Научно-методического центра философии образования, Новосибирский государственный педагогический университет
Модернизация российского образования в контексте глобализации и европейской интеграции: проблемы и перспективы
Михалина О.А.
кандидат философских наук,
заместитель директора
novasofia@mail.ru
Мировая система образования за последние годы существенно изменилась. К числу важнейших тенденций ее развития можно отнести: необходимость подготовки людей к жизни в быстро меняющихся условиях; переход к постиндустриальному, информационному обществу; возникновение и рост глобальных проблем, которые могут быть решены лишь в результате сотрудничества в рамках международного сообщества, что требует формирования современного мышления у молодого поколения; демократизация общества, расширение возможностей политического и социального выбора, что вызывает необходимость развития сферы гражданского образования; динамичное развитие экономики; потребность в повышении профессиональной квалификации и переподготовке работников, росте их профессиональной мобильности; рост значения человеческого и социального капитала и т.д. В этих условиях модернизация образования стала важной составной частью социальной политики многих современных государств. Сегодня проблемы образования - это сфера деятельности парламентов, правительств, политических партий, широкой общественности. Меняется и процедура принятия образовательных реформ, когда к их подготовке привлекаются исследовательские центры, кафедры университетов, ученые и педагоги, экономисты, социологи и философы, психологи и политологи и др. Иными словами, вопросы реформирования образования во всем мире сегодня исключительно актуальны, они отражают реальное сложное положение дел в данной социальной сфере.
Для формирования и развития системы образования важное значение имеют модернизационные процессы, происходящие в социально-экономической и политической сферах. В теории модернизации существуют различные школы, акцентирующие внимание на тех или иных факторах и критериях политического развития. Большой вклад в теорию политической модернизации внесли работы У. Ростоу, Г. Алонда, Д. Пауэлла, Д. Эптера, Л. Пая, С. Эйзенштанта, С. Хантингтона и др. Идея модернизации рассматривается в трех аспектах: во-первых, как синоним прогрессивных социальных изменений; во-вторых, как достижение современности, т. е. процесс превращения традиционного общества в такое общество, для которого характерны высокие технологии, дифференцированные структуры и рациональные отношения. И, в-третьих, слово “модернизация” используют, когда речь идет о слаборазвитых обществах, при описании их усилий, направленных на то, чтобы догнать ведущие страны, сосуществующие с ними в одном историческом времени.
По мнению А.С. Ахиезера модернизация - это «явление цивилизационного масштаба, то есть она по своей сути форма, сторона перехода от традиционной цивилизации к либеральной, от общества, нацеленного на воспроизводство на основе некоторого статичного идеала, к обществу, рассматривающему повышение эффективности форм деятельности, развитие способности личности к собственному саморазвитию как основу общественной динамики» (1). Л.С. Васильев рассматривает модернизацию в ракурсе способности социальной системы адаптироваться к изменениям среды. В его представлении модернизация в современном мире - это процесс приспособления лишенной потенций для динамичного саморазвития неевропейской командно-административной структуры к вызову изменившейся эпохи (1). Являясь «неотъемлемой частью глобальной многосторонней трансформации мира», традиционные немодернизированные общества неизбежно совершают прорыв вслед за регионом Запада, т.к. цивилизационная форма Запада является более результативной. Показателем протекания модернизационного процесса в обществе служит формирование и становление тех социокультурных элементов, которые фундировали либеральную цивилизацию Запада в XVII-XIX вв. (1). Модернизация в современном мире предстает процессом, относящимся к странам, не принадлежащим западноевропейскому цивилизационному ареалу. Следовательно, для незападных стран модернизация проявляется как привнесенные извне, чуждые, искусственные изменения. Как видно из различных представлений отечественных философов о природе модернизации, все они в качестве условия рассматривают оппозицию традиционного и современного общества.
Во всем многообразии определений “модернизация” выделяются три основные направления: историческое, релятивистское и аналитическое. Историческая модернизация, как пишут авторы, «есть процесс изменений, ведущих к двум типам социальных, экономических и политических систем, которые сложились в Западной Европе и Северной Америке в период между XVII и XIX веками и распространялись на другие страны и континенты” (2).
Релятивистские дефиниции сосредотачивают внимание на сущности процесса, где и когда бы он ни происходил. Модернизация - это:
- “момент, когда предпринимаются совокупные усилия для достижения более высоких желаемых стандартов” (С. Чодак);
- “приспосабливание традиционных институтов к новым функциям, которые отражают беспрецедентное возрастание человеческого знания, позволяющего установить контроль над окружающей средой (С. Блэк);
- “общая социальная революция, заходящая столь далеко, насколько это возможно без разрушения самого общества” (М. Леви) (3).
Аналитическое направление показывает, что политическая модернизация представляет собой процесс изменения системных качеств политической жизни и функций институтов политической системы при переходе от традиционного к современному обществу. Понятия “традиционное общество” и “современное общество” отражают различную цивилизованную зрелость социальных систем, различающихся механизмами социальной регуляции и адаптации, технологиями социальных изменений (4). Политическая модернизация означает переход общества к более сложным формам организации политической жизни. Другие понятия модернизации охватывают ее структурные аспекты. Например, американский социолог Н. Смелзер определяет модернизацию как комплексное, многомерное явление, охватывающее шесть областей. Это экономика, политика, религия, семейно-брачные отношения, стратификация и, наконец, образование. (5).
Процессы обновления и модернизации в образовательной системе наталкиваются на трудности и часто не поспевают за изменениями в экономике, науке, культуре, в социальных отношениях и общественном сознании. Не все реформы основываются на солидной теоретической базе; нередко они представляют собой своеобразную цепь проб и ошибок в процессе эмпирических поисков новых путей развития образования. В некоторых случаях в контекст реформ вплетаются поспешные и непродуманные новшества, отнюдь не способствующие улучшению дел. В “Докладе комиссии по образованию XXI века” ЮНЕСКО указывалось: “В настоящее время реформы в области образования сталкиваются с глубоким скептицизмом. Практически все варианты были опробованы в этой области, а результаты редко оправдывали ожидания. Попытки проведения непоследовательных и противоречивых друг другу реформ, по-видимому, даже еще больше усилили консерватизм системы образования во многих странах” (6). экономический политический образование европейский
Состояние новой, демократической, стабильной России зависит от характера и эффективности политических изменений, в том числе от оптимальной и эффективной образовательной политики. Как писал Б.С. Гершунский в своем открытом письме Президенту России, «необходима серьезная, доказательная, прогностически сориентированная образовательная политика, основанная на четком понимании ценностно-целевых приоритетов российского образования, необходимости его ориентации на поддержку построения в России свободного, демократического, гражданского общества и правового государства” (7).
В последние годы модернизация российского образования происходит в аспекте вхождения России в мировое образовательное пространство. В связи с этим трансформации глобального характера общества непосредственным и опосредованным образом определяют и качественные преобразования российского общества, и его подсистему - образование. Понятие «глобализация» используется для определения широкого спектра явлений и процессов и трудно поддается описанию в рамках какой-либо общепринятой экономической, политологической или социологической теории. Наиболее распространенными в литературе являются определения, принадлежащие Р. Робертсону, У. Беку, Э. Гидденсу, Г. Терборну, М.Г. Делягину, В.Л. Иноземцеву и др. М.Г. Делягин связывает глобализацию с информационной революцией начала 1990-х гг., показывая ее как «процесс стремительного формирования единого общемирового финансово-информационного пространства на базе новых информационных технологий. (8) Иноземцев В.Л. говорит о глобализации как о вестернизации и американизации (9).
В условиях глобализации роль образования в решении задач модернизации России является приоритетной в современной образовательной политике. Процесс глобализации, который в основе своей носит финансово-экономический характер и направляется крупнейшими транснациональными корпорациями, все больше подрывает экономические и политические позиции ряда государств, наносит ущерб их суверенитету и национальному развитию, а сферу образования и культуры различных стран мира пытается подчинить единым стандартам, разработанным в “мозговых центрах” этих корпораций. Генеральный директор ЮНЕСКО Коитиро Мацуура, опытный политик, в прошлом заместитель министра иностранных дел Японии на основе исследований ЮНЕСКО, а также анализа поступающей в эту организацию из всех стран мира информации по образованию, воспитанию, науке, культуре и информации пришел к выводу, что “проблемы сегодня должны в обязательном порядке рассматриваться в контексте глобализации. Мы сталкиваемся с мощными силами, которых ничто не заставит повернуть назад, но мы должны, тем не менее, попытаться сделать более человечными ее последствия, использовать максимально ее преимущества и свести к минимуму ее вероятное негативное воздействие. Мы должны принять меры, чтобы сохранить множественность культур и их разнообразие и следить за тем, чтобы в нашем мире царил дух равноправного партнерства и солидарности”. Он призвал к тому, чтобы “очеловечить глобализацию”, превратить ее в “глобализацию с человеческим лицом” (10).
По словам такого опытного и авторитетного политического деятеля, как президент Франции Жак Ширак, “...сегодня глобализация просматривается как новая форма колонизации, которая пытается насадить повсюду однообразное отношение, или даже отсутствие какого-либо отношения к истории, к человеку, к богу. В ней есть некоторые положительные моменты, однако, будет плохо, если она станет синонимом стандартизации, единообразия, сведения всего к единому и наименьшему знаменателю, либо к торжеству только законов рынка, чуждых гуманистической культуре. Ответ на глобализацию может быть только один - культурное многообразие… Обязанность политиков и всех ответственных лиц - цивилизовать глобализацию, поставить на первое место интересы человека, всех людей” (11).
Учитывая серьезность ситуации, входящие в ЮНЕСКО 188 государств (на 2001 г.) приняли решение включить проблемы глобализации в качестве первоочередных во все международные программы образования и воспитания, социальных и естественных наук, культуры, коммуникации и информации. В качестве главной стратегической задачи на 2002-2007 гг. была утверждена следующая тема - “Вклад ЮНЕСКО в дело мира и человеческого развития в эпоху глобализации посредством образования, науки, культуры и коммуникации”. Сфера образования впервые в истории ЮНЕСКО стала объектом специальной научно-исследовательской программы “Глобализация и образование”, рассчитанной на 2004 и 2005 гг. В ходе 32-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО (Париж, 2003 г.), в рамках этой программы группа государств (Норвегия, Исландия, Мадагаскар, Мозамбик, Танзания и Япония), обеспокоенных негативным влиянием глобализации, выступила опять-таки впервые в истории ЮНЕСКО - со специальным проектом резолюции: “Высшее образование и глобализация”. Состоялась острая дискуссия. Соединенные Штаты, Англия и Голландия внесли в предложенный проект ряд поправок, отвечающих их интересам. В результате принята компромиссная резолюция, в которой говорится о “решении на уровне высшего образования проблем глобализации посредством поддержки разработки международных руководящих принципов и норм, а также посредством проведения форума для обсуждения вопросов гарантирования качества, аккредитации и признания квалификаций” (11), о необходимости максимально “использовать преимущества и свести к минимуму угрозы глобализации”.
Вопросы взаимосвязи между глобализацией и высшим образованием обсуждаются ныне на многих международных конференциях и совещаниях. Симпозиум на тему “Глобализация: какие последствия для университетов?” был проведен ЮНЕСКО в Канаде, в сентябрь 2002 г.). В период глобализации, - считают канадские профессора Жиль Бретон и Мишель Ламбер, “знание меняет свой статус и становится товаром, который продается и покупается, экспортируется и импортируется как любой другой продукт”, и это имеет огромные последствия для университетов, которые в обществе знаний потеряли монополию на производство и распространение знаний. Появились новые действующие лица, которые выдают продукцию новым партнерам или объединениям университеты - учреждения - предприятия…”; новейшие средства массовой информации и коммуникации меняют установившиеся правила игры, усиливается “утечка мозгов”. У многих государственных университетов, особенно из-за частого недофинансирования и отсутствия возможности самостоятельно налаживать международные связи, стала четко проявляться тенденция к большей независимости от органов власти и к сотрудничеству с предпринимательскими кругами. Заместитель генерального директора ЮНЕСКО Джон Дэниэл поставил вопрос следующим образом: высшее образование в этих условиях должно оставаться общественным благом (делом государства), а не отдаваться на откуп бизнесменам (11).