В Японии рынок блокчейна является одним из самых быстрорастущих в мире, но на данном этапе специального правового регулирования таких отношений не установлено. Аналогично правовому регулированию Швейцарии, для того что осуществлять деятельность на базе платформы блокчейн на территории Японии также необходимо пройти процедуру лицензирования. Также после взлома биржи Coincheck в целях борьбы в мошенничеством, а также сохранении активов инвесторов, стало обязательным соблюдение требований законодательства об отмывании денег.
Законодательство Сингапура, который также является одним из центров ведения проектов, базирующихся на технологии блокчейн, также не содержит актов, регулирующих данную область, однако, в настоящее время она во многом регулируется разъяснениями финансового регулятора данного государства (Monetary Authority of Singapore - MAS). В отличие от Японии и Швейцарии, получение лицензии для осуществления деятельности на базе блокчейн технологии пока не требуется, но финансовый регулятор также обязывает соблюдать требования антиотмывочного законодательства: например, проводить идентификацию клиентов, а также предоставлять отчетность о проведении подозрительных транзакций.
Первой страной, установившей четкие правовые рамки для функционировании сетей на базе блокчейна стала Мальта, где в целях регулирования данной сферы в 2018 году было принято три специальных закона.
Первый Закон "О новых цифровых технологиях" (The Malta Digital Innovation Authority Act), закрепляет функции Мальтийского центра цифровых инноваций (Malta Digital Innovation Authority), основной обязанностью которой является сертифицирование платформ технологии распределенного реестра, в том числе сети, основанный на механизме блокчейн.
Второй Закон "О новых технологиях и услугах" (The Innovative Technology Arrangement and Services Act) закрепляет процедуру регистрации криптовалютных бирж.
Третий Закон "О виртуальных финансовых активах" (The Virtual Financial Assets Act) определяет процесс контроля за осуществлением финансовых транзакций, одним из важных положений которого стало предоставление финансовой истории его участников Разумный Е. Блокчейн и порядок: как регулируют криптопроекты в России [Electronic resource]. URL:http://blockgeeks.com/guides/smart-contracts (accessed: 10.05.2019)..
В связи с тем, что правовое регулирование технологии блокчейн в настоящий момент не является достаточно развитым, вопросы о присутствии внутри нее посредников и контролирующих ее деятельность органов, а также о материально-правовом статусе ценных бумаг, обращающихся на базе таких сетей, и непосредственно этих платформ остаются открытыми.
Сложно говорить о том, что такие системы в дальнейшем будут полностью автономными: нельзя исключать дальнейшее возможное существование третьих лиц на международном рынке ценных бумаг, так как представляется, что некоторые из них останутся, но будут выполнять иные функции Технология блокчейн на рынках капитала [Electronic resource] // Депозитариум, №2, 2016. URL:https://www.nsd.ru/common/img/uploaded/files/depo/142/39-43_mo.pdf (accessed: 07.05.2019)..
Так, Центральные депозитарии безусловно сохранят свою функцию по надзору за выпуском ценных бумаг и обеспечению стабильного функционирования фондового рынка. Также существует вероятность того, что центральные депозитарии возьмут на себя функции оперативного управления, а именно - контроль за ведением протоколов реестров, проверкой обеспечения информационной безопасности участников сети, а также взаимодействие с регулятором.
Основной задачей дилеров станет не предоставление доступа на фондовый рынок, а в установлении цены ценных бумаг, а также информировании участников рынка по вопросам заключения и исполнения сделок. Как и прежде дилеры будут заниматься обеспечением ликвидности ценных бумаг и нести связанные с этим риски.
Из-за автоматизации учета прав на ценные бумаги значительно изменится роль доверительных управляющих. Представляется, что их функции будут сводиться к хранению ключей, сбору и систематизации информации о производимых транзакциях и обеспечению функционирования автоматизированных процессов по обслуживанию ценных бумаг.
Центральная клиринговая палата, вероятно, не будет представлена в системе, основанной на блокчейне. Сделки, расчеты по которым осуществляются в режиме реального времени, не требуют проведения централизованного клиринга, так как контрагенты еще до заключения сделки осведомлены о возможности друг друга исполнить обязательства по договору, а расчеты между ними осуществляются мгновенно.
Внедрение механизма блокчейн в международный оборот бездокументарных ценных бумаг безусловно повысит эффективность фондового рынка, однако, не устранит базовые проблемы, связанные с материально-правовым статусом бездокументарных ценных бумаг в разных странах и коллизионным нормам, применяемых к отношениям по их обращению.
Ценные бумаги, обращающиеся на базе блокчейна, являются цифровыми. Данный термин постепенно вводится в национальное законодательство многих стран, однако, существенных отличий от классической бездокументарной ценной бумаги цифровой статус не привносит.
Так, Палатой депутатов Люксембурга уже принят закон, разрешающий производить сделки с цифровыми ценными бумагами на платформах, базирующихся на блокчейне или реестре распределенных сетей. Однако, исходя из данного закона такие ценные бумаги являются цифровым образцом классических бездокументарных ценных бумаг, в связи с чем они не обладают каким-либо иным материально-правовым статусом Palmer D., Luxembourg Passes Bill to Give Blockchain Securities Legal Status [Electronic resource]. URL:https://https://www.coindesk.com/luxembourg-passes-bill-to-give-blockchain-securities-legal-status (accessed: 07.05.2019).. Аналогичная позиция содержится в поправках, принятых к Закону о ценных бумагах и биржах Национальной законодательной ассамблеей ТаиландаPolkuamdee N., NLA nod clears path for scripless issuance, tokenisation [Electronic resource]. URL:https://www.bangkokpost.com/business/news/1632926/nla-nod-clears-path-for-scripless-issuance-tokenisation (accessed: 07.05.2019)..
Федеральное министерство финансов Германии опубликовало документ по основным вопросам, касающийся обработки и регулирования ценных бумаг на основе блокчейна, на базе которого в дальнейшем пройдет обсуждение правил, касающихся оборота ценных бумаг. Исходя из данного документа блокчейн и система распределенного реестра лишь будут представлять собой новую платформу для обращения ценных бумаг, но никак не повлияет их на материально-правовой статусAlexandre A. German Financial Regulator Issues Paper on Blockchain Securities Regulation [Electronic resource].URL:https://cointelegraph.com/news/german-financial-regulator-issues-paper-on-blockchain-securities-regulation (accessed: 07.05.2019)..
В Российской Федерации в настоящее время рассматривается законопроект, закрепляющий, что цифровые ценные бумаги являются цифровым активом, представляющим собой бездокументарную форму ценной бумаги Статья 2 Проекта Федерального закона N 419059-7 "О цифровых финансовых активах" (ред., принятая ГД ФС РФ в I чтении 22.05.2018) // СПС Консультант Плюс..
Таким образом, в настоящее время внедрение механизма блокчейн в оборот бездокументарных ценных бумаг никак не повлияет на их материально-правовой статус, а на международном уровне он также как и сейчас будет определяться исходя из национального законодательства различных государств. В связи с этим проблема различного правового статуса бездокументарных ценных бумаг сохранится и будет требовать решения на уровне международных актов.
Рассматривая вопрос внедрения механизма блокчейн на международный фондовый рынок нельзя не затронуть тему коллизионных привязок, которые могут применяться к отношениям по распоряжению ценными бумагами между участниками такой сети.
Первым вариантом выступает привязка к точке входа цепь, а именно - к электронному кошельку, который имеют все участники цепи. Этот подход удобен тем, что для совершения любой транзакции в системе с использованием блокчейна необходим электронный кошелек, так как именно в нем регистрируется транзакция. Тем не менее этот подход имеет существенный минус: он не создает должной правовой определенности, так как, в случае если участники системы находятся в разных странах, им опять же придется выяснять материальные нормы национального законодательства.
Вторым вариантом является закон эмитента. Применение этой коллизионной привязки может оказаться проблематичным в случае совершения сделок с международными портфельными инвестициями, которые включают в себя ценные бумаги различных предприятий. В связи с этим не ясно, национальное право какого из эмитентов подлежит применению, следовательно, данная коллизионная привязка не регулирует вопрос применимого права должным образом.
Третьим вариантом является право страны, в которой осуществляется контроль за системой блокчейн. Однако, эта данная коллизионная привязка подходит лишь для системы частного блокчейна: лишь в этом случае можно точно определить местоположение лица, позволяющего присоединиться к участию в сети. С точки зрения публичного блокчейна, реализация данного правила является невозможной, так как в такой системе отсутствует единый контролирующий орган, и любое лицо может стать участником платформы без дополнительных процедур.
Четвертый вариант - это право страны расположение закрытого ключа. Фактические данная коллизионная привязка равносильна lex rei sitae, в связи с чем ее применение создает аналогичные проблемы. Учитывая, что закрытый ключ хранится в форме ключа USB или непосредственно на компьютере, местоположение его материального носителя может постоянно меняться. Это представляется неудобным для другой стороны по сделке, а также третьих лиц, так как в таком случае достоверная информация о применимом к отношениям праву известна лишь владельцу закрытого ключа. Контрагент такого лица, вступая в сделку, фактически не будет знать, какие материальные нормы в дальнейшем будут применяться к их правоотношениям и не сможет учесть все возникающие в связи с этим риски Vauplane, H. Blockchain and intermediated securities // ?Revue Trimestrielle de Droit Financier. № 4?, 2017. P. 52..
Таким образом, внедрение технологии блокчейн в оборот бездокументарных ценных бумаг приведет к возникновению новых коллизионных привязок, которые могут быть использованы сторонами для определения применимого права. Однако, представляется, что на данном этапе ни одна из этих коллизионных норм не сможет устранить существующую правовую неопределенность: вопросы местоположения эмитента, участника сети, контролирующего лица, электронного кошелька и закрытого ключа также порождают проблему локализации, имеющую место и в настоящее время.
Внедрение технологии блокчейн существенно отразится на международном финансовом рынке: изменится система учета и хранения ценных бумаг, а автоматизация многих процессов приведет к исключению из оборота третьих лиц, в настоящий момент привлекаемых для функционирования фондового рынка, или же смене их функции.
В целом имплементация технологии блокчейн позитивно скажется на эффективности международного оборота бездокументарных ценных бумаг, повысит его скорость и качество, однако, не поможет решить существующие глобальные проблемы в области правового статуса ценных бумаг и коллизионных привязок, применимым к отношениям по их обращению.
Заключение
Настоящее исследование посвящено вопросу обращения бездокументарных ценных бумаг в международном частном праве. Подводя итог всему вышеизложенному, можно сделать вывод о том, что на данном этапе развития международным частным правом в полной мере не урегулированы отношения, касающиеся бездокументарных ценных бумаг.
Следуя поставленным задачам, нами был произведен обзор законодательства, судебной практики и правовой доктрины различных государств, а также проведен анализ международных конвенций в области обращения бездокументарных ценных бумаг. Также была изучена литература и действующие нормативные правовые акты в области технологии блокчейн. На основании этого сделаны выводы относительно каждой из поставленных задач.
Исследование правового статуса бездокументарных ценных бумаг в разных странах привело к выводу, что в настоящее время вопрос материально-правового статуса бездокументарных ценных бумаг на уровне национального законодательства разных стран мира определен по-разному: они могут рассматривается как объект общей совместной или долевой собственности, а также в качестве обязательственных и иных прав. Данный фактор способствует созданию противоречий на международном уровне, в том числе в области определения применимого права.
Изучение коллизионных и материально-правовых норм показало, что на данный момент существует две конвенции, унифицирующие коллизионные нормы (Гаагская конвенция 2002 года) и материально-правовые нормы (Женевская конвенция 2009 года). Данные конвенции отвечают потребностям финансового рынка, делая отношения внутри него более предсказуемыми и определенными и обеспечивают тем самым его стабильное функционирование.
Однако, в силу того, что они не ратифицированы большим количеством государств, на данном этапе в международном обороте используются коллизионные и материально-правовые нормы, закрепленные в национальном законодательстве различных государств.
Так, в настоящий момент из-за отсутствия единой коллизионной нормы к таким правоотношениям в области обращения бездокументарных ценных бумаг применяется большое количество коллизионных привязок, закрепленные в правопорядках различных государств: lex situs, lex rei sitae, lex loci actus, lex registrie sitae, lex cartae sitae, lex socitatis, а также правила PRIMA и PRACA.