно-правовой норме. При выполнении практической задачи по квалификации преступления процесс сличения характеризуется анализом сопоставляемых объектов квалификации (как раздельным, так и сравнительным) и оценкой результатов сравнительного анализа. Анализ соответствующего этапа сличения в процессе квалификации преступления сопряжен с интерпретаций. Интерпретативная деятельность правоприменителя в процессе квалификации преступления касается истолкования фактических обстоятельств дела как данных, имеющих уголовно-правовое значение, и толкования признаков состава преступления, описанного в уголовно-правовой норме. Таким образом, вести речь о специальных принципах квалификации преступления следует в контексте требований, характеризующих процесс сличения (сравнения, сопоставления) и интерпретации.
Специальный принцип квалификации преступления должен отражаться в положении, имеющем сквозное значение. Он должен пронизывать весь процесс квалификации и не ограничиваться требованиями относительно только результативного аспекта квалификации.
Положение, претендующее на специальный принцип квалификации преступления, должно иметь самостоятельное значение. В этом смысле специальный принцип не должен совпадать с принципом уголовного права либо быть его частью. Разумеется, специальные принципы квалификации преступлений должны находиться в ракурсе действия принципов уголовного права. Вместе с тем они должны обладать самостоятельным функциональным предназначением, подчиненным достижению цели по правильной уголовно-правовой оценке совершенного преступления.
Специальный принцип квалификации преступлений должен направлять деятельность правоприменителя при осуществлении профессиональных обязанностей по уголовно-правовой оценке совершенного преступления. Принципы квалификации преступления должны «удерживать» правоприменителя в русле процесса сличения (сопоставления) интерпретируемых объектов квалификации преступления и привести его, в конечном итоге к правильному выводу относительно уголовно-правовой оценки.
Таким образом, специальным принципом квалификации следует признавать имеющие сквозное и самостоятельное для уголовно-правовой оценки совершенного преступления положение, которое характеризует порядок сличительного и интерпретационного процесса и соблюдение которого способствует правильному установлению правоприменителем статьи (статей) Уголовного кодекса.
На основе изложенных критериев есть основания вести речь о следующих специальных принципах квалификации преступления: сопоставимость, научность, достаточность и толкование неустранимых сомнений в пользу обвиняемого.
Принцип сопоставимости должен обеспечивать сравнимость соотносимых объектов квалификации преступления. Под объектами квалификации следует понимать соответственно совершенное в конкретной обстановке деяние и уголовно-правовую норму, описывающую признаки конкретного состава преступления.
По уровню соответствия предъявляемым требованиям объекты квалификации можно классифицировать на сопоставимые и несопоставимые. Объект квалификации преступления можно отнести к разряду сопоставимых, если он соответствует тем правовым требованиям, которые дают основание для проведения в дальнейшем отдельного и сравнительного анализа. Все приобщенные к материалам уголовного дела фактические данные должны быть допустимыми, достоверными, соответствовать процессуальным требованиям об их полноте. Если собранные фактические данные не соответствуют указанным требованиям, то они не будут образовывать тот составной элемент, который входит в процесс сопоставления. Построение процесса квалификации преступления с использованием объекта, который не может быть положен в основу сравнения, будет свидетельствовать о нарушении принципа сопоставимости, что в конечном итоге неизбежно приведет к ложному выводу относительно уголовно-правовой оценки совершенного деяния.