Социальная работа у многих россиян зачастую ассоциируется с милосердием или благотворительностью от лица государства. Однако социальная работа - это профессия, тогда как благотворительность - внепрофессиональная деятельность, а милосердие - категория нравственности Шанин Т. Социальная работа как культурный феномен современности: новая профессия и академическая дисциплина в контексте социальной теории и политической практики наших дней // Взаимосвязь социальной работы и социальной политики. М.: Аспект-Пресс, 1997. С. 21-23..
Напомним, что с точки зрения функционалистского подхода, профессионализация социальной работы является позитивной и прогрессивной социальной силой. Однако, используя лишь функционалистский подход, мы не могли ответить на вопрос, обладает ли социальная работа всеми необходимыми атрибутами, благодаря чему этот вид занятий может быть определен как профессия. В вопросах профессиональной компетентности именно атрибутивный подход предоставляет наблюдателю инструменты оценки представителей той или иной профессии. Этот подход позволяет ответить на вопрос, отвечает ли их деятельность набору выбранных качеств. В свою очередь, данная перспектива не объясняет, почему между группами, представляющими различные виды занятий, или различные профессии, возникают конфликты, например там, где пересекаются сферы ответственности или системы ценностей.
Так называемые негативные теории профессионализации опровергают обе предыдущих версии, не соглашаясь с тем, что профессионалы действуют во имя общественного блага, и не считая возможным ограничиваться фиксированным набором атрибутов профессиональной деятельности. Третья перспектива, о которой идет речь, представлена критическим направлением социальной науки, включая марксистское и неомарксистское понимание профессии. В соответствии с этим подходом каждая профессия стремится поддержать положение вещей в неизменном виде, удержать или захватить власть и наиболее выгодное положение в стратификационной системе См. напр.: Freidson E. Professional Dominance. Chicago: Aldine Publishing Company, 1970; Larson M. S. The Rise of Professionalism. Berkeley, CA: University of California Press, 1977; Mills C. W. White Collar. New York: Oxford University Press, 1953.. Поэтому профессионализация оказывается процессом создания и контроля рынка определенных услуг, предоставляемых данной профессией, а в конечном итоге - стремлением к достижению высокого статуса и восходящей социальной мобильности самих профессионалов. Этот подход, называемый еще профессиональным контролем, происходит из теорий конфликта и действия, рассматривающих общество как борьбу различных групп за соблюдение собственных интересов Jones S., Joss R. Models of Professionalism. In: M. Yelloly, M. Henkel (Eds) Learning and Teaching in Social Work. London; Bristol; Pennsylvania: Jessica Kingsley Publishers, 1995. P. 18..
Каждая профессия стремится ясно очертить круг вопросов, относящихся к сфере ее компетентности, ограничивая профессиональный взгляд на мир и монополизируя профессиональное знание как собственность. Требование юридически подкрепляемого права на уникальную компетентность есть базовая стратегия профессионализма, а существенной частью этого процесса выступает контроль рекрутирования (профессионального отбора). Достижения профессионального статуса должны гарантировать высокие материальные награды, исключать внешние оценки качества услуг и гарантировать тем, кто допущен к практике, безопасность как владельцам этого капитала. Отсюда возникают серьезные конфликты между профессионалами и теми, кто посягает на их монополию статуса и экспертизы.
В этом отношении социальная работа как новая профессия пересекается с традиционными, которые в свою очередь также испытывают обновление: психология, юриспруденция, педагогика. Между тем, во многих странах психологи и социальные работники не конкурируют, а сотрудничают между собой и с другими специалистами (медиками, юристами, педагогами, социальными антропологами) в решении конкретных проблем ребенка, взрослого, семьи, группы или организации, а в Швеции «психосоциальная работа» вообще представляет собой национальную модель социальной работы, основанную на теории систем и психодинамике.
Со второй половины 1990-х годов среди руководителей социальных служб в России распространяется понимание социальной работы как междисциплинарной практики, работы в команде, межведомственного и межсекторного взаимодействия. С самого своего возникновения в России социальная работа пытается определить собственные границы среди традиционных и вновь возникающих помогающих профессий. И для того, чтобы «прочитать» эти самоопределения, необходим интерпретативный подход, который позволяет прочитать социальную работу как «текст».
Обсуждение профессионализации социальной работы включено в более широкую перспективу анализа социальной политики, который, в свою очередь, затрагивает мало разработанную область исследований повседневной рабочей рутины тех, кто представляет низовой уровень и на самом деле реально реализует социальные программы, воплощает концептуальные инновации. Такого рода исследования проводятся в интерпретативной парадигме с применением методов кейс стади, качественных подходов к оценке эффективности учреждений и организаций социальной сферы См. напр.: Hudson B. Michael Lipsky and Street-Level Bureacracy: A Neglected Perspective // L. Barton (Ed.) Disability and Dependency. London; New York: The Falmer Press, 1989. P. 42-54..
В обсуждении типов профессионализма и профессиональной деятельности предлагается выделить следующие критерии: роль теоретических знаний и ценностей, отношения с клиентами, образ Я и метод профессионального развития Jones S., Joss R. Models of Professionalism. In: M. Yelloly, M. Henkel (Eds) Learning and Teaching in Social Work. London; Bristol; Pennsylvania: Jessica Kingsley Publishers, 1995. P. 20-21.. Например, критерий теоретической ориентации в базовых знаниях профессии означает присутствие или отсутствие теорий в знаниях специалиста, степень их сложности, а также, что немаловажно, связанные с ними ценности. К ценностям относятся неформальные правила и смыслы, сложившиеся в профессиональных и организационных субкультурах. Отношения с клиентами могут варьироваться от исключительно жесткого контроля, демонстрации мастерства, власти и экспертизы до партнерства как продолжительного диалога и рефлексивного контакта. Образ Я у профессионала «отражает ценностную систему профессии и культурные нормы, усвоенные индивидами в их социализации посредством отбора и тренинга», и представлен типами мастера-ремесленника, эксперта, оператора и фасилитатора. Обучение на личном опыте в профессиональном развитии полагается на метод проб и ошибок с незначительным вниманием к построению моделей профессиональной практики. Другой метод профессионального развития - обучение, опосредованное опытом, которое не обязательно происходит напрямую, а использует рефлексию опыта других, кейс стади, моделирование практических ситуаций и реальную практику. Кроме того, существует метод обучения в формальных академических условиях. Используя указанные аспекты, можно выделить три основные профессиональные модели: практический профессионал, технический эксперт (и его вариант - эксперт-менеджер) и рефлективный практик. При этом, например, метафора идентичности практического профессионала - это ремесленник, поскольку тот, кто демонстрирует свою экспертизу и власть над клиентами, как правило, учится методом проб и ошибок. Во многих случаях отечественные социальные работники именно так и поступают, поскольку им не хватает теоретической подготовки, а студенты, в свою очередь, нередко обучаются преимущественно абстрактным знаниям.
Есть опасение, что с ростом профессионализма снижается активизм и увеличивается разрыв между профессионалами и клиентами. Иными словами, более образованные специалисты, представляющие средний класс, мало заинтересованы в изменении социальной структуры, а следовательно, и в защите интересов клиентов. Поэтому нужна партнерская интеграция различных государственных и частных организаций социальных услуг с вузами, что позволит реализовать цикл практического обучения (experiential learning), которое включает конкретный опыт, рефлексивное наблюдение, теоретическую концептуализацию и активное экспериментирование, восприимчивое к специфическим контекстам и ситуациям профессиональной практики. В этом отношении существенную помощь могли бы оказать совместные семинары университетских преподавателей, исследователей, администраторов и работников социальных служб. Для повышения своей эффективности организации социальной работы могут строить свою деятельность на основе взаимного сотрудничества, осуществляя инновационные проекты и акции для социального развития, обмениваться опытом и идеями, чтобы отстаивать свои требования на местном и федеральном уровнях.
Таким образом, функционалистский, атрибутивный, критический и интерпретативный подходы, которые обсуждались выше, не являются изолированными друг от друга теоретическими перспективами. Напротив, каждая из них проливает свет на тот или иной аспект проблемы профессиональной идентичности специалиста по социальной работе. Лишь в том случае, когда они применяются вместе, эти подходы могут позволить многостороннее видение социального процесса, посредством которого общество начинает определять данный вид занятий как профессию, а представители этого рода деятельности относят себя к группе профессионалов. Стабильное состояние профессионализма для некоего вида занятий достигается постепенно, лишь после того, как сформированы системы соответствующего образования, лицензирования, учреждены ассоциации и журналы, принят этический кодекс. Эти аналитические перспективы привлекают наше внимание к чертам ригидности и консерватизма, практикам власти и исключения, реализация которых сопутствует конституированию профессии. В таком контексте профессионализация есть процесс успешного соревнования за символические и утилитарные ресурсы между сходными или пересекающимися видами занятий.
Наиболее подходящей моделью профессионализма для практиков социальной работы в России выступает та, что делает акцент на важности обучающего опыта как средства достижения и оттачивания профессиональной компетентности. Модель рефлексивного практика необходима там, где «проблемы равенства, соблюдения прав и нон-дискриминации приобретают величайшую важность». Такой тип профессионализма, доказавший свою адекватность задачам социальной работы во всем мире, предполагает комбинацию теоретического и практического знания, профессиональных ценностей, когнитивной и поведенческой компетентности в специфических ситуациях, требующих достижения взаимопонимания и договоренности. А необходимость партнерских отношений между образованием и практикой, как и между разными секторами социальной работы и других помогающих человеку профессий, сегодня уже никому не нужно доказывать.
3.Качество подготовки по социальной работе как фактор профессионализации
Профессиональное развитие социальной работы во всем мире включает сегодня две разнонаправленные тенденции - специализацию и универсализацию. Специализация определяется внутренним разнообразием профессии, которое, безусловно, обусловлено тем, что она по своей природе контекстуальна и не может не задействовать ресурс специализации. Усиление статуса экспертных сообществ в различных сферах специализации социальной работы выражается, в частности, оформлением различных ассоциаций профессионалов - скажем, социальных работников школ, ювенальных судов, клиник - в США, Канаде, Великобритании. Однако, нельзя отрицать и важность общих, универсальных знаний, навыков и принципов деятельности социальных работников, отвечающих стандартам профессии, национальным и международным нормам прав человека. Таким образом, необходим «разумный» компромисс между ориентацией на специализацию и универсалистским типом подготовки Юлиусдоттир С., Петерссон Я. Общие стандарты по образованию в области социальной работы в странах Северной Европы - к постановке проблемы // Журнал исследований социальной политики. Том 2. № 3. 2004. В контексте тенденций европейской и глобальной интеграции, в современный период профессионализации социальной работы на повестку дня выходит тема стандартизации: сегодня самую большую значимость для профессии имеет способность признать разные точки зрения, разные подходы и методы, одновременно гарантируя четкие профессиональные стандарты.
В связи с этим исследователи ставят вопрос о совместимости и сравнимости навыков и знаний социальных работников в разных странах Европы и мира - как тех условиях, которые позволят расширить возможности занятости и обучения. Формированию таких условий в странах, где атрибуты профессии - образование, статус, возможности занятости - согласованы между собой, будет способствовать интеграция и стандартизация образования в области социальной работы. Что же касается России - то здесь от получения образования, подтвержденного дипломом, до практической работы в социальной службе - существует непреодолимый шаг в виде неадекватных размеров заработной платы, а получение профессионального образования сотрудниками социальных служб затруднено ввиду отсутствия системы соответствующих стимулов. Выше мы уже обращали внимание на рассогласованность классического набора атрибутов профессии в отечественной социальной работе: теоретическая подготовка и практическая деятельность за редким исключением довольно далеки друг от друга; профессиональные ассоциации созданы по инициативе «сверху» и не имеют статуса и полномочий демократического управления.
Интеграция академической подготовки и практической работы - это идеальная цель, которую разные страны и образовательные системы достигают разными путями и с неодинаковым эффектом. Например, даже в пределах одного региона, отличающегося сходной культурой и типом социальной политики - в странах Северной Европы (Дании, Норвегии, Финляндии, Исландии и Швеции) - нет единой модели образования в области социальной работы. Нельзя говорить об образовании по социальной работе как о едином целом и в Великобритании, где различия между Англией, Шотландией, Уэллсом и Северной Ирландии в настоящее время, когда происходит развитие национальных автономий и налицо тенденции децентрализации, начинают приобретать ощутимые формы Шардлоу С. М. Напряженности и конфликты в образовании по социальной работе в Великобритании // Журнал исследований социальной политики. Том 2. №3. 2004. При этом наблюдается продолжение постепенной диверсификации форм образования по социальной работе и развитие в каждом из регионов собственных подходов к организации этого процесса. Ориентиры развития локальных и глобальных моделей образования по социальной работе включают развитие более совершенных моделей связи с практикой, совмещение исследовательской (рефлексивной) составляющей и нормативной (практико-ориентированной) компоненты в образовании по социальной работе, разработка моделей поддержания качества образования.