Лингвистический принцип композициональности значений в формально-аксиологической семантике естественного языка (Формально-аксиологические значения бинарных связок «... с...», «... без...», «... в...»)
Владимир Лобовиков
Введение
С нами Бог! Бог с тобой! Ну, с Богом! Поговорки-напутствия перед началом важного дела
В качестве материала (объекта) в данной статье служат богословские тексты, выполненные на естественном языке. В богословские споры между конфессиями мы вдаваться не будем. Вопрос «Какая из (бывших ранее, существующих сегодня, и возможных в будущем) теологий наиболее истинна и почему?» в данной статье не обсуждается. Мы от него абстрагируемся, сосредотачивая внимание на собственно лингвистическом предмете данной статьи - (формально-аксиологической семантике как системе формально-аксиологических значений фрагментов естественного языка (его слов и словосочетаний).
Поскольку объём статьи ограничен, из упомянутого огромного материала выберем в качестве объектов для анализа тексты двух интеллектуально респектабельных теологов - Фомы Аквинского и Б. Спинозы. Первый - католический святой, классик католической теологии, а второй - диссидент, неклассическая естественная теология которого вызывала гнев ортодоксально мыслящих представителей различных конфессий, в особенности, иудеев и христиан. Обсуждать травлю Спинозы и канонизацию Фомы мы не будем (это дело не лингвистов): перед лицом чисто научного лингвистического анализа написанные на естественном языке богословские тексты суть факты, они для нас в этой статье - эмпирический материал, объект беспристрастного научного исследования.
Рационалисты - Р. Декарт, Б. Спиноза, Г.В. Лейбниц - видели идеал метафизики и теологии в предельно ясной и точной формулировке исходных положений и в строгом формальном доказательстве производных тезисов. Но во времена упомянутых рационалистов (а в большинстве случаев и сейчас) языком метафизики и теологии был язык естественный Поэтому задача его прояснения и уточнения значений терминов философской теологии была (да и сейчас остаётся) весьма актуальной. Спиноза в «Этике, доказанной в геометрическом порядке.» стремился использовать эвристический потенциал аналогии между догматической теологией (аксиоматизированной метафизикой Необходимого Бытия) и аксиоматизированной Эвклидом геометрией [9].
Г.В. Лейбниц был более склонен к размышлениям о возможностях систематического использования эвристического потенциала аналогии между теологией (метафизикой бытия Бога) и абстрактной алгеброй (или «исчислением») [4; 5].
Но в каждом из этих двух различных проектов «математизации философской теологии» всё упиралось ранее (да и сейчас) в расплывчатый и многозначный естественный язык, в его чрезвычайно сложную, запутанную семантику, в нарушения принципа композициональности значений. Без тщательного собственно лингвистического анализа весьма своеобразной семантики причудливого естественного языка метафизики и теологии дальнейшее движение вперед к идеалу Спинозы-Лейбница невозможно. В данной статье мы воздержимся от определения понятий «значение», «семантика», «естественный язык», «композициональность (значений)» и т. п.: будем исходить из презумпции, что для лингвистов они хорошо знакомы и достаточно ясны. Но, наверное, значения некоторых слов и словосочетаний, менее привычных для филологов, здесь целесообразно уточнить.
Прежде всего, необходимо точно определить значения часто встречающихся в статье и даже присутствующих в её заглавии специальных терминов «принцип композициональности значений в формально-аксиологической семантике» и «формально-аксиологические значения». Как уже было сказано выше, определением понятий «значение», «семантика», «принцип композициональности значений» мы здесь заниматься не будем: филологам эти понятия хорошо известны. Если эти лингвистические термины исключить из названий «принцип композициональности значений в формальноаксиологической семантике» и «формально-аксиологические значения», то останется только одна непривычная и неясная категория - «формальноаксиологические». Если объединять эту непонятную категорию с привычными терминами, то результат объединения как целое тоже становится непривычным и непонятным. Поэтому следующий раздел статьи посвящён разъяснению и точному определению значения прилагательного «формально-аксиологическое», образованного из словосочетания «формальная аксиология».
Слово «аксиология» обозначает учение о ценностях. Они бывают разными по своему содержанию. Ценности можно разделить, по одному основанию, на материальные и духовные, по другому основанию - на этические и эстетические, по третьему - на положительные и отрицательные и т. д. Однако в некотором отношении может быть целесообразным абстрагирование от конкретного содержания объекта и субъекта оценки, сосредоточение внимания на абстрактной форме ценностей. В этом случае речь будет идти не просто об аксиологии, а об аксиологии формальной, то есть отвлекающейся от конкретного содержания анализируемых ценностей. Как это понимать? Значение слова «аксиологическое» прояснено, но значение слова «формально-аксиологическое» остаётся в значительной мере неопределённым. Для ясного понимания необходима точная дефиниция понятия «абстрактная форма ценности» или «абстрактная аксиологическая (то есть ценностная) форма», а также какие-то примеры таких форм, иллюстрирующие абстрактную дефиницию. Примеры будут приведены далее. А вот точное определение понятия «(абстрактная) аксиологическая (ценностная) форма» нужно дать уже сейчас (в следующем разделе статьи).
Формальная аксиология, ее дискретная математическая модель - двузначная алгебра формальной аксиологии и её важный частный случай - двузначная алгебра (формальной этики
Значение термина «(абстрактная) аксиологическая (ценностная) форма» точно определено и подробно разъяснено на множестве конкретных примеров в монографии [6] и в статьях [7; 8]. Согласно указанным работам, формальная аксиология есть учение о системе абстрактных ценностных форм (деятельности и субъектов деятельности), отвлечённых от их конкретного содержания. Система есть совокупность отношений. Поэтому, формальная аксиология изучает отношения между абстрактными ценностными формами (действий и субъектов действий). Конкретное содержание этих форм может быть любым, его можно менять, поэтому, целесообразно введение ценностных переменных в искусственный язык (дискретной математической модели) формальной аксиологии. В простейшем (двузначном) случае абстрактные ценности и отражающие их оценки могут быть либо положительными, либо отрицательными.
В таком важном частном случае формальной аксиологии, как формальная этика, положительная абстрактная ценность - «добро (хорошее)», а отрицательная - «зло (плохое)». В этом случае двузначная алгебра формальной аксиологии предстаёт в виде двузначной алгебры формальной этики [6-8; 17-19]. Она строится на множестве (обозначим его буквой D) всего того, что является либо хорошим (добром), либо плохим (злом) относительно некоторого переменного (индивидуального или коллективного - неважно) субъекта моральной оценки (оценщика) Е. Элементы множества {х (хорошо), п (плохо)! называются ценностными (моральными) значениями поступков, субъектов и любых других элементов того огромного множества (обозначенного выше буквой D), на котором строится двузначная алгебра формальной этики.
Ценностными (моральными) функциям! и от одной ценностной переменной называются отображения {х, п| ^ {х, п}. Ценностными функциями от двух ценностных переменных называются отображения {х, п|х{х, п| ^ {х, п|, где символ X обозначает декартово произведение множеств. Вообще говоря, ценностными (моральными) функциями от N ценностных переменных называются отображения {х, n|N ^ {х, п|, где N - любое целое положительное число.
Абстрактные ценностные (моральные) формы элементов множества D представляют собой ценностные (моральные) функции от некоторого числа ценностных (моральных) переменных. Систематическое изучение двузначной алгебры формальной этики есть исследование системы формально-аксиологических отношений между ценностными (моральными) функциями и их композициями.
Теперь уместно привести какие-то конкретные примеры абстрактных аксиологических форм (ценностных функций) и в особенности таких, которые важны для теологии и не могут отсутствовать в её естественном языке.
Глоссарий (словарь используемых терминов) для следующей ниже таблицы 1: Символ Gw обозначает ценностную функцию - «Бог (чего, кого) w в монотеистической мировой (вселенской) религии». Jw - «бог (чего, кого) w в политеистической локальной (языческой) религии2». Dw - «демон (чего, кого) w в политеистической локальной (языческой) религии». Sw - «Сатана (Дьявол), Анти-Бог (чего, кого) w в монотеистической мировой (вселенской) религии». Bw - «бытие (чего, кого) w». Nw - «небытие (чего, кого) w». Tw - «время (чего, кого) w». Vw - «.место, пространство (чего, кого) w». bw - «вещь (что, кто) w». Hw - «невозможность (чего, кого) w». Перечисленные ценностные функции от одной ценностной переменной точно определяются приведённой ниже таблицей 1.
Табл. 1
Ценностные функции от одной переменной
|
w |
Gw |
Jw |
Dw |
Sw |
Bw |
Nw |
Tw |
Vw |
bw |
Hw |
|
|
х |
х |
х |
п |
п |
х |
п |
х |
х |
х |
п |
|
|
п |
х |
п |
х |
п |
п |
х |
п |
п |
п |
х |
Теперь, предоставив необходимые дефиниции исходных терминов, лежащих в основе настоящей работы, и приведя простейшие примеры аксиологических форм (ценностных функций), перейдём непосредственно к эмпирическому лингвистическому исследованию богословских текстов Спинозы и Фомы Аквинского с целью точного определения формальноаксиологических значений связок «(бытие)... в...», «(бытие)... с...» и «(бытие)... без...» в естественном языке теологии.
формальный аксиология текст язык
Эмпирическое исследование текстов Спинозы и Фомы Аквинского с указанной выше филологической (лингвистической) целью и абстрактно-теоретическое моделирование результатов этого эмпирического исследования в искусственном языке алгебры формальной аксиологии
Без Бога ни до порога. Народная пословица [2, 40] Sine Jove nec pedem move (лат. - Без Юпитера ни ногой не двинь).
Латинская пословица [3, 425]
В современной языковой культуре старинная русская пословица «Без Бога ни до порога» (и её древнеримский аналог) кажется пережитком далёкого прошлого и поэтому не очень понятным, странным выражением. Но если эту пословицу (а также её более древний латинский аналог) «перевести» на более современный язык как утверждение, что «бытие без Бога невозможно, абсолютно неприемлемо, представляет собой абсолютное зло», то с этим, наверное, согласятся многие верующие.
В «Этике» в части первой «О Боге» Спиноза формулирует следующую аксиому: «Всё, что существует, существует или само в себе, или в чём-либо другом» [9, 316-317]. В той же части Спиноза формулирует и доказывает теорему 15: «Всё, что только существует, существует в Боге, и без Бога ничто не может ни существовать, ни быть представляемо» [9, 328, 343]. В обеих цитатах Спиноза использует бинарную связку «...существует в...». А во второй цитате он использует ещё и бинарную связку «.существует без.». В трактате Спинозы «О Боге, человеке и его счастье» говорится о соединении с Богом, то есть используется двуместная связка «соединение. с...» [9, 10-12]. А в доказательстве теоремы 4 в первой части «Этики» используется двуместная связка «существование... вне...» [9, 317]. В главе III второй части «Приложения, содержащего метафизические силы» [9, 239-241] Спиноза писал о бытии Бога в каждой вещи, о том, что «Бог есть повсюду» [9, 240].
А вот что писал об этом в главе LXVIII, названной «О том, что Бог есть везде» (“That God is everywhere”), на с. 162-165 первой части третьей книги «Суммы против язычников» св. Фома Аквинский: “He is everywhere” («Он есть везде») [26, 163]. “He is in all things” («Он есть во всех вещах», или «Он есть во всяком нечто») [26, 163]. “.It is evident that God must be everywhere, and in all things.” («.Очевидно, что Бог должен быть везде и во всех вещах.») [26, 162]. “.God must be present in all things at the same time.” («.Бог должен присутствовать во всех вещах в одно и то же время.») [26, 164]. “God is immediately present not only to the heavenly body but also to the lowest things” («Бог одновременно присутствует не только в возвышенном теле, но и в самых низких вещах») [26, 165].
В заключительной части главы св. Фома поясняет: “But we must not think that God is everywhere as though He were distributed throughout local space, one part of Him here, another there, because He is all everywhere; since God, being utterly simple, has no parts” («Но мы не должны думать, что Бог есть везде в том смысле, что Он распределён между различными областями в пространстве так, что одна Его часть здесь, а другая там, потому что Он есть везде; так как Бог, будучи абсолютно прост, не имеет частей») [26, 165]. “...He is wholly wheresoever He is” («В любом месте, где бы Он ни был, Он находится весь целиком») [26, 165].
В первой части «Суммы теологии» (QUESTION VIII: The Being of God in Things) Фома Аквинский подробно развивает ту же самую идею: “.God is in all things” («.Бог есть во всех вещах») [27, 35]. Но в то же самое время в том же самом месте св. Фома пишет: “.All things are in God, since they are contained by Him” («.Все вещи существуют в Боге, так как они содержатся в Нём») [27, 35].
Как это понимать (не впадая в логическое противоречие)? Спиноза писал, что это выше человеческого понимания [9, 240]. Думается, что он был прав лишь отчасти. Это действительно выше человеческого понимания, если человеческое понимание ограничено возможностями естественного языка. Но к настоящему времени человечество уже научилось преодолевать ограниченность своего понимания преднамеренным конструированием и использованием искусственных языков. Поэтому, чтобы сделать богословские мысли, представленные в приведённых выше цитатах, доступными человеческому пониманию, продолжим начатую выше работу по конструированию подходящего для нашей задачи искусственного языка. Введём в оборот символы, обозначающие функции от двух переменных.